Постановление от 25 октября 2019 г. по делу № А82-1190/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А82-1190/2017

25 октября 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 24.10.2019.

Постановление изготовлено в полном объеме 25.10.2019.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Ионычевой С.В., Чиха А.Н.


при участии в заседании 22.10.2019 представителей

от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»:

ФИО1 по доверенности от 08.10.2018, ФИО2 по доверенности от 27.03.2019

от ФИО3: ФИО4 (до вступления в брак – ФИО5) А.С. по доверенности от 20.02.2018

при участии в заседании 24.10.2019 представителя

от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»:

ФИО1 по доверенности от 08.10.2018


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк»

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»


на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.10.2018 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019

по делу № А82-1190/2017


по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

к ФИО3

о признании сделок недействительными и о применении последствий их недействительности


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (далее – АО «Булгар банк», Банк; должник) конкурсный управляющий должника государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) обратилась в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании недействительными банковских операций по выдаче денежных средств ФИО3 (далее – кредитор) от 22.12.2016 в размере 2 150 000 рублей и от 27.12.2016 в размере 20 242 рублей 68 копеек.

Требование конкурсного управляющего основано на статьях 61.3 и 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции определением от 03.10.2018, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Суды двух инстанций руководствовались статьями 61.1, 61.2, 61.3, 61.4 (пункт 2), 189.40, 189.90 и 189.92 Закона о банкротстве, статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктами 1, 4, 11 и 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) и исходили из недоказанности обстоятельств для признания сделок недействительными.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Агентство обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 03.10.2018 и постановление от 06.03.2019 и удовлетворить заявленные требования.

В обоснование кассационной жалобы указано на неприменение пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащего применению, а также на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Как полагает конкурсный управляющий, ФИО3 являлся аффилированным по отношению к должнику лицом, соответственно, располагал недоступной другим информацией о финансовом состоянии кредитной организации и имел возможность снять денежные средства до даты формирования картотеки неисполненных платежей, что в будущем и повлекло за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами. Изложенные факты, по мнению Агентства, также свидетельствуют о наличии оснований для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. На дату закрытия реестра требований кредиторов размер установленных требований кредиторов первой очереди составлял 1 805 275 000 рублей. Наличие включенной в реестр требований кредиторов Банка задолженности перед его клиентами и вкладчиками, по мнению заявителя, свидетельствует о преимущественном удовлетворении требований ФИО3, как одного из кредиторов.

Суд округа определением от 02.09.2019 отложил рассмотрение кассационной жалобы на 22.10.2019.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено путем использования систем видеоконференц-связи с Арбитражным судом Республики Татарстан.

Представители Агентства в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, и пояснили, что при обращении с заявлением об оспаривании сделок конкурсный управляющий ссылался на презумпцию, изложенную в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, в соответствии с которой спорные операции вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности ввиду заинтересованности ФИО3 по отношению к Банку, однако, данное обстоятельство не было проверено судами первой и апелляционной инстанций.

ФИО3 в отзыве и его представитель в судебном заседании отклонили доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

В судебном заседании 22.10.2019 в порядке, предусмотренном в статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 24.10.2019.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 03.10.2018 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 по делу № А82-1190/2017 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО3 (клиент) и АО «Булгар банк» 20.08.2015 заключили договор № Т000004882 об открытии и ведении текущего счета, согласно которому банк открывает клиенту текущий счет в валюте Российской Федерации № 40817810610002201128, принимает и зачисляет на счет денежные средства, выполняет распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету, не связанных с осуществлением клиентом предпринимательской деятельности, в соответствии с требованиями Банка России и действующего законодательства Российской Федерации.

По данному договору со счета была осуществлена выдача ФИО3 денежных средств 22.12.2016 в размере 2 150 000 рублей.

ФИО3 (клиент) и АО «Булгар банк» 15.12.2014 заключили договор № Т000004031 об открытии и ведении текущего счета, согласно которому банк открывает клиенту текущий счет в валюте Российской Федерации № 40817810800050000437, принимает и зачисляет на счет денежные средства, выполняет распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету, не связанных с осуществлением клиентом предпринимательской деятельности, в соответствии с требованиями Банка России и действующего законодательства Российской Федерации.

По данному договору со счета была осуществлена выдача ФИО3 денежных средств 27.12.2016 в размере 20 242 рублей 68 копеек.

Приказами Центрального Банка Российской Федерации от 16.01.2017 № ОД-73 и ОД-74 у АО «Булгар банк» отозвана лицензия и назначена временная администрация по управлению банком.

Определением от 01.02.2017 в отношении АО «Булгар банк» возбуждено дело о банкротстве.

Решением от 02.03.2017 Банк признан несостоятельным (банкротом); функции конкурсного управляющего возложены на Агентство.

Посчитав, что банковские операции привели к оказанию предпочтения ФИО3, как одному из кредиторов Банка, Агентство оспорило данные платежи на основании пункта 2 статьи 61.3 и статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Отказав в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды исходили из того, что бесспорных доказательств того, что сделка совершена минуя календарную очередность находящихся в очереди на оплату Банком платежных требований о выдаче наличных денежных средств иных клиентов, в материалах дела не имеется. Спорные сделки совершены в соответствии с условиями договора банковского вклада. Получение наличных денежных средств осуществлено клиентом Банка – физическим лицом при отсутствии прямого запрета Центрального Банка Российской Федерации на выдачу денежных средств по вкладам физических лиц.

Между тем суды не учли следующее.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.3 и статьей 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора в течение одного месяца до даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения в удовлетворении требований этого кредитора перед другими кредиторами.

По общему правилу, ответчик по заявлению о признании предпочтительной сделки недействительной имеет право возражать по мотиву совершения данной сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Особенность же оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций заключается в том, что помимо признаков предпочтения, обязанность доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности (нетипичность сделки) по общему правилу изначально возлагается на истца, в рассматриваемом случае - на конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Такое регулирование обусловлено тем, что появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления до определенного момента обычной хозяйственной деятельности. При этом на стороне ответчика, являющегося контрагентом банка, всегда будут возникать объективные сложности в представлении доказательств, подтверждающих соответствующий критический момент приостановки операций из-за недостатка ликвидности.

Вместе с тем согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

Предусмотренные в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности являются опровержимыми. Бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

При рассмотрении вопроса о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности суды исследовали данное обстоятельство лишь применительно к презумпции, изложенной в подпункте 1 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, согласно которой предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации.

Вместе с тем при оспаривании сделок по выдаче денежных средств ФИО3 Агентство указывало на иную презумпцию, которая изложена в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а именно, на заинтересованность ФИО3 по отношению к должнику.

Возражая против заявленных требований ФИО3, в свою очередь, указывал, в частности на то, что на момент совершения сделок не являлся контролирующим АО «Булгар Банк» лицом. Трудовые отношения между ним и Банком завершились в 2011 году, ФИО3 вышел из состава Совета директоров Банка 30.03.2016. В любом случае спорные операции являлись для ФИО3 обычными: снятие денежные средств носило периодический характер, имело экономическую основу и приносило клиенту Банка выгоду. Снятые в спорный период суммы не были внесены на какой-либо иной счет ФИО3, а направлены на оплату поставленных товаров и выполненных работ. При этом на иных счетах клиента оставались денежные средства.

Однако суды в нарушение статей 15 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовали ни доводы конкурсного управляющего, ни возражения ФИО3 и не дали им оценки.

В соответствии с пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается, что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если клиент является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации.

Как следует из материалов дела, ФИО3 вышел из состава Совета директоров Банка в пределах года до даты назначения временной администрации, то есть являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах существенное значение для разрешения спора имел вопрос об осведомленности ФИО3 о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок с учетом доводов Агентства о статусе клиента, а также возражений ФИО3 о периодическом характере совершения подобных сделок, об экономической обоснованности снятия денежных средств и о наличии денежных средств на иных счетах ФИО3, чего бы не случилось в случае осведомленности клиента о предстоящем банкротстве АО «Булгар банк». Случайное совпадение обстоятельств совершения сделки будет свидетельствовать в пользу ее обычности.

В связи с невыяснением судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, имеющих значение для принятия правильного судебного акта, определение от 03.10.2018 и постановление от 06.03.2019 в силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.

Для принятия обоснованного и законного судебного акта требуются исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, поэтому дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить допущенные нарушения, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку доводам конкурсного управляющего и ФИО3, и на основе всесторонней оценки представленных доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Разрешение вопроса о распределении расходов по государственной пошлине по кассационной жалобе следует поручить суду первой инстанции, поскольку на основании пункта 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 3 части 1), 288 (часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.10.2018 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 по делу № А82-1190/2017.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


В.П. Прыткова




Судьи


С.В. Ионычева

А.Н. Чих