Постановление от 26 декабря 2022 г. по делу № А05-6461/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


26 декабря 2022 года

Дело №

А05-6461/2021


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Боровой А.А. и ФИО1,

рассмотрев 19.12.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Морская Сервисная Станция» на определение Арбитражного суда Архангельской области от 03.06.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022 по делу № А05-6461/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 07.07.2021 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением от 30.09.2021 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 31.10.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением от 08.02.2022 принято к производству переданное определением Октябрьского районного суда города Архангельска от 23.12.2021 по делу № 2-4221-2021 по подсудности исковое заявление ФИО2 к ФИО4 и ФИО3 о признании недействительными договоров о совместной деятельности от 03.03.2004, 01.01.2010 и 01.01.2017.

Определением от 09.03.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Морская Сервисная Станция», адрес: 163009, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество).

Определением от 03.06.2022, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенными по результатам рассмотрения заявления судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 03.06.2022 и постановление от 03.10.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суды уклонились от исследования представленных в материалы дела доказательств и неверно оценили обстоятельства совершения оспариваемых сделок, в частности их мнимый характер.

Податель жалобы отмечает, что из представленных в материалы дела доказательств, ранее не исследовавшихся иными судами по другим делам, следует, что фактически ФИО3 являлся подчиненным лицом ФИО4 и оказывал последнему на возмездной основе услуги по проведению проверок аварийно-спасательного оборудования на морских и речных судах. В связи с этим податель жалобы полагает, что между сторонами оспариваемых договоров не могли сложиться реальные отношения по простому товариществу.

Податель жалобы считает, что после возникновения между ФИО4 и ФИО3 конфликтной ситуации названные договоры использовались лишь как инструмент в споре, а не как способ защиты реально нарушенных прав, что привело к возникновению на стороне должника фиктивной задолженности, основанной на мнимой сделке, и причинению ущерба конкурсной массе должника.

По мнению подателя жалобы, ссылки судов на судебные акты по иным спорам с участием ФИО4 и ФИО3 как основание, освобождающее от исследования и оценки всех доказательств по делу, не отвечают требованиям закона; в рамках рассмотрения данного обособленного спора суд не мог быть связан обстоятельствами, установленными по иным делам, если в настоящем деле представлены доказательства, свидетельствующие об иных фактических обстоятельствах.

С кассационной жалобой на принятые по результатам рассмотрения обособленного спора судебные акты также обратилось Общество, просит определение от 03.06.2022 и постановление от 03.10.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы ее податель указывает на то, что суд констатировал, что фактические отношения сторон не соответствуют содержанию оспариваемых договоров о совместной деятельности от 03.03.2004, 01.01.2010, 01.01.2017, однако не выяснил реальное содержание отношений между ФИО4 и ФИО3, в связи с чем неправильно определил закон, подлежащий применению к отношениям сторон.

Податель жалобы настаивает, что оспариваемые договоры являются мнимой сделкой, направленной на причинение вреда кредиторам в виде увеличения реестра требований кредиторов, создания подконтрольной ФИО3 задолженности и процедуры банкротства, что послужит препятствием для других конкурсных кредиторов получать информацию, оспаривать сделки должника, голосовать на собраниях кредиторов и реализовывать иные права, а также послужит основанием для непропорционального распределения конкурсной массы в пользу кредитора ФИО3 в ущерб требованиям всех остальных кредиторов.

Податель жалобы отмечает, что определение о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника, а также наличие решения суда о взыскании задолженности не являются препятствием для обращения в суд с заявлением о мнимости сделки, в результате совершения которой требования ответчика включены в реестр требований кредиторов, так как мнимость указанной сделки при рассмотрении арбитражным судом в рамках дела № А05-7553/2019 и иных сопряженных дел с участием должника и кредитора ФИО3 не проверялась.

Податель жалобы считает, что выводы суда, изложенные в решении от 18.08.2020 по делу № А05-7553/2019, не имеют преюдициального значения для настоящего спора по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), поскольку в настоящем обособленном споре о признании сделок недействительными устанавливается совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности таких сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), что не являлось предметом исследования, с учетом повышенных стандартов доказывания в рамках дела о банкротстве при оспаривании сделок должника, разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Податель жалобы указывает, что в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств реального исполнения оспариваемых договоров; вывод судов о том, что отсутствие отражения в налоговом и бухгалтерском учете обоих предпринимателей хозяйственной деятельности в рамках договоров простого товарищества не указывает на их мнимый характер, представляется Обществу необоснованным.

Податель жалобы полагает, что из имеющихся в материалах дела доказательств и пояснений следует, что истинные мотивы для заключения оспариваемых договоров заключались в оправдании основания пользования имуществом друг друга в отношениях с контролирующими органами (Морской регистр, Речной регистр, заводы-изготовители аварийно-спасательного оборудования), чтобы при этом не платить арендную плату и налоги, а также в прикрытии трудовых отношений между ФИО4 и ФИО3, чтобы не уплачивать обязательные платежи.

В отзыве на кассационные жалобы ФИО3 возражал против их удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 03.03.2004, 01.01.2010 и 01.01.2017 между ФИО4 и ФИО3 заключены договоры о совместном взаимовыгодном сотрудничестве в целях организации проведения специализированных проверок и освидетельствования спасательных, противопожарных и защитных средств, используемых на морских судах различных типов.

В силу пунктов 2.1 и 2.2 договоров ФИО4 обязался нести расходы по приобретению имущества, в том числе оборудования, необходимого для проведения проверок и освидетельствования спецсредств; своевременно приобретать комплектующие материалы (снабжение), используемые при проведении проверок и освидетельствовании спецсредств; осуществлять доставку спецсредств для проведения проверок от заказчика на станцию и обратно, а ФИО3 обязался предоставить для осуществления деятельности, обусловленной этим договором, станцию (здание и оборудование); нести расходы, связанные с техническим обслуживанием и осуществлением текущего ремонта оборудования и здания станции; нести расходы по содержанию станции (арендная плата, оплата работы специалистов (сотрудников), коммунальные услуги, телефон и прочие); организовать проведение проверок и освидетельствования спецсредств (наем соответствующих специалистов, контроль за их деятельность и т.д.).

Согласно пунктам 3.1 и 3.2 договоров ФИО4 предоставил в качестве вклада деловую репутацию, личное участие в осуществлении обусловленной договором деятельности, профессиональные знания и умения. Размер вклада - 50%. ФИО3 предоставил в качестве вклада здание и имеющееся в нем необходимое для работы оборудование станции (принадлежащее ему на праве аренды), личное трудовое участие. Размер вклада - 50%. Общие дела в рамках совместной деятельности каждый участник ведет самостоятельно. Согласие другой стороны на совершение каких-либо действий по исполнению договора презюмируется. Договоры являются достаточным основанием для совершения каждой из сторон действий в общих интересах (от имени обеих сторон), при этом общей доверенности от другой стороны не требуется. Расходы и убытки, связанные с совместной деятельностью товарищей, покрываются пропорционально внесенным вкладам. Прибыль от совместной деятельности распределяется сторонами пропорционально внесенным вкладам.

Действие договора от 03.03.2004 ограничено до 31.12.2009, договора от 01.01.2010 - до 31.12.2016, договора от 01.01.2017 - до 31.12.2019 соответственно.

Вступившим в законную силу 10.12.2020 решением Арбитражного суда Архангельской области от 18.08.2020 по делу № А05-7553/2019 с учетом постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.03.2021 прекращено производство по делу в части требования индивидуального предпринимателя ФИО3 о расторжении договоров простого товарищества в связи с отказом от исковых требований. Первоначальный иск ФИО3 о взыскании 17 091 046 руб. чистой прибыли за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 удовлетворен частично в сумме 6 449 196,84 руб., в том числе 6 446 933,04 руб. долга и 2263,80 руб. государственной пошлины; в удовлетворении остальной части иска отказано. Встречный иск ФИО4 о взыскании 39 717 798,20 руб. задолженности по расходам по договорам простого товарищества от 01.01.2010 и 01.01.2017 за 2016, 2017, 2018 годы удовлетворен частично в сумме 396 147,11 руб., в том числе 396 127,11 руб. долга и 20 руб. государственной пошлины; в удовлетворении остальной части встречного иска отказано. В пользу ФИО3 со ФИО4 взыскано 6 053 049,73 руб.

Наличие указанной задолженности явилось основанием для возбуждения дела о банкротстве, введения процедуры банкротства в отношении должника и включения задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Полагая, что договоры о совместной деятельности от 03.03.2004, 01.01.2010 и 01.01.2017 являются сфальсифицированными и недействительными на основании статьи 168 ГК РФ, ФИО2 обратился в суд с рассматриваемым заявлением. Заявитель утверждал, что должник не заключал и не подписывал договоры; ссылался на их недействительность (статьи 10 и 170 ГК РФ) в связи с недобросовестным поведением должника, несогласованностью необходимых договорных условий, отсутствием реальных отношений между сторонами договоров; заключение договоров способствовало формированию фиктивной задолженности.

Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив направленность воли сторон на совершение спорных сделок, суд первой инстанции не усмотрел оснований для вывода об их мнимости либо притворности, признал недоказанным наличие необходимой совокупности условий для признания их недействительными по основаниям статей 10, 168 и 170 ГК РФ, в связи с чем отказал заявителю в удовлетворении заявленных требований.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд постановлением от 03.10.2022 оставил определение от 03.06.2022 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив реальность договоров, отсутствие доказательств, подтверждающих мнимый, притворный характер оспариваемых сделок, равно как и наличия признаков злоупотребления правом сторонами при их заключении, счел заявленные требования необоснованными.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанным выводом.

Суды выяснили, что оспариваемые договоры заключались последовательно, их действительность признавалась, что следует из поведения сторон сделок. Совместная деятельность была направлена на извлечение прибыли каждым участником договора (решение по делу № А05-7553/2019).

Доводы подателей жалоб о том, что ФИО4 не заключал, не подписывал оспариваемые договоры, были предметом исследования судов обеих инстанций и обоснованно ими отклонены.

Как верно отметил суд первой инстанции, процессуальное поведение должника является противоречивым, поскольку ранее данное лицо очевидно признавало наличие между сторонами отношений о совместной деятельности

Из текста решения суда от 18.08.2020 по делу № А05-7553/2019 следует, что ФИО4 не оспаривал факт подписания договоров простого товарищества от 03.03.2004, от 01.01.2010, от 01.01.2017 при рассмотрении дела, не заявлял ни о признании договоров незаключенными или недействительными, ни о фальсификации своей подписи. Более того, подал встречное исковое заявление о взыскании с ФИО3 задолженности по расходам по договорам.

В данном деле должник занял активную позицию, отрицая подписание договоров, что влечет применение в его отношении принципа эстоппель - утраты прав на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении.

Судом первой инстанции принято во внимание решение Ломоносовского районного суда города Архангельска от 10.12.2021 по делу № 2-3236/2021, в соответствии с которым в удовлетворении иска должника к ФИО3 о признании оспариваемых договоров недействительными отказано, а также учтены выводы экспертов, приведенные в заключениях от 04.08.2021 № 95 и 26.07.2021 № 57-П-2021.

ФИО2 не доказано и судами не установлено, что воля и должника, и ответчика, выраженная при заключении спорных договоров, не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для договора простого товарищества. Также не доказано, что путем заключения договоров стороны намеревались прикрыть другую сделку при недоказанности довода об участии ответчика именно как сотрудника должника (а не как участника спорного договора). Напротив, суды установили, что данные договоры исполнялись и повлекли правовые последствия, которые предусмотрены его условиями и нормами главы 55 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей правоотношения по договору простого товарищества.

Отклоняя доводы относительно мнимости и притворности заключенных между сторонами договоров, суды обоснованно исходили из того, что договоры исполнялись сторонами, не содержали каких-либо неясностей, в них отражены все существенные условия, определены совместные действия, направленные на достижение общей цели. Вопреки доводам подателей жалоб об обратном, доли участия каждого товарища были определены и внесены как вклад в совместную деятельность, использованы в дальнейшем. Воля сторон при заключении договоров была направлена исключительно на соединение вкладов и совместные действия без образования юридического лица для извлечения прибыли.

Убедительных и достоверных доказательств обратного в нарушение требований статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

При этом судами также правомерно учтено, что при рассмотрении дела № А05-7553/2019 судом установлено, что в рамках договора простого товарищества действительная общая воля сторон с учетом цели договора была направлена на согласование условий, в соответствии с которыми расходы и убытки, связанные с совместной деятельностью товарищей, покрываются пропорционально внесенным вкладам. Поскольку каждый из предпринимателей самостоятельно вёл налоговую отчетность (по упрощённой системе налогообложения), суд, проанализировав данные налоговых деклараций сторон, учтя пропорционально расходы на содержание общего имущества, уплаченные суммы налогов, вывел суммарную чистую прибыль ФИО4 и ФИО3 Далее, исчислив чистую прибыль каждого предпринимателя за спорный период, суд пришёл к выводу, что чистая прибыль подлежит распределению со ФИО4 в пользу ФИО3

Ссылка Общества на неотражение хозяйственных операций в рамках совместной деятельности товарищей в бухгалтерском и налоговом учете сама по себе не опровергает факта ведения ФИО3 и ФИО4 совместной деятельности, подтвержденной материалами дела. Суды обоснованно отметили, что отсутствие каких-либо ссылок в платежных документах на договоры о совместной деятельности, наличие между ФИО4 и ФИО3 отношений по возмездному оказанию услуг и поставке товаров, выставление платежных документов без учета налога на добавленную стоимость было следствием применения упрощенной системы налогообложения, а ненадлежащее ведение налогового учета является основанием к проведению мероприятий налогового контроля, но не основанием для вывода от отсутствии между сторонами отношений по договорам о совместной деятельности.

При таких обстоятельствах вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии предусмотренных статьей 170 ГК РФ оснований для признания договоров мнимыми либо притворными является правильным.

Суды правомерно отклонили довод о злоупотреблении правом при заключении договоров ввиду отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих, что при совершении сделки стороны действовали в обход закона исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права.

По результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств суды, установив наличие между ФИО3 и ФИО4 длительных обязательственных отношений, их реальность, отсутствие в действиях сторон при исполнении обязательств признаков злоупотребления правом, намерений причинить вред должнику либо имущественным правам кредиторов должника, правомерно отказали в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Выводы судов об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права - на фактических обстоятельствах, установленных судами на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Несогласие подателей жалоб с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Ссылки ФИО2 на правовые позиции, изложенные в судебных актах по иным делам, правомерно отклонены апелляционным судом ввиду различных фактических обстоятельств, иного объема и качества доказательств, представленных сторонами.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела кассационным судом остаются на подателях жалоб.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 03.06.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022 по делу № А05-6461/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Морская Сервисная Станция» – без удовлетворения.



Председательствующий


А.А. Чернышева


Судьи


А.А. Боровая

ФИО1