Постановление от 19 сентября 2024 г. по делу № А07-19713/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4899/24

Екатеринбург

20 сентября 2024 г.


Дело № А07-19713/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  20 сентября 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т.П.,

судей Ивановой С.О., Черкезова Е.О.,

при ведении протокола помощником судьи Анкудиновой И.А., рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПромТехСервис» (далее – общество, ООО «ПромТехСервис», заявитель) на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2024 по делу № А07-19713/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 10.06.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества – ФИО1 (доверенность от 24.01.2024, паспорт, диплом);

государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республиканская клиническая больница имени Г.Г. Куватова (далее – учреждение, заказчик) – ФИО2 (доверенность от 11.01.2024 № 7, паспорт, диплом).

Учреждение обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службе Республике Башкортостан (далее - управление, антимонопольный орган) от 11.05.2023 № ТО002/06/106-845/2023.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ПромТехСервис».

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2024 заявленные требования удовлетворены, оспариваемое решение управления признано недействительным.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2024 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В жалобе заявитель указывает на ошибочность вывода апелляционного суда о том, что если санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, включающие в себя работы (услуги), а именно: по медицинской микробиологии, по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии, по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям, осуществлены в рамках оказания медицинской помощи, то они составляют медицинскую деятельность, подлежащую лицензированию. Считает,                           что согласно пункту 11 Классификатора работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, утвержденного приказом Минздрава России                               от 19.08.2021 № 866н (далее – Классификатор № 866н), санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия в виде работ (услуг) по медицинской микробиологии, по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии, по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям входят в услуги, составляющие медицинскую деятельность (классификатора), без каких-либо оговорок.

Общество в жалобе указывает на то, что, по мнению учреждения,                               им проводилась закупка услуг по проведению уборочных мероприятий                                   в лечебном учреждении и  данный вид деятельность не является лицензируемым. Между тем, заявитель полагает, что в соответствии                                       с документацией, заказчику необходимо оказать услуги в соответствии с ОКПД 86.90.19.190 «Услуги в области медицины прочие, не включенные в другие группировки», а именно предоставить в соответствии с пунктом 3.3 технического задания квалифицированный медицинский персонал («медицинский дезинфектор» и «санитар»), к которым предъявлялись общие требования как должностям медицинских работников.

В связи с этим считает, что учреждение требовало оказать услуги в области медицинской деятельности, тогда как организация, оказывающая данную деятельность, обязана иметь медицинскую лицензию, для оказания этой деятельности. Однако в нарушении требований части 1 статьи Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), заказчик не указал в конкурсной документации требования к исполнителю в соответствии с частью 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности. Полагает, что данная позиция подтверждается ответом Минздрава России от 24.01.2024 о том, что санитар (санитарка) осуществляют трудовую деятельность только в медицинских организациях и других организациях, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности. При этом трудовая функция уборщика служебных помещений содержит исключительно обязанности по уборке вестибюлей, коридоров, лестничных проемов и другие, предусмотренные для данной профессии в тарифно-квалификационных характеристиках по общеотраслевым профессиям рабочих. Таким образом, по мнению общества, поскольку заказчику требовались не уборщики, а именно младший медицинский персонал, которые могут работать только в медицинских организациях. На основании этого, заявитель считает, что судами неправомерно признано незаконным оспариваемое решение антимонопольного органа.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как следует из материалов дела, учреждением (заказчик) 02.05.2023 размещен аукцион № 0101500000323000170, объектом закупки которого являлось «Оказание услуг по выполнению функций младшего медицинского персонала в Государственном бюджетном учреждение здравоохранения Республиканская клиническая больница имени Г.Г. Куватова».

В антимонопольный орган поступила жалоба ООО «ПромТехСервис» (от 04.05.2023 вх. 6976/23) на действия учреждения при определении поставщика путем проведения закупки № 0101500000323000170 «Оказание услуг по выполнению функций младшего медицинского персонала в Государственном бюджетном учреждение здравоохранения Республиканская Клинической больнице имени Г.Г. Куватова», в котором указало на нарушение заказчиком положений Закона № 44-ФЗ, а именно: не указал в конкурсной документации требования к исполнителю в соответствии с частью 3 статьи 49 ГК РФ о наличии лицензии на осуществление медицинской                                  деятельности; документация заказчика содержит разночтения, необоснованные требования; в описании объекта закупки исполнителя просят предоставить персонал, занимающийся соблюдением санитарно-гигиенического, противоэпидемиологического режима (санитар, круглосуточный, 08:00-08:00) с графиком работы 1 день рабочий, 2 дня выходных. В смену необходимо                            3 человека, с учетом сменности необходимо 6 человек. При такой организации рабочего времени персонала, исполнитель вынужден идти на нарушение трудового законодательства; в описании объекта закупки указаны «Дом культуры «Медик» и пансионат, однако в данных корпусах не оказывают медицинскую помощь, таким образом, требование о применении функций указанных в описании объекта закупки, необоснованно применять для указанного типа помещений.

