Постановление от 28 октября 2024 г. по делу № А50-3477/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6516/24

Екатеринбург

28 октября 2024 г.


Дело № А50-3477/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 октября 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Пирской О.Н., Тихоновского Ф.И.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 24.04.2024 по делу № А50-3477/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.11.2022 ФИО1 (далее – должник) признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.04.2024 процедура реализации имущества должника завершена, в отношении ФИО1 применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением требований, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и требований акционерного общества «Азиатский-Тихоокеанский банк» (далее – общество «АТБ», Банк).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 21.08.2024 определение суда первой инстанции от 24.04.2024 изменено, абзац третий резолютивной части определения изложен в следующей редакции: «Не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «АТБ», установленных определением суда от 29.08.2022 по настоящему делу, в части требований, основанных на кредитных договорах от 30.10.2019 № 57-00-172169-АПН и от 01.02.2020 № 57-00-179002-АПН, и перед публичным акционерным обществом «Совкомбанк» (далее – Совкомбанк), установленных определением суда от 22.09.2022, в части требования, основанного на кредитном договоре от 01.02.2020 №2717534164».

В кассационной жалобе должник просит определение суда первой инстанции от 24.04.2024 и постановление апелляционного суда от 21.08.2024 в части неприменения к нему положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве отменить и освободить его от исполнения обязательств перед кредиторами, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Должник полагает, что выводы судов сделаны без учета установленных приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 01.07.2021 по делу № 1-172/2021 обстоятельства хищения у должника ФИО3 транспортных средств (в частности, залогового автомобиля Рено Логан), сдача в аренду которых была основным источником дохода должника, и по причине этих противоправных действий ФИО3 должник стал неспособным исполнить обязательства перед обществом «АТБ». Должник указывает на недобросовестность поведения Банка по отказу от заключения договора уступки прав требования дебиторской задолженности с ФИО3 в счет погашения долга должника перед кредитором. По мнению должника, суды не оценили его доводы о том, что продажа автомобиля Фольксваген Туарег обусловлена недостаточностью средств для существования должника и членов его семьи, а кредитор не утратил возможность погасить свои требования за счет данного автомобиля, поскольку, по действующему законодательству, в случае продажи имущества залог сохраняет силу. Должник ссылается на то, что он сотрудничал с управляющим и кредиторами, активно участвовал в деле о банкротстве и раскрыл всю необходимую информацию для проведения мероприятий процедуры реализации, а также резолютивная часть постановления апелляционного суда, объявленная в судебном заседании, не соответствует резолютивной части постановления, изготовленного в полном объеме.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы только в части неосвобождения должника от исполнения обязательств.

Как установлено судом и следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО1 инициировано по заявлению должника.

Как следует из отчета финансового управляющего и реестра требований кредиторов, кредиторы должника первой и второй очередей не установлены, в третью очередь реестра включены требования кредиторов на общую сумму 2 118 185 руб. 24 коп., в том числе: требования Совкомбанка на сумму 283 662 руб. 99 коп. и общества «АТБ» на сумму 1 440 723 руб. 81 коп.

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, выявлено наличие у должника дебиторской задолженности к ФИО3 на сумму 991 236 руб. 99 коп., возникшей в результате преступления и подтвержденной приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 01.07.2021, а также денежных средств в виде заработной платы, а недвижимого и движимого имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано.

Финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, в ходе которого выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, требованияоб их оспаривании предъявлены в суд, но по результатам их рассмотрения выводы управляющего не подтвердились; признаков преднамеренного и фиктивного банкротства у должника не установлено.

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия и имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении реализации имущества гражданина, при этом просил применить в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от обязательств.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции установил, что все возможные мероприятия процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим выполнены, и завершил соответствующую процедуру.

В части завершения процедуры банкротства должника судебные акты не обжалуются и судом округа в указанной части не пересматриваются.

Суд первой инстанции, с учетом поведения должника в процедуре реализации имущества, причин и обстоятельств, повлекших банкротство должника, пришел к выводу о наличии оснований для неприменения в отношении должника пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «АТБ»

Пересмотрев спор в обжалуемой части, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов перед обществом «АТБ», апелляционный суд, также усмотрел основания для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором – Совкомбанком, изменив определение суда первой инстанции в данной части.

