Постановление от 5 июля 2024 г. по делу № А03-2048/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А03-2048/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


ФИО1,

судей


ФИО2,



ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белозеровой А.А., рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5, ФИО6 (№ 07АП-3760/24), на решение Арбитражного суда Алтайского края от 02.04.2024 по делу № А03-2048/2023 (судья Трибуналова О.В.) по иску общества с ограниченной ответственностью «Прайд-А», г. Бийск Алтайского края (ИНН <***>), к индивидуальному предпринимателю ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), ФИО5, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), ФИО6, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), о взыскании солидарно суммы задолженности по договору поставки товаров в кредит № 19639 от 12.01.2021, пени в размере 189 396,85 руб. за период с 12.09.2022 по 20.01.2023, к индивидуальному предпринимателю ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), о взыскании задолженности по договорам коммерческой концессии (франчайзинга) № 500, 501 и № 502 от 12.01.2021 в размере 66 016,42 руб., по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), к обществу с ограниченной ответственностью «Прайд-А», г. Бийск Алтайского края (ИНН <***>), 532000 руб. неосновательного обогащения, 51378 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.10.2022 по 17.01.2024, а также, начиная с 17.01.2024 по день фактической уплаты долга, с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Торговый дом «Перекресток»,

В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО7, представитель по доверенности от 31.03.2022, паспорт, техническое подключение к онлайн заседанию не обеспечила;

от ИП ФИО5: ФИО8, представитель по доверенности от 10.10.2022, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле: без участия (извещены);



У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Прайд-А» (далее – истец, ООО «Прайд-А») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее по тексту – Предприниматель), ФИО5, ФИО6 о взыскании солидарно суммы задолженности по договору поставки товаров в кредит № 19639 от 12.01.2021, пени в размере 189 396,85 руб. за период с 12.09.2022 по 20.01.2023, к индивидуальному предпринимателю ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), о взыскании задолженности по договорам коммерческой концессии (франчайзинга) № 500, 501 и № 502 от 12.01.2021 в размере 66 016,42 руб. (требования уточнены в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

В рамках рассмотрения дела индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился с встречным иском к обществу с ограниченной ответственностью «Прайд-А» о взыскании 532000 руб. неосновательного обогащения, 51378 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.10.2022 по 17.01.2024, а также, начиная с 17.01.2024 по день фактической уплаты долга. Встречный иск принят к производству суда.

К участию в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено - АО Торговый дом «Перекрёсток»

Решением суда от 02.04.2024 в солидарном порядке с индивидуального предпринимателя ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП<***>), ФИО5, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), ФИО6, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «Прайд-А», г. Бийск Алтайского края (ИНН <***>), взыскано 1445777,50 руб. задолженности по договору поставки товаров в кредит № 19639 от 12.01.2021, 705 539,42 руб. пени за период с 02.10.2022 по 31.01.2024. С индивидуального предпринимателя ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), ФИО5, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), ФИО6, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «Прайд-А», г. Бийск Алтайского края (ИНН <***>) взыскано по 9846,67 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины с каждого. С индивидуального предпринимателя ФИО4, с. Зудилово Первомайского района Алтайского края (ОГРНИП <***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью «Прайд-А», г. Бийск Алтайского края (ИНН <***>), взыскана сумма задолженности по роялти за период с 01.04.2022 по 30.06.2022 по договору коммерческой концессии (франчайзинга) № 500 от 12.01.2021 в размере 11830,42 руб., по договору коммерческой концессии (франчайзинга) № 502 от 12.01.2021 в размере 26367 руб., по договору коммерческой концессии (франчайзинга) № 501 от 12.01.2021 в размере 27819 руб. В удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчики обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение арбитражного суда и принять по делу новый судебный акт, которым в исковых требованиях отказать полностью. Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств. В обоснование апелляционной жалобы ее податели ссылаются на то, что ответчиком было заявлено ходатайство о снижении суммы неустойки ввиду ее несоразмерности; суд первой инстанции неправомерно взыскал сумму задолженности по незаключенным договорам коммерческой концессии.

