Постановление от 21 июня 2023 г. по делу № А41-90665/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

21.06.2023

Дело № А41-90665/2022



Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 21 июня 2023 года


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой,

судей: Е.А. Зверевой, Н.Я. Мысака,

при участии в заседании:

от временного управляющего ООО «Астерия» ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт РФ,

от ООО «Астерия» - ФИО2, по доверенности от 30.12.2022, срок до 30.12.2025,

от ООО «Содружество» - ФИО3, по доверенности от 30.10.2022, срок 3 года,

рассмотрев 15.06.2023 в судебном заседании кассационные жалобы временного управляющего ООО «Астерия» ФИО1, ООО «Астерия», ООО «Содружество»

на постановление от 17.03.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда,

об отмене определения Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 в части утверждения временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 и направления в указанной части вопроса на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Астерия»,



установил:

ООО «Содружество» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просило:

1.Признать ООО «Астерия» несостоятельным (банкротом) и ввести в отношении него процедуру наблюдения.

2.Включить требование кредитора ООО «Содружество»: - в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Астерия»:

вексельную сумму в размере 52 500 000 руб.;

проценты по векселям в размере 13 643 811,91 руб.;

проценты по пункту 2 статьи 48 Положения о простом и переводном векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР №104/1341 от 07.08.37, в размере 8 326 871,66 руб., за период с 05.08.21 по 16.11.22;

проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8 326 871, 66 руб. за период с 05.08.21 по 16.11.22;

проценты по пункту 2 статьи 48 Положения о простом и переводном векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР №104/1341 от 07.08.37 с 17.11.22 по дату, предшествующую дате введения наблюдения в отношении должника;

проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму задолженности в размере ключевой ставки Банка России с 17.11.22 по дату, предшествующую дате введения наблюдения в отношении должника;

расходы по уплате госпошлины в размере 200 000 рублей.

3. Утвердить арбитражного управляющего ФИО1 из числа членов саморегулируемой организации СРО ААУ ЕВРОСИБ.

4. Привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерное общество (АО) «Национальная Продуктовая Корпорация».

Заявление подано на основании статей 3, 4, 6, 7, 39, 40 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 требования ООО «Содружество» к ООО «Астерия» в размере 84 292 586, 59 руб. признаны обоснованными; в отношении ООО «Астерия» введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим ООО «Астерия» утверждена член СРО ААУ «ЕВРОСИБ» ФИО1 с ежемесячным вознаграждением в размере 30 000 руб. за счет денежных средств и иного имущества должника; требования ООО «Содружество» в размере 84 292 586, 56 руб., из которых: 52 500 000 руб. основного долга, 13 643 811, 91 руб. процентов по векселям, 9 074 387, 34 руб. процентов по пункту 2 статьи 48 Положения о переводном и простом векселе, 9 074 387, 34 руб. пени, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Астерия».

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 отменено в части утверждения временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 и в указанной части вопрос направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции; в остальной части определение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Содружество» и временный управляющий ООО «Астерия» ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 в части отмены определения Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 в части утверждения временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 отменить и оставить в этой части в силе определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023.

ООО «Астерия» также обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 в части установления очередности требования кредитора и направить дело в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв ООО «Астерия» на кассационные жалобы ООО «Содружество» и ФИО1

В судебном заседании представитель временного управляющего ООО «Астерия» ФИО1 доводы своей кассационной жалобы и доводы кассационной жалобы ООО «Содружество» поддержал, возражал против удовлетворения кассационной жалобы ООО «Астерия».

Представитель ООО «Астерия» доводы своей кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, возражал против удовлетворения кассационных жалоб ООО «Содружество» и ФИО1 по мотивам, изложенным в отзыве.

Представитель ООО «Содружество» доводы своей кассационной жалобы временного управляющего ООО «Астерия» ФИО1 поддержал, возражал против удовлетворения кассационной жалобы ООО «Астерия».

