Постановление от 12 марта 2018 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-11513/16

Екатеринбург

13 марта 2018 г.


Дело № А60-6324/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2018 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Кангина А.В., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2017 по делу № А60-6324/2016 Арбитражного суда Свердловской области по заявлению ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 6 334 807 руб. 24 коп., рассмотренному в рамках дела о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представители:

ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 01.08.2017 № 66АА4278136);

конкурсного кредитора ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 18.06.2016 № 66АА 3710353);

финансового управляющего ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 23.06.2017).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2016 принято к производству заявление ФИО8 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.04.2016 в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2016 решение Арбитражного суда Свердловской области от 02.04.2016 отменено; в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2017 в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 28.01.2017.

ФИО1 30.06.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 6 334 807 руб. 24 коп., уплаченных им за должника в погашение задолженности по кредитному договору от 15.08.2007 № 07696, и ходатайством о восстановлении срока на подачу заявления.

Определением суда от 04.08.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечена ФИО10.

Определением суда от 28.08.2017 (судья Ильиных М.С.) требования ФИО1 в размере 3 216 300 руб. признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2017 (судьи Данилова И.П., Мармазова С.И., Романов В.А.) определение суда отменено; в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции оставить в силе, постановление суда апелляционной инстанции - отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что ФИО1 и ФИО2 не являются родственниками и не ведут общий бизнес, а наличие общей прописки не свидетельствует об их аффилированности; выводы суда апелляционной инстанции о намерении должника и ФИО1 создать искусственную задолженность безосновательны; тот факт, что ФИО2 получил кредит, получил дом, а ФИО1, продав дом, еще и оплачивал в течение 9 лет кредит за ФИО2, может свидетельствовать о неразумности поведения ФИО1, но не о намерении создать искусственную задолженность с целью причинения вреда остальным кредиторам должника; с учетом длительности периода внесения платежей ФИО1 не мог предположить, что это причинит вред иным кредиторам должника. Заявитель считает, что при таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции неправильно распределил бремя доказывания, возложив на ФИО1 обязанность опровергнуть доводы финансового управляющего и иного кредитора. Заявитель указывает на то, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании у Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по Свердловской области документов о доходах должника за спорный период с 2007 г. по 2017 г., которые подтвердили бы невозможность перечисления должником ежемесячных платежей в сумме 71 000 руб. за кредит и свидетельствовали бы о добросовестности поведения ФИО1 и отсутствии цели злоупотребления правом и причинения вреда кредиторам должника; суд апелляционной инстанции оставил данное обстоятельство без внимания.

В отзывах на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО6 и конкурсный кредитор ФИО4 просят постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считают выводы суда апелляционной инстанции правильными, основанными на совокупной оценке доводов и возражений лиц, участвующих в деле, и представленных в их обоснование доказательств.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений

ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 15.08.2007, по условиям которого ФИО1 продал, а ФИО2 купил в частную собственность жилой дом и земельный участок, расположенные в городе Сысерти Свердловской области, по улице Свердлова под номером 48.

Согласно п. 1.5, 2.1 договора стоимость недвижимого имущества составила 7 200 000 руб.; недвижимое имущество приобретается покупателем за счет собственных и кредитных средств, предоставляемых Сбербанком России (далее – Сбербанк).

ФИО2 заключил со Сбербанком кредитный договор от 15.08.2007 № 07696 на сумму 6 000 000 руб., а также оформил закладную от 15.08.2007 на объекты недвижимости.

После признания ФИО2 банкротом ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 6 334 807 руб. 24 коп., ссылаясь на то, что в течение 9 лет ежемесячно производил за должника погашение кредитной задолженности по кредитному договору от 15.08.2007 № 07696.