Истец в отзыве, представленном в суд в порядке статьи 262 АПК РФ, доводы жалобы отклонил, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО8 поддержала доводы жалобы, настаивала на ее удовлетворении.

В соответствии со статьей 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отзыве, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 12.01.2021 между ИП ФИО4 (Покупатель) и ООО «Прайд-А» (Продавец) заключен рамочный договор поставки товаров в кредит № 19639, в соответствии с условиями которого поставщик передает производимый или закупаемый им товар в собственность покупателя партиями с оплатой после его передачи.

Пунктом 2 статьи 1 договора предусмотрено, что покупатель обязан произвести оплату переданных ему товаров в течение восьми календарных дней с момента оформления заказа на эти товары. договор определяет общие условия взаимоотношений сторон о передаче поставщиком производимых или закупаемых им товаров в собственность покупателю партиями с оплатой после их передачи (продажа товаров в кредит с отсрочкой оплаты). Условиями договора (пункт 1 статьи 7) предусмотрена ответственность за нарушение срока оплаты в виде пени в размере 0,1% от стоимости неоплаченного товара за каждый календарный день просрочки.

Во исполнение обязательств по договору истцом осуществлялась в адрес ответчика поставка товара, что подтверждается представленными в материалы дела документами, в том числе универсально-передаточными документами, маршрутными журналами, актом сверки взаимных расчетов.

По расчету истца сумма задолженности за поставленный товар составила 1445777,50 руб.

В обеспечение исполнения обязательств по договору поставки № 196639 между обществом «Прайд-А» и: - предпринимателем ФИО5 (поручитель 1) заключен договор поручительства от 14.01.2021, по которому поручитель 1 обязался отвечать перед поставщиком за исполнение покупателем всех обязательств по договору № 19639; - предпринимателем ФИО6 (поручитель 2) заключен договор поручительства от 14.01.2021, по которому поручитель 2 обязался отвечать перед поставщиком за исполнение покупателем всех обязательств по договору № 19639.

В соответствии с пунктами 2.1 договоров поручительства поручители 1, 2 обязуются нести солидарную ответственность с покупателем перед поставщиком за исполнение обязательств покупателя по договору № 19639, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков поставщика, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства покупателя. В соответствии с пунктами 2.2 договоров поручительства основанием ответственности поручителей 1,2 являются: неоплата в срок, установленный договором № 19639, принятого от поставщика товара; неоплата штрафных санкций за просрочку оплаты товара, принятого от поставщика товара.

Также, между обществом «Прайд-А» (правообладатель, франчайзер, общество) и предпринимателем ФИО4 (правопользователь, франчайзи, предприниматель) 12.01.2021 заключены договора коммерческой концессии (франчайзинга) № 500, 501 и 502 тождественные по содержанию.

По условиям договоров общество предоставляет предпринимателю за вознаграждение право использовать в предпринимательской деятельности систему ведения бизнеса, разработанную и принадлежащую обществу. Также общество обязуется оказывать предпринимателю информационные и маркетинговые услуги, консультации по ведению бизнеса. В договор включены следующие термины: магазин - открываемый и ведущий работу в соответствии с данным договором магазин, торгующий продуктами питания и сопутствующими товарами; коммерческое обозначение - ФСК - франчайзинговая сеть «Корзинка». Система - уникальная система ведения бизнеса, разработанная франчайзером и принадлежащая ему, предназначенная для создания и функционирования магазина, которая описана в стандартах, руководстве, а также включает в себя коммерческую информацию.

Согласно пункту 2.2 договора общество предоставляет предпринимателю право использовать в предпринимательской деятельности коммерческое обозначение «Корзинка». Предприниматель вправе использовать данное обозначение: на вывеске магазина; в оформлении отделов магазина; на упаковочных пакетах; на ценниках, чеках и рекламных материалах в местах продаж; на бланках, конвертах, визитных карточках, бейджах; в рекламных материалах и публикациях в СМИ; в сети интернет, кроме создания собственного сайта. Пунктом 2.3 договора предусмотрено, что общество обеспечивает работу служб оперативной поддержки франчайзи, включающую работу отдела франчайзинга (кустовых директоров, маркетологов, менеджеров по ассортименту, обучающих администраторов), сторонних организаций оказывающих услуги по логистике, функционированию информационной системы.

