Решение от 14 июля 2022 г. по делу № А19-26901/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru



Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е



г. Иркутск Дело № А19-26901/2021

«14» июля 2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена 07.07.2022. Решение в полном объеме изготовлено 14.07.2022 .

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Гурьянова О. П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

АДМИНИСТРАЦИИ ГОРОДА ИРКУТСКА (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, 664025, <...>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

об истребовании из чужого незаконного владения земельного участка, об обязании возвратить по акту приема-передачи земельный участок, об обязании снести самовольную постройку

при участии:

от истца - ФИО3 - доверенность (удостоверение);

от ответчика:- ФИО4 - доверенность «паспорт);

от ФИО5 - ФИО6 - доверенность (паспорт)

УСТАНОВИЛ:

АДМИНИСТРАЦИЯ ГОРОДА ИРКУТСКА (далее истец) обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее ответчик) с требованиями:

- об истребовании из чужого незаконного владения земельный участок с кадастровым номером 38:36:000018:128, по адресу: <...>;

- об обязании возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 38:36:000018:128, по адресу: <...>;

- об обязании в течении трех месяцев после вступления решения суда в законную силу за счет собственных средств снести самовольную постройку, расположенные в граница земельного участка с кадастровым номером 38:36:000018:128, по адресу: <...>.

В судебном заседании, истец требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении и дополнительных пояснениях от 17.02.2022г.

Ответчик и третье лицо - ФИО5, в судебном заседании с требованиями не согласились по основаниям, указанным в возражениях от 10.02.2022г. и 18.05.2022г. Третьи лица - Общество с ограниченной ответственностью "Фасад-Инжиниринг", Министерство имущественных отношений Иркутской области ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом; отзывов и возражений не представили.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 14 часов 10 минут 07.07.2022 года.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 03.06.2015г. вынесенного по делу № 2-1876/2015, вступившим в законную силу, удовлетворены требования ФИО8.

Указанным решением признан заключенным договор купли – продажи от 30.09.2012г. на одноэтажное кирпичное нежилое здание, общей площадью 204 кв.м, расположенное по адресу: <...>, заключенный между ФИО8 и ФИО9.

Также суд решил произвести регистрацию перехода права собственности на одноэтажное кирпичное нежилое здание, общей площадью 204 кв.м, расположенное по адресу: <...>, к ФИО8.

Право собственности ФИО8 зарегистрировано в установленном законом порядке.

В дальнейшем, по договору договора купли – продажи от 18.09.2015г. ФИО8 продала ФИО5 одноэтажное кирпичное здание, общей площадью 204 кв.м., расположенное по адресу: <...>. На основании п. 1.2 указанного договора, объект находится в собственности Продавца, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 15.09.2015г. 38-38/001-38001/050/2015-5393/1. В соответствии с п. 1.3 указанного договора, объект расположен на земельном участке, находящимся по адресу: <...>, общей площадью 3000 кв.м.

02.10.2015г. между Министерством имущественных отношений Иркутской области и ФИО5, с учетом Распоряжения Министерства имущественных отношений Иркутской Области от 02.10.2015г. № 1501/з «О предварительном согласовании предоставления земельного участка», . был заключен договор купли – продажи земельного участка с кадастровым № 38:36:000018:128, находящийся по адресу: <...>, площадью 2919 кв.м., с видом разрешенного использования: объекты коммунального и складского назначения (п. 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.2 указанного договора купли – продажи, основанием для заключения договора является подпункт 6 пункта 2 статьи 39.3 Земельного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым без проведения торгов осуществляется продажа земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных статьей 39.20 настоящего Кодекса.

В п. 1.3. Договора купли – продажи от 02.10.2015г. указано, что на участке имеется здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752.

В последующем, договором купли – продажи недвижимого имущества от 29.09.2020г. ФИО5 продал ФИО7 земельный участок с кадастровым № 38:36:000018:128, находящийся по адресу: <...>, с видом разрешенного использования: объекты коммунального и складского назначения площадью 2919 кв.м. и здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752., расположенное по адресу: <...>.

