Постановление от 15 августа 2022 г. по делу № А47-1695/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-6256/2022
г. Челябинск
15 августа 2022 года
Дело № А47-1695/2021



Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2022 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.04.2022 по делу № А47-1695/2021 о признании требований в размере 2 064 099 руб. 11 коп. обоснованными.

В судебном заседании принял участие:

представитель ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 10.08.2021 сроком 1 год).


Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – должник, ИП ФИО2) 16.02.2021 обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.03.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением арбитражного суда от 27.04.2021 (резолютивная часть от 21.04.2021) должник признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5 (далее – финансовый управляющий, ФИО5).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 77 от 30.04.2021.

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – кредитор, заявитель, ИП ФИО3) 02.11.2021 (согласно штампу почтового отделения) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании требований в размере 2 064 099 руб. 11 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.04.2022 требования ИП ФИО3 в сумме 2 064 099,11 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил суд определение суда первой инстанции отменить полностью, апелляционную жалобу удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание пояснения должника, финансового управляющего, в которых указывалось, что при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной от ИП ФИО3 поступали пояснения, содержащие информацию об отсутствии договора займа от 25.12.2020. Также, по мнению финансового управляющего, имеются признаки злоупотребления правом, выразившиеся в безвозмездном отчуждении в пользу ИП ФИО3 прав аренды со стороны должника при наличии признаков неплатежеспособности.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 14.06.2022.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 судебное заседание отложено на 09.08.2022 в связи с освобождением финансового управляющего от своих обязанностей, назначением заседания по утверждению нового финансового управляющего на 25.07.2022.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.07.2022 финансовым управляющим ФИО2 утвержден ФИО6

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2022 в связи с нахождением судей Матвеевой С.В., Журавлева Ю.А., в отпуске, была произведена замена судей на судей Курносову Т.В., Калину И.В., в связи с чем, дело рассматривалось сначала.

До начала судебного заседания от ФИО3 поступили доказательства направления отзыва в адрес лиц, участвующих в деле, в связи с чем, ранее представленный отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

От вновь утвержденного финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО6 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» поступило заявление о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя со ссылкой на то, что он поддерживает ранее поданную жалобу.

В судебном заседании представитель ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, между ИП ФИО3 и ИП ФИО2 25.12.2020 заключен договор процентного займа денежных средств, в размере 2 000 000 руб. 00 коп., по 10 % годовых на срок до 31.08.2021.

В соответствии с договором займа от 25.12.2020 займодавец обязуется передать в срок до 31.12.2020 в собственность заемщику денежные средства в размере 2 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму займа в срок до 31.08.2021, и уплатить причитающиеся проценты в размере и сроки, установленные договором (пункт 1.1 договора).

Обязательства ИП ФИО3 по передаче денежных средств ФИО2 исполнены в установленный договором займа срок, что подтверждается платежными поручениями №11066 от 25.12.2020 на сумму 50 000 руб. 00 коп., № 68 от 28.12.2020 на сумму 1 950 000 руб. 00 коп. (л.д. 7,8).

Согласно пункту 2.1 договора займа в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа заемщик предоставляет в залог будущий урожай озимой пшеницы на общей площади 130 га посеянной на земельных участках с кадастровым номером 56:30:1406001:11 и кадастровым номером 56:45:0102051:52.

Во исполнение указанного положения договора стороны заключили договор залога будущего урожая от 25.12.2020. Из которого следует, что залогодатель передает в залог залогодержателю будущий урожай, под которым понимается ближайший по срокам урожай озимой пшеницы на общей площади 130 га, посеянной на земельных участках с кадастровым номером 56:30:1406001:11 и кадастровым номером 56:45:0102051:52, залоговой стоимостью 2 000 000 руб. 00 коп. (пункт 1.1. договора залога).

Из положений пункта 1.1.1. договора залога будущего урожая следует, что земельные участки с кадастровым номером 56:30:1406001:11 и кадастровым номером 56:45:0102051:5, на котором посеяна и будет выращиваться культура, принадлежат залогодателю на праве долгосрочной аренды.

Согласно пункту 2.1.1 договора залога залогодатель обязуется застраховать предмет залога за счет собственных средств на случай его повреждения и гибели, а так же на случай неурожая.

В силу пункта 2.1.2 договора залогодатель обязуется принимать меры необходимые для обеспечения сохранности предмета залога, в том числе для защиты его от посягательств и требований со стороны третьих лиц.