Разделом 3 договора предусмотрено, что вознаграждение по настоящему договору включает в себя два составляющих - первоначальный взнос и ежемесячное вознаграждение (роялти). Роялти исчисляется по ставке 2 (два) % от фактического товарооборота за минусом суммы продаж «Продукции собственного производства». Сумма роялти, является ежемесячным обязательным платежом и оплачивается до 15 числа месяца следующего за отчетным. При открытии магазина с отделом горячей выпечки ставка роялти увеличивается на 0,1% на этот магазин, но не более чем 2%.

Согласно приложению 2 к договору коммерческой концессии роялти может изменяться в сторону уменьшения за стаж в торговой сети, за количество магазинов находящихся в торговой сети. Первоначальный взнос (паушальный взнос) оплачивается клиентом за вхождение в торговую сеть «Корзинка» и за открытие магазина.

В соответствии с пунктом 20.2 договор может быть расторгнут досрочно в одностороннем порядке каждой из сторон с письменным уведомлением противоположной стороны не менее чем за 3 месяца. Согласно пунктам 20.3, 20.3.5 договор может быть расторгнут обществом в более короткие сроки, с уведомлением за 1 месяц и без выплаты компенсации в случае: если предприниматель своевременно не выполняет своих обязательств по оплате товара, полученного по договору поставки от общества.

18.08.2022 ООО «Прайд-А» направлены в адрес ответчиков претензии об исполнении обязательств по оплате задолженности за поставленный товар, об одностороннем отказе от договора поставки, об оплате задолженности по договорам коммерческой концессии № 500 и 502, о расторжении договора по истечении одного месяца с даты получения настоящей претензии (получено 27.08.2022).

В ответе от 08.09.2022 на претензию предприниматель указал на отсутствие оснований для расторжения договора поставки товаров в кредит № 19639, просил возобновить поставку товаров, уточнить размер задолженности.

Ссылаясь на невыполнение обществом принятых на себя обязательств, предприниматель направили в адрес общества требование от 05.09.2022 о возврате неосновательного обогащения в размере 1763816,89 руб.

Наличие у ответчиков задолженности и отсутствие оплаты претензии явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Считая, что у ООО «Прайд-А» отсутствует исключительное право, которое может быть переедено по договору коммерческой концессии, ответчик обратился в арбитражный суд с встречным иском.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции принял по существу правильное решение, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок. Согласно статье 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

В силу пункта 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли - продажи и не вытекает из существа обязательства.

Исходя из требований статей 9, 65 АПК РФ, при возникновении между сторонами спора относительно надлежащего исполнения условий синаллагматического (двусторонне обязывающего) договора поставки на покупателя возлагается обязанность доказать факт перечисления денежных средств (иного пополнения имущественного фонда контрагента), а на поставщика - факт осуществления поставки обусловленного соглашением сторон товара на эквивалентную сумму.

В силу пункта 1 статьи 408 ГК РФ предусмотрено, что только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив факт поставки истцом товара и принятие его ответчиком без каких-либо возражений относительно качества, количества и стоимости, о чем свидетельствует совокупность представленных доказательств, в отсутствие доказательств оплаты поставленного товара в полном объеме, суд первой инстанции признал требования истца о взыскании 1445777,50 основного долга правомерными и подлежащими удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки в размере 705539,42 руб. за период с 02.10.2022 по 31.01.2024.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329, пунктом 1 статьи 330, статьи 331 ГК РФ одним из способов обеспечения исполнения обязательств является неустойка, то есть определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

Условиями договора (пункт 1 статьи 7) предусмотрена ответственность за нарушение срока оплаты в виде пени в размере 0,1% от стоимости неоплаченного товара за каждый календарный день просрочки.

Проверив расчет неустойки, суд первой инстанции признал его верным, соответствующим договору, действующему законодательству.

