Решение от 20 июля 2025 г. по делу № А56-111532/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-111532/2023
21 июля 2025 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 08 июля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 21 июля 2025 года.


Судья Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области Мороз А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Смирновым А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании иск индивидуального предпринимателя (далее – ИП) ФИО1 и ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о несостоятельности (банкротстве)

ответчики: ФИО3 (ИНН <***>),

ФИО4 (ИНН <***>),

при участии:

от ФИО1 – ФИО5 по доверенности от 17.09.2023

от ФИО3  – ФИО6 по доверенности от 10.06.2025

от ФИО4 – ФИО7 по доверенности от 02.10.2024,

установил:

ИП ФИО8 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО3 и ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о несостоятельности (банкротстве).

Определением арбитражного суда от 22.11.2023 указанное заявление принято к производству; судебное заседание арбитражного суда первой инстанции назначено на 29.12.2023.

Судебное заседание неоднократно откладывалось для предоставления дополнительных доказательств.

Определением от 16.04.2024 судебное заседание отложено на 25.06.2024; ФИО2 признан присоединившимся к иску                               ИП ФИО1

Решением суда от 12.07.2024 ФИО3 и ФИО4 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПетроПроф», с ФИО3 и ФИО4 солидарно взыскано в пользу ИП ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 3.022.398,00 руб., с ФИО3 и ФИО4 солидарно взыскано в пользу ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности 379.650,49 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2024 по делу № А56-111532/2023 в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Петропроф» отменено, в удовлетворении заявленных требований в указанной части отказано; в остальной части решение оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.03.2024 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 по делу № А56-111532/2023 отменены, дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Определением от 02.04.2025 судебное заседание назначено на 10.06.2025, затем отложено на 08.07.2025.

В ходе судебного заседания представитель ФИО3 представил отзыв и ходатайствовал об отложении судебного заседания.

Судом в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано.

Присутствующие в судебном заседании представители сторон поддержали доводы, изложенные в отзывах.

Арбитражный суд, исследовав материалы обособленного спора и оценив представленные доказательства, выслушав явившихся лиц, установил следующее.

В обоснование иска истец указывает на то, что между ИП ФИО1 и ООО «ПетроПроф» (цессионарием) был заключен договор уступки прав требования (цессии) от 16.08.2021, обязательства по которому ООО «Петропроф» исполнены не были, в связи с чем у него образовалась задолженность по договору в размере                 980.000 рублей.

05.10.2021 стороны заключили дополнительное соглашение № 041021/1 к договору, в котором увеличили размер пени за просрочку цессионарием исполнения обязательств по оплате до 1% от суммы просроченного платежа в день.

Сумма пени составила 1.979.600 рублей.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2022 по делу № А56-42806/2022 с ООО «Петропроф» в пользу                        ИП ФИО1 взыскана задолженность в размере 980.000 рублей                                                    и 1.979.600 неустойки, а также 25.000 рублей расходов на оплату услуг представителя и 37.798 рублей расходов на уплату госпошлины.

Размер требований заявителя к должнику составил 3.022.398 рублей.

В отношении ООО «Петропроф» было возбуждено исполнительное производство 99307/22/78006-ИП на основании исполнительного листа № ФС 038606452 от 19.09.2022.

 В связи с неисполнением указанного судебного акта ИП ФИО10 обратился в суд с заявлением о признании ООО «ПетроПроф» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.09.2023 по делу № А56-38655/2023 в связи с отсутствием у должника имущества и денежных средств для осуществления расходов по делу о банкротстве, а также отказом заявителя от финансирования процедуры банкротства производство по заявлению ИП ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПетроПроф» было прекращению.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца к контролирующим должника лицам в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по мотивам совершения ими противоправных действий (допущение противоправного бездействия), повлекших невозможность исполнения обязательств.

Пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона

ИП ФИО1 являлся кредитором-заявителем в деле о банкротстве                 ООО «ПетроПроф», то есть относится к числу лиц, поименованных в пунктах 2 и 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, имеющих право на подачу настоящего искового заявления.

Присоединившийся к иску кредитор ФИО2 является бывшим работником ООО «ПетроПроф».

ФИО2 обратился в Красногвардейский районный суд                                Санкт-Петербурга с иском к ООО «ПетроПроф» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат с даты прекращения трудового договора по день вынесения решения, компенсации морального вреда, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что на основании трудового договора от 28.06.2021  № 92-ОКП он работал в ООО «ПетроПроф» в должности главного специалиста ОВ и К, а 10.09.2021 был уволен по собственному желанию. В день увольнения окончательный расчет работодателем произведен не был, незаконными действиями были нарушены трудовые права истца, причинен моральный вред.

Решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 27.04.2022 по делу №2-2195/2022 с ООО «ПетроПроф» в пользу ФИО2 взыскана задолженность по заработной плате в размере 228.932,99 рублей, компенсация за задержку выплаты в размере 37.461,07 рублей, компенсация морального вреда в размере 10.000 рублей.

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон                            № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ).

Из вышеприведенных правовых норм с учетом общих правил действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ), процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.

Поскольку заявление истца о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 15.11.2023, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. При этом ввиду приведенных ФИО1 доводов, относящихся к действиям, совершенным после 01.07.2017, материальное право определяется нормами статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в актуальной редакции.

В соответствии с положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом возможность определять действия должника может достигаться, в том числе (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве): в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из указанного следует, что в соответствии с названными положениями Закона о банкротстве, Закона об ООО к субсидиарной ответственности может быть привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ФИО4 является единственным участником должника (100% доля в уставном капитале) с 05.03.2020; ФИО3 является генеральным директором должника, начиная с 04.03.2020 и до настоящего времени.

Таким образом, в силу изложенных положений Закона о банкротстве указанные истцом лица признаются судом контролирующими должника.

Истец указывает на следующие основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности:

- отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности,

- недостоверность сведений в ЕГРЮЛ в отношении ООО «ПетроПроф»,

- неподача заявления о признании ООО «ПетроПроф» несостоятельным (банкротом).

1. В соответствии со статьей 50 Закона об ООО общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Согласно пункту 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учёте) первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

В соответствии с пунктом 2 статьи 29 Закона о бухгалтерском учёте, документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской отчетности.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об обществах с ограниченной ответственностью, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

При этом указанная ответственность, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учёта в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учётных документов, регистров бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчетности (статья 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путём предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

По общему правилу лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (пункт 1 статьи 65 АПК РФ). В то же время судопроизводство в арбитражных судах осуществляется на основе принципов равноправия и состязательности сторон и суд должен обеспечить им равные условия для реализации прав на судебную защиту (статьи 8, 9 АПК РФ). Суд определяет предмет доказывания и распределяет между сторонами бремя доказывания обстоятельств спора таким образом, чтобы оно было потенциально реализуемым исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо обычно лежит на кредиторах, в интересах которых заявлено это требование. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Презумпции считаются верными, пока не доказано иное.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6), от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Таким образом, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, сокрывшего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов на момент введения в отношении должника наблюдения.

Презумпция носит опровержимый характер, и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно доказать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления № 53).

Правовые позиции о распределении бремени доказывания для установления наличия материально-правовых оснований привлечения к субсидиарной ответственности в аналогичной ситуации, о стандарте поведения добросовестного контролирующего лица и его ответственности изложены в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П. В пунктах 3.2, 5.1 этого постановления, в частности, указано о применимости презумпций статьи 61.11 Закона о банкротстве и в случае привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности после прекращения дела о банкротстве должника ввиду отсутствия средств для финансирования соответствующих процедур. Как добросовестное поведение отмечено аккумулирование и сохранение контролирующим лицом информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующего лица от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Создание препятствий кредитору в защите его прав косвенным образом указывает на интерес контролирующего должника лица в сокрытии своих противоправных действий и намерении уйти от ответственности.

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Возражая против удовлетворения, ФИО11 не представил доказательств наличия объективных препятствий для исполнения им обязанности контролирующего должника лица по раскрытию перед судом информации о финансово-хозяйственной деятельности должника; не раскрыл причины неисполнения обязанности по погашению задолженности перед кредиторами.

Суд отмечает, что отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного.

В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника.

Указанное (через презумпцию сокрытия документов, подразумевающую за таким сокрытием намерение скрыть следы своих противоправных действий) свидетельствует о доведении ФИО3 общества до банкротства.

Учитывая изложенное, ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

2. В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый Федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.11 положения подпункта 5 пункта 2    статьи 61.11 применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых от имени юридического лица возложены обязанности по представлению документов для государственной регистрации либо обязанности по внесению сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц.

На дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения о местонахождении ООО «ПетроПроф», факт внесения недостоверных сведений о юридическом лице подтвержден соответствующей записью ЕГРЮЛ.

Также в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в отношении генерального директора ООО «ПетроПроф» ФИО3.

В соответствии с пунктом 25 постановления № 53 согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в ЕГРЮЛ или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснении относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ истцами в материалы дела не представлены пояснений о том, как наличие в ЕГРЮЛ недостоверной информации в отношении адреса общества и сведений о руководителе общества повлияло на проведение процедур банкротства, либо на возможность погашения долга перед ними.