По общему правилу, после завершения расчетов с кредиторами гражданин – банкрот освобождается от исполнения требований кредиторов (пункт 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов; при этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им; вследствие этого к гражданину-должнику предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, в том числе, честное сотрудничество с управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина - банкрота, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определениями суда от 29.08.2022 и от 22.09.2022 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включены требования общества «АТБ» и Совкомбанка и отказано в признании за названными кредиторами статуса залоговых.

Определением суда от 29.08.2022 установлено, что 30.10.2019 и 01.02.2020 между ФИО1 (заемщик) и публичным акционерным обществом «Квант Мобайл Банк» (далее – Квант Мобайл Банк) заключены кредитные договоры <***> и № 57-00-179002-АПН, по условиям которых должнику предоставлены заемные денежные средства в суммах 971 425 и 300 375 руб. в целях покупки транспортных средств, включая Фольксваген Туарег, 2010 г.в., которые предоставляются кредитору в залог (пункт 10 индивидуальных условий кредитования), после чего по договору купли-продажи от 30.10.2019 должник приобрел у общества с ограниченной ответственностью «АвтоСтатус», представляющего интересы ФИО4, автомобиль Фольксваген Туарег, 2010 г.в., в отношении которого в пользу Банка зарегистрирован залог в установленном порядке в реестре уведомлений о залоге движимого имущества, при этом свои обязательства по выдаче должнику кредитов Квант Мобайл Банк исполнил своевременно и в полном объеме, в то время как должник обязанность по своевременному внесению платежей надлежащим образом не исполнил, что также подтверждается исполнительной надписью нотариуса от 26.06.2021, а в дальнейшем право требования задолженности к должнику по вышеуказанным кредитным договорам на общую сумму 1 440 723 руб. 81 коп. Квант Мобайл Банк передал обществу «АТБ» по договору уступки от 06.04.2020.

Определением суда от 29.08.2022 по настоящему делу также установлено, что должник по договору купли-продажи продал названный автомобиль Фольксваген Туарег, 2010 г.в. в июне 2021 года ФИО5, без согласия залогодержателя и не направил денежные средства, полученные от реализации предмета залога, на погашение кредитной задолженности, в то время как, согласно пункту 6 индивидуальных условий договора залога транспортного средства, распоряжение предметом залога любым способом, в том числе отчуждение ТС, сдача его в аренду, обременение иными правами третьих лиц, осуществление действий, направленных на ухудшение состояния и уменьшения стоимости предмета залога, возможны только с согласия Банка (залогодержателя), а, согласно ответу органов внутренних дел, автомобиль Фольксваген Туарег, 2010 г.в., зарегистрирован за ФИО4, и доказательства наличия спорного автомобиля у должника в натуре отсутствуют, из чего следует, что не имеется оснований для включения требований общества «АТБ» по кредитному договору от 30.10.2019 в реестр как обеспеченных залогом движимого имущества ввиду фактического отсутствия такового у должника.

Определением суда от 22.09.2022 установлено, что 01.02.2020 между Совкомбанком и ФИО1 (заемщик) заключен договор потребительского кредита № 2717534164, по условиям которого должнику предоставлены денежные средства в сумме 324 214 руб. 81 коп. на срок 60 месяцев под 21,9 % годовых на покупку автомобиля Лада Гранта, 2019 г.в., при этом, согласно пункту 10 Индивидуальных условий кредитования, заемщик предоставляет кредитору обеспечение в виде залога транспортного средства: Лада Гранта, 2019 г.в., и в отношении данного автомобиля в пользу Совкомбанка зарегистрирован залог в установленном порядке в реестре уведомления о залоге движимого имущества, при этом, согласно пункту 9.8 Общих условий договора потребительского кредита под залог транспортного средства, распоряжение предметом залога любым способом, в том числе отчуждение ТС, сдача его в аренду, передача в безвозмездное пользование, внесение в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ, иное возможно только с согласия Банка (залогодержателя).