Оснований для уменьшения размера пеней судом не установлены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В пункте 73 Постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» содержатся разъяснения, в соответствии с которыми бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, разрешая вопрос о несоразмерности начисленной неустойки последствиям нарушения компанией обязательства по оплате товара, суд учитывает, что размер заявленной неустойки соответствует распространенному в коммерческой практике размеру (0,1%), договор с обозначенным размером санкции подписан ответчиком без возражений, доказательств несоразмерности предъявленной неустойки последствиям нарушения не представлено.

Доводы подателя жалобы о том, что неустойка подлежит уменьшению, поскольку из материалов дела не следует, что истцу действиями ответчика нанесен действительный ущерб, суд апелляционной инстанции отклоняет ввиду следующего.

Как следует из положений статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Как разъясняется в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ. Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81, при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Кроме того, с учетом изложенных выше правовых норм и по смыслу статьи 333 ГК РФ уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что взыскиваемая неустойка соответствует нарушенному ответчиком обязательству, а признаков считать ее необоснованно (чрезмерно) завышенной, несоразмерной или необоснованной, не усматривается.

Доказательства чрезмерности начисленной истцом неустойки и доказательств наличия оснований для снижения неустойки, ответчиком в материалы дела не представлены. Финансовое положение, на что ссылается ответчик, таковым не является.

Заключенный сторонами договор поставки по форме и содержанию соответствует требованиям законодательства, и ответчик, подписывая его, в полной мере пользовался правом свободы договора. Порядок исполнения обязательства и ответственность за ненадлежащее исполнение были согласованы сторонами. Заключая договор на указанных условиях, ответчик должен был предполагать возможность возникновения для него в случае нарушения им условий договора неблагоприятных правовых последствий в виде уплаты неустойки.

Установленный договором размер неустойки (0,1%) является широко распространенной практикой в деловом обороте, соответствует сложившимся обычаям в сфере предпринимательской деятельности.

Учитывая изложенное, обстоятельства настоящего спора в совокупности с гражданско-правовой спецификой соглашения между истцом и ответчиком исключают возможность уменьшения размера неустойки, поскольку такое уменьшение существенно нарушает права истца на компенсацию за неисполнение условий обязательства.

Тогда как судом апелляционной инстанции не усмотрено получение кредитором необоснованной выгоды и нарушения баланса сторон. При этом, риск наступления такой ответственности напрямую зависит от действий самого ответчика, действуя как профессиональный участник гражданского оборота, мог и должен был предпринять необходимые действия во избежание применения к нему штрафных санкций.

Материалы дела не свидетельствуют о получении кредитором (истцом) необоснованной выгоды при взыскании заявленной суммы неустойки, рассчитанной в соответствии с условиями договоров, доказательств тому не представлено. Доказательств совершения истцом действий, направленных на причинение вреда другому лицу, а также злоупотребления со стороны истца имеющимся у него правом, материалы дела также не содержат.

Таким образом, приняв во внимание, что предприниматели ФИО6 и ФИО4 поручились перед обществом за надлежащее исполнение предпринимателем ФИО5 обязательств по договору поставки № 19639 (договоров поручительства от 14.01.2021 предприниматели ФИО4 (поручитель 1) и ФИО6 (поручитель 2)), суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для солидарного взыскания задолженности и неустойки.

Рассматривая требование первоначального иска о взыскании с предпринимателя Ульриха Д.Е. долга по договорам коммерческой концессии и требования встречного иска о взыскании с ООО «Прайд-А» неосновательного обогащения, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Статьей 1233 ГК РФ установлено, что правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Пунктом 2 статьи 1027 ГК РФ предусмотрено, что договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

В соответствии со статьей 1030 ГК РФ вознаграждение по договору коммерческой концессии может выплачиваться пользователем правообладателю в форме фиксированных разовых и (или) периодических платежей, отчислений от выручки, наценки на оптовую цену товаров, передаваемых правообладателем для перепродажи, или в иной форме, предусмотренной договором.

Расторжение договора в данном случае не освобождает стороны от надлежащего исполнения ранее возникших, но не исполненных обязательств по договору (включая осуществление оплаты).

