Постановление от 27 августа 2024 г. по делу № А82-11583/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А82-11583/2018

27 августа 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 20.08.2024.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Кузнецовой Л.В.,


при участии представителя

конкурсного управляющего публичным акционерным обществом

«Объединенный Кредитный Банк»: ФИО1 по доверенности от 22.02.2024


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего публичным акционерным обществом

«Объединенный Кредитный Банк»

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 06.01.2024 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024

по делу № А82-11583/2018


по заявлению конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Объединенный Кредитный Банк» Государственной корпорации

«Агентство по страхованию вкладов»

к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и

ФИО6

о признании недействительными сделок должника – публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» (далее – должник, Банк) в Арбитражный суд Ярославской области обратился конкурсный управляющий должником Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий) с заявлением к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО2, ФИО10, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании недействительными сделками: банковских операций по внесению физическими лицами наличных денежных средств на расчетный счет Банка по приходным кассовым ордерам; списанию ссудной задолженности физических лиц по заключенным с ними кредитным договорам; банковских операций по зачислению денежных средств на счет ФИО6 и их списанию; договора купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1, заключенного между Банком и ФИО6, а также о признании действующими договоров залога.

Определениями Арбитражного суда Ярославской области от 18.09.2020 и от 18.06.2021 часть требований рассмотрена, часть требований выделена в отдельное производство.

Предметом рассматриваемого обособленного спора являются банковские операции:

– по внесению 24.05.2018 ФИО4 наличных денежных средств в кассу операционного офиса «Московский» Банка на расчетный счет № <***> в сумме 98 243 000 рублей по приходному кассовому ордеру от 24.05.2018 № 213, по списанию суммы задолженности по кредитному договору от 19.09.2017 № 338-КФ со счета ФИО4 № <***>;

– по внесению ФИО2 24.05.2018 в кассу операционного офиса «Московский» Банка: наличных денежных средств на расчетный счет № <***> в сумме 87 442 410 рублей 66 копеек по приходному кассовому ордеру от 24.05.2018 № 183, на расчетный счет № <***> в сумме 216 173 рубля 90 копеек по приходному кассовому ордеру от 24.05.2018 № 188, по списанию суммы задолженности по кредитным договорам от 01.09.2016 № 308- КФ и от 11.11.2015 № 283-КФ;

– по внесению ФИО3 24.05.2018 наличных денежных средств в кассу операционного офиса «Дмитровский» Банка на расчетный счет № <***> в сумме 2 634 491 рубль 89 копеек по приходному кассовому ордеру от 24.05.2018 № 140, по списанию суммы ссудной задолженности по кредитному договору от 18.01.2018 № 3-КФ со счета ФИО3 в сумме 2 634 491 рубль 89 копеек;

– по внесению ФИО5 24.05.2018 наличных денежных средств в кассу операционного офиса «Дмитровский» Банка в сумме 1 884 847 рублей 23 копейки и списанию суммы ссудной задолженности по кредитному договору от 06.06.2017 № 329-КФ со счета ФИО5 в сумме 1 884 847 рублей 23 копейки.

Также конкурсным управляющим заявлены требования:

– о признании недействительной сделкой договора купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1, заключенного между Банком и ФИО6, применении последствий недействительности сделки;

– о признании недействительными сделками банковских операций:

1) по зачислению денежных средств 24.05.2018 на счет ФИО6 № 40817810211000005784 в размере 598 061 199 рублей 45 копеек с назначением платежа: «Перевод денежных средств по договору от 24/05/2018 № 24052018/1»;

2) по списанию денежных средств 24.05.2018 на основании расходного кассового ордера от 24.05.2018 № 208 со счета ФИО6 № 40817810211000005784 в размере 207 000 000 рублей с назначением платежа: «Выдача наличных денежных средств с текущего счета»;

3) по списанию денежных средств 24.05.2018 на основании расходного кассового ордера от 24.05.2018 № 211 со счета ФИО6 № 40817810211000005784 в размере 54 800 000 рублей с назначением платежа: «Выдача с текущего счета»;

4) по списанию денежных средств 24.05.2018 на основании расходного кассового ордера от 24.05.2018 № 215 со счета ФИО6 № 40817810211000005784 в размере 336 490 000 рублей с назначением платежа: «Выдача наличных денежных средств с текущего счета».