В этой связи оснований к привлечению ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не имеется.

3. Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

При этом пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязательств перед контрагентами.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления.

Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве даются определения следующим понятиям:

- недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

- неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное,

- несостоятельность (банкротство) - признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

В пункте 12 Постановления №53 отмечается, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Таким образом, исходя из содержания перечисленных норм и их толкования, данного в постановлении № 53, на заявителя в споре о привлечении к субсидиарной ответственности на основании части 1 статьи 9 Закона о банкротстве по правилам статьи 65 АПК РФ возлагается обязанность представить обоснованные доводы о моменте возникновения объективного банкротства.

Ознакомившись с ответом МИФНС 21 от 05.09.2023 (отчетностью общества за 2021 год) истец полагает, что на момент возникновения обязательств ООО «ПетроПроф» перед заявителем (21.09.2021), у ООО «ПетроПроф» уже имелись признаки несостоятельности, указанные в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Так, в иске заявитель указал на наличие непогашенной задолженности перед налоговым органом на основании:

• Акта органа, осуществляющего контрольные функции № 96 от 09.03.2021 на сумму 308.855,31 рублей. Исполнительное производство № 17775/21/78022-ИП. Возвращено взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию.

• Акта органа, осуществляющего контрольные функции № 245 от 14.04.2021 на сумму 2.672.998,41 рублей; Исполнительное производство № 39377/21/78022-ИП. Возвращено взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию.

• Акта органа, осуществляющего контрольные функции № 260 от 27.04.2021 на сумму 1.229.600,88 рублей. Исполнительное производство № 47691/21/78022-ИП. Возвращено взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию;

• Акт органа, осуществляющего контрольные функции № 393 от 11.05.2021 на сумму 2.122.319,70 рублей. Исполнительное производство № 54904/21/78022-ИП. Возвращено взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию;

• Акт органа, осуществляющего контрольные функции № 480 от 27.05.2021 на сумму 316.819,67 рублей. Исполнительное производство № 63996/21/78022-ИП. Возвращено взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию.

Из заявления ФИО2 следует, что задолженность перед работником по выплате заработной плате образовалась за период с 28.06.2021 по 10.09.2021.

Вместе с тем суд учитывает, что согласно сложившейся судебной практике, по смыслу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве наличие непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами (в настоящем случае перед налоговым органом) на определенный период времени само по себе не свидетельствует о наличии у организации признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и наступлении обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Само по себе наличие задолженности юридического лица, приобретаемой им входе обычной хозяйственной деятельности, в отсутствие объективных признаков неплатежеспособности лица перед кредиторами или фиктивности сделки не является основанием расценивать бездействие руководителя данного лица в качестве недобросовестного поведения.

Таким образом, истцом не доказана дата объективного банкротства общества, соответственно, и дата возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением применительно к каждому ответчику.

Соответственно, не указан размер непогашенных обязательств должника, возникших после наступления обязанности контролирующих должника лиц по подаче заявления должника, подлежащих определению применительно к статьям 9, 61.12 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, не установлено.

4. Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В силу абзаца 2 пункта 20 Постановления № 53 если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 45 Постановления № 53 в резолютивной части определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлеченного к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части.

Однако в связи с тем, что ИП ФИО1 и ФИО2 воспользовались своим правом подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, то размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица следует определять исходя из размера их требований к ООО «ПетроПроф».

Таким образом, с ФИО3 в пользу ИП ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности подлежат взысканию денежные средства в общем размере 3.022.398,00 руб.; в пользу ФИО2 – 379.650,49 руб.

Суд кассационной инстанции, направляя на новое рассмотрение настоящее дело, указал на необходимость распределения расходов по уплате государственной пошлины, в том числе за рассмотрение дела судом кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на дату подачи иска) размер госпошлины по требованию ИП ФИО1 составляет 38.111,99 руб. (при подаче иска уплачено 6.000,00 руб.), по требованию ФИО2 – 10.593 руб.

При этом ФИО2 уплачена государственная пошлина за подачу кассационной жалобы в размере 20.000,00 руб.

Таким образом, с ФИО3 в пользу ИП ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6.000,00 руб., а в доход федерального бюджета 32.111,99 руб., в пользу ФИО2 – 30.593,00 руб. (10.593+20.000).

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПетроПроф».

Взыскать с ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 3.022.398,00 руб.

Взыскать солидарно с ФИО3 в пользу ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности 379.650,49 руб.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 расходы на уплату государственной пошлины в размере 6.000 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 32.111,99 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 расходы на уплату государственной пошлины в размере 30.593,00 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья                                                                                                           А.В.Мороз