Постановление от 10 ноября 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-10692/2019-9
11 ноября 2020 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 03 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 ноября 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Е.А.Герасимовой, Н.А.Морозовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Р.А.Федорук,

при участии:

финансового управляющего ФИО1 по решению от 08.10.2019,

от ФИО2 ФИО3 по доверенности от 06.04.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19706/2020) Соловьевой Елены Львовны на определение Арбитражного суда Калининградской области от 16.06.2020 по делу № А21-10692/2019-9 (судья Ефименко С.Г.), принятое

по заявлению финансового управляющего о признании ничтожным договора купли-продажи от 08.12.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5 в отношении объекта недвижимости: <...>; применении последствий недействительности сделки,

установил:

определением арбитражного суда первой инстанции от 16.06.2020 признан недействительным договор купли-продажи от 08.12.2017, заключенный между ФИО4 и ФИО5. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО4 жилого помещения общей площадью 32.5 кв.м., с кадастровым номером 39:15:120305:1852, расположенного по адресу: <...>.

ФИО4 подана апелляционная жалоба, в которой просила определение отменить. Ссылалась, что заявление финансового управляющего основано на предположении, что оспариваемая сделка была совершена с целью искусственного ухудшения жилищных условий и получения правовых преимуществ при разделе имущества, равно сокрытия имущества при разделе имущества. Вопреки этому, вопрос раздела имущества между бывшими супругами С-выми, в том числе в отношении <...> разрешен в судебном порядке. Финансовый управляющий не доказал нарушение прав должника оспариваемым договором, причинение убытков должнику и кредиторам. Доказательством таких убытков могло бы быть занижение цены, однако доказательств того, что спорный актив мог быть продан по значительно более высокой цене управляющий, в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил. Желание ФИО4 распределить доли в квартирах в соответствии с ее пониманием справедливости распределения квартир между бывшими супругами и несовершеннолетними детьми в ходе судебного разбирательства по разделу имущества, инициированного ФИО2 не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ФИО4 Завещание от 11.12.2017 также не свидетельствует о мнимости оспариваемого договора. После совершения спорной сделки у должника не возникло право собственности на какие-либо иные жилые помещения. Учитывая, что спорное жилое помещение являлось единственным пригодным для постоянного проживания должника, указанное имущество в силу части 1 статьи 446 ГПК РФ не подлежало бы включению в конкурсную массу, что исключает наличие причинения вреда имущественным правам кредиторов. Доказательства того, что у должника в собственности имеется несколько жилых помещений, пригодных для проживания, в материалы дела не представлены. Доказательств мнимости, фиктивности договора в материалы дела также не представлено. Договор исполнен сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

Финансовый управляющий возражал относительно апелляционной жалобы, определение просил оставить без изменении.

Конкурсный кредитор ФИО2 выразил аналогичную позицию, ссылался, что оспариваемая сделка от 08.12.2017 совершена с целью сокрытия принадлежащего должнику жилого помещения, для искусственного ухудшения жилищных условий и получения должником правовых преимуществ при разделе имущества между кредитором и должником, соответственно, с целью вывода активов и сокрытия имущества должника. При этом, подателем апелляционной жалобы оставлено без внимания, что вынесению обжалуемого определения предшествовала всесторонняя и объективная оценка судом первой инстанции всех доказательств и обстоятельств по делу с соблюдением критериев достаточности и взаимной их связи совокупности. Вопреки формальным доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции была дана надлежащая оценка доказательствам и обстоятельствам при всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие должника и ответчика по обособленному спору, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4. Определением суда от 13 августа 2019 года возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 08 октября 2019 года (резолютивная часть от 01 октября 2019 года) ФИО4 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО1. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 192 от 19.10.2019, на сайте ЕФРСБ в сети «Интернет» сообщение № 4267921 опубликовано 14.10.2019.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 февраля 2020 года (резолютивная часть от 03 февраля 2020 года) решение Арбитражного суда Калининградской области от 08 октября 2019 года по делу № А21-10692/2019 отменено, принят новый судебный акт. Признано обоснованным заявление ФИО2 о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом), в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО1.

Определением суда от 28 мая 2020 г. срок процедуры реализации имущества ФИО4 продлен.

27.01.2020 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании договора купли-продажи от 08.12.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5 в отношении объекта недвижимости: <...> ничтожным и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления управляющий указывал, что в период с 05.09.2009 по 02.11.2017 г. ФИО2 состоял в законном браке с ФИО4 (девичья фамилия ФИО5).

На основании решения мирового судьи седьмого судебного участка Ленинградского района г. Калининграда ФИО7 от 02.11.2017г. брак был расторгнут (копии свидетельства о заключении брака от 05.09.2009г. I-PE №596349, решения от 02.11.2017 (резолютивная часть) о расторжении брака, свидетельства о расторжении брака от 11.12.2017 I-PE №672067).

Согласно поступившим документам из Управления Росреестра по Калининградской области и судебных решений, через шесть дней после вступления в силу решения от 02.11.2017 о расторжении брака, зная об инициировании кредитором процедуры по разделу имущества, 08.12.2017. должником был заключен купли-продажи от 08.12.2017 в отношении объекта недвижимости: <...>. квартира отчуждена отцу должника, который зарегистрирован и проживает в другом городе.

