Постановление от 29 ноября 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-25998/2016
30 ноября 2020 года
г. Санкт-Петербург
/з.24

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Герасимовой Е.А., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1 (до перерыва), ФИО2 (после перерыва),

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «НВТ»: ФИО3 по доверенности от 22.01.2020,

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 16.09.2020,

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 27.02.2020,

от ФИО8: ФИО9 по доверенности от 11.09.2020,

ФИО6 лично, по паспорту,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-23114/2020, 13АП-23779/2020) Ивановой Ольги Стефановны, Коновалова Вадима Евгеньевича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.07.2020 по делу № А56-25998/2016/з24, принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении Кругликова Валерия Федоровича, Ивановой Ольги Стефановны и Коновалова Вадима Евгеньевича как контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Национальный Винный Терминал»,

установил:

30.05.2016 Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) по заявлению кредитора компании КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВИННЫЙ ТЕРМИНАЛ» (далее – ООО «НВТ», должник).

11.07.2016 (резолютивная часть от 06.07.2016) заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «НВТ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением арбитражного суда от 09.12.2016 (резолютивная часть от 07.12.2016) года должник признан банкротом, в отношении ООО «НВТ» открыто конкурсное производство.

20.12.2017 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО11.

11.07.2017 конкурсный управляющий ООО «НВТ» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, исполняющего обязанности единоличного исполнительного органа, директора должника, действующего по доверенности, ФИО6, а также ФИО8, опосредованно контролирующего должника как учредитель аффилированных лиц, в размере 242 419 628,66 руб. солидарно (с учетом уточнений от 17.02.2020).

Определением арбитражного суда от 27.07.2020 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц удовлетворено. Суд определил взыскать с ФИО4, ФИО6 и ФИО8 в пользу ООО «НВТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 242 419 628,66 руб. солидарно.

В апелляционной жалобе ФИО6 просила определение от 27.07.2020 отменить, ссылаясь на нарушение норм процессуального и материального права. Полагает, что 17.02.2020 конкурсным управляющим приобщены к материалам дела дополнения к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, в которых конкурсный управляющий уточнил основания привлечения к ответственности, а также указал круг привлекаемых к ответственности лиц, в числе которых, помимо ФИО4, ФИО6 и ФИО8 указаны АХО «ФИО13 ФИО12», ООО «Сноуэл Девелопментс Лимитед», которые впоследствии не были привлечены к участию в деле.

ФИО6 поясняет, что действовала от имени должника на основании доверенностей (от 31.07.2012, реестровый номер 5-3020, от 20.11.2009, реестровый номер 10542, от 31.08.2015, реестровый номер 3-3487), подписанных президентом ФИО4. Следовательно, лицо, действующее по доверенности, выдаваемой одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами в порядке статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в целях соблюдения главы 6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), не приобретает права и обязанности лица, контролирующего деятельность должника и не может быть привлечено к ответственности в виде взыскания убытков.

По мнению ФИО6 должник заключал данные сделки в целях обеспечения внутригрупповых экономических интересов, в связи с чем указанные сделки не могут быть положены в основу субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Как указывает податель жалобы, поскольку материалы обособленного спора не содержат договоров, заключение которых вменяется ответчикам в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, выводы арбитражного суда о наличии оснований для привлечения к ответственности по абз. 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве не соответствуют материалам дела.

Доводы конкурсного управляющего о заключении договора комиссии как основания для привлечения к субсидиарной ответственности приведены в дополнениях к заявлению, поступивших в арбитражный суд 17.02.2020.

Ответчик полагает, что в данной части заявления конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В апелляционной жалобе ФИО8 просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым в части привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности отказать. Полагает, что в материалы дела не представлены доказательства того, что ответчик участвовал в осуществлении хозяйственной деятельности должника и у него было право принимать решения о заключении сделок от имени общества.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО4 просил обжалуемое определение отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, полагая, что ФИО6 фактически являясь контролирующим должника лицом, своими действиями привела к банкротству должника.

Конкурсный управляющий в отзыве просил обжалуемое определение в части привлечения ФИО6 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО6 – без удовлетворения. Пояснил, что ФИО6 самостоятельно без согласия ФИО4, являющегося единоличным исполнительным органом, заключила договор с ООО «СтройМонтажГрупп» о передаче на реализацию запасов на общую сумму 240 000 000,00 руб. Отправка запасов производилась в период с 01.05.2016 по 29.05.2016 Товарно-транспортные накладные подписаны лично ФИО6 При этом ФИО6 было известно, что 18.04.2016 КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ (COMINTER WINE SRL) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «НВТ» несостоятельным (банкротом). Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2016 ООО «НВТ» признано несостоятельным (банкротом). ФИО6 присутствовала в судебном заседании о признании ООО «НВТ» несостоятельным (банкротом).

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО8 отметил, что согласно ЕГРЮЛ участниками ООО «НВТ» являются: - АО «ФИО13 ФИО12» (доля 46%); - Общество с ограниченной ответственностью «СНОУЭЛЛ ДЕВЕЛОПМЕНТС ЛИМИТЕД» (доля 29%); - ФИО4 (доля 25%). АО «ФИО13 ФИО12» является самостоятельным юридическим лицом, созданным по праву Люксембурга. Оно имело права участника в отношении ООО «НВТ», но не являлось контролирующим должника лицом по смыслу ст. 2 Закона о банкротстве – т.к. не обладало 50 и более процентами долей участия в уставном капитале. В свою очередь, членами правления АО «ФИО13 ФИО12» являлись: - Кристиан Рейзер (Швейцария, Женева, Рю де Кандоль, 16), Филипп Рейзер (Швейцария, Женева, Рю де Сен-Виктор, 12), ФИО8 Поскольку в АО «ФИО13 ФИО12» было три члена правления, то документы, составленные от имени АО «ФИО13 ФИО12», приобретали юридическую силу только после проставления совместной подписи двух из них. Следовательно, ФИО8 даже при всем желании не мог самостоятельно влиять на дела ООО «НВТ» без участия других членов правления. Более того, согласно выписке срок полномочий ФИО8 истекал в 2015 году, фактически же он не выполнял никакой деятельности в АО «ФИО13 ФИО12» с 2011 года, проживая на пенсии в Москве. Как поясняет ФИО8, он не выдавал и не предъявлял векселя, выдача векселей не повлияла на введение процедуры банкротства, векселя предъявлены после введения процедуры, выплат по ним не производилось.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО6 и ФИО6 лично поддерживали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просили обжалуемое определение отменить.

Представитель ФИО8 поддерживал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе в части отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности.

Представитель ФИО4 поддерживал доводы, изложенные в своем отзыве.

Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, поддерживал доводы, изложенные в отзыве.

В судебном заседании 05.11.2020 на стадии реплик объявлен перерыв в порядке статьи 163 АПК РФ.

Апелляционный суд, разъяснив лицам, участвующим в судебном заседании, что стадия исследования доказательств была завершена до перерыва, отказал в приобщении к материалам дела письменных пояснений в порядке статьи 81 АПК РФ и дополнительных пояснений к апелляционной жалобе, поступивших от ФИО6 на стадии реплик.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из сведений Единого государственного реестра юридических лиц, с 20.04.2011 и до признания должника банкротом функции единоличного исполнительного органа общества (согласно уставу – Президента) осуществлял ФИО4 Он же является владельцем 25% доли уставного капитала общества наряду с иностранными компаниями Сноуэлл Девелопментс Лимитед (29%) и ФИО13 ФИО12 (46%), последней из которой, по мнению управляющего, управляет ФИО8

ФИО6, по мнению управляющего, являлась директором ООО «НВТ», действующая на основании доверенности.

В обоснование требований о привлечения ФИО4, ФИО8 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал на совокупность действий (бездействий) указанных лиц, вследствие заключения и одобрения ими сделок, ненадлежащего ведения бухгалтерского налогового учета и совершение иных действий, которые привели к банкротству должника.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266- ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В период до апреля 2016 года, когда имели место указанные в заявлении события, основания субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц регулировались пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ).

Понятие контролирующего должника лица дано в статье 2 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) согласно которой это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Учитывая, что ФИО4 с 20.04.2011 года и до признания должника банкротом осуществлял функции единоличного исполнительного органа общества (согласно уставу – Президента), суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что он относится к контролирующим должника лицам в смысле, придаваемом этому понятию статьей 2 Закона о банкротстве, что позволяет рассматривать вопрос о привлечении его к ответственности в деле о банкротстве должника по правилам статьи 10 Закона о банкротстве.

Как указывает суд первой инстанции, ФИО4 имея 25% доли уставного капитала должника, Сноуэлл Девелопментс Лимитед с долей уставного капитала 29% и АО «ФИО13 ФИО12» с долей уставного капитала 46 % образуют группу лиц по признаку взаимного участия в капиталах друг друга (статья 9 Федеральный закон от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции»).

ФИО8, являясь одним из членов правления АО «ФИО13 ФИО12», по мнению суда первой инстанции, также попадает в указанную выше группу лиц.

В связи с приведенными обстоятельствами и наличием доказательств аффилированности, арбитражный суд признал ФИО4 и ФИО8 контролирующими должника лицами.

Однако, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции относительно ФИО8, поскольку имея 46 % доли уставного капитала должника, АО «ФИО13 ФИО12», по смыслу положений статьи 2 Закона о банкротства, не является контролирующим должника лицом, А наряду с ФИО8, членами правления АО «ФИО13 ФИО12» являлись: Кристиан Рейзер и Филипп Рейзер.

При этом, как прямо указано в апостилированной выписке в отношении АО «ФИО13 ФИО12» из реестра коммерческих предприятий Люксембурга: АО «ФИО13 ФИО12» принимает на себя обязанности посредством проставления совместной подписи двух управляющих, а при наличии только одного управляющего – только его подписи.

Поскольку в АО «ФИО13 ФИО12» было три члена правления, то документы, составленные от имени АО «ФИО13 ФИО12» приобретали юридическую силу только после проставления совместной подписи двух из них.

Следовательно, суд апелляционной инстанции полагает, что ФИО8 не мог самостоятельно влиять на дела ООО «НВТ» без участия других членов правления.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пунктах 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» указано, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Согласно п. 8.14 Устава ООО «НВТ» (редакция от 20.11.2009 года) руководство текущей деятельностью Общества осуществляется Президентом - единоличный исполнительный орган Общества. Президент Общества подотчетен общему собранию участников.

Президент Общества без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени Общества (п. 8.16.1 Устава).

Понятие «директор» или «генеральный директор» устав должника не содержит.

Как было отмечено выше, президентом ООО «НВТ» в рассматриваемый период являлся ФИО4

ФИО6 действовала на основании доверенностей (от 31.07.2012, реестровый номер 5-3020, от 20.11.2009, реестровый номер 10542, от 31.08.2015, реестровый номер 3-3487), подписанных от имени ООО «НВТ» президентом ФИО4.

Лицо, действующее по доверенности, выдаваемой одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами в порядке статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях соблюдения главы 6 АПК РФ, не приобретает права и обязанности лица, контролирующего деятельность должника, в понимании гражданского законодательства, и не может быть привлечено к ответственности в виде взыскания убытков в силу норм законодательства о банкротстве

Факт наличия у ответчика доверенности на заключение договора не свидетельствует о наличии у него возможности определять действия должника или давать обязательные для должника указания.

На момент заключения спорного соглашения ФИО6 являлась директором терминала, действовала на основании доверенности и не являлась контролирующим должника лицом.

Вопреки доводам заявителя, само по себе подписание соглашения в качестве представителя должника не является основанием для признания представителя контролирующим должника лицом.

Таким образом, тот факт, что ФИО6 действовала от имени должника на основании доверенностей, выданных Президентом общества, не позволяет отнести ее к числу контролирующих должника лиц, и, соответственно, привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обширный круг полномочий, указанных в доверенностях ФИО6, сам по себе не наделяет ее статусом контролирующего должника лица. Он говорит лишь о том, что ФИО6 руководитель должника (Президент) доверял осуществление определенного перечня действий в интересах должника.

Тот факт, что, как отметил суд первой инстанции, ФИО6 одновременно состояла в трудовых отношениях с иными, контролируемыми привлекаемыми лицами обществами (ООО «Малета+», ООО «Северо-Западный Масложировой Терминал»), не делает ее контролирующим должника (000 «НВТ») лицом, а только свидетельствует об исполнении трудовых функций в других организациях, что не запрещено действующим законодательством.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отнесении ФИО6 к числу контролирующих должника лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; а также в иных случаях, предусмотренных названным Законом.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

- неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве соответствующая обязанность возложена на руководителя должника, т.е. на ФИО4

Как обоснованно указал суд первой инстанции, деятельность общества и до определенной конкурсным управляющим даты (31.12.2012) была весьма убыточной, следовательно, наличие формальных признаков несостоятельности общества (неудовлетворительных показателей баланса, заниженных коэффициентов) не свидетельствует о возникновении у руководителя общества обязанности обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции установил, что наступление критического положения должника связано с предъявлением в январе 2013 года требований (инвойсов) независимым кредитором КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ в размере свыше 70 млн. руб.

С 2013 года общество перестало исполнять обязательства перед бюджетом на сумму свыше 2 млн. руб.

Тот факт, что в течение указанного периода времени контролирующим лицом, не предпринималось никаких действий по восстановлению экономической деятельности общества и преодолению финансовых трудностей, подтверждает возникновение у руководителя должника, по крайней мере, в марте 2013 года обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

Вступившим в законную силу судебным актом от 26.01.2018 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника, оформленной договором поручительства от 13.03.2014 № ФК-01-1404-000010-03, которым установлена солидарная ответственность общества (поручителя) и ФИО6 (заемщика) перед банком по кредитному договору от 13.03.2014 № ФК-01- 1404-000010-00; во включении требования банка в реестр отказано.

Судом первой инстанции установлено, что договор поручительства был направлен на достижение других правовых последствий и прикрывал иную волю всех участников сделки, не согласованную с интересами должника и имевшихся на то время кредиторов, поскольку посредством его оформления и исполнения банк фактически осуществил кредитование юридического лица ООО «Малета», управляемого ФИО4., для погашения последним задолженности перед банком.

Как указано самим управляющим в п. 3.1 дополнений от 23.08.2017, ООО «НВТ», ООО «Малета», ФИО14 входят в одну группу лиц (ФИО4 является участником ООО «НВТ» и ООО «Малета», ООО «НВТ» является участником ООО «Малета»).

В силу положений п. 1 ст. 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Действующее законодательство не предусматривает возмездность договора поручительства, получение от его заключения какой-либо экономической выгоды для поручителя.

Согласно п. 1 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

То есть обязанность исполнить обязательства за основного должника возникает у поручителя только в случае нарушения должником своих обязательств перед кредитором. Эта обязанность может и не возникнуть, если должник надлежащим образом исполняет свои обязательства.

Ни должник, ни Банк цель причинения вреда имущественным правам кредиторов не преследовали.

Заявителем обратного не доказано.

Совершение оспариваемых сделок входило в обычную хозяйственную деятельность и должника, и Банка.

В отношении Банка это утверждение соответствует действительности, так как Банк таким образом принимал меры для обеспечения обязательств основного должника - ООО «Малета» - перед Банком.

В отношении должника это утверждение соответствует действительности, так как должник входит в одну группу лиц с ООО «Малета».

Наличие хозяйственных связей между ООО «Малета» и должником по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012. N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32, является подтверждением наличия экономического интереса в заключении обеспечительной сделки и ее обоснованности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 6 и 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», заключение договора поручительства (залога) может быть вызвано наличием у заемщика и поручителя (залогодателя) на момент заключения оспариваемого договора общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), либо отношений (корпоративных, обязательственных, родственных и прочих отношений), объясняющих экономическую цель заключения договора поручительства (залога)

В рассматриваемом случае имеется аналогичная ситуация - должник заключал данные сделки в целях обеспечения внутригрупповых экономических интересов, в связи с чем указанные сделки не могут быть положены в основу субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Аналогичным образом оспорены заключенный 03.02.2016, через пять дней после вступления в законную силу решения о взыскании с должника в пользу КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ 70 млн. руб., кредитный договор <***> с Банком, обеспеченный договором залога недвижимого имущества (ипотеки) и движимого имущества совокупной залоговой стоимостью свыше 170 млн. руб. (определение от 18.05.2018 по обособленному спору №А56-25998/2016-з.31).

Результатом реализации оспариваемых договоров для должника явилась замена акцессорного обязательства поручителя, отвечающего солидарно с другими юридическими и физическими лицами (в том числе ФИО4.) по обязательствам третьего лица (ООО «Малета») из кредитного договора <***>, обеспеченным к тому же залогом имущества основного должника, на индивидуальное (основное) обязательство из кредитной сделки, сопряженное с обременением залогом наиболее ценного и ликвидного недвижимого и движимого имущества общества.

В мае 2013 года должником осуществлен выпуск векселей денежным эквивалентом 9 млн. долларов США, в пять раз превышающим размер остальных обязательств ООО «НВТ» в адрес компании Wine and Agro LLP (товарищество с ограниченной ответственностью).

В обжалуемом судебном акте указано, что одним из ответственных членов товарищества являлся гражданин ФИО8, который, в свою очередь, являлся членом правления АО ФИО13 ФИО12 - участника ООО «НВТ» с долей в размере 46% уставного капитала.