Представитель ООО «Содружество» заявил ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе ООО «Астерия», поддержанное и временным управляющим ФИО1 в связи с пропуском срока на кассационное обжалование. Однако суд округа посчитал данное ходатайство не подлежащим удовлетворению, поскольку причины пропуска признаны уважительными.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Московской области от 09.03.2022 по делу № А41-65991/21, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2022, с ООО «Астерия» в пользу ООО «Содружество» взыскано 71 399 073,67 руб., в том числе: вексельная сумма в размере 52 500 000 руб., проценты по векселям в размере 13 643 811,91 руб., проценты по пункту 2 статьи 48 Положения о простом и переводном векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР N 104/1341 от 07.08.37, в размере 2 627 630, 88 руб. по состоянию на 15.02.22, пени в размере 2 627 630, 88 руб. по состоянию на 15.02.22; суд указал на продолжение начисления процентов по пункту 2 статьи 48 Положения о простом и переводном векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР №104/1341 от 07.08.37, в размере ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, на сумму 66 143 811, 91 руб. за период с 16.02.22 по дату фактического исполнения обязательства; продолжение начисления пени в размере ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, на сумму 66 143 811, 91 руб. за период с 16.02.22 по дату фактического исполнения обязательства, а также взысканы расходы по уплате госпошлины в размере 200 000 руб.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ООО «Содружество» указало, что ООО «Астерия» данный судебный акт не исполнило, по состоянию на 10.01.23 размер задолженности составляет 84 292 586, 59 руб., из которых:

52 500 000 руб. - вексельная сумма,

13 643 811, 91 руб. - проценты по векселям,

9 074 387, 34 руб. - проценты по пункту 2 статьи 48 Положения о простом и переводном векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР №104/1341 от 07.08.37, за период с 05.08.21 по 10.01.23,

9 074 387, 34 руб. - пени на сумму задолженности за период с 05.08.21 по 10.01.23.

Суд первой инстанции, принимая обжалуемое определение о введении процедуры наблюдения, включении требования кредитора в реестр требований и утверждении кандидатуры временного упрааляющего, руководствовался статьями 33, 48 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в части утверждения временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 по следующим основаниям.

ООО «Содружество» в рассматриваемом заявлении просило утвердить арбитражного управляющего ФИО1, члена СРО ААУ ЕВРОСИБ.

СРО ААУ ЕВРОСИБ были представлены необходимые документы для утверждения ФИО1 временным управляющим в настоящем деле.

Между тем судом апелляционной инстанции установлено, что при этом заявление о банкротстве должника от имени ООО «Содружество» подписано ФИО3, который представлял интересы арбитражного управляющего ФИО1 в рамках дела № А56-850/2020. Также кандидатура ФИО1 как управляющего была указана ООО «Содружество» при подаче заявления о банкротстве ООО «Геологическое предприятие «Сибирьгеология» и АО «Национальная Продуктовая Корпорация» (интересы которого представляет ФИО3) при подаче заявления о банкротстве ООО «ИЛИМ».

В связи с этим суд апелляционной инстанции посчитал, что указанное свидетельствует о согласованности действий ООО «Содружество» и арбитражного управляющего ФИО1, о фактической заинтересованности данных лиц.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что ООО «Содружество» расположено в г. Санкт-Петербурге, арбитражный управляющий ФИО1 проживает в г. Уфе, а должник зарегистрирован в Московской области. По мнению апелляционного суда, неоднократное избрание кредитором кандидатуры арбитражного управляющего из иного, значительного отдаленного как от места регистрации, так и от места регистрации должника региона, также свидетельствует о наличии заинтересованного указанных лиц.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции, руководствуясь пунктом 2 статьи 20.2, пунктом 9 статьи 42, пунктом 1 стати 45, пунктом 2 статьи 49 Закона о банкротстве, пунктом 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, пунктом 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 29.05.2020 №305-ЭС19-26656, от 26.11.2018 №305-ЭС18-11840, признал вывод суда первой инстанции о соответствии кандидатуры ФИО1 требованиям статей 20, 20.2 Закона о банкротстве и наличии возможности утверждения ее временным управляющим должника ошибочным, в связи с чем обжалуемое определение в данной части отменил и вопрос направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кроме того, судом апелляционной инстанции отклонен довод ООО «Астерия» о наличии оснований для изменения очередности удовлетворения требований ООО «Содружество» в связи с отсутствием встречного представления от указанного лица.

Между тем судами обжалуемых частях не учтено следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно абзацу 10 пункта 2 статьи 39, пункту 9 статьи 42 Закона о банкротстве право выбора конкретной кандидатуры арбитражного управляющего является неотъемлемым правом кредитора-заявителя, подающего заявление о признании должника банкротом.

Фундаментальное значение данного права подтверждается тем, что даже переход статуса заявителя по делу о банкротстве к иному лицу не предоставляет ему права пересмотреть предложенную первым заявителем кандидатуру (пункт 27 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016).

Его суть заключается в том, что кредитор-заявитель заинтересован в назначении на должность арбитражного управляющего того лица, в отношении которого у него отсутствуют основания сомневаться в его компетентности и профессионализме.

Подобное мнение может быть сформировано у кредитора как вследствие рекомендаций, полученных от иных лиц, так и быть результатом положительного опыта взаимодействия с ним в рамках иных процедур.

