Постановление от 19 февраля 2023 г. по делу № А56-55420/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-55420/2021
19 февраля 2023 года
г. Санкт-Петербург
/уб.1/уб.2

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Серебровой А.Ю.

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1

при участии:

конкурсного управляющего ООО «Столица» ФИО2 (по паспорту)


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-42039/2022) ФИО3

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2022 по делу № А56-55420/2021/уб.1/уб.2 (судья Заварзина М.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании убытков с ФИО3 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Столица»


об установлении наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.02.2022 общество с ограниченной ответственностью «Столица» (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО3 в размере 2 366 600 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на неисполнение Обществом обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «ЭнергоСтройКомплкс», на выполнение которых Обществом получен аванс в общей сумме 1 820 801 руб. 89 коп., что было установлено решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.07.2018 по делу № А56-23600/2018 и послужило основанием для возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве.

Заявитель отмечает, что ФИО3 из кассы Общества в период с 28.11.2016 по 18.10.2017 получена сумма 2 366 600 руб. под отчет, при этом, авансовые отчеты, кассовые книги Общества за период с 2017- 2020 годов, равно как и иные документы, подтверждающие расходование указанных сумм бывшим руководителем конкурсному управляющему не представлены.

К тому же ответчику конкурсный управляющий предъявил требование о взыскании убытков в размере 1 600 000 руб.

Определением от 21.07.2022 оба заявления объединены судом в одно производство, обособленному спору, с присвоением ему номера А56-55420/2021/уб.1/уб.2.

Определением от 17.11.2022 суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, в части определения ее размера приостановил производство по делу до завершения расчетов с кредиторами.

Суд перовой инстанции пришел к выводу о том, что руководителем были получены и удержаны денежные средства должника при отсутствии к тому правовых оснований.

Указанные обстоятельства расценены судом как презумпция вины бывшего руководителя должника в его несостоятельности (банкротстве), с учетом того, что денежные средства были получены и удержаны ответчиком в период после поступления на расчетный счет должника суммы аванса за выполненные работы от кредитора – заявителя по делу о банкротстве, неисполнение обязательств перед которым послужило основанием для возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Суд посчитал, что факт признания недействительным заключенного между Обществом и ответчиком договора займа и применение последствий недействительности указанной сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу полученных от должника со ссылкой на договор займа 1 600 000 руб., не исключает оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

К ответчику применена субсидиарная ответственность по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

На вышеуказанное определение подана апелляционная жалоба ФИО3 который просит отменить обжалуемое определение и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податель ссылается на то, что суд вышел за пределы заявленного требования о взыскании убытков, применив положения о субсидиарной ответственности.

По утверждению подателя жалобы, платежные операции, положенные в основание выводов суда о применении к нему ответственности, имели место до возникновения у должника признаков неплатежеспособности и присуждения в пользу кредитора возврата аванса. При таких обстоятельствах, должник полагает, то причинно-следственная связь между получением им с расчетного счета должника денежных средств и его банкротством отсутствует.

Податель жалобы настаивает на том, что при удовлетворении в деле о банкротстве заявления о признании недействительной сделкой заключенного между ответчиком и должником договора займа, к нему будет применена двойная ответственность.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий возражает против ее удовлетворения, настаивая на том, что действиями ответчика Обществу причинен ущерб. Дополнительно конкурсный управляющий отмечает, что судом не учтено его заявление о взыскании с ответчика полученных со ссылкой на договоры займа 1 869 141 руб. 41 коп. со ссылкой на ненадлежащее оформление авансовых отчетов.

Конкурсный управляющий полагает, что ответчик должен был знать о возникновении у Общества признаков неплатежеспособности и самостоятельно обратиться в суд с заявлением о банкротстве Общества не позднее 13.12.2018.

В судебном заседании конкурсный управляющий возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание явку не обеспечили.

В соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность определения суда, суд не усматривает оснований для его отмены или изменения.

Как следует из материалов дела, ФИО3 является единственным участником должника, а до 15.02.2022 также являлся его руководителем (директором).

Являясь единственным лицом, контролирующим должника и имеющим право действовать без доверенности от его имени, ответчик 01.11.2017 подписал договор беспроцентного займа между собой и Обществом, со ссылкой на который в период с 13.12.2017 по 18.12.2017 с расчетного Общества в пользу ответчика было перечислено 1 600 000 руб. платежами в размере 1 000 000 руб. - 13.12.2017 и в размере 600 000 руб. - 18.12.2017.

