Постановление от 15 декабря 2024 г. по делу № А56-90971/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


16 декабря 2024 года

Дело №

А56-90971/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Богаткиной Н.Ю., Троховой М.В.,

при участии от ФИО1 представителей ФИО2 и ФИО3 (доверенность от 01.08.2022),  от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 01.08.2023), от финансового управляющего ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 22.03.2024), от общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Транснациональный банк» представителя ФИО8 (доверенность от 16.08.2023),

рассмотрев 09.12.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2024 по делу № А56-90971/2019/сд.4,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2019 принято к производству заявление ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 03.02.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Определением суда от 25.10.2021 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1, финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Определением суда от 25.10.2022 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Финансовый управляющий ФИО6 27.01.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать  недействительными ряд сделок, заключенных ФИО1 и его супругой ФИО4.

Определением  суда от 27.04.2023  требования финансового управляющего  о признании  недействительным заключенного 28.02.2015 ФИО1 и ФИО4 договора  № 50АА 6469357 о разделе имущества и применении последствий его недействительности выделены в отдельное производство,  выделенному обособленному спору присвоен  номер «сд.4».

Финансовый управляющий ФИО6 уточнил рассматриваемые в рамках настоящего обособленного спора требования и просил признать недействительным заключенный 28.02.2015 ФИО1 и ФИО4 договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества, в порядке применения последствий  его недействительности возвратить в конкурсную массу ФИО1 помещение площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254, расположенное по адресу: <...>;  учитывая фиктивность (мнимость) расторжения брака ФИО1 и ФИО4, признать следующее имущество, приобретенное на имя ФИО4 за счет средств от реализации совместно нажитого имущества, общей совместной собственностью должника и ФИО4,  включить его в конкурсную массу должника:

- квартиру площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящуюся по адресу: <...>;

- подземное нежилое помещение площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенное по адресу: <...>;

- подвальное нежилое помещение площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенное по адресу: <...>, бокс 6.

Определением суда первой инстанции от 30.01.2024 заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены, заключенный  28.02.2015 ФИО1 и ФИО4 договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества признан недействительным (ничтожным); в порядке применения последствий недействительности названного договора признано общей собственностью супругов и подлежащим включению в конкурсную массу ФИО1 нежилое помещение площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254, расположенное по адресу: <...>; кроме того,  признано подлежащим включению в конкурсную массу ФИО1  следующее недвижимое имущество, приобретенное на имя ФИО4:

- квартира площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящаяся по адресу: <...>;

- подземное нежилое помещение площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенное по адресу: <...>;

- подвальное нежилое помещение площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенное по адресу: <...>, бокс 6.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2024 определение 30.01.2024 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО1  просит отменить определение от 30.01.2024, постановление от 17.06.2024 и, не передавая дело на новое рассмотрение,  принять новый судебный акт, которым заявление финансового управляющего  ФИО6 в части требования о признании  недействительным заключенного  28.02.2015 ФИО1 и ФИО4 договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества и включении в конкурсную массу должника помещения площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254 оставить без рассмотрения; в удовлетворении  заявления в остальной части отказать либо направить обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суд первой инстанции был обязан оставить заявление финансового управляющего без рассмотрения в связи с  тем, что аналогичный спор  по иску ФИО4  к ФИО1 рассматривается Калининским районным судом Санкт-Петербурга; полагает, что договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества, заключенный  28.02.2015 ФИО1 и ФИО4, является действительным, поскольку по данному договору должник получил равноценное встречное исполнение.

ФИО1  также не согласен с выводами судов первой и апелляционной инстанций об осведомленности ФИО4 о наличии у него признаков неплатежеспособности на дату заключения названного договора, приводит доводы, которые,  по его мнению, подтверждают данное обстоятельство.

Как считает податель жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие фиктивность расторжения брака ФИО1 и ФИО4  

В поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО4  просит отменить определение от 30.01.2024 и постановление от 17.06.2024, направить  дело  в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на  несоответствие фактическим обстоятельствам  дела выводов судов первой и апелляционной инстанций о безвозмездности договора  № 50АА 6469357 о разделе имущества, заключенного 28.02.2015 ФИО1 и ФИО4, а также о  недействительности (ничтожности) названного договора в силу того, что он был заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

ФИО4 также не согласна с выводами судов первой и апелляционной инстанций о мнимости договора от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества и о наличии оснований для признания объектов недвижимости, находящихся в д. Глухово, общей собственностью супругов.

Как считает податель жалобы, вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что финансовым управляющим не пропущен срок исковой данности, не соответствует нормам материального права и противоречит сложившейся судебной практике.

В представленных в электронном виде отзывах финансовый управляющий ФИО6 и общество с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Транснациональный банк»  (далее – Банк) считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО4 поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах.

Представители финансового управляющего ФИО6 и Банка возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, в период с 28.08.1993 по 30.09.2014 ФИО1 и ФИО4 состояли в браке; 30.09.2014 брак расторгнут.