Требования заявлены на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, пункта 2 статьи 170 и статьи 173 Гражданского кодекса Российской Федерации. В качестве фактических обстоятельств недействительности сделок конкурсный управляющий указывал, что на основании оспариваемого договора купли-продажи Банк приобрел у ФИО6 неликвидные акции, рыночная стоимость которых значительно ниже оплаченной ФИО6 суммы договора. Кроме того, управляющий полагает, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 фактически не погашали кредитные обязательства перед Банком за счет собственных денежных средств, оспариваемыми платежными операциями оформлено мнимое гашение кредитов средствами самого Банка, выданных ФИО6 в счет оплаты акций. Оформление досрочного погашения кредитных обязательств ответчиков привело к замещению в активах Банка ликвидной ссудной задолженности на неликвидные ценные бумаги и необоснованному прекращению начисления процентов за пользование кредитами.

Суд первой инстанции определением от 06.01.2024 (в редакции определения об исправлении опечаток и арифметических ошибок от 24.01.2024), оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024, частично удовлетворил заявление, признав недействительными сделками договор купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1, заключенный Банком и ФИО6, и банковские операции по зачислению денежных средств на счет ФИО6 в общей сумме 598 061 199 рублей 45 копеек, а также их выдачу ФИО6 24.05.2018.

Судом применены последствия недействительности данных сделок:

– восстановлено право собственности ФИО6 на акции акционерного общества «Газпром газораспределение Брянск», ISIN RU0009121131 в количестве 273 штук, акции акционерного общества «Мостостройиндустрия», ISIN RU000А0JPPS3 в количестве 165 штук, акции акционерного общества «Шадринский автоагрегатный завод», ISIN RU000А0JQGP6 в количестве 1041 штуки, акции акционерного общества «Комитекс», ISIN RU000А0PХS7 в количестве 1951 штуки;

– установлено право требования ФИО6 к Банку на сумму 671 566 рублей 02 копейки.

В удовлетворении остальной части требований суд отказал.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительными сделок с участием ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, а также в части применения последствий недействительности договора от 24.05.2018 № 24052018/1, и направить дело на новое рассмотрение в указанной части в Арбитражный суд Ярославской области.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций пришли к ошибочному выводу о наличии у ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 финансовой возможности для досрочного погашения ссудной задолженности. Сведения о доходах ФИО2 за период с 2015 по 2018 год не подтверждают наличие у него 87 442 410 рублей 66 копеек на 24.05.2018. Ссылка на расторжение договора купли-продажи недвижимого имущества 26.04.2018 не может быть принята во внимание, поскольку согласно условиям соглашения о расторжении договор расторгается в связи с невозможностью оплаты.

Кассатор отмечает, что ФИО3 являлся начальником кредитного отдела Банка, оклад которого составлял 150 000 рублей. Выписка по счетам указанного лица в Банке свидетельствует о том, что ФИО3 с 05.12.0217 не оплачивал аренду банковской ячейки, в которой по его утверждению хранились денежные средства для погашения задолженности.

С точки зрения конкурсного управляющего, судебные инстанции необоснованно приняли в качестве доказательства реальности совершенных ответчиками действий по погашению кредитных обязательств факт внесения ФИО6 наличных денежных средств в кассу общества с ограниченной ответственностью «Энергоцентр» (далее – общество «Энергоцентр»), поскольку данные обстоятельства не подтверждены надлежащими доказательствами. В материалах дела отсутствует кассовая книга организации, содержащая кассовый ордер о внесении в кассу общества «Энергоцентр» наличных денежных средств.

Заявитель не согласен с выводом судов об отсутствии аффилированности между ответчиками и Банком, ссылается на противоречие данных выводов совокупности фактических обстоятельств, установленных Главной инспекции межрегиональной инспекции по Центральному федеральному округу Центрального Банка России и зафиксированных в акте проверки Банка от 29.05.2018.

По мнению кассатора, судами неверно применены последствия недействительности договора купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1 в связи с невозможностью возврата ФИО6 еврооблигаций Esla, поскольку принята во внимание существенно завышенная рыночная стоимость акций. Суд первой инстанции необоснованно отклонил заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «ЭсАрДжи-Консалтинг» ФИО11 о реальной стоимости еврооблигаций в размере 1 рубль и самостоятельно приобщил из другого обособленного спора заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «Лабриум-Консалтинг» ФИО12, определив стоимость еврооблигаций в размере 671 566 рублей 02 копеек.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны представителем в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Банк и ФИО2 (заемщик) заключили кредитный договор от 11.11.2015 № 283-КФ, по условиям которого Банк обязался предоставить заемщику кредит в сумме 1 000 000 рублей на приобретение автомобиля, а заемщик – возвратить предоставленную сумму 09.11.2018 и уплатить на нее проценты в размере 26 процентов годовых.

