Постановление от 30 июля 2024 г. по делу № А29-7605/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А29-7605/2021

30 июля 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.


при участии представителей

от ООО «Альтернатива»: ФИО1 – директор (выписка из ЕГРЮЛ),

конкурсный управляющий ООО «Коминефтегаз» ФИО2

(паспорт гражданина России),

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 09.07.2024,

ФИО5 по доверенности от 27.04.2023


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «Коминефтегаз»

ФИО2


на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 27.03.2024

по делу № А29-7605/2021 Арбитражного суда Республики Коми


по заявлению конкурсного управляющего

к ФИО3 и ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Коминефтегаз»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Коминефтегаз» (далее – ООО «Коминефтегаз», должник) в Арбитражный суд Республики Коми обратился исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО7 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей ФИО6 и ФИО3 (в отдельное производство выделено требование к учредителю должника – Тиман Ойл энд Газ Пи Эл Си) и о приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности указанных лиц до окончания расчетов с кредиторами ООО «Коминефтегаз».

Суд первой инстанции определением от 03.12.2023 удовлетворил заявление частично: привлек ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Коминефтегаз», взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 4 619 375 рублей 26 копеек.

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 27.03.2024 отменил определение, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратился конкурсный управляющий ФИО2 (утвержден определением от 29.01.2023) с кассационной жалобой, в которой просит его отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование жалобы указано, что пояснения ФИО3 о том, что дебиторская задолженность и финансовые вложения за 2020 год представляют собой проценты по договорам займа, не подтверждены материалами обособленного спора. Отчет аудитора и расшифровка ответчиком некоторых строк бухгалтерского баланса не являются надлежащими доказательствами, поскольку не представлялись в суд первой инстанции и невозможность их представления ФИО3 не обоснована.

Подробно доводы изложены в письменной кассационной жалобе.

Заявитель по делу о банкротстве – общество с ограниченной ответственностью «Альтернатива» в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в судебном заседании окружного суда поддержали доводы конкурсного управляющего и просили отменить постановление, направить обособленный спор на новое рассмотрение с целью назначения судебной бухгалтерской экспертизы.

ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представители в судебном заседании возразили относительно приведенных в жалобе доводов и просили оставить состоявшийся судебный акт без изменения, как законный и обоснованный.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованного судебного акта проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.

Изучив материалы обособленного спора, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Коминефтегаз» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.12.2000, основным видом деятельности должника являлась разработка углеводородных месторождений. Учредителем ООО «Коминефтегаз» является Тиман Ойл энд Газ Пи Эл Си, руководителем с 24.08.2010 по 04.04.2018 являлся ФИО6, с 05.04.2018 – ФИО3

В целях ведения уставной деятельности ООО «Коминефтегаз» получило лицензию СЫК 15251 НЭ на пользование недрами Худоельского месторождения и в результате произведения работ, включая бурение (по договорам с иными лицами), поставило на государственный баланс 17,6 миллиона тонн коммерчески извлекаемых запасов.

Федеральное агентство по недропользованию приказом от 05.06.2013 № 514 отозвало у ООО «Коминефтегаз» лицензию в связи с несвоевременной оплатой лицензионного платежа, прекратило право пользования должника недрами, в результате чего хозяйственная деятельность ООО «Коминефтегаз» была прекращена. Доказанные запасы должника перешли в нераспределенный фонд. Печорское лесничество направило в адрес ООО «Коминефтегаз» требование о расторжении договоров аренды лесных участков. Арбитражный суд Республики Коми решением от 29.05.2019 по делу № А29-4000/2019 обязал должника освободить участки и вернуть их собственнику по акту приема-передачи.

Арбитражный суд Республики Коми решением от 12.07.2019 по делу № А29-11602/2018 взыскал с ООО «Коминефтегаз» в пользу ООО «Альтернатива» 4 071 155 рублей убытков в связи с приостановлением действия договора подряда от 21.03.2013 № 1/2013 по причине отзыва лицензии у должника и необходимостью поддержания в рабочем состоянии доставленного ООО «Альтернатива» к месту выполнения работ бурового оборудования, а затем его демобилизации, демонтажа и вывоза с Худоельского месторождения на базу подрядчика.