Срок возврата денежных средств был согласован - 74 месяца, но не позднее 01.07.2024.

Кроме того, из кассы должника в период с 28.11.2016 по 18.10.2017 ФИО3 выданы денежные средства в сумме 2 366 600 руб. под авансовый отчет, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской по расчетному счету должника.

Первичные документы, подтверждающие факт расходования указанных средств на нужды должника, в материалы дела не представлены, имеются лишь подписанные самим ответчиком авансовые отчеты, в которых сумма невозвращенного остатка денежных средств отражена уменьшающимся итогом суммы невозвращенных денежных средств.

Ссылаясь на то, что оправдательные документы и авансовые отчеты представлены бывшим руководителем должника не на всю сумму полученного аванса, конкурсный управляющий также требовал взыскания убытков с бывшего руководителя должника в сумме 1 820 801 руб. 89 коп.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о том, что суд рассмотрел заявленные требования не в полном объеме не соответствуют содержанию судебного акта, с учетом того, что судом применена субсидиарная ответственность, предмет которой шире, нежели предмет ответственности в виде убытков.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Положениями статьи 61.20 Закона о банкротстве предусмотрена возможность предъявления в деле о банкротстве требований к руководителю должника о взыскании убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Элементами гражданско-правовой ответственности являются противоправный характер поведения лица, причинившего убытки, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица, в частности, единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В пункте 2 постановления Плеума № 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке.

Перечисление в свою пользу денежных средств с расчетного счета должника, в том числе на основании соглашения, подписанного с контролируем лицом, равно как и получение их из кассы Общества, указывает на совершение ответчиком действий при условии конфликта интересов с должником.

Подателем жалобы не опровергнуты выводы суда, основанные на оценке представленных в материалы дела доказательств в их совокупности, о том, что выбытие денежных средств Общества в пользу ответчика имело место при отсутствии встречного предоставления с его стороны, равно как и не подтвержден возврат ФИО3 спорных сумм Обществу, при том, что именно он, как руководитель должника, несет ответственность за надлежащее оформление и хранение документации Общества в спорный период.

При таких обстоятельствах, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае со стороны руководителя должника имело место противоправное поведение, которое повлекло причинение Обществу значительных убытков.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции, отметив значительность суммы ущерба, причиненного в результате экономически невыгодных сделок, совершенных ответчиком, относительно хозяйственного оборота Общества, и, в частности, размера полученных Обществом авансовых платежей на выполнение работ, невозможность возврата которых стала причиной для предъявления к должнику требования кредитором – заявителем по делу о банкротстве, пришел к обоснованному выводу о том, что именно совершение спорных сделок по выводу денежных средств послужило причиной объективного банкротства Общества.

Как установлено в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023, принятом по делу № А56-55420/2021/сд.2, просрочка исполнения обязательства перед ООО «ЭнергоСтройКомплект» возникла с 30.09.2017. При том, вывод из имущественной базы Общества денежных средств в размере более 3 млн. руб., даже если это обстоятельство имело место и до предъявления требования ООО «ЭнергоСтройКомплект» и его правопреемником о возврате аванса в размере 1 820 801 руб. 89 коп. являлось объективной причиной нехватки денежных средств должника для исполнения обязательства.

В данном случае действия ответчика привели не только к причинению Обществу имущественного ущерба в размере утраченных сумм, но и повлекли прекращение его деятельности в связи с банкротством, спровоцировав появление признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества Общества.

В силу разъяснений пунктов 16, 17 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Совершение экономически невыгодных сделок по перечислению денежных средств презюмирует наличие вины ответчика в банкротстве Общества.

Как указано в пункте 19 постановления Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Податель жалобы таких доказательств не представил.

Как указано в разъяснениях пункта 23 постановления Пленума № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Последующее признание сделки недействительной в деле о банкротстве и применение последствий ее недействительности, вопреки доводам подателя жалобы, не исключает применения к нему субсидиарной ответственности в связи с совершением этой сделки, поскольку в этом случае негативные последствия действий контролирующего Общества лица оцениваются на тот момент, когда они имели место.

В случае возврата в конкурсную массу полученного по сделке, соответственно будет уменьшен размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, поскольку этот размер, согласно статье 61.11 Закона о банкротстве определяется размером непогашенных требований кредиторов к должнику. Доводы подателя жалобы о возможности применения двойной ответственности не обоснованы.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2022 по делу №А56-55420/2021/уб.1/уб.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Е.В. Бударина


Н.А. Морозова