Следовательно, закон не предусматривает запретов на заявление одного и того же управляющего одним и тем же кредитором в делах о банкротстве различных должников, а также не устанавливает требований об отсутствии знакомства с представителями кредиторов.

Иной подход противоречил бы воле федерального законодателя, поскольку предполагал бы запрет на профессию, так как фактически лишал бы кредитора предусмотренного абзацем 10 пункта 2 статьи 39, пунктом 9 статьи 42 Закона о банкротстве право выбора, а также делал бы фигуру арбитражного управляющего «одноразовой», что недопустимо.

Недопустимость ограничения возможности лица или представителя заявлять кандидатуру арбитражного управляющего, предложенного им в другой процедуре, особенно ярко иллюстрируется в ситуации, когда положения Закона о банкротстве устанавливают для арбитражных управляющих дополнительные критерии (например, пп.2.1 ст. 201.1 Закона о банкротстве - наличие аккредитации в Фонде при банкротстве застройщика, пп. 2 п.2 ст.189.77 Закона о банкротстве - наличие аккредитации в Банке России при банкротстве кредитных организаций).

Согласно сведениям, размещенным на сайте Банка России, количество арбитражных управляющих, имеющих подобную аккредитацию, составляет всего 50 человек. Учитывая, что процедура утверждения арбитражного управляющего требует не только указание кредитором его кандидатуры в заявлении, но и получение согласия от арбитражного управляющего на его утверждение, предложенный судом апелляционной инстанции правовой подход фактически означает запрет дважды заявлять одного и того же управляющего, устанавливая запрет на профессию для представителя (могут вообще закончиться арбитражные управляющие, которых он может предлагать, действуя в интересах своих клиентов, а значит, клиент не будет обращаться к представителю, из-за личности которого он поражается в правах) и ограничения на профессию для арбитражного управляющего.

В рассматриваемом случае изложенный апелляционным судом подход приводит к тому, что с приобретением опыта в банкротных делах должна снижаться ценность и востребованность и представителей, и арбитражных управляющих, что противоречит здравому смыслу и общей направленности арбитражно-процессуального законодательства на профессионализацию процесса для увеличения его эффективности.

Представление поверенным интересов арбитражного управляющего в другом деле не создает потенциального конфликта интересов.

Кроме того, баланс интересов первого кредитора-заявителя, имеющего безусловное право предложить кандидатуру арбитражного управляющего, и иных кредиторов, обеспечивается возможностью отстранения арбитражного управляющего в случае выявления допущенных им нарушений.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве арбитражным судом в качестве конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам.

Перечень лиц, которые в целях Закона о банкротстве признаются заинтересованными по отношению к должнику, арбитражному управляющему, кредиторам, установлен статьей 19 Закона о банкротстве.

Указанная норма также содержит отсылку к статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» устанавливающей признаки, позволяющие определить совокупность физических и (или) юридических лиц в качестве группы лиц.

Указанный в пункте 4 статьи 19 Закона о банкротстве перечень заинтересованных лиц по отношению к арбитражному управляющему является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Таким образом, при разрешении вопроса о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве суд должен установить, в том числе обстоятельства наличия заинтересованности арбитражного управляющего к должнику или кредитору, юридические критерии которой установлены в статье 19 названного Закона и статье 9 Закона о защите конкуренции.

Согласно устойчивому правовому подходу Верховного Суда Российской Федерации, одно лишь представление интересов кредиторов, в том числе в рамках дела о банкротстве не является достаточным основанием для вывода о заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к кредиторам по смыслу приведенных норм права, а также о том, что утверждение такого управляющего окажет негативное влияние на надлежащее исполнение конкурсным управляющим обязанностей, установленных Законом о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, указывая на аффилированность заявителя и арбитражного управляющего, не учел того, что представление интересов кредитора и цедента в разные периоды времени одним лицом не может быть признано в качестве доказательств аффилированности, поскольку иной подход противоречил бы правовой сути института представительства, делая аффилированными всех лиц, интересы которых когда-либо представлял ФИО3

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что представитель заявителя ранее в рамках других дел о банкротстве иных должников и в других обособленных спорах по другим арбитражным делам однократно представлял интересы арбитражного управляющего, не может свидетельствовать о наличии конфликта интересов и не является достаточным признаком заинтересованности.

Так, участие представителей кредиторов и привлеченных арбитражным управляющим специалистов в качестве его представителей в иных «банкротных» делах не является доказательством их заинтересованности (аффилированности) по отношению к арбитражному управляющему или иным участвующим в деле о банкротстве лицам, а напротив свидетельствуют о наличии необходимых знаний и опыта работы для надлежащего юридического сопровождения процедуры банкротства, которыми обладают далеко не все специалисты с высшим юридическим образованием.