По заявлению ООО «Альтернатива» Арбитражный суд Республики Коми определением от 01.07.2021 возбудил настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Коминефтегаз»; решением от 06.05.2022 признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, возложил исполнение обязанностей конкурсного управляющего на ФИО7; определением от 29.01.2023 утвердил конкурсным управляющим ФИО2

Конкурсный управляющий должника считает, что имеются основания для привлечения бывших руководителей ООО «Коминефтегаз» к субсидиарной ответственности, поскольку ими совершен ряд сделок, причинивших вред имущественным интересам кредиторов (договоры займа от 27.03.2015 и от 22.04.2013, договоры по реализации транспортных средств от 18.12.2017 и от 30.10.2018), не исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Коминефтегаз» несостоятельным (банкротом), ФИО3 не исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника после открытия конкурсного производства, что не позволило должным образом сформировать конкурсную массу.

Предметом кассационного обжалования являются выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за не передачу конкурсному управляющему документации ООО «Коминефтегаз».

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требования Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В обоснование доводов о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на отсутствие у него документации по составу отраженных в последней бухгалтерской отчетности ООО «Коминефтегаз» (за 2020 год) дебиторской задолженности (8 868 000 рублей) и финансовых вложений (19 317 000 рублей).

Суд апелляционной инстанции обратил внимание, что ФИО3 представлял в отзыве на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подробную расшифровку с описанием дебиторской задолженности и финансовых вложений по состоянию на конец 2020 года. На этапе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции ФИО3 также ссылался на расшифровку строк бухгалтерского баланса за период с 31.12.2011 по 31.12.2016 и представил отчет аудитора за период с 31.12.2017 по 30.09.2021. Согласно пояснениям ответчика, соответствующие строки баланса представлены суммами по договорам займа от 22.04.2013 № 01-22/07-2013 и от 27.03.2015 № 02-27/03-2015, заключенными ООО «Коминефтегаз» как займодавцем с заемщиком – открытым акционерным обществом «Топливно-энергетическая компания «Геотермнефтегаз» (далее – ОАО ТЭК «Геотермнефтегаз»); ФИО3 указал, что основная сумма долга по договорам займа сформировалась на конец 2015 года и существенно не изменялась до середины 2021 года (счет 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами» в сумме 8,2 миллиона рублей и на счете 58.03 «Предоставленные займы» в сумме 19,7 миллиона рублей). Изменения величины дебиторской задолженности в течение 2018-2020 годов ФИО3 объяснил начислением заемщику процентов в автоматическом режиме с использованием программного комплекса «1С: Предприятие».

Из материалов дела следует, что определением от 07.09.2022 суд отказал в удовлетворении заявления временного управляющего об обязании ФИО3 передать документацию ООО «Коминефтегаз». Ответчик, возражая против заявленных требований, сослался на неполучение документации от предыдущего руководителя. В ходе рассмотрения указанного обособленного спора суд установил, что бухгалтерская документация ООО «Коминефтегаз» находится у организации, с 2018 года осуществлявшей бухгалтерское сопровождение должника – общества с ограниченной ответственностью «Юником» (далее – ООО «Юником»).

В рамках настоящего спора ООО «Юником» раскрыло сведения об их правоотношениях с ООО «Коминефтегаз» по бухгалтерскому сопровождению деятельности последнего, указало, что все первичные документы, подтверждающие хозяйственную деятельность должника, отражены ООО «Юником» в обязательной отчетности должника с распоряжения и по согласованию с руководителем ООО «Коминефтегаз»; представило в материалы спора программный комплекс «1С: Предприятие». Апелляционный суд пришел к выводу, что конкурсный управляющий ФИО2 располагал детальными сведениями об активах (в том числе о составе дебиторской задолженности и финансовых вложениях) и обязательствах должника, полученными из базы программного комплекса. Изложенное подтверждается также материалами дела № А29-11091/2022, в рамках которого конкурсный управляющий заявил иск от имени ООО «Коминефтегаз», потребовав взыскать задолженность по договору займа с ОАО ТЭК «Геотермнефтегаз», в том числе, проценты и неустойка.

