Постановление от 2 октября 2025 г. по делу № А13-1131/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


03 октября 2025 года

Дело №

А13-1131/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Богаткиной Н.Ю. и Чернышевой А.А.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 09.06.2022),

рассмотрев 24.09.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Мусаева Аширбая на определение Арбитражного суда Вологодской области от 20.02.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 по делу № А13-1131/2020,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Байкал» (далее – ООО «Байкал») обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Кадуйский фанерный комбинат» (далее – Общество) несостоятельным (банкротом).

 Определением от 06.02.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Определением от 20.07.2020 заявление ООО «Байкал» признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2021 определение от 20.07.2020 в обжалуемой части отменено, ООО «Байкал» отказано в удовлетворении ходатайства об утверждении временным управляющим ФИО3, вопрос об утверждении временного управляющего Общества был направлен на рассмотрение в Арбитражный суд Вологодской области.

Определением от 06.09.2021 временным управляющим Общества утвержден ФИО4.

Решением от 09.11.2022 в отношении Общества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий ФИО4 26.10.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением  о признании недействительным пункта 3 дополнительного соглашения от 17.07.2019 (далее - Дополнительное соглашение) о расторжении договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21.09.2018 № 1709 (далее - Договор) в части невозврата Мусаевым Аширбаем (продавцом) Обществу (покупателю) - денежных средств, оплаченных по Договору. Конкурсный управляющий просит обязать ФИО1 возвратить в конкурсную массу Общества 1 000 000 руб.

Определением от 25.12.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен бывший генеральный директор Общества - ФИО5.

Определением от 20.02.2025, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025, заявление конкурсного управляющего ФИО4 удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись указанными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Северо-Западного округа (далее – АС СЗО) с кассационной жалобой, в которой ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 20.02.2025 и постановление от 22.05.2025 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 отказать.

По мнению подателя жалобы, заключив соглашение об уплате штрафа в размере 1 000 000 руб., стороны тем самым исключили взыскание ранее установленных Договором неустоек в процентном отношении, что не противоречит требованиям закона.

Также сторонами был учтен односторонний отказ Общества от Договора, поскольку Дополнительное соглашение заключено ввиду нарушения Обществом графика платежей, установленных Договором, а также неоплаты услуг по содержанию жилого дома (далее - дом) и земельного участка (далее - участок) в размере 419 912,23 руб., установленных пунктом 4.3.3 Договора.

Податель жалобы полагает, что в материалы дела представлены надлежащие доказательства, подтверждающие понесенные им убытки в размере 614 921,23 руб.

Таким образом, удержанный с Общества при расторжении договора штраф  в размере 1 000 000 руб. лишь на 38% превышает причиненные убытки, что, по мнению ФИО1, является незначительным и допустимым.

В отзыве конкурсный управляющий Общества ФИО4 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Изучив материалы дела, суд округа не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                          № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о                 банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъясняется, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

  Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной.

  Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

  В силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данном пункте условий. Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

   Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

   Таким образом, в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение                   вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой                    стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки) и презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки недействительной, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В Определении от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что оспаривание сделок должника может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения спорного договора.

В силу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 по делу № 307-ЭС16-3765(4,5) по делу № А66-4283/2014, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества должника носят объективный характер, то есть определяются на дату, в которую они действительно возникли, а не в момент их выявления.

Как следует из материалов дела, ФИО1 (продавец) и Общество (покупатель) 21.09.2018 заключили Договор, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность покупателю принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество -                      дом и участок, площадью соответственно 886 кв.м и 1630 кв. м, расположенные о адресу: <...> (далее - имущество), о чем в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН) 28.03.2017 сделана запись регистрации, а покупатель обязался принять и уплатить за них цену, установленную Договором. Цена имущества в соответствии с пунктом 2.1 Договора составляла 11 500 000 руб., в том числе цена дома - 10 500 000 руб., цена участка – 1 000 000 руб.

Согласно пункту 2.2 Договора (с учетом дополнительного соглашения от 28.12.2018) покупатель уплачивает цену имущества в рассрочку по графику: первый платеж в размере 1 000 000 руб. производится покупателем не позднее 20-и календарных дней с даты подписания Договора; второй платеж в размере 1 500 000 руб. производится покупателем не позднее 31.03.2019; третий платеж - 1 000 000 руб. производится покупателем не позднее 01.06.2019; четвертый платеж в размере 1 500 000 руб. производится покупателем не позднее 31.08.019; пятый платеж в размере 2 000 000 руб. производится покупателем не позднее 30.09.2019; оставшаяся часть цены дома и участка - 4 500 000 руб. выплачивается покупателем не позднее 31.10.2019.

