Постановление от 4 ноября 2025 г. по делу № А32-26049/2021

2423/2025-88228(2) #


ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-26049/2021
город Ростов-на-Дону
05 ноября 2025 года
15АП-8652/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 ноября 2025 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Долговой М.Ю., судей Димитриева М.А., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ермаковой Е.А., при участии:

от крестьянского (фермерского) хозяйства «Алена»: представитель ФИО1 по доверенности от 13.01.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена" и конкурсного управляющего крестьянского (фермерского) хозяйства "Росинка" ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.05.2025 по делу № А32-26049/2021

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

ответчики: крестьянское (фермерское) хозяйство "Алена", ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) крестьянского (фермерского) хозяйства "Росинка" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) крестьянского (фермерского) хозяйства "Росинка" (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:08:0402001:46, заключенного между должником и крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена», договора купли-продажи от 09.03.2022, заключенного между крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена» и ФИО3, применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возврата в конкурсную массу спорного земельного участка путем аннулирования в ЕГРН регистрационной записи о регистрации права собственности и записи о праве собственности крестьянского (фермерского) хозяйства «Алена» на земельный участок, предназначенный для ведения крестьянского фермерского хозяйства с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м; просил аннулировать в ЕГРН регистрационную запись о регистрации перехода права собственности и запись о праве

собственности ФИО3 на земельный участок, предназначенный для ведения крестьянского фермерского хозяйства с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м, восстановить в ЕГРН запись о праве собственности должника на земельный участок с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.05.2025 по делу

№ А32-26049/2021 признана недействительной цепочка сделок: договор купли-продажи от 12.03.2020 земельного участка с кадастровым номером 23:08:0402001:46, заключенный между крестьянским (фермерским) хозяйством «Росинка» и крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена», и договор купли-продажи земельного участка от 09.03.2022 с кадастровым номером 23:08:0402001:46, заключенный между крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена» и ФИО3. Применены последствия недействительности в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка» земельный участок с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м, расположенный по адресу: Краснодарский край, р-н Ейский, Красноармейский с/о, земли районного запаса. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, крестьянское (фермерское) хозяйство "Алена" и конкурсный управляющий ФИО2 обжаловали определение суда первой инстанции от 30.05.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена" мотивирована тем, что судом первой инстанции было установлено, что по результатам совершения оспариваемой сделки должником было получено равноценное встречное исполнение, а соответственно такая сделка не может быть признана недействительной по причине совершения этой сделки между аффилированными лицами. Документами подтверждается реальное наличие задолженности должника перед К(Ф)Х «Алена», для погашения которой в адрес данного кредитора были перечислены денежные средства, вырученные в результате совершения оспариваемой сделки.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО2 мотивирована несогласием с примененными последствиями недействительности. Податель жалобы полагает, что исполнить определение и восстановить запись в ЕГРН о праве собственности по недействительной сделке невозможно. Применяя последствия недействительности ничтожной сделки, спорный земельный участок подлежит возврату в конкурсную массу, а регистрационная запись о праве собственности крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка» восстановлению.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена".

В судебном заседании представитель крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена" также поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов, выслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена" подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка» (несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.06.2021 заявление кредитора принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.11.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.04.2022 в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

23.05.2022 в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2, с учетом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором просил:

- признать договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:08:0402001:46, заключенный между должником и крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена», недействительным;

- признать договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:08:0402001:46 от 09.03.2022, заключенный между крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена» и ФИО3, недействительным;

- применить последствия недействительности ничтожной сделки: вернуть в конкурсную массу спорный земельный участок путем аннулирования в ЕГРН регистрационной записи о регистрации права собственности и записи о праве собственности крестьянского (фермерского) хозяйства «Алена» на земельный участок, предназначенный для ведения крестьянского фермерского хозяйства с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м;

- аннулировать в ЕГРН регистрационную запись о регистрации перехода права собственности и запись о праве собственности ФИО3 на земельный участок, предназначенный для ведения крестьянского фермерского хозяйства с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м;

- восстановить в ЕГРН запись о праве собственности должника на земельный участок с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства.

В обоснование заявление указано, что 12.03.2020 между должником КФХ «Росинка» (продавец) и КФХ «Алена» (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 560 000 кв. м.