Апелляционный суд сопоставил обстоятельства, на которые сослался ФИО3, с фактическими обстоятельствами, установленными судом первой инстанции, согласно которым ООО «Коминефтегаз» с конца 2017 года не вело хозяйственную деятельность и не заключало сделок с контрагентами (основная задолженность образовалась до 2017 года, как это следует из реестра требований кредиторов должника); единственным получателем займов согласно выпискам по счетам должника являлось ОАО ТЭК «Геотермнефтегаз», а выручка, как источник образования дебиторской задолженности (финансовых вложений) у должника отсутствовала согласно отчетам о прибылях и убытках. ФИО3 вступил в должность руководителя ООО «Коминефтегаз» только с 05.04.2018. Суд апелляционной инстанции установил, что бывший руководитель ФИО6 передал всю имевшуюся у него документацию ООО «Коминефтегаз» по акту приема-передачи от 23.03.2018. Согласно пояснениям ФИО6, принятым апелляционным судом, передача состоялась по инициативе ФИО3 С какими-либо требованиями, сводящимися к истребованию у ФИО6 документации должника, ФИО3 не обращался.

Изложенное послужило основанием для вывода суда апелляционной инстанции о том, что иной дебиторской задолженности, кроме основного долга и начислений в связи с ним по договорам займа с ОАО ТЭК «Геотермнефтегаз», у ООО «Коминефтегаз» не имелось, так как в период руководства ФИО3 должником последний не заключал хозяйственных сделок. Между тем, вся документация по правоотношениям до 2018 года, в том числе, по займам, выданным ОАО ТЭК «Геотермнефтегаз», должна была содержаться в составе документов, переданных от предыдущего руководителя должника ФИО6 по акту от 23.03.2018. Суд первой инстанции, отказывая в истребовании у ФИО3 документации ООО «Коминефтегаз» определением от 07.09.2022, сослался на отсутствие доказательств уклонения ответчика от передачи такой документации, наличия у него не переданных конкурсному управляющему документов и сведений, в том числе, в связи с периодом руководства должником.

Материалами обособленного спора подтверждено, что конкурсный управляющий имел доступ к программному комплексу «1С: бухгалтерия» и не опровергнуты сведения ФИО3 относительно состава дебиторской задолженности при совпадении размера совокупности строк «финансовые вложения» и «дебиторская задолженность» с суммой, предъявленной конкурсным управляющим к взысканию в рамках дела № А29-11091/2022 (в частности, не подтверждено, что у ООО «Коминефтегаз» имелась в активах задолженность какого-либо иного дебитора должника на сумму, отраженную в бухгалтерском балансе), поэтому апелляционный суд пришел к верному выводу об отсутствии вины ФИО3 в непередаче конкурсному управляющему документации о составе имущества должника.

В отношении непередачи ФИО3 конкурсному управляющему документации по списанию активов суд апелляционной инстанции установил, что на момент увольнения ФИО6 с должности руководителя ООО «Коминефтегаз» за последним числились активы на сумму свыше 90 000 000 рублей. После утверждения ФИО3 руководителем должник регулярно сдавал обязательную отчетность (за 2018, 2019 и 2020 годы), в соответствии с показателями которой у ООО «Коминефтегаз» имелись активы на сумму свыше 90 000 000 рублей.

Из материалов обособленного спора следовало, что часть активов ООО «Коминефтегаз» списано по актам от 30.06.2021 №№ 1 (поисковая скважина № 21 в составе объекта незавершенного строительства на сумму 28 899 117 рублей 73 копейки), № 2 (поисковая скважина № 29 в составе объекта незавершенного строительства на сумму 6 605 524 рубля 89 копеек), № 3 (поисковая скважина № 22 в составе объекта незавершенного строительства на сумму 26 216 903 рубля 70 копеек), а также от той же даты №№ 1-4 материальные ценности (копировальный аппарат, цемент тампонажный, материалы) на основании приказа генерального директора должника от 30.06.2021 № 3 по результатам инвентаризации, имевшей место 25.06.2021.