Как следует из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017 по делу №А56-25998/2016/з19-21, Компания Wine and Agro LLP («УАЙН ЭНД АГРО ЭлЭлПи»), являлась товариществом с ограниченной ответственностью, учрежденным 21.05.2007 в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии, регистрационный номер <***>, была ликвидирована 01.11.2016. Ответственными членами товарищества (лицами, осуществлявшими контроль) являлись компании с ограниченной ответственностью, учрежденные по законодательству Британской ВестИндии, FALLSFIELD LIMITED (ФОЛЛЗФИЛД ЛИМИТЕД), исполнительный орган Philippe REISER (Филипп Рейзер, и TRENTON INTERNATIONAL INC. (ТРЭНТОН ИНТЕРНЕШНЛ ИНК.), исполнительный орган Philippe RENAUD (Филипп Рено)».

В материалах обособленного спора отсутствует какие-либо документы в отношении Wine and Agro LLP, подтверждающие, что ФИО8 являлся ответственным членом товарищества Wine and Agro LLP, в связи с чем, суд апелляционной инстанции считает данный вывод несостоятельным, в виду его недоказанности.

Относительно недействительности сделки по выдаче векселей и установление арбитражным судом обстоятельств создания так называемой «искусственной» задолженности должника перед определенным кредитором, с целью обеспечения контроля за соответствующей процедурой банкротства в интересах определенных лиц и в ущерб интересам иных добросовестных кредиторов, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно общедоступным сведениям из картотеки арбитражных дел и постановлению Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017 по делу №А56-25998/2016/з19-21, в производстве суда находился обособленный спор о включении требования ООО «Комбайновый завод» в реестр требований кредиторов, а не спор о признании сделки (выдаче векселей) недействительной. Судом было установлено, что векселя не перешли от первого векселедержателя Wine and Agro LLP к ООО «Комбайновый завод» по причине отсутствия непрерывного ряда передаточных надписей (индоссаментов).

ФИО8 указанные векселя не выпускал, его подпись на них отсутствует, он не предъявлял их ко взысканию и не принимал участия в рассмотрении требований ООО «Комбайновый завод».

В свою очередь, конкурсный управляющий не привел никаких доводов, каким именно образом данные векселя привели к банкротству ООО «НВТ», если, как следует из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2017 по делу №А56- 25998/2016/з19-21, никаких выплат по указанным векселям не производилось, векселя были предъявлены путем подачи требования в суд к платежу уже после введения процедуры банкротства.

Следовательно, отсутствуют предусмотренные пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции полагает, что последовательно предпринимаемые на протяжении трех лет с момента образования задолженности перед независимым кредитором и до введения наблюдения попытки руководителя должника, преследующего различные противоправные субъективные цели, возложить на должника неисполнимые обязательства свидетельствуют о заведомой осведомленности о неплатежеспособности общества.

Вместе с тем, в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве соответствующую субсидиарную ответственность руководитель несет исключительно в части обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Поскольку конкурсным управляющим не определены денежные обязательства, возникшие после определенной им даты, требование о субсидиарной ответственности ФИО4 по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, несмотря на соответствие формальным основаниям, суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельным.

Как следует из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Совершение оспоренных сделок кредита и поручительства должником, обусловленное общностью субъектного состава участников хозяйственных обществ и создавшее условия для погашения обязательств аффилированного ему лица, очевидно не отвечало охраняемым законом интересам общества, как самостоятельного участника гражданского оборота, и несло прямую угрозу причинения ущерба кредиторам.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Постановление Пленума ВС РФ РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

При этом, как разъяснил Пленум ВС РФ в указанном пункте, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В данном случае, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО8 не имея полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, не мог существенно повлиять влияния на принятие деловых решений должника.

Заявителем в материалы дела не представлены документально обосновывающие пояснения относительно решений, действий (бездействий) ФИО8, которые повлияли или привели к банкротству ООО «НВТ».

В связи с приведенными обстоятельствами, суд апелляционной инстанции полагает, что конкурсным управляющим не доказано совершение ФИО8 неправомерных действий, направленных на «искусственное» создание задолженности должника.

Однако как наиболее убыточную, напрямую повлиявшую на невозможность удовлетворения включенных в реестр требований кредиторов суд первой инстанции рассмотрел сделку, оформленную договором комиссии от 28.04.2016 с ООО «СтройМонтажГрупп» (далее – комиссионер; прекратило деятельность юридического лица 14.08.2017), в результате которой общество лишилось активов на сумму свыше 240 млн. руб.