По результатам рассмотрения обращения общества, 11.05.2023 управлением вынесено решение № ТО002/06/106-845/2023 о признании жалобы ООО «ПромТехСервис» частично обоснованной. В действиях учреждения выявлено нарушение пункта 1 части 1 статьи 31, части 3 статьи 7 Закона                           № 44-ФЗ в части неуказания в конкурсной документации требования к исполнителю в соответствии с частью 3 статьи 49 ГК РФ о наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности и в части разночтений и необоснованных требований в документации заказчика, выразившихся в том, что предметом закупки определено осуществление услуги по выполнению функций младшего медицинского персонала, однако документация содержит отсылки и на услуги по дезинфекции помещений.

Управлением в отношении  учреждения вынесено предписание                                от 11.05.2023 № ТО002/06/106-845/2023 об устранении допущенных нарушений Закона  № 44-ФЗ и отмене протоколов, составленных в ходе проведения закупки № 010150000323000170.

Полагая, что  указанное решение управления является недействительным, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ненормативный правовой акт антимонопольного органа не соответствуют положениям действующего законодательства, нарушает права и законные интересы учреждения, удовлетворил заявленные требования.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены решения суда                         не установил.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их изменения или отмены.

В силу части 1 статьи 198, статьи 201 АПК РФ для признания недействительным ненормативного правового акта, решения органа, осуществляющего публичные полномочия, должностных лиц, необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанным ненормативным правовым актом, решением прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ определено, что при осуществлении закупки заказчик устанавливает единые требования к участникам закупки, в том числе соответствие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара, выполнение работы, оказание услуги, являющихся объектом закупки.

В соответствии с частью 4 статьи 32 Закона № 44-ФЗ в извещении об осуществлении закупки, документации о закупке (в случае, если Законом о контрактной системе предусмотрена документация о закупке) заказчик обязан указать используемые при определении поставщика (подрядчика, исполнителя) критерии и их величины значимости. При этом количество используемых при определении поставщика (подрядчика, исполнителя) критериев, за исключением случаев проведения аукциона, должно быть не менее чем два, одним из которых является цена контракта или сумма цен единиц товара, работы, услуги. Не указанные в извещении об осуществлении закупки, документации о закупке (в случае, если Законом № 44-ФЗ предусмотрена документация о закупке) критерии и их величины значимости не могут применяться для целей оценки заявок.

Согласно части 2 статьи 33 Закона № 44-ФЗ описание объекта закупки в соответствии с требованиями, указанными в части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ, должна содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям.

Как верно указали суды, из положений Закона № 44-ФЗ следует,                            что установление требований к описанию объекта закупки, связанных с определением соответствия поставляемого товара (работы, услуги), существующим потребностям, а также установление критериев оценки заявок участников конкурентных процедур - являются прерогативой заказчика.

Судами из материалов дела установлено, что обращаясь с жалобой в антимонопольный орган, обществом указано на то, что перечень услуг, указанных заказчиком в пункте 2.4 описания объекта закупки, входит                               в понятие «проведение санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», при осуществлении которых подлежат оказанию услуги: по медицинской микробиологии, по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии, по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям, входящие в перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, в связи с чем заказчик надлежало указать в закупочной документации требование к исполнителю - наличие лицензии на осуществление медицинской деятельности.

Из положений пункта 3 статьи 23 и пункта 1 статьи 49 ГК РФ следует,                            что отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон № 99-ФЗ) под лицензией понимается специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в случае, если в заявлении о предоставлении лицензии указывалось на необходимость выдачи такого документа в форме электронного документа.

В соответствии с подпунктом 46 пункта 1 статьи 12 Закона № 99-ФЗ медицинская деятельность подлежит лицензированию.

В соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон № 323-ФЗ) медицинская деятельность - это профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 2 Закона № 323-ФЗ под медицинской услугой понимается медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под медицинским вмешательством понимаются выполняемые медицинским работником по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность, виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности (пункт 5 части 1 статьи 2 Закона № 323-ФЗ).