Указанный порядок расторжения договора закреплен пунктом 1 статьи 1037 ГК РФ, согласно которому каждая из сторон договора коммерческой концессии, заключенного на определенный срок или без указания срока его действия, во всякое время вправе отказаться от договора, уведомив об этом другую сторону не позднее чем за тридцать дней, если договором предусмотрена возможность его прекращения уплатой денежной суммы, установленной в качестве отступного.

Данный порядок предусмотрен как для договора коммерческой концессии, заключенного на определенный срок, так и без указания срока его действия. В соответствии с пунктом 1 статьи 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

На основании статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 ГК РФ, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Из материалов дела следует, что договоры подписаны и исполнялись сторонами, разногласий относительно предмета договоров в момент их исполнения не установлено.

Истец по встречному иску вносил плату по договорам, тем самым подтверждая свою заинтересованность и волеизъявление в пользовании предоставленными правами и оказываемыми услугами.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что при заключении оспариваемых договоров воля истца по встречному исковому заявлению была направлена на совершение какой либо другой сделки, а также того, что ООО «ПрайдА» были совершены какие-либо действия, способствующие созданию ложного представления о существе совершаемых сделок. Сам договор изложен понятным и доступным языком при использовании крупного шрифта, договор не имеет приписок или написание каких-либо условий мелким или не понятным шрифтом.

О расторжении договора в одностороннем порядке ответчик по первоначальному иску не заявлял, в том числе и судебном порядке, хотя такое право предоставлено согласно условиям договора.

О расторжении договора в одностороннем порядке заявил истец по первоначальному иску, а ответчик по первоначальному иску возражал против расторжения договоров.

Отклоняя довод предпринимателей о том, что воля была направлена на заключение договора коммерческой концессии, который подлежал государственной регистрации, арбитражный суд отметил, что в соответствии с действующим законодательством договор, по которому предоставляется право на использование только коммерческого обозначения и не предоставляется право на использование товарного знака, не может рассматриваться как договор коммерческой концессии и, соответственно, не подлежит регистрации в Роспатенте.

Судом установлено, что по условиям договоров общество предоставляет предпринимателю за вознаграждение право использовать в предпринимательской деятельности систему ведения бизнеса, разработанную и принадлежащую обществу, предоставляет право на коммерческое обозначение - ФСК - франчайзинговая сеть «Корзинка». Также общество обязуется оказывать предпринимателю информационные и маркетинговые услуги, консультации по ведению бизнеса. Договоры заключались в целях открытия магазинов и сопровождение дальнейшей деятельности магазина. В договорах согласованы порядок выплаты вознаграждения, договоры подписаны и исполнялись сторонами, что следует из материалов дела. Разногласий относительно предмета договоров в момент их заключения, как и ранее, при открытии магазинов, не возникло. Предприниматель вносил плату по договорам, тем самым подтверждая свою заинтересованность и волеизъявление в пользовании предоставленными правами и оказываемыми услугами. Из материалов дела следует, что в рамках длительного сотрудничества с предпринимателем периодически проводились совещания, на которых проводился мониторинг показателей доходности, обсуждались вопросы начисления скидок, графики погашения задолженности за поставленный товар и другое.

Тогда как каких- либо запросов о предоставлении дополнительных инструкций, других документов/инструкций, о невозможности ведения бизнеса предпринимателем при отсутствии указанных инструкций на протяжении всего периода времени с даты открытия магазинов не поступало.

На основании изложенного подлежат отклонению доводы подателей жалобы о недоказанности истцом оказания услуг.

При этом вопреки позиции подателей жалобы не подписание актов оказанных услуг не освобождает от оплаты фактически оказанных услуг.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив факт использования предпринимателем в своей деятельности переданных по договорам прав на коммерческое обозначение, оказания комплекса соответствующих услуг по договорам, в отсутствие доказательств оплаты данных услуг, суд первой инстанции признал требования истца требование по первоначальному иску о взыскании задолженности по договорам коммерческой концессии отыскиваемая истцом правомерными и подлежащими удовлетворению.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции верно установлена воля предпринимателя на сохранение оспариваемых сделок. Учитывая использование предпринимателем коммерческого обозначения, принятия объема оказанных услуг, отсутствие возражений со стороны предпринимателя относительно действительности договора до рассмотрения дела в суде.