Пунктом 2.1.6 договора залога предусматривается обязанность залогодателя своими силами и за свой счет произвести уборку урожая.

Как пояснил в судебном заседании суда первой инстанции представитель кредитора, заемные средства были предоставлены в соответствии с договором займа. В обеспечение заключен договор залога будущего урожая.

Во исполнение возврата заемных средств, между ФИО2 и ФИО3 заключены договоры уступки прав аренды земельных участков от 28.12.2020 (л.д. 30-31, 32-33, 34-35).

В материалы дела представлено письмо ФИО3 в адрес ФИО2 от 28.12.2020 с предложением считать перечисления по договору займа оплатой по договорам уступки прав аренды земельных участков от 28.12.2020, заключенным между ними (л.д. 48).

Определением от 09.03.2021 возбуждено дело о банкротстве ФИО2 по её заявлению. Решением суда от 27.04.2021 ФИО2 признана банкротом с введением процедуры реализации имущества.

Финансовый управляющий должника 05.07.2021 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделками договоры уступки прав аренды земельных участков, заключенных между ФИО2 и ФИО3

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.10.2021 в признании сделки недействительной отказано, поскольку в ходе рассмотрения заявлений ФИО7 в материалы дела представлены документальные доказательства встречного предоставления по сделкам (платежные поручения об оплате в соответствии с заключением оценщика о стоимости прав аренды по указанным договорам уступки прав).

Представитель кредитора пояснила, что поскольку ФИО2 отказалась признать передачу денежных средств по договору займа в счет оплаты по договорам уступки прав аренды земельных участков от 28.12.2020, ФИО3 была вынуждена повторно оплатить по указанным договорам уступки прав аренды их стоимость уже в рамках рассмотрения заявлений арбитражного управляющего о признании этих договоров уступки недействительными.

Также пояснила, что в июле 2021 года ФИО2 произвела уборку урожая озимых культур, которые были переданы в залог по договору залога будущего урожая во исполнение обязательств по договору займа. Убранный ФИО2 урожай займодавцу в счет исполнения обязательств по договору займа не передавался.

Факт уборки урожая ФИО2 на указанных в договоре залога земельных участках подтверждается, в том числе постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.09.2021 (л.д. 58). Из которого следует, что ФИО8 в июле 2021 года с привлечением третьего лица произвела уборку урожая.

Поскольку заемные средства, полученные ФИО2 от ФИО7 по договору займа от 25.12.2020, не возвращены, засчитывать указанные средства в счет исполнения обязательств оплаты по договорам уступки прав аренды по договорам от 28.12.2020 ФИО2 отказалась, в ходе рассмотрения заявлений финансового управляющего об оспаривании договоров уступки прав аренды земельных участков, ФИО3 была вынуждена оплатить стоимость уступки прав аренды земельных участков, стоимость которых как раз и составила сопоставимую с суммой займа, в связи с чем, после вынесения судом определения от 20.10.2021 об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего в признании сделки недействительной, 09.11.2021 обратилась в рамках дела о банкротстве ФИО2 с рассматриваемыми требованиями.

Представитель должника в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что договоры уступки являются безденежными, каких-либо встречных исполнений должник не получала. Договор займа со стороны должника исполнены, заёмные средства возвращены посредством того, что ФИО3, будучи уже арендатором земельных участков на которых находился залоговый урожай озимых культур, убрала этот урожай, залоговая стоимость которого как раз составила 2 000 000 руб. в связи с чем, задолженность по договору займа отсутствует. Заниматься уборкой урожая должник не могла, поскольку не являлась арендатором этих участков.

Представитель кредитора пояснила, что право аренды передавалось без каких-либо передач находящихся на земельных участках посевах. В договорах данной оговорки нет. В договоре залога прямо указано, что залогодатель ФИО2 своими силами и за свой счет осуществляет уборку урожая. Обеспечить фактическое наличие предмета залога и перемещение его в место, указанное в п. 1. 4 договора залога. ФИО2 предмет залога – урожай озимых культур займодавцу – залогодержателю не передавала, каких- либо соглашений о зачете не составлялось и не подписывалось.