Рассмотрение «банкротных» дел обуславливается формированием определенных групп, специализирующими в сфере несостоятельности, где требуются дополнительные знания законодательства о банкротстве. Это характеризуется тем, что одно и то же лицо может представлять интересы как арбитражного управляющего - в определенном деле, так и быть представителем кредитора, либо должника - при рассмотрении другого дела; само по себе это не противоречит не процессуальному, ни гражданскому законодательству.

В противном случае это повлекло бы ограничение представителей к доступу к профессии в определенном «узком» сегменте рынка только исходя из того, что лица могут формально «пересекаться друг с другом».

Кроме того, суд округа не может согласиться с выводом апелляционной инстанции о заинтересованности кредитора и предложенной им кандидатуры временного управляющего, исходя из того, что ООО «Содружество» расположено в г. Санкт-Петербурге, арбитражный управляющий ФИО1 проживает в г. Уфе, а должник в Московской области, то есть из-за территориальной удаленности, поскольку в делах о банкротстве, как показывает практика, утверждаются арбитражные управляющие из разных городов Российской Федерации – от г. Калининграда до г. Владивостока, никаких ограничений в этом смысле Закон не содержит.

Ссылка апелляционного суда на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 № 305-ЭС19-26656 в данном случае несостоятельна, поскольку в данном Определении акцентировано внимание на том, что у суда должны возникнуть разумные, существенные, исключительные и обоснованные сомнения, подозрения в независимости управляющего.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции в части отмены определения Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 по утверждению временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 подлежит отмене в порядке частей 1, 2 статьи 288, пункта 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с оставлением в силе определения суда первой инстанции в указанной части.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалоб арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Кроме того, заслуживают внимания и проверки доводы ООО «Астерия» о том, что как в рамках дела № А41-65991/21, так и в рамках настоящего дела о банкротстве № А41-90665/2022 Общество указывало, что выдача векселей обусловлена корпоративным характером правоотношений, реального встречного предоставления со стороны векселедержателя представлено не было.

В рамках дела о взыскании вексельного долга суды указали на то, что в предмет доказывания по делу о взыскании вексельного долга входит факт наличия вексельного обязательства, законности владения векселем. Суды обоснованно указали, что предметом настоящего спора являются вексельные правоотношения между истцом и ответчиком, возникшие в результате факта законного владения истцом простыми векселями, выданными ответчиком (стр. 10 постановления Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2022).

Таким образом, в рамках гражданского дела исследовался вопрос о наличии обязательств, вытекающих из владения векселем, а не из заемных отношений между кредитом и должником.

Между тем, согласно правовой позиции изложенной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3) по делу № А56-42355/2018, суд как орган, обладающий юрисдикционными полномочиями и осуществляющий правосудие, выполняет публично значимую функцию по защите нарушенных прав и законных интересов участников оборота (статья 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 1, 2, 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Принятие по итогам судебного разбирательства судебного акта и вступление его в законную силу позволяют стороне, нарушение прав которой было подтверждено, воспользоваться государственно-принудительными механизмами, учрежденными в целях обеспечения возможности получить исполнение.

В то же время подтверждение в судебном порядке существования долга ответчика перед истцом, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет. Это означает, например, что неустойка, даже если она и взыскана судом, продолжает оставаться финансовой санкцией. Равным образом и взыскание дивидендов (если было принято решение об их распределении) не отменяет того факта, что полномочие на их получение вытекает из прав участия в корпорации.

Само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего сумму долга, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

В Определении №303-ЭС21-16354 от 20.01.2022 Верховный Суд Российской Федерации повторно указал, что разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

Между тем само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования (пункт 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) (далее - Обзор).

Подтверждение в судебном порядке неисполненного обязательства должника перед кредитором, предоставляя последнему право на принудительное исполнение, правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и не препятствует исследованию обстоятельств, в том числе связанных с условиями финансирования должника.

Однако в рассматриваемом случае суды двух инстанций устранились от исследования природы правоотношений, возникших между заявителем и должником, не проверили и не дали правовую оценку доводам должника о наличии оснований для понижения очередности требования кредитора.

Суд апелляционной инстанции при этом счел ненадлежащей ссылку должнику на правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2018 № 305-ЭС18-11840 по делу №А40-70992/2017.

Между тем в соответствии со статьей 142 Гражданского кодекса Российской Федерации ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

Согласно пункту 2 статьи 75 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 №104/1341, простой вексель представляет собой ничем не обусловленное обязательство векселедателя уплатить определенную сумму управомоченному векселедержателю.