Согласно пункту 4 Положения о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»), утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2021 № 852 (далее - Положение № 852) медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются при оказании первичной медико-санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно-курортном лечении, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

В приложении к Положению № 852 содержится перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, где в частности, указаны: медицинская микробиология; организация здравоохранения и общественного здоровья, эпидемиология; санитарно-гигиенические лабораторные исследования.

В соответствии с пунктом 11 Классификатора № 866н, при проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий организуются и выполняются следующие работы (услуги): по медицинской микробиологии; по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии; по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям.

Согласно пункту 1 Правил проведения лабораторных исследований, утвержденных Приказом Минздрава России от 18.05.2021 № 464н (далее - Правила № 464н) данные правила устанавливают порядок организации и проведения лабораторных исследований, включая клинические лабораторные исследования и микробиологические исследования, в медицинских и иных организациях, осуществляющих медицинскую деятельность (далее - медицинская организация) на основании лицензии, предусматривающей выполнение работ (услуг) по клинической лабораторной диагностике и (или) лабораторной генетике и (или) медицинской микробиологии и (или) бактериологии и (или) вирусологии и (или) лабораторной микологии и (или) паразитологии и (или) лабораторной диагностике.

В соответствии с пунктом 2 приложения № 5 к Правилам № 464н микробиологические исследования проводятся в целях этиологической диагностики инфекционных и паразитарных болезней, предупреждения возникновения и распространения инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, диагностики состояния микробиоты человека.

Из приведенных норм права, как верно заключили суды, следует, что если санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, включающие в себя работы (услуги): по медицинской микробиологии, по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии, по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям, осуществлены в рамках оказания медицинской помощи, то они составляют медицинскую деятельность, подлежащую лицензированию.

В статье 1 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Закон № 52-ФЗ) установлены понятия: санитарно-эпидемиологические требования - обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, несоблюдение которых создает угрозу                                          жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами (далее - санитарные правила); санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия - организационные, административные, инженерно-технические, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию.

С учетом приведенного суды правильно указали,                                                   чт в целях выполнения санитарно-эпидемиологических требований законодателем предусмотрено также проведение санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, направленных                              на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию, указанная деятельность не относится к медицинской.

Согласно пункту 80 Санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней», которые содержат разд. III «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной, дератизационной и дезинсекционной деятельности», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28.01.2021 № 4 (далее - СанПиН 3.3686-21) в ходе организации и осуществления дезинфекционной деятельности выполняются работы и услуги по проведению профилактической дезинфекции (дезинфекция, дезинсекция, дератизация, дезинвазия), очаговой дезинфекции (текущая и заключительная дезинфекция, дезинсекция, дератизация, дезинвазия), а также по дезинфекции, предстерилизационной очистке и стерилизации медицинских изделий, контролю эффективности и безопасности проводимых мероприятий.

В связи с изложенным, суды верно заключили, что санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия состоят из работ (услуг), которые могут быть осуществлены как в рамках выполнения санитарно-эпидемиологических требований, так и в рамках медицинской деятельности, при этом возможность отнесения работ (услуг) к медицинской деятельности определяется на основании Положения № 852, которым в перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены работы (услуги) по медицинской микробиологии, по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии, по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям, что обусловлено их выполнением при оказании медицинской помощи.

Судами обоснованно заключено, что в ранее действовавшее Положение                               о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291, были включены в перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, работы (услуги) по дезинфектологии, состоящие из работ по дезинфекции, дезинсекции и дератизации, которые в настоящее время не предусмотрены Положением № 852 и не входят в состав медицинской деятельности.

Судами из материалов дела установлено, что учреждением 02.05.2023 размещен аукцион № 0101500000323000170, с объектом закупки: «Оказание услуг по выполнению функций младшего медицинского персонала в Государственном бюджетном учреждение здравоохранения Республиканская клиническая больница имени Г.Г. Куватова». При этом в пункте 2.4 описания объекта закупки представлен перечень функций, необходимых заказчику, оказываемых исполнителем: обеспечение инфекционной безопасности пациентов и персонала - санитар, медицинский дезинфектор, оператор механизированной обработки; соблюдение стандартных мер профилактики инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи (ИСМП) - санитар, медицинский дезинфектор, оператор механизированной обработки; применение средств индивидуальной защиты (СИЗ) - санитар, медицинский дезинфектор, оператор механизированной обработки;  соблюдение требований санитарных норм и правил обращения с медицинскими отходами - санитар, медицинский дезинфектор; проведение обработки: предварительных, текущих, заключительных, генеральных - санитар, медицинский дезинфектор; проведение обработки механизированным способом - санитар (механизированная обработка); контроль качества проведения обработки - медицинский дезинфектор; транспортировка отходов класса А и Б от мест временного хранения в отделениях до места временного хранения Больницы - санитар; контроль и приготовление дезинфицирующих средств - медицинский дезинфектор.