Пунктом 3.4.1 договора предусмотрено право заемщика в любое время досрочно возвратить полученный кредит (полностью или частично), уплатив проценты за время фактического пользования.

В целях обеспечения исполнения кредитных обязательств стороны заключили договор залога движимого имущества от 11.11.2015 № 283-КФ/ЗФ, на основании которого Банку предоставлен в залог автомобиль MERCEDES-BENZ C 180, 2012 года выпуска.

Кроме того, Банк и ФИО2 заключили кредитный договор от 01.09.2016 № 308-КФ, по которому Банк выдал заемщику наличные денежные средства в сумме 100 000 000 рублей под 17 процентов годовых на срок до 31.08.2022.

В силу пункта 1.1 договора кредит предоставляется на цели, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности. Согласно графику погашения основного долга и процентов, размер аннуитетного платежа, начиная с 02.10.2017, составлял 2 486 000 рублей.

Банк и ФИО3 заключили кредитный договор от 18.01.2018 № 3-КФ, по условиям которого Банк выдал наличные денежные средства в сумме 2 700 000 рублей под 16 процентов годовых на приобретение двухкомнатной квартиры. Размер аннуитетного платежа согласно графику погашения основного долга и процентов составлял 65 658 рублей 76 копеек за исключением первого и последнего платежей.

На основании заключенного между Банком и ФИО4 кредитного договора от 19.09.2017 № 338-КФ должник выдал наличные денежные средства в сумме 98 000 000 рублей под 18 процентов годовых в целях приобретения и ремонта объекта недвижимости. Срок кредитования по договору установлен до 18.09.2022, размер аннуитетного платежа с 30.10.2017 – 1 498 191 рубль 78 копеек, с 28.02.2018 – 2 598 000 рублей.

Кроме того, сторонами заключен кредитный договор (овердрафт) от 09.10.2017 № ОВФГР/4816, согласно условиям которого Банк выдал ФИО4 на цели личного потребления наличные денежные средства в сумме 3 000 000 рублей. Размер аннуитетного платежа по договору составляет 137 000 рублей.

Между Банком и ФИО5 заключен кредитный договор от 06.06.2017 № 329-КФ, на основании которого Банк выдал наличные денежные средства в сумме 200 000 000 рублей под 16 процентов годовых в целях приобретения объектов недвижимости. Срок возврата кредита по договору согласован 05.06.2029, размер аннуитетного платежа – от 2 104 109 рублей 59 копеек до 3 228 634 рублей 52 копеек (за исключением последнего платежа).

Приказами Банка России от 25.05.2018 у должника отозвана лицензия на осуществление банковских операций, временная администрация по управлению Банком назначена 26.05.2018.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 09.06.2018 принято к производству заявлении Центрального Банка Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением суда от 05.09.2018 Банк признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

В рамках процедуры конкурсного производства управляющим выявлены операции физических лиц по внесению 24.05.2018 в кассу Банка денежных средств:

– ФИО2 в 20 часов 16 минут и в 20 часов 21 минуту в офис «Московский» в сумме 87 658 584 рубля 50 копеек;

– ФИО3 в 16 часов 54 минут в офис «Дмитровский» в сумме 2 634 491 рубль 89 копеек;

– ФИО5 в 18 часов 36 минут в офис «Дмитровский» в сумме 1 884 847 рублей 23 копейки;

– ФИО4 в 23 часа 50 минут в офис «Московский» в сумме 98 243 000 рублей.

За счет проведения указанных банковских операций было проведено погашение ссудной задолженности физических лиц перед Банком.

Кроме того, должник (покупатель) и ФИО6 (продавец) заключили договор купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить ценные бумаги: еврооблигации Esla, ISIN CZ0000000914 в количестве 31 штуки, цена за 1 ЦБ (оценочная) – 72 183 рубля 60 копеек; акции акционерного общества «Газпром газораспределение Брянск», ISIN RU 0009121131 в количестве 273 штук, цена за 1 ЦБ (оценочная) – 1 463 649 рублей; акции акционерного общества «Мостостройиндустрия», ISIN RU 000A0JPPS3 в количестве 165 штук, цена за 1 ЦБ (оценочная) – 357 613 рублей 49 копеек; акции акционерного общества «Шадринский автоагрегатный завод», ISIN RU000A0JQGP6 в количестве 1041 штуки, цена за 1 ЦБ (оценочная) – 112 026 рублей; акции акционерного общества «Комитекс», ISIN RU000A0JPXS7, в количестве 1951 штуки, цена за 1 ЦБ (оценочная) – 10 570 рублей.