Право собственности Общества на указанное имущество зарегистрировано 15.10.2018. В соответствии с пунктом 3.5 Договора продавец сохраняет право пользования имуществом до даты полной уплаты стоимости имущества, указанной в пункте 2.2 Договора, вне зависимости от регистрации перехода права собственности к покупателю. На основании пункта 3.1 Договора по соглашению сторон до момента полной уплаты покупателем суммы, указанной в пункте 2.1 Договора, имущество находятся в залоге у Продавца в силу положений статьи 488 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 6.1 Договора в случае нарушения покупателем сроков уплаты цены имущества покупатель обязан на основании письменного требования продавца уплатить неустойку в размере 0,1% от неуплаченной в срок цены  за каждый день просрочки, но не более 10 % от неуплаченной в срок цены.

ФИО1 и Обществом 17.07.2019 подписано дополнительное соглашение о расторжении Договора купли-продажи от 21.09.2018 (далее - Соглашение), согласно пункту 1 которого, в соответствии с пунктами 7.2, 7.4 Договора с даты подписания указанного соглашения будет расторгнут Договор в связи с ненадлежащим исполнением покупателем обязательств по оплате цены Договора.

Согласно пункту 3 Соглашения уплаченные по договору денежные средства в размере 1 000 000 руб. не подлежат возврату Продавцом. По соглашению сторон указанная сумма является компенсацией за неисполнение  Покупателем обязательств согласно графику платежей.

Ссылаясь на статью 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168 ГК РФ, указывая, что при заключении Соглашения от 17.07.2019 стороны действовали недобросовестно, в ущерб кредиторам Общества, и ввиду того, что ФИО1 не мог рассчитывать на компенсацию потерь от неисполнения Договора, так как он не являлся титульным собственником жилого дома и не имел права его отчуждать, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае дело о банкротстве возбуждено 06.02.2020, Дополнительное соглашение заключено 17.07.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 названной статьи, лицу, требующему признания сделки недействительной, помимо того, что заключение сделки было произведено в течение года до принятия заявления о признании банкротом, необходимо доказать неравноценное встречное исполнение обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как указывалось выше, согласно пункту 6.1 Договора от 21.09.2018 в случае нарушения сроков уплаты цены имущества покупатель обязан на основании письменного требования продавца уплатить неустойку в размере 0,1% от неуплаченной в срок цены за каждый день просрочки, но не более 10 %.

В соответствии с расчетом конкурного управляющего, представленным им в материалы дела 07.05.2024, максимально возможный размер неустойки, который мог быть заявлен ФИО1 при расторжении Договора, составляет 195 000 руб.

Доводы ФИО1 о том, что коммунальные платежи и расходы, связанные с содержанием дома и земельного участка в размере                                 419 921,23 руб., он производил из собственных средств, судами правомерно отклонены, ввиду следующего.

Как указывалось ранее, согласно пункту 3.5 Договора продавец сохраняет право пользования жилым домом и земельным участком до даты полной уплаты стоимости имущества, указанной в пункте 2.2 Договора, вне зависимости от регистрации перехода права собственности на жилой дом и земельный участок к Обществу (покупателю).

Также ФИО1 указывал, что после продажи имущества он проживал в квартире 36 по адресу: Великий Новгород, ул. Зелинского д. 10, где и проживает по настоящее время.

Однако, как следует из ответа Отделения адресно-справочной работы отдела по работе с гражданами Российской Федерации Управления по вопросам миграции Управления Министерства внутренних дел России по Новгородской области от 21.03.2024, ФИО1 в период с 11.04.2017 по 01.02.2020 был зарегистрирован по адресу: Великий Новгород, ул. Тимура Фрунзе - Оловянка, д. 30; согласно ответу Отделения адресно-справочной работы ОРГ РФ УВМ УМВД России по Новгородской области от 10.11.2023 в период с 01.02.2020 по настоящее время ФИО1 зарегистрирован по адресу: Великий Новгород, ул. Зелинского д. 10, кв. 36.

Доказательства фактического использования спорного имущества должником в материалах дела отсутствуют, из чего следует, что в спорный период ФИО1 обоснованно нес расходы по коммунальным платежам и за содержание имущества, поскольку фактически сам им пользовался.

С учетом установленных обстоятельств суды пришли к правомерному выводу о наличии предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаков подозрительной сделки, выразившихся в неравноценном                  встречном исполнении обязательств, поскольку сумма компенсации                            в размере 1 000 000 руб., предусмотренная пунктом 3 Соглашения, существенно выше предусмотренной Договором неустойки в размере 195 000 руб.