Стоимость земельного участка определена сторонами в размере 4 480 000 руб. (пункт 1.3). Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (пункт 1.4). В качестве подтверждения оплаты по договору представлено платежное поручение от 12.03.2020 № 1227.

09.03.2022 между КФХ «Алена» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного земельного участка. Цена земельного участка по данному договору составила 6 700 000 руб. (пункт 1.3).

Конкурсный управляющий ссылается на то, что в период возникновения неисполненных обязательств перед единственным кредитором реализован актив должника, а денежные средства, полученные от продажи были перечислены должником ответчику в счет возврата займа, а не независимому кредитору, при этом главы К(Ф)Х являются родственниками. Отец – глава К(Ф)Х «Алена» ФИО5, сын - глава К(Ф)Х «Росинка» ФИО6.

Вторая сделка произведена после принятия заявления о признании банкротом должника. ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику лицом. ФИО3 работает исполнительным директором СССПК «Крестьянский союз» с 2017 года. Председателем СПК с 2011 года является ФИО7, родной брат ФИО5. ФИО7 также является учредителем К(Ф)Х «Алена».

Заявление конкурсного управляющего мотивировано наличием оснований для признания сделки должника недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, то есть действия, направленные, в том числе, на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статьей 61.2 Закона о банкротстве раскрыты условия недействительности сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) или с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2), а, по пункту 9 постановления Пленума N 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка совершена в течение 1 года до принятия заявления о признании банкротом (после его принятия), то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется, но, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за 3 года, но не ранее чем за 1 год до принятия заявления о банкротстве, то она может быть признана недействительной лишь по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума N 63).

Как следует из материалов дела, производство по делу возбуждено определением суда от 15.06.2021, сделка совершена 12.03.2020, при этом регистрация перехода права собственности в ЕГРН на спорное недвижимое имущество осуществлена 19.03.2020, то есть в трехлетний период подозрительности.

В пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" разъяснено, что о наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента.

Как указано выше, стоимость земельного участка по договору от 12.03.2020 определена сторонами в размере 4 480 000 руб. (пункт 1.3).

В качестве подтверждения оплаты по договору представлено платежное поручение от 12.03.2020 № 1227.

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается факт поступления денежных средств, а также соответствие цены договора рыночной.

Доказательств того, что цена продажи спорного имущества значительно выше, чем цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные объекты, конкурсным управляющим не представлено.

Стороны ходатайство о назначении экспертизы не заявляли, а приведенные в статье 82 АПК РФ процессуальные условия, позволяющие назначить суду экспертизу по собственной инициативе, в настоящем деле не установлены.

Таким образом, материалы дела не содержат бесспорных доказательств, позволяющих сделать вывод о неравноценности встречного исполнения по оспоренной сделке. Недоказанность конкурсным управляющим неравноценного встречного исполнения (наличия вреда) исключает возможность квалификации спорной сделки как совершенной с целью причинения вреда.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывает, что денежные средства, которые поступили по договору купли-продажи от ответчика, в последующем перечислены ответчику в счет возврата по договору займа, в связи с чем, полагает, что оплата по договору купли-продажи надлежащим образом не подтверждена.

Сложившаяся судебная практика основана на том, что транзитный характер движения денежных средств внутри группы аффилированных лиц может служить основанием для квалификации соответствующих обязательств, как мнимых сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2021 N 304-3C21-14935 по делу N А75-5179/2020).

Транзитный характер расчетов означает замкнутость расчетных операций и возврат денежных средств лицу, их перечислившему.

В данном обособленном споре такие обстоятельства судебной коллегий не установлены.

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ответчик представил в суд апелляционной инстанции первичные документы по взаимоотношениям сторон, предшествующих заключению договора купли – продажи от 12.03.2020.

Между должником (заемщик) и ответчиком (займодавец) в 2019 году заключены договоры займа.

Так, долговые обязательства должника перед ответчиком возникли по договорам займа № 2 от 24.01.2019 (доп. соглашение от 23.01.2020 к договору займа № 2 от 24.01.2019), № 9 от 05.03.2019, № 11 от 06.03.2019, № 12 от 08.04.2019, № 19 от 21.05.2019, № 26 от 09.08.2019, № 31 от 04.10.2019, № 34 от 29.10.2019, № 36 от 15.11.2019.