Определением суда от 22.09.2022 по настоящему делу также установлено, что согласно информации органов внутренних дел, автомобиль Лада Гранта, 2019 г.в. на момент рассмотрения спора был зарегистрирован за ФИО1, но приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 01.07.2021 по делу № 1-172/2021 установлены обстоятельства выбытия этого автомобиля из владения должника в результате противоправных действий третьего лица, а именно: в период с 18.05.2020 по 06.06.2020 между ФИО1 и ФИО3 была устная договоренность, согласно которой ФИО1 передавал ФИО3 в бессрочное возмездное пользование без права выкупа и распоряжения, принадлежащий ему автомобиль Лада Гранта, 2019 г.в., с момента получения которого ФИО3 обязался выплачивать арендные платежи ФИО1, и, получая своевременные платежи в полном объеме от ФИО3, ФИО1 ослабил контроль, прекратив проверки автомобиля, но15.06.2020 ФИО3, осуществляя преступный умысел, направленный на хищение вверенного имущества, осознавая, что по договоренности с ФИО1 он не имеет права распоряжаться автомобилем ФИО1, как своим собственным, действуя из корыстных побуждений, продал автомобиль Лада Гранта, 2019 г.в. ФИО6, то есть похитил его, распорядившись полученными от продажи автомобиля денежными средствами по своему усмотрению, чем причинил должнику материальный ущерб на сумму 418 000 руб. в крупном размере, в связи с чем, установив факт выбытия автомобиля из владения должника в результате противоправных действий третьего лица, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований Совкомбанка в части признания его требований как обеспеченных залогом имущества должника.

Принимая во внимание все вышепоименованные установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства утраты должником залогового имущества, и, установив, что приобретенный должником по кредитному договору от 01.02.2020, заключенному с Квант Мобайл Банк, автомобиль Рено Логан, 2016 г.в. утрачен должником и не существует в натуре, поскольку разобран на запасные части, которые в дальнейшем проданы, кузов распилен и продан как лом металла, в то время как кредитные денежные средства выдавались должнику непосредственно под условием передачи в залог приобретаемых транспортных средств, которые, в нарушение договорных условий, реализованы должником без согласия залогодержателей, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела, что непосредственно в результате действий должника по продаже предмета залога, по передаче предмета залога в аренду третьему лицу без согласия залогодержателя и по не передаче денежных средств, полученных в результате отчуждения предметов залога, на погашение обязательств перед кредиторами, не принявшего всех надлежащих мер, необходимых для обеспечения сохранности заложенного имущества, ликвидное имущество, принадлежавшее должнику, выбыло из конкурсной массы, причинив тем самым вред имущественным правам кредиторов, обоснованно разумно рассчитывавшим на возможность удовлетворения своих требований за счет реализации залогового имущества или оставления предмета залога за собой.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что в данном случае сам по себе тот факт, что спорные автомобили утрачены в результате преступных действий ФИО3, не свидетельствует о добросовестности поведения должника, осуществившего, в нарушение пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий кредитных договоров, передачу залогового имущества в аренду без согласования с залогодержателем, при том, что передача залогового имущества третьему лицу подразумевает отсутствие непосредственного контроля за его сохранностью со стороны обязанного лица – залогодателя, отсутствие у залогодателя возможности своевременно получать информацию об изменениях состояния залогового имущества (дорожно-транспортные происшествия, повреждение, ненадлежащее использование: перевозка грузов легковым автомобилем, перегруз, использование некондиционного топлива и иных материалов), а также об утрате имущества, в том числе его хищении и разукомплектовании, а при таких обстоятельствах существенно растет риск утраты залогового имущества и ухудшения его технического состояния, что снижает вероятность погашения долга за счет предмета залога и увеличивает вероятность того, что наличие залога не обеспечит погашение требований кредитора, на которое он вправе рассчитывать с учетом условий кредитного договора, вследствие чего личность фактического владельца залогового имущества имеет для залогодержателя существенное значение, при том, что у кредиторов нет возможности оценить добросовестность неизвестного ему третьего лица, с которым непосредственно у кредиторов не имеется никаких договорных отношений, и, установив, что доказательств, свидетельствующих об осуществлении должником действий по согласованию передачи залогового имущества третьим лицам либо по уведомлению залогодержателей о такой передаче и о месте нахождения залогового имущества после его передачи должником третьему лицу, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицами, участвующими в деле, в том числе ФИО1, не представлено, в то время как передача в аренду третьему лицу залогового имущества была связана с осуществлением должником деятельности по систематическому получению дохода от пользования приобретенным в кредит имуществом, а передача имущества в коммерческую эксплуатацию подразумевает кратное увеличение его использования, в том числе в тяжелых условиях, апелляционный суд пришел к выводу, что сокрытие от кредиторов таких целей использования имущества нельзя признать ожидаемым добросовестным поведением любого разумного и добросовестного участка гражданского оборота, вследствие чего последствия умышленного и грубого нарушения должником условий кредитных договоров, повлекшего утрату залогового имущества, не могут быть возложены на кредиторов, добросовестно исполнивших свои обязательства и имеющих право рассчитывать на такое же добросовестное поведение со стороны заемщика.