По договору купли – продажи от 19.10.2020г. Продавец ФИО7 продала, а Покупатель ФИО2 купил объекты недвижимости:

- земельный участок с кадастровым № 38:36:000018:128, находящийся по адресу: <...>, с видом разрешенного использования: объекты коммунального и складского назначения площадью 2919 кв.м.

- здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752., расположенное по адресу: <...>.

Истец считает, что при рассмотрении Куйбышевским районным судом г. Иркутска дела № 2-1876/2015 истцом были представлены подложные документы, в связи с чем, договор купли – продажи не мог считаться заключенным и не подлежал регистрации в ЕГРН, следовательно, право собственности у ФИО10 не могло возникнуть.

Со ссылкой на письмо Центра хранения документации нотариальной палаты Иркутской области от 16.11.2021г. № 2561 и ответ МУП БТИ г. Иркутска от 09.11.2021г. № 01.21/1938, Истец указывает, что на момент рассмотрения дела в Куйбышевском районном суде г. Иркутска отсутствовал объект капитального строительства нежилое здание площадью 204 кв.м. ФИО9 никогда не являлся правообладателем указанного объекта и ФИО8 не приобретала на законных основаниях право собственности на него.

Истец указывает, что сделки, в отношении указанных в иске объектов недвижимости заключены в нарушение действующего законодательства и являются ничтожными.

Оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 39.2 Земельного кодекса РФ, п. 6.1 ст. 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», ч. 1.2 ст. 17 Федерального закона от 06.10.2003 № 131 -ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», ст. 2 Закона Иркутской области от 18.12.2014 № 162-03 «О перераспределении полномочий между органами местного самоуправления отдельных муниципальных образований Иркутской области и Правительством Иркутской области» (далее - Закон № 162-03) Правительство Иркутской области, в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области, с 01.01.2015 осуществляло полномочия органов местного самоуправления муниципального образования город Иркутск по предоставлению земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, если иное не предусмотрено законодательством.

В соответствии со ст. 4 Закона Иркутской области № 162-03 указанные полномочия перераспределялись сроком до 01.01.2019. Таким образом, с 01.01.2019 администрация города Иркутска является органом, уполномоченным на предоставление земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ст. 168 Гражданского кодекса РФ).

Как разъяснено в п. 74 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. При этом в силу разъяснений п. 75 указанного Постановления Пленума применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Материалами дела подтверждается совершение министерством имущественных отношений Иркутской области и ФИО5 сделки купли-продажи земельного участка с кадастровым № 38:36:000018:128 находящийся по адресу: <...>, площадью 2919 кв.м., с видом разрешенного использования: объекты коммунального и складского назначения, в порядке ст. 39.3 подп. 6 п. 2 и 39.20 Земельного кодекса РФ. В соответствии с п. 1 ст. 25 Земельного кодекса РФ права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом "О государственной регистрации недвижимости". В частности основанием предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, является договора купли-продажи в случае предоставления земельного участка в собственность за плату (ст. 39.1 Земельного кодекса РФ). Согласно п. 1 ст. 39.3. Земельного кодекса РФ продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на торгах, проводимых в форме аукционов, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи.

Без проведения торгов осуществляется продажа земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных статьей 39.20 настоящего Кодекса (п/п. 6 п. 2 ст. 39.3 Земельного кодекса РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 39.20 Земельного кодекса РФ, если иное не установлено настоящей статьей или другим федеральным законом, исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду имеют граждане, юридические лица, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках.

Материалами дела подтверждается регистрация за ФИО5 права собственности на объект недвижимости с кадастровым здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752., расположенное по адресу: <...>. Указанный объект, согласно сведениям выписки из ЕГРН об объекте недвижимости, расположен в границах земельного участка с кадастровым № 38:36:000018:128.