Оценив приведенное описание объекта закупки, суды верно посчитали, что заказчику требуются услуги, оказываемые младшим медицинским персоналом (санитар, медицинский дезинфектор), в области дезинфекционной деятельности, которые Положением № 852 не включены в перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность.

Судами правомерно отклонена ссылка антимонопольного органа на пункт 3.3 описания объекта закупки, содержащий требования к должностям «медицинский дезинфектор», «санитар» как к медицинским работникам, в обязанности которых входит осуществление медицинской деятельности в соответствии с пунктом 13 части 1 статьи 2 Закона № 323-ФЗ на основании следующего.

Как правильно отметил суд первой инстанции, из содержания статьи 33 Закона № 323-ФЗ следует, что первичная доврачебная медико-санитарная помощь оказывается фельдшерами, акушерами и другими медицинскими работниками со средним медицинским образованием; первичная врачебная медико-санитарная помощь - врачами-терапевтами, врачами-терапевтами участковыми, врачами-педиатрами, врачами-педиатрами участковыми и врачами общей практики (семейными врачами); первичная специализированная медико-санитарная помощь - врачами-специалистами, включая врачей-специалистов медицинских организаций, оказывающих специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь.

В пункте 125 СанПиН 3.3686-21 установлены требования к осуществлению дезинфекционной деятельности в медицинских организациях, в частности в подпункте 1 установлено требование, что дезинфекцию, предстерилизационную очистку и стерилизацию в медицинских организациях проводит специально подготовленный персонал организации, а дезинсекцию и дератизацию - специалисты организаций дезинфекционного профиля или специально подготовленный персонал организации.

Как обоснованно указано судами, из описания объекта спорной закупки не следует, что заказчику требуется проведение исполнителем санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, включающих в себя оказание медицинских услуг персоналом со средним или высшим медицинским образованием по медицинской микробиологии; по организации здравоохранения и общественному здоровью, эпидемиологии; по санитарно-гигиеническим лабораторным исследованиям, составляющих медицинскую деятельность. При этом суды правомерно заключили, что требование закупочной документации об оказании услуг в области дезинфекции младшим медицинским персоналом не противоречит пункту 125 СанПиН 3.3686-21, содержащих указание только на специальную подготовку персонала.

С учетом изложенного, суды верно сделали вывод, что довод общества                            о том, что заказчику надлежало указать в закупочной документации требование к исполнителю - наличие лицензии на осуществление медицинской деятельности неправомерно признан антимонопольным органом обоснованным.

Оснований для иного вывода у суда кассационной инстанции не имеется.

Судами из материалов дела установлено также, что при обращении в антимонопольный орган общество полагало, что документация содержит разночтения, необоснованные требования, указав, что в соответствии с пунктом 2.10 договора исполнитель обязан представить документы, подтверждающие качество используемых профессиональной техники, инвентаря, дозирующих устройств, дезинфицирующих и моющих средств, салфеток и насадок, которые буду использоваться при оказании услуг, при этом нигде по тексту далее не следует обязанность исполнителя использоваться данную технику и инвентарь, а также не приводятся требования к их характеристикам.

Признавая данный вывод общества ошибочным, суды вернопосчитали, что он основан на неполном анализе имеющейся документации о закупке, в частности в пункте 2.4 описания объекта закупки определен перечень оказываемых услуг, где указано на проведение уборки.

В соответствии с пунктом 81 СанПиН 3.3686-21 деятельность, связанная с использованием дезинфекционных средств, включает приготовление, хранение, транспортировку, реализацию, применение средств, оборудования и материалов для дезинфекции, стерилизации, дезинсекции, дератизации, уничтожение дезинфекционных средств, контроль за эффективностью дезинфекционных средств и безопасным их применением, а также за проведением дезинфекционных мероприятий и их эффективностью.

Вместе с тем,  в пункте 2.19 договора предусмотрено, что именно на исполнителя возлагается приобретение всего необходимого инвентаря и средств: расходных материалов, изделий санитарно-гигиенического назначения, дезинфицирующих, моющих и чистящих средств.

Также обоснованно по аналогичному основанию судами отклонено несогласие общества с пунктом 2.15 контракта (при выполнении ремонтных работ в убираемых помещениях производить заключительную дезинфекцию помещений без дополнительной оплаты данных услуг), поскольку из требуемых заказчику услуг следует, что оказываются услуги по уборке, дезинфекции.