При этом апелляционный суд также исходил из того, что наличие у кредиторов как у как залогодержателей права обратиться с требованием об обращении взыскания на предмет залога к новому собственнику само по себе не свидетельствует о добросовестности действий должника и не создает для должника правовой основы для отчуждения имущества, являющегося предметом залога, без согласия залогодержателей, поскольку в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредиторами, на что разумно рассчитывали кредиторы при вступлении в правоотношения с должником.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, апелляционный суд установил, что нарушение должником договорных условий о возможности отчуждения залогового имущества исключительно с согласия залогодержателя существенно увеличило риски утраты залогового имущества, и именно вследствие указанного нарушения условий кредитного договора имела место реализация указанного риска в виде хищения залогового имущества, при том, что должник передал третьему лицу залоговое имущество для последующей передачи его в аренду третьим лицам, то есть осуществлял деятельность по систематическому получению дохода от пользования приобретённым в кредит имуществом, а сокрытие, в нарушение условий договора, от кредитора цели использования залогового имущества нельзя признать ожидаемым поведением любого разумного и добросовестного участника гражданского оборота, соответствующим сложившейся общепризнанной практике гражданского оборота, и такие действия не являются добросовестными, при том, что, предоставляя кредит должнику и определяя условия его предоставления, кредиторы исходили из факта его обеспечения высоколиквидным имуществом должника и возможности погасить задолженность либо ее существенную часть за счет переданного в залог имущества, а при таких обстоятельствах освобождение должника от обязательств противоречит целям процедуры банкротства, принципам гражданского законодательства, нарушает баланс интересов должника и кредиторов, создает условия для получения должником не вытекающей из закона выгоды за счет освобождения от обязательств перед кредиторами, что является недопустимым.

При таких обстоятельствах, исходя из изложенного, руководствуясь вышеприведенными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и все, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив факт недобросовестного поведения должника, выразившегося в продаже предмета залога и передаче предмета залога в аренду третьему лицу без согласия залогодержателей, добросовестно рассчитывающих на погашение долга либо его существенной части за счет переданного в залог имущества, в отсутствие доказательств направления вырученных от реализации предмета залога денежных средств на расчеты с кредиторами (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела, что в рассматриваемом случае освобождение должника от обязательств противоречит целям процедуры банкротства, принципам гражданского законодательства, нарушает баланс интересов должника и кредиторов, создает условия для получения должником не вытекающей из закона выгоды за счет освобождения от обязательств перед кредиторами, что недопустимо.

На основании изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «АТБ» и Совкомбанком, в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Таким образом, апелляционный суд в данном случае исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия всех необходимых и достаточных оснований для неосвобождения ФИО1 от исполнения обязательств перед вышеназванными кредиторами, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, опровергающих данные выводы, и, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционным судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод заявителя о несоответствии резолютивной части постановления апелляционного суда, объявленной в судебном заседании, резолютивной части постановления в полном объеме, судом округа исследован и отклонен с учетом того, что данное несоответствие устранено апелляционным судом при изготовлении полного текста постановления суда в порядке, предусмотренном статьей 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исправление данной опечатки не затрагивает существа вынесенного судебного акта, нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не допущено.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права, являлись предметом оценки апелляционного суда, документально не подтверждены и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной апелляционным судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу в обжалуемой части и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учётом изложенного, обжалуемое постановление является законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2024 по делу № А50-3477/2022 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи О.Н. Пирская


Ф.И. Тихоновский