Согласно пунктам 1.2, 1.3 и 2.1 сумма договора в рублях составляет 598 061 199 рублей 45 копеек; датой совершения сделки является 24.05.2018; покупатель обязан оплатить общую сумму сделки путем перечисления денежных средств на счет продавца, указанный в разделе 9 договора, или по письменной просьбе продавца на его другой расчетный счет не позднее 24.05.2018.

По мнению управляющего, расчет по договору фактически осуществлен сторонами наличными денежными средствами путем выдачи ФИО6 денежных средств из кассы Банка.

Посчитав, что указанные сделки представляют собой цепочку притворных сделок, совершенных аффилированными лицами в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника путем вывода ликвидных активов в преддверии отзыва лицензии, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителя конкурсного управляющего, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

Согласно пункту 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

При этом пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве установлено, что периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно пункту 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в четвертом абзаце пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.

Из приведенных норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.

Пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 Постановление № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 87 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

На основании статьи 173 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, может быть признана судом недействительной по иску учредителя юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.

Судами установлено, что временная администрация по управлению Банком была назначена Банком России 26.05.2018, заявление о признании должника банкротом принято судом 09.06.2018, оспариваемые сделки совершены 24.05.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришил к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными сделками банковских операций по внесению наличных денежных средств в кассу Банка, совершенных ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5

Судебными инстанциями дана оценка доказательствам, представленным ответчиками в качестве подтверждения финансовой возможности осуществить досрочное погашение кредитных обязательств.

Суды установили, что финансовая возможность ФИО3 погасить ссудную задолженность подтверждена справками о доходах и суммах налога физических лиц ФИО13 и ФИО3 за период с 2015 по 2018 год, а также справкой о получении сыном ответчика ежемесячной пенсии по инвалидности. Суды пришли к выводу о том, что установленный на основании указанных документов размер общего дохода семьи позволял досрочно исполнить кредитные обязательства. Кроме того, судами приняты во внимание документально подтвержденные обстоятельства о расторжении ответчиком договора купли-продажи квартиры и возврате ему 2 000 000 рублей, внесенных в виде задатка.

Судами также установлено, что денежные средства для погашения ссудной задолженности перед Банком появились у ФИО4 в результате неудачной покупки квартиры по договору от 19.09.2017, в проведении государственной регистрации которого было отказано. Цена данного договора составляла 100 000 000 рублей, из которых 98 000 000 рублей являлись кредитными целевыми средствами, полученными от Банка по кредитному договору от 19.09.2017 № 338-КФ, 2 000 000 рублей – собственными денежными средствами, полежавшими уплате после государственной регистрации сделки.

Заявление о досрочном погашении кредита ФИО4 было принято работниками Банка еще 16.05.2018.

ФИО5 представил в материалы дела сведения о доходах за период с 2014 по 2017 год, согласно которым его суммарный доход составил 133 552 007 рублей. Ссылка конкурсного управляющего на отзыв лицензии у организации, которая выплачивала ответчику агентское вознаграждение, обоснованно отклонена судами, поскольку отзыв лицензии у принципала сам по себе не означает для агента невозможность получать доход от ранее выполненного поручения.

ФИО2, заявляя о наличии денежных средств для погашения задолженности перед Банком, представил налоговые декларации за период с 2015 по 2018 год, согласно которым его суммарный доход составил 137 799 851 рубль. Кроме того, ответчик указал на расторжение договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.11.2017, заключенного с ФИО14, в связи с чем ФИО2 возвращена сумма аванса 70 000 000 рублей, что подтверждается распиской от 23.04.2018.

Определением суда первой инстанции от 19.04.2022 по делу о банкротстве Банка установлен факт перечисления ФИО2 полной суммы в счет погашения задолженности по кредитному договору от 11.11.2015 № 283-КФ в размере 216 173 рублей 90 копеек. Суд отметил, что отсутствие достаточных документов, позволяющих с достоверной определенностью установить источник доходов ФИО2 на всю сумму погашенного кредита, не свидетельствует о фиктивности погашения задолженности по кредитным договорам.

Данные фактические обстоятельства и доказательства не опровергнуты лицами, участвующими в деле, и приняты судами в качестве надлежащих доказательств подтверждения наличия у ответчиков финансовой возможности для погашения ссудной задолженности перед Банком; о фальсификации документов конкурсный управляющий не заявлял.

Аргумент кассатора о наличии аффилированности между ответчиками и Банком был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно отклонен на основании анализа совокупности представленных в материалы дела доказательств. Суды пришли к выводу о недоказанности факта аффилированности или заинтересованности у ответчиков, совершивших внесение наличных денежных средств, как единой группы с ФИО6 и должником.