Поступление денежных средств от КФХ «Алена» на расчетный счет должника по вышеуказанным договорам займов на общую сумму 4 252 000 руб. подтверждаются платежными поручениями № 265 от 29.01.2019, № 55 от 05.03.2019, № 69 от 06.03.2019, № 167 от 08.04.2019, № 330 от 21.05.2019, № 427 от 14.06.2019, № 492 от 09.07.2019, № 537 от 12.07.2019, № 623 от 09.08.2019, № 829 от 04.10.2019, № 906 от 29.10.2019.

Должником были представлены письменные пояснения о расходовании полученных средств по каждому договору займа, с указанием даты и назначения платежа (материалы электронного дела от 22.08.2025).

Как следует из письменных пояснений, в 2019 году заемные средства в общей сумме 4 248 735,86 руб. были израсходованы на оплату заработной платы ФИО6 в размере 75 491,73 руб., налогов и иных отчислений в бюджет и внебюджетные фонды в размере 219 397,01 руб., государственной пошлины за государственную регистрацию прав на недвижимое имущество в размере 1 350 руб., лизинговых платежей и штрафных санкций по ним в размере 275 739,72 руб., задолженности по арендной плате за земельные участки Ейской районной организации Краснодарской краевой организации общероссийской общественной организации инвалидов и УМР МО Ейский район в размере 380 366,28 руб., задолженности ООО «Агронаследие» за средства защиты растений по договору 2018 года в размере 183 968,6 руб., вознаграждение арбитражного управляющего, публикацию сведений о банкротстве в размере 116 735,20 руб., задолженности по долговым обязательствам перед СКПК «Новатор» по договорам займов 2011, 2013 годов в размере 1 448 073,49 руб., оплаты за земельный участок УМР МО

Ейский район в размере 1 527 160,32 руб., услуг банка за расчетно-кассовое обслуживание в размере 20 453,51 руб.

Оплата товарно-материальных ценностей за счет заемных средств не осуществлялась.

01.03.2019, 28.03.2019 и 30.05.2019 между должником (покупатель) и ответчиком (продавец) в заключены договоры купли – продажи на реализацию с/х продукции (семена), иных товаров, средств защиты растений, удобрений на сумму 532 719 руб. по договорам купли-продажи № 26/03 от 01.03.2019, № 27/03 от 01.03.2019, № 28/03 от 28.03.2019, № 30/05 от 30.05.2019.

В материалы дела представлены товарные накладные № 44/1 от 28.03.2019, № 44/2 от 29.03.2019, № 57/1 от 29.04.2019, № 62 от 30.05.2019.

Приобретенные у ответчика товарно-материальные ценности были использованы при проведении агротехнологических работ для выращивания пшеницы и ячменя. Расходы на приобретение семян, СЗР, удобрений отражены на счете 20.01 «Растениеводство» по статье затрат «материальные расходы».

Таким образом, К(Ф)Х «Алена» являлось кредитором для крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика пояснил для каких целей предоставлялись денежные средства по договорам займа, в письменных пояснениях должник раскрыл экономическую целесообразность получения заемных денежных средств и необходимость приобретения ТМЦ у ответчика.

После поступления оплаты за продажу земельного участка в сумме 4 480 000 руб. должник вернул ответчику займ на сумму 3 782 000 руб. (платежные поручения № 38 от 18.03.2020, № 40 от 18.03.2020, № 42 от 18.03.2020, № 44 от 18.03.2020, № 46 от 18.03.2020, № 49 от 18.03.2020, № 50 от 18.03.2020, № 52 от 18.03.2020, № 54 от 18.03.2020, № 58 от 03.04.2020) и погасил заложенность по договорам купли – продажи ТМЦ от 01.03.2019, от 01.03.2019, от 28.03.2019, от 30.05.2019 на сумму 532 719 руб.

Движение денежных средств от ответчика должнику по договорам займа, полученным в 2019 году, возврат займов и оплата ТМЦ в 2020 году после получения денежных средств за продажу земельного участка, с учетом соответствия цены договора рыночной, реальности использования ТМЦ и расходования заемных средств в хозяйственной деятельности должника, не носит транзитный характер.

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось ответчиком, что главы К(Ф)Х являются родственниками. Отец – глава К(Ф)Х «Алена» ФИО5, сын - глава К(Ф)Х «Росинка» ФИО6.