Право собственности на здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752., расположенное по адресу: <...>. было зарегистрировано на основании Решения Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 03.06.2015г. по делу №2-1876/2015.

Администрация г. Иркутска являлась стороной спора и выступала в качестве ответчика.

В ходе судебного разбирательства Куйбышевским районным судом г. Иркутска было установлено, что 30.09.2021г. между ФИО9 (Продавец) и ФИО8 (Покупатель) заключен договор купли – продажи, согласно которому Продавец обязуется передать в собственность покупателя объект недвижимости одноэтажное кирпичное здание, общей площадью 204 кв.м., расположенное по адресу <...>. Объект расположен на земельном участке, находящимся по адресу <...>, общей площадью 3000 кв.м. Данное нежилое здание принадлежит ФИО9 на праве собственности на основании договора купли – продажи от 12.08.1993г., удостоверенного нотариусом и зарегистрированного в установленном порядке 20.08.1993г. в БТИ Управления коммунального хозяйстве. Указанные обстоятельства отражены в решении Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 03.06.2015г., которое не оспаривалось Ответчиками и вступило в законную силу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

По смыслу правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2013 N 3810/13, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно в части установленных им фактических обстоятельств.

Поскольку вопрос о наличии у ФИО9 права собственности на спорное здание и его переход к ФИО8 входил в предмет исследования суда общей юрисдикции, указанное обстоятельство установлено при принятии решения суда от 03.06.2015г., которым суд признал договор купли – продажи от 30.09.2012г. на одноэтажное кирпичное нежилое здание, общей площадью 204 кв.м, расположенное по адресу: <...>, между ФИО8 и ФИО9, заключенным и обязал произвести регистрацию перехода права собственности на одноэтажное кирпичное нежилое здание, общей площадью 204 кв.м, расположенное по адресу: <...>, к ФИО8, то данное обстоятельство в силу части 3 статьи 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение в рамках настоящего обособленного спора и оснований для его переоценки у суда не имеется.

Истец, будучи стороной в споре в Куйбышевском районном суде г. Иркутска не обжаловал спорное решение суда, не представил суду доказательств об оспаривании состоявшегося решения суда общей юрисдикции по правилам, установленным ГПК РФ.

При таких обстоятельствах доводы Истца об отсутствии инвентаризации спорного здания до 17.08.1998г. по данным МУП БТИ г. Иркутска и регистрации иного нотариального действия 11.08.1993г. не могут быть приняты судом во внимание при рассмотрении настоящего спора.

.По сути, истец не согласен с выводами, изложенными в решении суда общей юрисдикции и пытается его оспорить в порядке, не предусмотренном процессуальным законом.

Также суд не может согласиться с доводами истца относительно того, что сделка с Ответчиком совершена неправомочным отчуждателем на основании статей 168, 179 ГК РФ.

Указанные доводы не могут быть приняты судом.

Согласно ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. В п. 35 постановления Пленума N 10/22 указано, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Пунктом 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ установлено, что если имущество возмездное приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Из указанных разъяснений постановления Пленума N 10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 301 ГК РФ, о применении «последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В п.п. 37, 38 и 39 постановления Пленума N 10/22 разъяснено, что в соответствии со статьей 301 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта I статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Согласно п. 37 Постановления Пленума N 10/22, в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

В соответствии с п. 38 Постановления Пленума N 10/22 приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГ'РП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неправомочным отчуждателем. При этом возможность признания лица добросовестным приобретателем обусловлена соблюдением совокупности условий, предусмотренных ч. 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ: отсутствие осведомленности приобретателя о приобретении имущества у лица, которое не вправе было его отчуждать, возмездное приобретение имущества, наличие воли собственника либо лица, которому имущество было передано собственником во владение, на отчуждение имущества.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 N 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

В соответствии с позицией Европейского Суда по правам человека, если речь идет об общем интересе, публичным властям надлежит действовать своевременно, надлежащим образом и максимально последовательно; ошибки или просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица. Приведенные правовые позиции нашли свое отражение в Определениях Верховного Суда РФ от 24.07.2018 г. № 5-КГ18-95, от 29.08.2017 г. № 50-КГ17-19, от 26.09.2017 г. № 14-КГ17-21, от 01.02.2018 г. № 305-ЭС17-13675, от 27.02.2018 г. № 5- КГ17-251, от 26.06.2018 г. № 14-КГ18-12, от 21.05.2018 г. № 66-КГ19-2.