Суды заключили, что у ФИО6 имелся собственный экономический интерес в приобретении ценных бумаг по более низкой цене у общества «Энергоцентр» с последующей продажей Банку по более высокой цене.

Доводы о наличии связи между внесением наличных денежных средств в кассу Банка и заключением договора купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1 с ФИО6 сделаны конкурсным управляющим в отсутствие соответствующих доказательств; ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 не являлись стороной договора с ФИО6

Судами принято во внимание, что денежные средства в размере 596 947 740 рублей 14 копеек, полученные ФИО6 от Банка по договору от 24.05.2018 № 24052018/1, внесены в кассу общества «Энергоцентр». Стороны настоящего обособленного спора не опровергли данного факта; основания для сомнений в отношении наличия у Банка финансовой возможности для заключения оспоренного договора отсутствовали.

Суды приняли во внимание, что в силу приказов от 23.05.2018 № 61 и № 62 время работы и обслуживания клиентов операционных офисов Банка «Московский» и «Дмитровский» 24.05.2018 установлено с 09-00 до 24-00 в связи с отключением Банка от электронной системы платежей, в результате чего сотрудникам банка приходилось обрабатывать платежные документы на печатном носителе, что значительно увеличило время. Табель рабочего времени, на который ссылался конкурсный управляющий, подписан только представителем временной администрации ФИО15; подписи и указания на фамилии и инициалы ответственного лица, а также работника кадровой службы отсутствуют.

Судебные инстанции не выявили признаков злоупотребления правом со стороны ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 при совершении сделок по досрочному погашению ссудной задолженности перед Банком наличными денежными средствами.

При указанных обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании оспоренных внесений денежных средств недействительными сделками на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с отсутствием доказательств причинения вреда кредиторам должника, а также выхода оспоренных сделок за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судебные инстанции обоснованно отклонили довод конкурсного управляющего о наличии оснований для признания сделок недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод конкурсного управляющего о неверном применении последствий недействительности договора купли-продажи ценных бумаг от 24.05.2018 № 24052018/1 по причине определения необоснованно завышенной рыночной стоимости утраченных Банком еврооблигаций Esla обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции.

При рассмотрении спора суды установили, что в заключении эксперта общества «ЭсАрДжи-Консалтинг» ФИО11 от 11.07.2022, на которое ссылается конкурсный управляющий, эксперт указал на невозможность оценки рыночной стоимости еврооблигации Esla по 14 установленным критериям в связи с отсутствием сведений об организации. По названной причине оценка была проведена только по 4 из 14 критериев, стоимость акций определена в размере 1 рубля за штуку. Вместе с тем суды обоснованно заключили, что отсутствие у эксперта сведений об организации не свидетельствует о неосуществлении Elsa хозяйственной деятельности и невозможности отвечать по своим обязательствам.

В связи с этим при определении рыночной стоимости еврооблигаций Elsa суды руководствовались заключением эксперта общества «Лабриум-Консалтинг» ФИО12 от 06.09.2022 № Э-0322/50/А82-11583/2018, выполненным в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой договора цессии от 24.05.2018 № 14-ДЦ, и содержащем более полный анализ финансового состояния и организации работы Esla. В данном заключении эксперт пришел к выводу о том, что рыночная стоимость еврооблигаций соответствует 21 663 рублям 42 копейки за одну акцию.

Несогласие стороны спора с результатами экспертизы само по себе не является достаточным основанием для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством по делу и не влечет необходимости проведения повторной либо дополнительной экспертизы (статьи 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), назначение которой является правом, а не обязанностью суда.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указанным в пункте 12 постановления от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», о заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 кодекса.

По результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства.

Суды дали всестороннюю оценку полученных экспертных заключений и иных доказательств по делу, учли возражения участвующих в обособленном споре лиц.

Таким образом, судебные инстанции обосновано определили стоимость 31 акции указанного эмитента в размере 671 566 рублей 02 копеек.

Ссылка конкурсного управляющего на неликвидность спорных ценных бумаг отклоняется судом округа, поскольку не опровергает их рыночной стоимости в момент приобретения Банком по оспоренной сделке.

Примененные судами последствия недействительности сделок соответствуют положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами нижестоящих инстанций доказательств и установленных обстоятельств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 06.01.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024 по делу № А82-11583/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Объединенный Кредитный Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Ю.Б. Белозерова




Судьи


Е.В. Елисеева

Л.В. Кузнецова