До расторжения брака ФИО1 и ФИО4 приобретено нежилое помещение площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254, расположенное по адресу: <...>.

Согласно договору уступки права требования от 14.02.2007 по договору № 2 участия в долевом строительстве от 18.11.2005, право собственности  на нежилое  помещение приобретено за 14 175 000 руб.

С 17.12.2015 и до настоящего времени ФИО1 и ФИО4 вновь состоят в брачных отношениях.

ФИО1 и ФИО4 28.02.2015 заключен  договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества, по условиям которого указанное нежилое помещение   перешло в собственность ФИО4, которая, в свою очередь, обязалась  выплатить должнику 9 000 000 руб.

Согласно расписке от 01.03.2015  ФИО1 получил от ФИО4  9 000 000 руб. по  договору о разделе имущества от 28.02.2015.

В обоснование  требования о признании договора  № 50АА 6469357 о разделе имущества недействительным (ничтожным) финансовый управляющий ФИО6 сослался на обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, которыми требование  закрытого акционерного общества «Инжиниринговая корпорация «Трансстрой» (далее - Общество)  в размере 308 000 000 руб. основного долга, 257 734 098,07 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов  ФИО1

Из указанных судебных актов следует, что  ФИО1  ранее обвинялся в совершении мошенничества, то есть хищениях принадлежащих Обществу денежных средств в общей сумме 308 000 000 руб. путем обмана и злоупотреблении доверием, которые свершались в период с 26.06.2007 по 05.09.2007 и с 01.10.2009 по 16.06.2010.

Постановлением Басманного районного суда города Москвы от 05.11.2020 по делу № 1-246/2020 уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по ходатайству ФИО1 в связи с истечением срока давности.

С учетом изложенного управляющий полагал, что договор  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества заключен ФИО1 с ФИО4 с целью причинения вреда кредиторам; ФИО4, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не могла не знать о наличии у ФИО1 такой цели.

  В обоснование требования о включении в конкурсную массу должника  квартиры площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящейся по адресу: <...>,  подземного нежилого помещения площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенного по адресу: <...>, и  подвального нежилого помещения площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенного по адресу: <...>, бокс 6,  управляющий сослался на фиктивность (мнимость) расторжения брака ФИО1 и ФИО4

ФИО1 и ФИО4 возражали против удовлетворения заявленных финансовым управляющим ФИО6 требований, заявили о пропуске заявителем срока исковой давности, полагали, что требования в части признания недействительным договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества следует оставить без рассмотрения ввиду того, что аналогичный спор  по иску ФИО4 к ФИО1 рассматривается Калининским районным судом Санкт-Петербурга.

 Суд первой инстанции отклонил доводы ответчиков о необходимости применения исковой давности.

Основанием для удовлетворения требований финансового управляющего ФИО6, рассматриваемых в рамках настоящего обособленного спора, послужили выводы суда первой инстанции о том, что договор  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества заключен с целью причинения вреда кредиторам ФИО1 и в силу положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) является недействительным (ничтожным), а также  о фиктивности расторжения брака ФИО1 и ФИО4

Апелляционный суд согласился с указанными выводами и постановлением от 17.06.2024  оставил определение  суда первой инстанции  от 30.01.2024 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность  доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве  основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 указанной статьи).

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015  № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном  пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

Оспариваемый договор  № 50АА 6469357 о разделе имущества заключен  28.02.2015, то есть до 01.10.2015, таким образом, может быть признан недействительным лишь по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

Согласно разъяснениям,  приведенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63),  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой  статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как  следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как установлено судом первой инстанции, договор  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества заключен ФИО1 и ФИО4 после возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела по фактам хищения принадлежащих Обществу денежных средств в общей сумме 308 000 000 руб., которое прекращено постановлением Басманного районного суда города Москвы от 05.11.2020 по делу № 1-246/2020.

Судом первой инстанции также установлено, что на дату заключения договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества были вынесены решения Кунцевского районного суда города Москвы от 18.12.2013 по делу № 02-1220/13 и от 18.12.2013 по делу № 2- 1242/2013 о взыскании с ФИО1 денежных средств в пользу акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «Банк на Красных Воротах» (далее –Банк)

Впоследствии определением суда от 29.07.2020, вынесенным по результатам рассмотрения обособленного спора «тр.2» в деле о банкротстве ФИО1, требование Банка в размере  46 048 098,45 руб., подтвержденное указанными решениями, признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.

