Постановление от 28 августа 2023 г. по делу № А63-11484/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГАИменем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-11484/2020
г. Краснодар
28 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 августа 2023 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании должника – ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>, паспорт), ответчика – ФИО2 (паспорт), в отсутствие финансового управляющего ФИО3 (ИНН <***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего должника – ФИО1 – ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.12.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023 по делу № А63-11484/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения недвижимости от 07.12.2017, заключенного должником и ФИО2 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки.

Определением от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.05.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы пропуском финансовым управляющим годичного срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, срок подачи заявления о признании сделки недействительной не истек. Финансовый управляющий указывает на аффилированность сторон сделки.

В судебном заседании должник и ответчик высказались против удовлетворения жалобы, указав на законность судебных актов.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением суда от 07.10.2020 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3. Решением суда от 11.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3. Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы финансовым управляющим в периодическом издании – газете «КоммерсантЪ» от 24.04.2021 № 73.

7 декабря 2017 года между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения недвижимого имущества, предметом которого выступает жилой дом (кадастровый номер 26:33:150410:154) площадью 262,4 кв. м и 1/2 доля земельного участка (кадастровый номер 26:33:150410:0020), расположенные по адресу: Ставропольский край, г. Пятигорск, ул. Бунимовича, 68. Государственная регистрация перехода права собственности произведена 19.12.2017, о чем в ЕГРН внесена запись регистрации от 19.12.2017 № 26:33:150410:154-26/018/2017-2.

Полагая, что договор дарения совершен со злоупотреблением правом и нарушает права кредиторов должника, финансовый управляющий на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации обратился с заявлением в арбитражный суд.

В суде первой инстанции ответчик заявил о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания договора дарения от 07.12.2017.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что к спорной сделке применимы положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, как следствие, специальный годичный срок исковой давности, о применении которой заявил ответчик. На дату подачи финансовым управляющим заявления в суд (13.04.2022) этот срок истек. Суды не нашли правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд округа находит выводы судов верными.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Ответчик заявил о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, указанным в статьях 61.2 или 61.3 названного Закона, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 32 постановления № 63, разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры банкротства, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Определением от 07.10.2020 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3. Управляющим по результатам проведения процедуры реструктуризации долгов составлен отчет о финансовом состоянии должника по состоянию на 18.08.2021, к которому приложен ответ от 19.11.2020 от Росреестра. Согласно анализа финансового состояния должника по состоянию на 24.02.2021, а также заключения о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника также на дату 24.02.2021 выявлено имущество должника: жилой дом, кадастровый номер 26:33:150410:154, площадью 262,4 кв. м и 1/2 доля земельного участка, кадастровый номер 26:33:150410:0020, расположенные по адресу: Ставропольский край, г. Пятигорск, ул. Бунимовича, 68. При этом заключение составлено управляющим на основании расширенной выписки из ЕГРН от 15.02.2021 о правах отдельного лица на имеющиеся (имевшиеся) у него объекты недвижимости, где содержатся сведения об оспариваемой сделке, более того управляющим оспариваемый договор включен в перечень сделок требующих дополнительного исследования как подозрительная сделка (раздел 2). Таким образом, по состоянию на 24.02.2021 финансовому управляющему было известно о заключенном ФИО1 договоре от 07.12.2017 по отчуждению объектов недвижимого имущества, тем не менее заявление о признании его недействительной сделкой подано им по истечении 1 года и 2 месяцев (13.04.2022). Выписка из ЕГРН о правах должника на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, содержащая информацию о прекращении права собственности ФИО1 на спорные объекты недвижимости, датирована 15.02.2021, что позволяло управляющему своевременно обратиться в суд с заявлением об оспаривании. В случае недостаточности сведений, финансовый управляющий мог незамедлительно направить запрос с предоставлением соответствующих сведений. Между тем, как установили суды, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением об оспаривании сделок должника только 13.04.2022, то есть с пропуском годичного срока с даты введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов и годичного срока, с которого управляющий узнал или должен и мог узнать об оспариваемой сделке. Доказательств того, что у финансового управляющего имелись какие-то объективные причины, препятствовавшие своевременному получению сведений об оспариваемой сделке, в материалах дела не имеется и такие доказательства финансовый управляющий суду не представил. Суды отметили, что непредставление договора дарения самим должником не препятствовало финансовому управляющему на основании полученной выписки из ЕГРН запросить документ у Росреестра об основании перехода права собственности, а в случае отказа обратиться с соответствующим ходатайством в суд. Однако в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что, действуя добросовестно и разумно, финансовый управляющий в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязанностей принял все возможные и достаточные меры для заблаговременного получения документации должника с целью оспаривания сделок.

В связи с этим суды правомерно применили положения пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и отказали в удовлетворении заявленного требования.

Доводу финансового управляющего о необходимости применения правила о трехлетнем сроке исковой давности судами дана надлежащая оценка. Так, суды обоснованно отметили, что правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующей сделки (действий) недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве. Квалификация сделки, причиняющей вред кредиторам должника, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Такой правовой подход соответствует сложившейся судебной практике (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

В рассматриваемом случае правовая позиция финансового управляющего по существу сводится к тому, что целью, которую осознавали и желали достичь участники оспариваемых сделок, являлся вывод активов должника посредством безвозмездного отчуждения объектов недвижимости в пользу заинтересованного лица в ущерб имущественным интересам кредиторов должника. Однако это свидетельствует о пороках сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах у судов не было оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и квалификации сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, на что правомерно указали суды. Довод финансового управляющего о наличии оснований недействительности (ничтожности) договора дарения по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации также обоснованно отклонен.

По смыслу положений статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения предполагает безвозмездную передачу объектов ответчику во владение, пользование и распоряжение (под его контроль). Доказательств того, что сделка является мнимой, то есть совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия для дарения (передачу имущества в распоряжение ответчика), не представлено. Напротив, как установили суды, переход права собственности по сделке зарегистрирован в установленном Законом порядке, ответчик проживает в спорном жилом доме, уплачивает коммунальные услуги и налоги.

Приведенные в кассационной жалобе доводы аналогичны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов, им дана надлежащая правовая оценка с приведением мотивов их отклонения, данные доводы не являются основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку они основаны на неправильном толковании норм права, иной оценке представленных по делу доказательств и не свидетельствуют о существенных нарушениях норм материального и процессуального права.

Обжалуя судебные акты, заявитель документально не опроверг правильности выводов судов. Изложенные в кассационной жалобе доводы по существу направлены на иную оценку доказательств и несогласие с выводами судов, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, данных в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. Таким образом, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 3000 рублей по кассационной жалобе надлежит отнести на должника. Поскольку суд кассационной инстанции удовлетворил ходатайство финансового управляющего должника об отсрочке уплаты госпошлины, она подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.12.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023 по делу № А63-11484/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи М.Г. Калашникова

Н.А. Сороколетова