ООО «Астерия» не отрицает того факта, что выдало АО «НПК» собственные простые векселя, в количестве 5 штук, общей вексельной суммой 52 500 000 рублей. Однако безвозмездность векселей презюмируется, исходя из их правовой природы.

Напротив, именно на кредиторе лежит обязанность доказать возмездный характер сделки, оформленной выдачей векселей, поскольку именно кредитор может представить соответствующие доказательства.

В деле № А41-65991/21 при взыскании задолженности ООО «Содружество» заняло правовую позицию о наличии именно вексельных, а не заемных отношений.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2018 № 305-ЭС18-11840 по делу № А40-70992/2017, согласно которой при проведении процедур несостоятельности подлежит ведению реестр требований кредиторов, в котором учитываются все требования к должнику, возникшие до возбуждения дела о банкротстве. Указанные требования учитываются в реестре, а затем удовлетворяются, в том числе исходя из принципа очередности (пункт 7 статьи 16, пункт 4 статьи 134, пункт 2 статьи 142 Закона о банкротстве).

По общему правилу очередность устанавливается исходя из признаваемой правопорядком степени значимости подлежащих защите интересов конкретной группы кредиторов, чьи требования оставлены неудовлетворенными после вступления в отношения с должником. Чем более значимыми (в том числе исходя из целей банкротства) признаются интересы конкретной группы кредиторов, объединенной общностью правовой природы принадлежащих им требований, тем в более приоритетном порядке происходит погашение таких требований в процедуре несостоятельности. В случае отсутствия специальной оговорки о приоритетном порядке удовлетворения конкретной категории требований, они учитываются и погашаются в составе третьей очереди (абзац четвертый пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве).

Предполагается, что кредиторы, прежде чем их требование включается в реестр, осуществили какое-либо предоставление в пользу имущественной массы должника (пополнили ее) либо должником была умалена имущественная масса таких кредиторов (в том числе за счет изъятия, повреждения какой-нибудь ценности), в связи с чем возникла обязанность произвести возмещение.

Таким образом, по общему правилу кредиторами являются лица, которые в результате вступления в отношения с должником претерпели определенные негативные последствия по причине последующего применения к должнику процедур несостоятельности. Этим объясняется, почему такие кредиторы вправе претендовать на распределение средств, вырученных от реализации конкурсной массы.

Заслуживает внимания и проверки довод кассатора о том, что поскольку вексель является ничем не обеспеченной ценной бумагой, заявитель должен был представить какие-либо доказательства осуществления его правопредшественником - АО «НПК», встречного предоставления ООО «Астерия» денежных средств, услуг, товаров, если таких доказательств нет, то такие требования не могут конкурировать с требованиями иных кредиторов.

Также подлежит проверке довод должника и о корпоративном характере правоотношений между должником и правопредшественником кредитора, поскольку ничем иным объяснить выдачу векселей на сумму свыше 50 млн. руб., по мнению кассатора, не представляется возможным.

Данное обстоятельство также подлежало установлению судами, поскольку даже при включении требований аффилированного лица в реестр, такие требования не могут учитываться при определении размера субсидиарной ответственности, а также, такие кредиторы не могут обращаться в суд с заявлением об оспаривании сделок должника.

Возможность понижения требований кредиторов до «пятой очереди», при наличии вступившего в законную сиу судебного акта, подтверждающего такую задолженность, нашло свое отражение в судебной практике Верховного Суда Российской Федерации (Обзор от 29.01.2020).

Верховным Судом Российской Федерации определены основные признаки, при наличии которых кредитор вправе претендовать на получение удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы должника:

участие такого кредитора в формировании конкурсной массы должника;

претерпевание таким кредитором негативных последствий от взаимодействия с должником.

Целью конкурсного производства является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника, а формальный подход к включению требования, основанного на судебном акте, без полного и всестороннего исследования обстоятельств возникновения такого требования, противоречит указанной цели.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты в части установления очередности требования кредитора ООО «Содружество» подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в указанной части подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, предложив сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов и возражений, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт в части установления очередности требования кредитора.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 по делу № А41-90665/2020 в части установления очередности требования кредитора ООО «Содружество» отменить. В указанной части спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 по делу № А41-90665/2020 в части отмены определения Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023 по утверждению временным управляющим ООО «Астерия» члена СРО ААУ «Евросиб» ФИО1 отменить. В указанной части оставить в силе определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2023.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова

Судьи: Е.А. Зверева

Н.Я. Мысак