Как указывалось ранее, в соответствии с пунктом 9 Постановления № 63 судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2), от 05.05.2022 № 306-ЭС21-4742, помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что на момент заключения Соглашения у Общества уже имелась задолженность перед независимыми кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, а именно: общество с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Диверус», ООО «ЛесЭкспортПром», специализированное автономное учреждение лесного хозяйства Вологодской области «Вологодское лесохозяйственное объединение», ООО «Фарс», ООО «Технофорест», ООО «Транском», ООО «Боровик», ООО «Автомир», ООО «Лесосфера», ООО «Байкал», ООО «Локотрейдинг», ООО «Михайлов», ООО «Главторг», ООО «Лестехпром», ООО «Шексна Лес», ООО «Инвестплюс», акционерное общество «Березник», индивидуальный предприниматель ФИО6, ООО «ЭкоЛес».

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Между тем, бывший генеральный директор Общества ФИО5 не представил обоснования экономической целесообразности покупки Обществом имущества при наличии неисполненных обязательств.

Учитывая изложенное, суды пришел к правомерному выводу, что конкурсным управляющим доказан вред, причиненный кредиторам.

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для признания сделки недействительной по основанию статьи 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу, либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки, воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны сделки при заключении договора действовал явно в ущерб последнему, является основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ и статьи 168 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 26.06.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда 17.09.2019, и постановлением АС СЗО от 28.11.2019, в рамках дела № А44-3727/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Абсолют» (далее - ООО «Абсолют»), по заявлению публичного акционерного общества «Банк ВТБ» признан недействительным договор от 02.03.2017 купли-продажи того же имущества - жилого дома и земельного участка, заключенный между ООО «Абсолют» и ФИО2

Поскольку объекты недвижимости были подарены ФИО2 по договору от 16.03.2017 ФИО1 и далее отчуждены по договору                           купли-продажи от 21.09.2018 Обществу, в порядке применения последствий недействительности сделки с ФИО2 в конкурсную массу                              ООО «Абсолют» взыскана действительная стоимость объектов недвижимости в размере 31 500 000 руб.

При рассмотрении указанного обособленного спора к участию в качестве заинтересованного лица, было привлечено Общество.

При этом судом установлено, что ООО «Абсолют» (в лице бывшего генерального директора ФИО7) и ФИО2 заключен договор от 02.03.2017 купли-продажи жилого дома по цене 9 800 000 руб., а также земельного участка по цене 500 000 руб.              ФИО2 является аффилированным лицом по отношению к бывшему руководителю должника ФИО7, действовавшему от ООО «Абсолют» при заключении оспариваемой сделки в силу совместного участия (доли в размере 30% и 70%) в компании «FASCOL group» (Чешская республика). Оспариваемая сделка является неравноценной и рыночная стоимость объектов недвижимости значительно выше цены по сделке (из заключения эксперта-оценщика от 22.05.2019 № 1015 следует, что стоимость объектов составила 31 500 000 руб.). Суд пришел к выводу, что реализация объектов недвижимости произведена бывшим руководителем ООО «Абсолют» в пользу ФИО2 по взаимному сговору с целью вывода активов должника, с причинением прямого ущерба интересам кредиторов ООО «Абсолют». Оспариваемая            сделка признана ничтожной в силу статей 10 и 168 ГК РФ. Материалами обособленного спора подтверждается факт перехода имущества должника от стороны оспариваемой сделки - ФИО2 к третьим лицам:                          ФИО1 на основании договора от 16.03.2017 и далее на основании договора купли-продажи от 21.09.2018 № 709 - Обществу.

К участию в данном обособленном споре в качестве заинтересованного лица был привлечен собственник спорного имущества должника - Общество.

Согласно журналу регистрации входящей документации Общества 07.05.2019 в его адрес поступило определение Арбитражного суда Новгородской области от 24.04.2019 по делу № А44-3727/2018 о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица. Данное определение получил ФИО5 лично.

При этом судом также установлено, что ФИО1 является отцом ФИО2, то есть заинтересованным лицом по отношению к должнику, что установлено постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.09.2020 по делу №  А44-3727/2018 и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В ходе рассмотрения дела № А44-3727/2018 суд установил, что реализация объектов недвижимости произведена бывшим руководителем                ООО «Абсолют» в пользу ФИО2 по взаимному сговору с целью  вывода активов должника, с причинением прямого ущерба интересам кредиторов ООО «Абсолют». В указанном случае договор купли-продажи от 02.03.2017 признан недействительным в рамках дела № А44-3727/2018, сделка недействительна с момента ее совершения, право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки, следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки (30.11.2017) ФИО2, принимая во внимание выводы судов при рассмотрении дела № А44-3727/2018, должна была осознавать, что с большой долей вероятности обязательства могут возникнуть в обозримом будущем. Совершение сделки в период подозрительности с аффилированным лицом, осведомленность всех участников сделки об указанной противоправной цели, свидетельствуют о причинении вреда кредиторам, поскольку должником преследовалась цель выведения активов.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ доказательств того, что ФИО1 не мог знать о направленности сделки на причинение вреда имущественным интересам потенциальных кредиторов, суду представлено не было. Напротив, отчуждение имущества подтверждают направленность действий ФИО1 на вывод ликвидного имущества должника.