Признавая  договор  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества  недействительным (ничтожным), суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что названный договор  заключен с целью причинения вреда кредиторам ФИО1

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 86 Постановления № 25,  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Неисполнение одной из сторон своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Принимая во внимание, что ни должник, ни его супруга не совершали каких-либо действий по регистрации договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества, информация о заключении данного договора в Единый государственный реестр недвижимости не вносилась, нежилое помещение площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254, расположенное по адресу: <...>, фактически осталось в общей совместной собственности супругов, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у оспариваемого договора  признаков мнимой сделки.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций о недействительности (ничтожности) договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества, соответствуют доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора, и основаны на правильном применении норм материального права.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1  довод о том, что суд первой инстанции был обязан оставить заявление финансового управляющего без рассмотрения ввиду того, что  спор  по иску ФИО4  к ФИО1 о признании договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества недействительным рассматривается Калининским районным судом Санкт-Петербурга, не может быть принят.

Как полагает суд кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций правомерно не признали рассмотрение Калининским районным судом Санкт-Петербурга названного иска ФИО4  к ФИО1 основанием для оставления без рассмотрения требований финансового управляющего в части признания недействительным договора  от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества.

Содержащийся в кассационной жалобе ФИО4 довод о пропуске  финансовым управляющим срока исковой данности также не может быть принят.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 32 Постановления № 63, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В результате оценки доказательств, представленных участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора в обоснование своих требований и возражений, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, что срок исковой давности в данном случае следует исчислять с 17.03.2020 – даты, когда ФИО9 (первый финансовый управляющий  в деле о банкротстве ФИО1) получил от должника копию договора от 28.02.2015 № 50АА 6469357 о разделе имущества.

С учетом того, что с заявлением, рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора, финансовый управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд 27.01.2023, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций отклонили доводы ФИО1 и ФИО11 о необходимости применения исковой давности.

Основания для иной оценки доказательств, имеющихся в материалах настоящего обособленного спора, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Удовлетворяя требования финансового управляющего ФИО6 о включении в конкурсную массу должника  квартиры площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящейся по адресу: <...>;  подземного нежилого помещения площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенного по адресу: <...>; и  подвального нежилого помещения площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенного по адресу: <...>, бокс 6, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что расторжение брака ФИО1 и ФИО4 является формальным, а по сути – фиктивным.

По мнению суда кассационной инстанции, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 27 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) брак признается недействительным при нарушении условий, установленных статьями 12 - 14 и пунктом 3 статьи 15 названного  Кодекса, а также в случае заключения фиктивного брака, то есть если супруги или один из них зарегистрировали брак без намерения создать семью.

Согласно пункту 2 указанной статьи признание брака недействительным производится судом.

Аналогичные требования применятся и к признанию недействительным расторжения брака, в том числе фиктивного, совершенного без намерения достичь соответствующие правовые последствия.

При этом необходимо учитывать, что  в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дела по спорам, возникающим из семейных отношений, рассматриваются судами общей юрисдикции.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 СК РФ). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ).

Применительно к указанным разъяснениям финансовый управляющий, который в  соответствии  пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, не лишен возможности обратиться в компетентный суд с иском о признании недействительным (фиктивным) расторжения брака, заключенного ФИО1 и ФИО4

Принимая во внимание, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции, которым расторжение брака, заключенного ФИО1 и ФИО4, было бы признано недействительным, при рассмотрении настоящего обособленного спора не было представлено, у судов первой и апелляционной инстанций, как полагает суд кассационной инстанции, отсутствовали основания для включения в конкурсную массу должника  квартиры площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящейся по адресу: <...>;  подземного нежилого помещения площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенного по адресу: <...>; и  подвального нежилого помещения площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенного по адресу: <...>, бокс 6.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований в указанной части, не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в названной части.

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора в данной части, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основе полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд кассационной инстанции считает необходимым, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований в названной части.

Принимая во внимание, что кассационные жалобы удовлетворены лишь частично, расходы по государственной пошлине, уплаченной ФИО1 и ФИО4  при подаче жалоб, суд кассационной инстанции считает необходимым оставить на подателях кассационных жалоб.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд  Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2024 по делу № А56-90971/2019/сд.4 в части  признания недействительным заключенного 28.02.2015 ФИО1 и ФИО4 договора  № 50АА 6469357 о разделе имущества и возврата в конкурсную массу ФИО1 в порядке применения последствий недействительности названного договора помещения площадью 208 кв. м с кадастровым номером 69:40:0400055:254, находящегося  по адресу: <...>, оставить без изменения, а  кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4  в указанной части – без удовлетворения.

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2024 по делу № А56-90971/2019/сд.4 отменить.

В удовлетворении требований финансового управляющего ФИО6  о признании квартиры площадью 122,1 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:589, находящейся по адресу: <...>;  подземного нежилого помещения площадью 17 кв. м с кадастровым номером 50:11:0050501:2639, расположенного по адресу: <...>;  подвального нежилого помещения площадью 16,8 кв. м с кадастровым номером  50:11:0050501:2674, расположенного по адресу: <...>, бокс 6, общей совместной собственностью ФИО1 и ФИО4 и включения перечисленного имущества в конкурсную массу должника отказать.


Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи


Н.Ю. Богаткина

 М.В. Трохова