В подтверждение данного факта ФИО1 представил в материалы дела платежные документы за период с 30.11.2007 по 10.02.2016, а также налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц в отношении супруги ФИО10, которые, по мнению ФИО1, свидетельствуют о наличии финансовой возможности производить ежемесячные платежи по кредиту в размере 71 000 руб. В обоснование заявленных требований ФИО1 указал на то, что производил гашение кредита за ФИО2 по его устной просьбе, поскольку у ФИО2 не имелось финансовой возможности погасить кредит. Как пояснил ФИО1, внесение платежей по кредитному договору было также обусловлено тем, что после оформления договора купли-продажи от 15.08.2007 ФИО2 утратил интерес в приобретении указанного недвижимого имущества.

Конкурсные кредиторы ФИО4, ФИО8 и финансовый управляющий ФИО6 возразили против заявленных требований, сослались на поведение ФИО1 и ФИО2 в сложившейся ситуации, когда ФИО2 купил дом у ФИО1, взял для оплаты за приобретенный объект недвижимости кредит, а гашение данного кредита производит ФИО1, при этом и ФИО2 и ФИО1 зарегистрированы по одному адресу в данном жилом доме; отметили то, что в некоторых платежных документах отсутствует указание на то, кто производил внесение денежных средств, в части платежных документов плательщиками указаны ФИО2 и ФИО11.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 заявленное требование предъявлено на основании ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, и данное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов частично - в сумме 3 216 300 руб. только по тем платежным документам, которые обладают всеми необходимыми реквизитами (указание на ФИО1 и его паспортные данные в качестве вносителя денежных средств), позволяющими безусловно сделать вывод о том, что по данным платежным документам денежные средства вносились именно ФИО1

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу п. 3-5 ст. 71 и п. 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению ч. 3.1 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Проанализировав сложившиеся между кредитором и должником отношения, суд апелляционной инстанции признал, что действия ФИО1 по оплате задолженности должника по кредитному договору в течение 9 лет без предъявления требований о возврате денежных средств при условии, что ФИО1 должнику продан земельный участок и жилой дом, при этом в данном доме зарегистрирован и кредитор, и должник, не соответствует стандартам нормального поведения физических лиц, вступающих в гражданско-правовые отношения по заключению сделок.

Предъявление требований о возврате уплаченных денежных средств по истечении 9 лет и только после признания должника банкротом, с которым кредитор находится в дружественных отношениях, позволяет создать подконтрольную искусственную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве должника и распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (должник и кредитор зарегистрированы по одному адресу), в связи с чем подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Судом апелляционной инстанции обоснованно указано на то, что в ситуации предъявления к должнику требований, основанных на поведении и стандартах, отличающихся от обычного поведения, с учетом сложившейся судебной практики по рассмотрению таких споров, на лицо, предъявляющее требование, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе уже заключенного соглашения.

Учитывая, что такие мотивы в данном случае не раскрыты, возражения независимых кредиторов и финансового управляющего должника относительно создания искусственной задолженности и экономической нецелесообразности произведенных платежей не опровергнуты, учитывая отсутствие доказательств существования законных или договорных оснований для возложения обязанности по погашению кредита на ФИО1, принимая во внимание доводы кредитора ФИО4 о том, что, возможно, денежные средства по кредитному договору были фактически использованы самим ФИО1 с договоренностью ежемесячно производить выплаты по кредиту должника, и, соответственно, перед ним у должника не имеется задолженности, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данной ситуации само по себе представление документов, свидетельствующих об исполнении обязательств должника, не может являться безусловным доказательством наличия имеющейся у должника перед кредитором задолженности.

Установив данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании у налогового органа документов о доходах должника, которые подтвердили бы невозможность перечисления должником ежемесячных платежей в сумме 71 000 руб. за кредит и свидетельствовали бы о добросовестности поведения ФИО1, не принимается. В ходе рассмотрения дела должник, поддерживающий требования ФИО1, каких-либо доказательств, свидетельствующих о его финансовом положении, не представил. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходил из имеющихся в деле доказательств, которые исследовал и оценивал в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что соответствует положениям ст. 64, 65, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой судом апелляционной инстанции обстоятельств дела и имеющихся в материалах дела доказательств. Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены. Их переоценка не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2017 по делу № А60-6324/2016 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.А. Артемьева


Судьи А.В. Кангин


О.Э. Шавейникова