Ссылался, что ФИО4, при заключении договора не намеревалась создать соответствующие правовые последствия. При этом, ФИО5 никогда не вселялся и не проживал в <...>. Местом его постоянной регистрации и жительства является <...>.

После совершения сделки по передаче имущества ФИО4 продолжала осуществлять пользование и владение данным имуществом и давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества: о мнимом характере сделки свидетельствует сдача данной квартиры ФИО4 по договору найма от 30.06.2014 на условиях пролонгации п.2.2 Договора нанимателю ФИО8, который там проживает и после мнимой сделки. Денежные средства от сдачи квартиры получала и получает ФИО4 По мнению финансового управляющего, оспариваемая сделка от 08.12.2017 совершена ФИО4 с целью сокрытия принадлежащего жилого помещения, для искусственного ухудшения жилищных условий и получения правовых преимуществ при разделе имущества между ФИО2 и ФИО4, соответственно, с целью вывода активов и сокрытия имущества должника.

Согласно части 1 статьи 64 и статьям 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам об обоснованности заявленных финансовым управляющим требований и, установив мнимость оспариваемой сделки, заявление удовлетворил, применив последствия недействительности путем возврата имущества в конкурсную массу.

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не нашедшие объективного подтверждения в ходе апелляционного рассмотрения обособленого спора и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

В соответствии с п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Как разъяснил Верховный суд в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Следовательно, существенным условием данного вида договора является передача продавцу покупателем обусловленной ими суммы за реализуемой объект недвижимости.

Подобного в рассматриваемом случае не подтверждено. Безденежность договора купли-продажи от 08.12.2017 не опровергнута подателем апелляционной жалобы, который соответствующую декларацию в отношении денежной суммы от реализации объекта недвижимости не подавал. Указанные обстоятельства подтверждаются данными, полученными финансовым управляющим должника на соответствующие запросы в налоговые органы.

Финансовая состоятельность покупателя также не подтверждена.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции финансовый управляющий мотивировал сомнения относительно исполнения денежного обязательства покупателем, и соответствующий факт не подтвержден достаточными доказательствами в толковании норм процессуального права в абзаце 2 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", согласно которому в случае наличных расчетов должна быть подтверждена финансовая возможность плательщика. В соответствии с частью 1 статьи 81 АПК РФ лицо, участвующее в деле, представляет арбитражному суду свои объяснения об известных ему обстоятельствах, имеющих значение для дела, в письменной или устной форме. В ходе рассмотрения обособленного спора стороны оспариваемой сделки уклонились от явки в суд и предоставления сведений о заключении и исполнении договора купли-продажи. При этом не представлено надлежащих - соответствующих части 2 статьи 71, статье 68, части 8 статьи 75 АПК РФ - доказательств передачи денежных средств.

Должник на момент заключения оспариваемой сделки имела признаки неплатежеспособности. Данное обстоятельство подтверждается вынесенными судебными актами по обособленным спорам №А21-10692-5/2019, №А21-10692-13/2019, №А21-10692-14/2019, №А21-10692-15/2019.

Обоснован вывод суда первой инстанции о заинтересованности сторон, определяющей установленную в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпцию осведомленности стороны в сделке о действительных целях должника при ее совершении, а также его неплатежеспособности на момент совершения.

Как следует из ч. 3 ст. 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются, в частности, его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В оспариваемой сделке, ФИО5 по отношению к должнику по степени родства приходится отцом, соответственно, в силу ч. 3 ст. 19 Закона о банкротстве договор купли-продажи от 08.12.2017 является сделкой заинтересованных лиц.

В ходе апелляционного рассмотрения не опровергнут вывод суда первой инстанции о том, что стороны по сделке не имели намерений создать соответствующие правовые последствия.

Оспариваемая сделка заключена через шесть дней после вступления в силу решения от 02.11.2017 о расторжении брака. При этом, ФИО5 не проживал в <...>. Местом его постоянной регистрации и жительства является <...>.

Таким образом, воля сторон не направлена на достижение гражданско-правовых отношений между ними, а целью заключения оспариваемого договора является возникновение правовых последствий для искусственного ухудшения жилищных условий и получения правовых преимуществ при разделе имущества, равно сокрытия имущества при разделе имущества.

ФИО4 и ФИО5 совершили сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что влечет признание сделки ничтожной.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Результатом оспариваемой сделки стало уменьшение имущества, при обычном (добросовестном) обороте формирующего конкурсную массу в процедуре банкротства физического лица, согласно пунктам 1 и 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, что в соответствии с абзацем 33 статьи 2 Закона о банкротстве образует признак причинения вреда имущественным правам кредиторов, а добросовестность действий сторон сделки судам первой и апелляционной инстанций не подтверждена.

Не конвалидирует ничтожную по признакам мнимости сделку (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), со злоупотреблением правом, запрещенным статьей 10 ГК РФ, довод, связанный с исполнительским иммунитетом в отношении отчужденной квартиры, который отклонен как не соответствующий части 2 статьи 65, статье 67 АПК РФ. При этом в материалах дела имеется справка ФНС о принадлежности должнику на праве общей долевой собственности еще двух объектов недвижимости, что не подтверждает довод о статусе отчужденной квартиры, в которой ни должник, ни покупатель (отец должника) не проживают, как единственно пригодного для проживания помещения.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 16.06.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

Судьи

Е.А. Герасимова

Н.А. Морозова