В силу положений ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Как установлено судам, что спорный земельный участок с кадастровым номером № 38:36:000018:128 выбыл 02.10.2015г. из собственности публичного образования по воле продавца - Министерства имущественных отношений Иркутской области, осуществлявшего на момент выбытия земельного участка соответствующие полномочия по распоряжению земельными участками..

Суд исходит из того, что при продаже земельного участка Министерством соблюдены требования действующего законодательства, регулирующие порядок отчуждения государственной собственности, поскольку указанные обстоятельства не оспариваются Истцом.

Зарегистрированное право на недвижимое имущество, как указано в п. 6 ст. 8.1 ГК РФ, может быть оспорено только в судебном порядке и, пока в реестр не внесена запись об ином правообладателе, именно тот, кто указан в ЕГРН в качестве правообладателя, и является законным собственником или владельцем имущества. Таким образом оснований для отказа заявителю в заключении договора купли-продажи не имелось, сомнений в направленности воли Министерства имущественных отношений Иркутской области на выбытие земельного участка в частную собственность у суда не имеется. Доказательств того, что выбытие земельного участка произошло помимо воли Министерства имущественных отношений Иркутской области суду не представлено, доказательств обратного в материалы дела н представлено.

В отношении оспариваемого договора купли – продажи от 19.10.2020г. , в соответствии с которым Продавец ФИО7 продала, а Покупатель ФИО2 купил объекты недвижимости:

- земельный участок с кадастровым № 38:36:000018:128, находящийся по адресу: <...>, с видом разрешенного использования: объекты коммунального и складского назначения площадью 2919 кв.м.

- здание, назначение: нежилое, общая площадь 204 кв.м, кадастровый (или условный) номер объекта 38:36:000018:19752., расположенное по адресу: <...>.

судом установлено, что указанный договор является возмездной сделкой. Согласно п. 6 договора купли-продажи от 10.10.2020г. цена здания и земельного участка составила 14 500 000 рублей. Расчеты по договору произведены, что не оспаривается лицами, участвующими в деле. Ответчиком представлена суду соответствующая расписка.

Право собственности на земельный участок и на здание на момент совершения сделки было зарегистрировано в установленном законом порядке за продавцом, что подтверждалось соответствующими записями в ЕГРН.

Как пояснил представитель ФИО2, на момент совершения спорной сделки у него отсутствовали сведения о наличии судебных споров в отношении земельного участка и здания. Ответчиком до совершения сделки проведен анализ правоустанавливающих документов, на основании которых Продавцом было приобретено право собственности на спорные объекты. Сторонами оформлен договор с совмещением в нем положений акта приема-передачи и в полном объеме произведены расчеты, что позволяет сделать вывод о том, что объекты недвижимости выбыли из владения Продавца ФИО7 при наличии у нее полномочий на продажу указанных объектов недвижимости.

Таким образом, выбытие земельного участка с кадастровым номером 38:36:000018:128 с нежилым зданием с кадастровым номером 38:36:000018:19752 из собственности публичного образования произошло по воле Министерства имущественных отношений Иркутской области, что подтверждается договором купли продажи от 02.10.2015г., актом передачи участка, дальнейшим поведением правообладателя на протяжении семи лет, в том числе и неоспариванием последующих сделок с указанными объектами недвижимости.

На момент заключения оспариваемого договора от 19.10.2020г. между Продавом ФИО7 и Покупателем ФИО2, право собственности ФИО7 было зарегистрировано в установленном порядке в Едином государственном реестре недвижимости, сведений о наличии правопритязаний на данный участок или об оспаривании сделки не имелось, что обоснованно не вызвало сомнений у ответчика относительно полномочий продавца.