Представитель должника пояснил, что в декабре 2020 года между ФИО2 и ФИО3 заключено устное соглашение о том, что ФИО3 осуществляет исполнение обязательств, имеющихся у ФИО2 перед кредиторами и банками. Примерная сумма обязательств составляла порядка восьми миллионов рублей. Первый платеж должен был быть проведен в декабре 2020 года, а затем в первой половине 2021 года оставшаяся часть. Однако договоренности со стороны ФИО3 не стали исполняться, в связи с чем, ФИО2 в апреле 2021 годы была вынуждена подать в суд заявление о своем банкротстве.

Представитель кредитора пояснила, что это не соответствует действительности в связи со следующим. Публикация о намерении должника подать заявление в суд о банкротстве осуществлена 25.01.2021, заявление подано в суд 16.02.2021. То есть довод представителя должника, что со стороны ФИО3 не исполнялись устные договоренности по исполнению обязательств ФИО2, что привело к банкротству должника, не соответствуют действительности. Также в рамках рассмотрения судом заявлений финансового управляющего о признании сделок уступки прав аренды земельных участков установлены факты того, что денежные средства, перечисленные ФИО3 на расчетный счет ФИО2, были использованы ФИО2 для исполнения её обязательств, что подтверждает исполнение договоренностей со стороны ФИО3 и неисполнение обязательств со стороны ФИО2, которая отказалась зачесть заемные средства в счет оплаты по договорам уступки прав аренды, подала на банкротство, скрыла от финансового управляющего факты заемных отношений и оплаты по договорам уступки, в результате чего финансовым управляющим инициированы споры по признанию этих договоров уступки недействительными, и вынужденности ФИО3 повторно оплатить стоимость уступки прав аренды. Кроме того, ФИО2 самостоятельно осуществила уборку залогового урожая, не передавая его в счет исполнения обязательств по договору займа. Таким образом, заёмные обязательства ФИО2 перед ФИО3 не исполнены, задолженность имеет место, и не погашена.

Неисполнение должником обязанности по возврату заемных средств по договору займа явилось основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно расчету кредитора задолженность составляет 2 064 099,11 руб., из которых сумма займа 2 млн. руб., 64 099,11 руб. проценты за период 25.12.2020-20.04.2021 по ставке 10 % годовых.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу, что расчет задолженности произведен арифметически верно, материалами дела подтверждается наличие данной задолженности и отсутствие доказательств его погашения, заявление подано с пропуском срока, установленного пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в связи с чем, требование подлежит удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45) разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30.04.2021, тогда как требование ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника задолженности было подано в арбитражный суд 02.11.2021, то есть с пропуском срока на его предъявление.

Кредитором ходатайство о восстановлении пропущенного срока не заявлено, уважительность причин пропуска срока не названа.

Предъявление кредитором требования с пропуском установленного пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве срока согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 23 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, не препятствует проверке обоснованности заявленного кредитором требования.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под денежными обязательствами понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию.

Обязанность заемщика возвратить займодавцу сумму займа установлена статьей 810 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В соответствии с пунктом 1 данной правовой нормы, заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором. Кроме того, в соответствии со статьей 809 ГК РФ займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В силу положений статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В деле о банкротстве кредитор в соответствии с процессуальными правилами доказывания обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований к должнику, вытекающих из неисполнения последним своих обязательств.

Как следует из материалов дела, основанием для обращения с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности послужило наличие задолженности должника перед ФИО3 на основании договоров займа.

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, а также уплатить проценты на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, помимо самого письменного договора займа имеются платежные поручения на перечисление средств от кредитора должнику в размере 2 млн. руб., соответствующем условиям письменного договора, период перечисления также соответствует условиям письменного договора, а доказательств того, что средства перечислены в счет исполнения иных обязательств, не имеется.

При этом, заемщик ФИО2 распорядилась ими по своему усмотрению, направив на исполнение имеющихся у неё обязательств. Этим, как верно счел суд первой инстанции, опровергаются доводы представителя должника о том, что ФИО3 после получения прав аренды на земельные участки отказалась исполнять устные договоренности о предоставлении ФИО3 средств ФИО2 для исполнения ею своих обязательств, и довод о том, что не исполнение со стороны ФИО3 договоренностей явилось причиной и основанием для подачи ФИО2 заявления о банкротстве (поскольку, как верно указал представитель кредитора, ФИО2 уже 25.01.2021 /после осуществления перечисления/ опубликовала сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о её банкротстве, а 16.02.2021 ею подано заявление).

Как правомерно отмечено судом первой инстанции, определениями суда в признании сделок по уступке прав аренды отказано на основании того, что ответчиком – ФИО3 представлены доказательства надлежащего встречного исполнения. Платежи по договору займа на общую сумму 2 млн. руб. не признаны ФИО2 в счет оплаты уступленных прав аренды земельных участков, а передача прав аренды по договорам уступки прав аренды на земельные участки была оплачена в ходе обособленного спора, денежные средства поступили в конкурсную массу, и в последствии не возвращались.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ, N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. При этом из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что при подписании сторонами письменного долгового документа (договора займа, расписки), содержащего условие о получении заемщиком денежных средств, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на последнего.

Указание в графе «назначение платежа» в обоих платежных поручениях – по договору займа от 25.12.2020, свидетельствует об исполнении обязательств со стороны займодавца по передаче денежных средств в срок.

Каких-либо доказательств, подтверждающие безденежность договора займа ни должником, ни финансовым управляющим не предоставлено в материалы дела. Действительность и заключенность вышеуказанного договора сторонами не оспаривается.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 58-59) и из предоставленных письменных пояснений ООО «ПарнерАвто» (по заявлению ИП ФИО3) следует, что оно осуществляло работы по сбору урожая по устной договоренности с ИП ФИО2, также сторонами не оспаривается обстоятельство перемещения предмета залога, в нарушение пунктов 1.4 и 2.1.11 договора залога, на базу ИП ФИО2 в пос. Октябрьский Сорочинского района, ул. Садовая, 18.

Дальнейшая судьба залогового имущества неизвестна, однако из материалов дела следует, что качество собранного урожая являлось низким

Согласно пункту 1 статьи 344 ГК РФ залогодатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества, если иное не предусмотрено договором залога.

Из условия договора залога следует, что риск случайной гибели и повреждения предмета залога несет залогодатель.

В этой связи правомерно отклонен довод должника о том, что ИП ФИО2 не были исполнены свои обязательства, установленные договором залога, поскольку не мог использовать земельный участок по назначению, и соответственно не мог получить урожай, как не подтвержденный обстоятельствами дела.

Также судом первой инстанции верно отмечено, что должником не были предприняты действия по сохранности предмета залога (страхование, надлежащий уход) и, как следствие, договор не был исполнен со стороны залогодателя надлежащим образом.

Как обоснованно посчитал суд первой инстанции, представителем должника не представлено надлежащих убедительных доказательств, свидетельствующих, что залоговый урожай был собран ФИО3, и между сторонами заключено соглашение о зачете стоимости собранного урожая в счет исполнения обязательств по договору займа, в связи с чем, задолженность по договору займа таким образом погашена.

Довод финансового управляющего об осведомленности ФИО3 о признаках несостоятельности ФИО2 является несостоятельным ввиду отсутствия документального подтверждения данного факта. Кроме того, должнику по спорному займу были предоставлены денежные средства в значительном размере, которые были направлены, в том числе на исполнение обязательств.

Доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, исходя из следующего.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции не принял во внимание пояснения должника, финансового управляющего, в которых указывалось, что при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной от ИП ФИО3 поступали пояснения, содержащие информацию об отсутствии договора займа от 25.12.2020. Выше установлено, что помимо самого письменного договора займа имеются платежные поручения на перечисление средств от кредитора должнику в размере, соответствующем письменному договору, период перечисления соответствует условиям письменного договора, а доказательств того, что средства перечислены в счет исполнения иных обязательств, не имеется. Документального подтверждения возврата заемных средств также не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

По мнению финансового управляющего, имеются признаки злоупотребления правом, выразившиеся в безвозмездном отчуждении в пользу ИП ФИО3 прав аренды со стороны должника при наличии признаков неплатежеспособности. Довод не имеет правового значения в ситуации, когда должник отказался зачесть сумму полученных заемных средств в счет оплаты за уступленные права аренды земельных участков, но впоследствии получил еще оплату от кредитора в размере, соответствующем рыночным условиям, что и явилось основанием для отказа в признании сделок недействительными. Учитывая изложенное, признаков злоупотребления правом на стороне кредитора апелляционный суд не усматривает, учитывая, что по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.04.2022 по делу № А47-1695/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Л.В. Забутырина


Судьи И.В. Калина


Т.В. Курносова