Отклоняя ссылку общества на пункт 2.11 договора, в котором указано, что в случае выявления надзорными органами нарушений, связанных с требованиями проведения текущей и заключительной дезинфекции, на территории, переданной для стороннего обслуживания, исполнитель обязуется компенсировать заказчику финансовые издержки (в виде оплаченных штрафов), в связи с тем, что, по его мнению, в документации нет обязанности заказчика принять какую-либо территорию для обслуживания, предметом выступает предоставление медицинского персонала, суды верно указали, что в приложении № 3 к описанию объекта закупки представлен перечень отделений, в которых осуществляет работа младшего медицинского персонала, и объем площадей, соответственно, территория, на которой осуществляется дезинфекция определена заказчиком.

Судами установлено, что ООО «ПромТехСервис» в жалобе указано также на необоснованность требований в пункте 2.14 договора, в силу которого исполнитель обязан в случае возникновения пандемии, либо в случае возникновения резистентной флоры обеспечить дезинфекционную службу необходимыми дезинфицирующими средствами в течение не более 2 часов, и в пункте 2.16 договора, согласно которому исполнитель должен обеспечить нахождение менеджера объекта службы дезинфекции с 09.00 до 18.00 в рабочие дни (в целях обеспечения взаимодействия с различными подразделениями заказчика, осуществления функций контроля и надзора при исполнении работ), однако, поскольку из документации не следует обязанность исполнителя по созданию дезинфекционной службы.

С учетом  оценки содержания описания объекта закупки, предусматривающего распределения персонала исполнителя по всем отделениям заказчика с установлением количества персонала на каждом отделении, определения менеджера объекта, суды правомерно признали ошибочной позицию общества в связи с включением в документацию закупки понятия «дезинфекционная служба», поскольку данное требование нельзя оценить как разночтение либо как необоснованное.

Судами установлено, что общество ссылалось на разночтение пункта 2.17 договора, в котором указано, что исполнитель обязан организовать работу по плановой профилактической дезинфекции, которая должна проводится с 7:00 до 19:00 (ежедневно без выходных), на период с 19.00 до 7.00 необходимо предоставлять дежурный персонал по отделениям заказчика с целью соблюдения санэпидрежима, с пунктом 2.5 описания объекта закупки, в котором приведены график работы, привлекаемого персонала, а именно с 8.00 до 20.00, с 8.00 до 17.00, с 8.00 до 8.00 и не указано требование о графике с 7.00 до 19.00.

Как верно посчитали суды, указанное нельзя расценить как необоснованное требование, с учетом позиции заказчика, что данную ошибку возможно устранить при заключении договора.

Судами учтено, что в соответствии с требованиями к содержанию протокола разногласий в документе могут быть указаны замечания, касающиеся строго определенных технических вопросов, а именно: устранения допущенных в контракте разночтений с основными документами аукциона, в том числе извещению о его проведении и заявке, представленной поставщиком; внесения изменений в реквизиты сторон, если они претерпели изменения в процессе проведения конкурса; исправления явных пунктуационных и грамматических ошибок, неточностей.

При установленных обстоятельствах, суды верно сделали вывод,                             что признание доводов ООО «Промтехсервис» комиссией антимонопольного органа обоснованными противоречит буквальному прочтению документации                       о спорной закупке и потребностям заказчика, отраженными в документации,                            а также действующему законодательству.

Оснований для иной оценки приведенных доводов, у суда кассационной инстанции не имеется.

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, оценив фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела, в их совокупности в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, суды не установили в действиях заказчика нарушений Закона № 44-ФЗ, обоснованно признав недействительным решение управления от 11.05.2023 № ТО002/06/106-845/2023.

Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства и сделанные на их основании выводы, обществом в материалы дела, суду не представлено (часть 5 статьи 200, статья 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах судами правомерно удовлетворены заявленные учреждением требования.

Доводы, приведенные ООО «ПромТехСервис» в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов и им дана надлежащая правовая оценка, другое толкование заявителем жалобы положений законодательства,                       а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела не свидетельствуют   о нарушении судами норм права, потому не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций. Между тем  их оценка – прерогатива судов первой и апелляционной инстанций  и в рамках рассматриваемого дела суды осуществили данные процессуальные действия в соответствии с нормами действующего процессуального законодательства (статьи 64, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Кроме того, доводы не содержат ссылок, которые не были бы проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность судебных актов, либо опровергали выводы судов, признаются судом кассационной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законных  судебных актов.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд 



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2024 по делу № А07-19713/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 10.06.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПромТехСервис» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                                       Т.П. Ященок



Судьи                                                                                    С.О. Иванова



Е.О. Черкезов