Анализ представленных доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что ФИО2, приобретая земельный участок с кадастровым номером № 38:36:000018:128 с нежилым зданием с кадастровым номером 38:36:000018:19752 по возмездной сделке, у лица, право собственности, которого подтверждено наличием записи в Едином государственном реестре недвижимости, не мог и не должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, не мог и не должен был знать о каких-либо пороках договора купли - продажи от 02.10.2015г., заключенного между Министерством имущественных отношений Иркутской области и ФИО5

При этом, даже если согласиться с доводами Истца о порочности сделки от 02.10.2015г., ФИО2 является добросовестным приобретателем, в связи с чем, оснований для признания ничтожным договора купли-продажи от 19.10.2020г. у суда не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что имущество выбыло из владения Министерства имущественных отношений Иркутской области по его воле (при наличии воли на продажу объекта, с заключением договора купли-продажи от 02.10.2015г. и подписанием акта передачи), последний собственник - Ответчик не знал и не мог знать о пороке сделки отчуждения имущества продавцом Министерством имущественных отношений Иркутской области.

Согласно п. 38 Постановления Пленума № 10/22 собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности приобретателя ФИО2 возложена на истца. Однако таких доказательств суду не представлено.

Согласно п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, 17 неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Согласно п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах"). Правоотношения из договора купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 30.11.2018г. регулируются нормами параграфов 1 и 7 главы 30 Гражданского кодекса РФ. Среди указанных положений отсутствуют императивные нормы, регулирующие условия о порядке определения стоимости имущества по соглашению сторон. Следовательно, стороны свободны в определении цены договора.

По указанным основаниям суд оценивает показания допрошенных в судебном заседании свидетелей как доказательства не влияющие на предмет спора, тот же вывод суд делает в отношении представленных акта осмотра земельного участка и снимков.

При установленных судом фактических обстоятельствах спорный объект недвижимого имущества не может быть истребован от добросовестного приобретателя.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения, а также обязания ответчика возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 38:36:000018:128, по адресу: <...>, являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

В отношении требований о сносе самовольной постройки суд также не находит оснований для их удовлетворения. При этом суд исходит из следующего. .

В обоснование своих доводов истец указал, что на момент совершения сделки от 02.10.2015г. здание с кадастровым № 38:36:000018:19752 площадью 204 кв.м. на земельном участке с кадастровым № 38:36:000018:128 не существовало.

Между тем, истцом, в обоснование своих доводов, доказательств не представлено. Более того, данный довод опровергается вступившим в законную силу решением Куйбышевского суда г. Иркутска, о чем указано выше.

Кроме указанного, Ответчиком заявлено о пропуске Истцом срока исковой давности.

Соглашаясь с доводами ответчика о пропуске срока исковой давности , суд исходит из следующего.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу положений статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. При этом срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

Согласно части 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом, истец мог и должен был узнать, что на спорном земельном участке отсутствуют какие - либо объекты недвижимости, как минимум из решения Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 03.06.2015г. по делу №2-1876/2015.

Кроме того, в обоснование своих требований о сносе самовольной постройки истец указал, что ответчиком, с отсутствие разрешительной документации, произведена реконструкция объекта путем увеличения количества этажей (согласно решения Куйбышевского суда г. Иркутска спорный объект имел 1 этаж, в настоящее время спорный объект имеет 2 этажа).

Следовательно, надлежащим способом защиты нарушенного права, при наличии незаконной реконструкции спорного здания, будут требования о приведении самовольно реконструированного объекта в первоначальное состояние, а не его снос.

При этом истец не лишен возможности обратиться в суд с таким иском.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований - отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением от29.12.2021 года - отменить по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия, и по истечении этого срока вступает в законную силу.

Судья Гурьянов О. П.