Несмотря на утверждение ФИО2 о том, что дом подарен отцу для его проживания, объекты недвижимости были проданы ФИО1 21.09.2018 Обществу.

После расторжения Договора с Обществом, имущество 29.08.2019 продано ФИО8 за 10 500 000 руб., из которых стоимость жилого дома составила 9 500 000 руб., земельного участка - 1 000 000 руб.

Договором  предусмотрен следующий порядок: первый платеж в размере 1 000 000 руб. производится не позднее 15-и календарных дней с даты подписания Договора; оставшаяся часть выплачивается покупателем ежемесячными платежами в срок не позднее 31.12.2020.

Согласно пункту 3.1 Договора до полной уплаты покупателем цены недвижимости жилой дом и земельный участок находятся в залоге у продавца в силу положений статьи 488 ГК РФ.

Менее чем через 5 месяцев объекты недвижимости были проданы ФИО8 по договору от 15.01.2020 ООО «Проминвест» за 31 500 000 руб., из которых стоимость жилого дома составляет 25 200 000 руб., земельного участка – 6 300 000 руб.

Договором от 15.01.2020 предусмотрена поэтапная оплата; условия аналогичны договору, заключенному между ФИО1 и ФИО8: первый платеж в размере 1 000 000 руб. – не позднее 15-и календарных дней с даты подписания договора, оставшаяся часть выплачивается ежемесячными платежами до 31.12.2020.

Как следует из пункта 3.1 договора от 15.01.2020 по соглашению сторон до момента полной уплаты покупателем (ООО «Проминвест») суммы, указанной в пункте 2.1 договора, жилой дом и земельный участок находятся в залоге у продавца (ФИО8) в силу положений статьи 488 ГК РФ. Указанный залог (ипотека) в силу закона будет являться следующим залогом по отношению к имеющемуся обременению, указанному в названном договоре.

Пунктом 3.2 договора от 15.01.2020 предусмотрено, что жилой дом и земельный участок находятся в залоге у ФИО1, что подтверждается записью в ЕГРН от 13.09.2019 № 53:23:7102002:21-53/035/2019-23.

В заявлении в Управлении Росреестра по Новгородской области ФИО1 предоставил ФИО8 согласие на переход права                     ООО «Проминвест» на спорные объекты недвижимости при условии сохранения залога (пункт 3.2 договора от 15.01.2020).

Следовательно, на момент заключения Дополнительного соглашения Общество (в лице ФИО5) и ФИО1 знали о наличии определения суда Арбитражного суда Новгородской области от 26.06.2019 по делу                         № А44-3727/2018, которым договор купли-продажи между обществом с ограниченной ответственностью «Абсолют» (далее - ООО «Абсолют») и ФИО2 признан ничтожной сделкой в силу статей 10 и 168 ГК РФ.

Ничтожная сделка не порождает правовых последствий для сторон с момента ее заключения согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ, пункту 2 статьи  168 ГК РФ.

Таким образом, ФИО1 и Общество не могли не осознавать, что договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02.03.2017, заключенный ООО «Абсолют» и ФИО2 не привел к возникновению у последней права собственности на спорное имущество и, как следствие,                право собственности ФИО1 по договору дарения 16.03.2017 на спорные объекты также не возникло. ФИО1 не мог рассчитывать на компенсацию потерь от неисполнения Договора, так как не являлся титульным собственником спорного имущества и не имел права его отчуждать. ФИО1 и Общество знали об отсутствии у ФИО1 права требования штрафных санкций при расторжении Договора.

Согласно статье 16 АПК РФ и статье 13 ГК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Ввиду изложенного, суды правомерно признали пункт 3 Дополнительного соглашения к Договору недействительной сделкой и применили последствия ее недействительности, взыскав с ФИО1 в конкурсную массу Общества 1 000 000 руб.

   По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами обеих инстанций приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, нормы применительно к установленным обстоятельствам применены верно.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции изучены и признаны подлежащими отклонению, поскольку не свидетельствуют о нарушении либо неправильном применении судами норм материального или процессуального права, сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, определенные положениями статей 286 и 287 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 20.02.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 по делу № А13-1131/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу Мусаева Аширбая - без удовлетворения.


Председательствующий

Е.В. Зарочинцева


Судьи


Н.Ю. Богаткина


А.А. Чернышева