Указанные действия имели место спустя 10 дней после обращения кредитора КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ в суд с заявлением о признании ООО «НВТ несостоятельным (банкротом) и за два месяца до применения к нему процедуры банкротства наблюдение.

Данным договором, подписанным ФИО6 по доверенности от 31.08.2015 от ФИО4, предусмотрена передача в период с 01.05.2016 по 29.05.2016 комиссионеру товаров якобы в целях его дальнейшей реализации в срок до 01.05.2017. Дальнейшая судьба отчужденного имущества должника неизвестна, а предпринятые управляющим меры по его розыску (в том числе с привлечением следственных органов) не привели к положительным результатам.

На момент заключения договора комиссии производство по делу о банкротстве ООО «НВТ» еще не было возбуждено, определением от 25.04.2016 заявление кредитора КОМИНТЕР ВАЙН СРЛ оставлено без движения до 27.05.2016, и принято к производству 30.05.2016.

Между тем, как полагает апелляционный суд, в условиях фактической структуры управления должником и недоказанности обстоятельств, указывающих на осуществление ФИО6 самостоятельных действий, связанных с заключением и исполнением вышеназванного договора, следует согласиться с выводом суда первой инстанции относительно отсутствия должного экономического обоснования для совершения данной сделки, исходя из фактически безвозмездного отчуждения ликвидной продукции непосредственно в преддверии банкротства ООО «НВТ». Как полагает апелляционный суд, в указанный период, до введения процедуры конкурсного производства в отношении должника, руководство должником осуществлялось Президентом ФИО4., и именно данное лицо могло и должно было осуществлять надлежащий контроль за деятельностью самого должника и деятельностью лиц, которым данным лицом, как руководителем, были представлены определенные полномочия действовать от имени Общества в качестве представителя. В этой связи, как полагает апелляционный суд, лицом, ответственным за совершение вышеуказанной сделки, и, как следствие, лицом, одобрившим ее заключение и исполнение, применительно к выводу активов должника и причинению вреда его кредиторам, следует признать ФИО4 Объем сделки фактически равен объему требований кредиторов, включенных в реестр должника, что предполагает возможность возложения на ФИО4 дополнительной (субсидиарной) ответственности по неисполненным обязательствам должника, исходя из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Доказательств того, что ФИО6, будучи представителем по доверенности, выданной ФИО4, при подписании вышеназванного договора действовала самостоятельно и без согласования с доверителем, заведомо во вред должнику, в материалы обособленного спора не представлено,

Решением арбитражного суда от 07.12.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10

В силу положений ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий является руководителем должника, именно он обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, а также имеет право заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок должника.

Таким образом, лицом, уполномоченным от имени ООО «НВТ» предпринимать меры по возврату товара после 01.05.2017 являлся конкурсный управляющий должника.

Совокупность вышеизложенных фактов и обстоятельств, как полагает апелляционный суд, позволяет сделать вывод о недоказанности всей цепочки причинно-следственной связи и вины ФИО8 и ФИО6 по основанию привлечения их к субсидиарной ответственности как контролирующих должника лиц, действиями (бездействиями) которых причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения суда первой инстанции, с принятием апелляционным судом иного судебного акта об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО6 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Согласно абзацу восьмому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве по общему правилу размер ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Принимая во внимание, что конкурсная масса отсутствует и по этой причине на дату настоящего судебного заседания включенные в реестр требования конкурсных кредиторов общества в размере 242 419 628,66 руб. не удовлетворены, присуждение судом первой инстанции ко взысканию с ФИО4 в пользу ООО «НВТ» 242 419 628,66 руб. апелляционный суд полагает обоснованным.

В силу пункта 9 статьи 10 Закона о банкротстве денежные средства, взысканные с лиц, привлеченных к ответственности, включаются в конкурсную массу.

Руководствуясь статьями 176, 223, частью 5 статьи 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.07.2020 по делу № А56-25998/2016/з.24 отменить в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего ООО «Национальный Винный Терминал» о привлечении к субсидиарной ответственности Иванову Ольгу Стефановну и Коновалова Вадима Евгеньевича.

В указанной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Национальный Винный Терминал» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО8 отказать.

В остальной части обжалуемое определение оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

Е.А. Герасимова

Н.А. Морозова