В этой связи наличие заинтересованности ответчика в совершении оспариваемой сделки суд признает доказанным.

В то же время одного лишь факта заинтересованности в совершении оспариваемой сделки не достаточно для признания ее недействительной и применения последствий недействительности данной сделки. Для этого необходимо наличие всей совокупности обстоятельств, указанных в пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Аффилированность кредитора с должником не означает, что при заключении спорной сделки стороны не намеревались достичь обычного для таких сделок правового результата; интерес кредитора и должника вытекает из их экономической и юридической связанности, имеющей общий круг хозяйственных интересов.

Между тем, об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемой сделки свидетельствуют обстоятельства совершения данной сделки и ее экономический смысл.

В любом случае, недоказанность конкурсным управляющим неравноценного встречного исполнения (наличия вреда) исключает возможность квалификации спорной сделки как совершенной с целью причинения вреда.

Поскольку факт встречного предоставления документально подтвержден, денежные средства за продажу поступили на счет должника, доказательств иной действительной стоимости участка конкурсным управляющим не приведено, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности наличия совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами не является безусловным основанием для признания недействительными договора купли - продажи.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

С учетом пункта 3 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

По смыслу приведенных норм для признания оспариваемых договоров ничтожными заявитель должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих участников этой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие

ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся (определения Верховного Суда РФ от 11.07.2017 по делу № А40-201077/2015, от 06.07.2017 по делу № А32-19056/2014).

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, в силу которой, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок недействительными; при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 305-ЭС18-19945 (8) также изложен правовой подход, согласно которому в ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней

правила. Таким образом, по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение иных правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. Соответственно, сделка признается притворной, если заявитель доказал, что воля всех сторон сделки на момент ее совершения не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, а имела целью достижение иного правового результата.

Согласно правовому подходу, сформулированному в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, или другими лицами за счет должника и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Из заявления управляющего следует, что им оспаривается договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:08:0402001:46 от 09.03.2022, заключенный между крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена» и ФИО3

Как было указано выше, КФХ «Алена» продало спорный земельный участок ФИО3

Оплата по договору подтверждается платежными поручениями № 106 от 08.09.2022, № 107 от 14.09.2022, осуществленными СССПК «Крестьянский союз» по поручению в порядке 313 Гражданского кодекса Российской Федерации во исполнение обязательств по договору займа № 330 от 07.09.2022.

В рассматриваемом случае материалами дела не подтверждается, что в результате совершения этих сделок должник сохранил фактический контроль над имуществом.

Так, цепочка сделок предполагает единый план действий, цепочку различных действий, объединенных одной конечной целью - вывод активов должника во вред имущественным интересам кредиторов. Участники цепочки единой сделки действуют не как равноправные или противоположные стороны, а как единое целое.

Оспариваемый земельный участок с кадастровым номером 23:08:0402001:46 площадью 56 га, приобретенный у крестьянского (фермерского) хозяйства «Росинка» по

договору купли-продажи от 12.03.2020, использовался крестьянским (фермерским) хозяйством «Алена» по целевому назначению для выращивания зерновых и прочих культур на протяжении двух лет - до момента отчуждения ФИО3 22.03.2022.

После приобретения ФИО3 спорный земельный участок передан в аренду индивидуальному предпринимателю ФИО8 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО9 по договору от 05.09.2022.

Ответчиками в суде апелляционной инстанции в письменных пояснениях даны логические пояснения о причинах покупки и продажи спорного имущества

Применительно к рассматриваемому случаю, при отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок взаимосвязанными (цепочкой), единой сделкой, отсутствуют основания для признания этих сделок недействительными.

Доказательств о наличии в сделках пороков, а также превышения пределов дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок в материалы дела заявителем не представлено. Таким образом, оспариваемые сделки не могут быть признаны ничтожными.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Поскольку суд первой инстанции пришел к выводам не соответствующим обстоятельства дела, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.05.2025 по делу № А32-26049/2021 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе заявителю в удовлетворении требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.05.2025 по делу № А32-26049/2021 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Взыскать с крестьянского (фермерского) хозяйства "Росинка" в пользу крестьянского (фермерского) хозяйства "Алена" расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб.

Взыскать с крестьянского (фермерского) хозяйства "Росинка" в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий М.Ю. Долгова

Судьи М.А. Димитриев

Н.В. Сулименко