При этом, учитываются положения пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», которые предусматривают, что при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

В пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» разъяснено, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статей 10 ГК РФ. Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным. При этом положения статей 432, 433 ГК РФ о моменте заключения договора, не исключают возможности согласования его существенных условий, и после составления письменного соглашения, в том числе путем совершения конклюдентных действий в порядке пункта 3 статьи 438 ГК РФ.

На основании изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, действия сторон, приступивших к исполнению договора, квалифицируются судом как подтверждающие факт заключенности и действительности договора, следующий из установленной в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Противоречивое поведение стороны в гражданском обороте подпадает под действие положений части 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ и международного принципа «эстоппель», являющегося одним из средств достижения правовой определенности и препятствующего недобросовестному лицу изменять свою первоначальную позицию, выбранную ранее модель поведения и отношения к определенным юридическим фактам, и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению). Законодательством не допускается противоречивое и недобросовестное поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В свою очередь установив, что договоры исполнялись сторонами, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения встречного иска о взыскании в качестве неосновательного обогащения платы, внесенной по договорам.

Согласно части 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного, в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ).

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

По смыслу приведенных норм права приобретение или сбережение имущества одним лицом (приобретателем) должно являться результатом соответствующего уменьшения имущества другого лица (потерпевшего) при отсутствии к тому правовых оснований.

Таким образом, иск о взыскании неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будет доказан факт получения имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

Недоказанность хотя бы одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

По правилам пункта 1 статьи 1102 ГК РФ неосновательное обогащение можно констатировать, если у лица отсутствуют основания (юридические факты), дающие ему право на получение имущества (договоры, сделки, иные предусмотренные статьи 8 ГК РФ основания возникновения гражданских прав и обязанностей).

Субъектами кондикционных обязательств выступают приобретатель - лицо, неосновательно обогатившееся, и потерпевший - лицо, за счет которого произошло обогащение.

Особенность распределения бремени доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения заключается в том, что на истце лежит обязанность доказать совокупность следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя (ответчика); уменьшение имущества на стороне потерпевшего (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления вышеуказанных имущественных последствий; размер неосновательного обогащения. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

Ответчик вправе в свою очередь доказывать наличие оснований для получения имущества от истца (отсутствие признака неосновательности).

Исходя из положений пункта 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», истец по требованию о взыскании неосновательного обогащения должен доказать факт приобретения либо сбережения ответчиком имущества, принадлежащего истцу, отсутствие у ответчика для этого правовых оснований, период такого пользования, а также размер неосновательного обогащения. При недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств исковые требования не подлежат удовлетворению.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Кодекса необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

Однако в случае, если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, то бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, либо в излишней сумме, в силу указанных норм возлагается на истца.

Ссылка апеллянтов на то, что судом не исследован вопрос о существовании коммерческого обозначения «Корзинка», наличие прав у истца на коммерческое обозначение, судом отклоняется, поскольку право на товарный знак исходя из условий договора не передавалось покупателю.

На основании изложенного, учитывая не подтверждение материалами дела факта незаключенности или недействительности договора между сторонами, принимая во внимание, что договор исполнялся сторонами, оснований переоценки выводов суда первой инстанции в части встречного иска апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, верно установленных судом первой инстанции и, соответственно, не влияют на законность принятого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанций правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с судебной оценкой доказательств и выводами суда первой инстанции, что, само по себе, не является основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Ссылка ответчиков на судебную практику не может быть принята апелляционным судом во внимание при рассмотрении настоящего дела, так как какого-либо преюдициального значения для настоящего дела не имеет.

Таким образом, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции, согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на ее подателей.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 02.04.2024 по делу № А03-2048/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5, ФИО6 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".



Председательствующий


ФИО1


Судьи


ФИО2


ФИО3