Проанализировав доводы конкурсного управляющего, апелляционный суд посчитал заслуживающими внимания пояснения ответчика об основаниях списания и его ссылки на инвентаризационные ведомости и акты списания основных средств.

Согласно представленным доказательствам, объекты незавершенного строительства, в состав которых входили поисковые скважины, списаны с учета в связи с потерей ими статуса актива (ООО «Коминефтегаз» утратило право обладания им как балансодержатель в связи с отзывом лицензии, то есть у должника отсутствовал контроль над указанным объектом применительно к положениям «Концепции бухгалтерского учета в рыночной экономике России», одобренной Методологическим советом по бухгалтерскому учету при Минфине РФ, Президентским советом ИПБ РФ 29.12.1997). Обстоятельства, связанные с отзывом лицензии у ООО «Коминефтегаз» и расторжением в связи с этим обстоятельством договоров аренды лесных участков по решению суда, отражены в заключениях инвентаризационных описей с указанием на соответствующие документы. Само по себе наличие формальных нарушений в оформлении документов при списании активов ООО «Коминефтегаз» не может являться основанием для вывода о неправомерности действий ФИО3, поскольку решающим обстоятельством является невозможность включения списанных активов в конкурсную массу должника (у последнего отсутствует право собственности на них) и, как следствие, расчетов с кредиторами за их счет.

В дело не представлено каких-либо иных подтверждений тому, что у ФИО3 имелась иная документация ООО «Коминефтегаз» или сведения о ликвидных активах должника, отсутствие которых не позволило сформировать конкурсную массу в большем объеме.

В этой связи апелляционный суд учел сведения, отраженные в постановлении судебного пристава от 21.10.2021 № 11003/21/1021959 об окончании исполнительного производства в отношении ООО «Коминефтегаз» в связи с отсутствием у должника имущества, с которыми коррелируют иные установленные в рамках настоящего спора обстоятельства.

С учетом изложенного суд заключил, что формирование конкурсной массы ООО «Коминефтегаз» и проведение в отношении должника процедур конкурсного производства могли быть осуществлены на основании сведений и документов, имевшихся в распоряжении конкурсного управляющего.

Совокупность оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве апелляционным судом не установлена и суд округа не усмотрел оснований для иного вывода исходя из доводов кассационной жалобы.

Суд округа обращает внимание, что в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал уклонение от передачи документации, а не ее искажение. В этой связи доводы конкурсного кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» о внесении ответчиком изменений в программный комплекс «1С: Бухгалтерия» не могли быть приняты во внимание апелляционным судом, на что последний справедливо указал в мотивировочной части постановления.

Кассационная инстанция не усмотрела процессуальных нарушений, которые были бы допущены судом предыдущей инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и влияли бы на правомерность его выводов.

Апелляционная инстанция, приняв представленные ответчиком в обоснование его апелляционной жалобы дополнительные доказательства, действовала в пределах предоставленной ему компетенции по повторному рассмотрению дела по существу (часть 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пятый абзац пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъясняет, что немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

В настоящем случае приобщение апелляционным судом дополнительных доказательств направлено на всестороннее и полное установление фактических обстоятельств спора с учетом принципа состязательности судебного разбирательства, направлено на всестороннее их исследование, в связи с чем не привело к нарушению прав участников спора на справедливое судебное разбирательство и принятию неправильного по существу судебного акта.

Доводы кассационной жалобы отклонены судом округа, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом предыдущей инстанции норм материального и процессуального права и сводятся к переоценке установленных в рамках спора обстоятельств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Суд апелляционной инстанции исследовал материалы обособленного спора полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права.

Оснований для отмены обжалованного постановления с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Несогласие заявителя с выводами суда апелляционной инстанции, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не допустил.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 27.03.2024 по делу № А29-7605/2021 Арбитражного суда Республики Коми оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коминефтегаз» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


С.В. Ионычева




Судьи


Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева