Решение от 26 января 2023 г. по делу № А04-9195/2022

Арбитражный суд Амурской области

675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48

http://www.amuras.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

МОТИВИРОВАННОЕ
РЕШЕНИЕ

Дело №

А04-9195/2022
г. Благовещенск
26 января 2023 года
Арбитражный суд Амурской области в составе судьи Сутыриной М.В.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304280120300122, ИНН <***>) о взыскании 62 500 руб.

установил:

в Арбитражный суд Амурской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (далее – ООО «Зингер СПБ», истец) с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060 в размере 62 500 руб.

Также истец заявил о возмещении судебных расходов в виде стоимости приобретенного у ответчика товара в размере 70 руб.; почтовых расходов в размере 118 руб.; расходов по уплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 2500 руб., стоимости фиксации правонарушения в размер 8000 руб.

Определением от 18.11.2022 на основании пункта 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

08.12.2022 от ИП ФИО1 поступил отзыв, в котором ответчик с требованиями не согласилась, указав на несоразмерность размера компенсации. Указала, что лицензионный договор от 11.08.2021 заключен позднее совершения покупки (25.05.2021), таким образом, на момент закупки лицензии у истца еще не было. Предприниматель не знала, что это лицензионный товар. Поскольку правообладатель использует товарный знак исключительно с целью взыскания компенсации, можно сделать вывод о злоупотреблении правом. Просит проверить правовой статус истца. Отметила, что отдел не специализируется на продаже маникюрных инструментов, которые являются лишь сопутствующим товаром. Длительное время не работал в связи антиковидными ограничениями, за 2021 год сдана нулевая декларация. Ответчик имеет тяжелое заболевание, состоит в очереди на эндопротезирование, перенесла операцию по гинекологии в июле 2022 года, продолжает работать для того, чтобы иметь возможность прибрести дорогостоящие препараты для лечения и реабилитации.

09.12.2022, 15.12.2022 и 29.12.2022 от истца поступили дополнительные документы.

11.01.2023 судом принято решение.

19.01.2023 от ООО «Зингер СПБ» поступило заявление о составлении мотивированного решения.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что ООО «Зингер СПБ» на основании представленного в материалы дела свидетельства является правообладателем товарного знака № 266060 (словесное обозначение «ZINGER»), срок действия которого продлен до 03.07.2030. Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров и услуг следующих классов Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ): 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42.

В ходе закупки, произведенной 25.05.2021 в магазине «Оч. умелые. ру», расположенном торговом центре «Зея» по адресу: <...>, установлен факт продажи товара - ножниц для ногтей «ZINGER» (далее - товар).

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 266060, Товар по своему роду, виду и назначению относится к товарам 08 класса МКТУ.

Из видеозаписи процесса покупки спорного товара усматривается, что лицо, осуществляющее продажу, действовало в качестве продавца, полномочного осуществлять продажу товаров от имени ответчика, при этом у покупателя отсутствовали основания сомневаться в полномочиях лица, передавшего товар, действовать от имени ответчика, исходя из обстановки, в которой осуществлялись соответствующие действия, в том числе с учетом того, что спорный товар находился в торговой точке ответчика.

В претензии ответчику было предложено оплатить компенсацию за нарушение исключительного права на товарные знаки и произведения изобразительного искусства в сумме 750 000 руб., а также досудебные расходы в размере 5315 руб., в том числе: 70 руб. - стоимость товара, 200 руб. - размер госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. - расходы на фиксацию правонарушения, 60 руб. - почтовые расходы.

Изложенное в претензии требование истца оставлено ответчиком без удовлетворения.

Поскольку исключительные права на товарный знак принадлежат ООО «Зингер СПБ» и ИП ФИО1 не передавались, истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить в части по следующим основаниям.

Заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (часть 1 статьи 4 АПК РФ).

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с п.1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно статье 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно п.1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Пленум № 10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Факт реализации спорного товара подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком, видеозаписью покупки спорного товара.

Имеющаяся в материалах дела видеозапись закупки товара (маникюрные ножницы) с надписью «ZINGER»), а также кассовый чек на сумму 70 руб. подтверждают факт приобретения спорного товара в магазине, в котором осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик.

Пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ установлено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со ст.1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

Факт продажи спорного товара подтверждается чеком от 25.05.2021, который является достаточным доказательством, подтверждающим заключение договора розничной купли-продажи в соответствии с требованиями статей 493, 494 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеозапись процесса закупки, при непрерывающейся съемке, отчетливо фиксируют обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, оплату товара и выдачу продавцом кассового чека).

Истцом на основании статей 12, 14 ГК РФ и пункта 2 статьи 64 АПК РФ в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъемка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а также подтверждает, что представленный товар был приобретен по представленному товарному чеку.

Ответчик в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представил доказательств реализации указанного товара на законных основаниях, доказательства наличия у него права использования спорных произведений изобразительного искусства и товарных знаков, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и является нарушением его прав.

В силу пункта 1 статьи 1233 ГК РФ распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом может правообладатель, которым ответчик не является.

Распространение контрафактных экземпляров произведений, в любом случае, образует нарушение исключительного права на произведение, независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц. Действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, ответчик, как субъект предпринимательской деятельности, при покупке спорного товара должен был убедиться в надлежащей легитимации данного товара.

С учетом указанного судом отклонён довод ответчика о том, что она не знала, что это лицензионный товар.

Оценив приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд исходил из доказанности факта принадлежности истцу указанного права и факта нарушения исключительных прав истца на товарные знаки и произведений изобразительного искусства действиями ответчика, а именно, - продажей контрафактного товара – «ножниц для ногтей «ZINGER»», который относится классу 08 МКТУ.

Исключительное право истца на товарный знак № 266060 подтверждено соответствующим свидетельством.

Доказательств наличия у ответчика права на использование указанного товарного знака не представлено.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Экспертиза в силу части 1 статьи 82 АПК РФ назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), применимых в порядке части 6 статьи 13 АПК РФ, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 42 Правил № 482 сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

При визуальном сравнении обозначения «ZINGER» на спорном товаре с товарным

знаком истца, судом установлено сходство его элементов по следующим признакам:

1. Общий вид обозначений:

а) внешняя форма: надпись имеет вид горизонтального прямоугольного

написания, с последовательным расположением букв;

б) сочетание цветов.

2. Словесный элемент «ZINGER»:

а) фонетика: тождественно «з-и-н-г-е-р»;

б) графическое написание: тождественно, заглавными печатными буквами

одним и тем же шрифтом;

в) общее зрительное впечатление: полное зрительное сходство.

Оценив степень схожести каждого из вышеперечисленных элементов, в особенности, словесных элементов «ZINGER», можно сделать вывод о тожественности спорного обозначения с зарегистрированным товарным знаком истца.

Доказательств, подтверждающих передачу ответчику» прав на использование спорного товарного знака в материалы дела не представлено, что свидетельствует о том, что такое использование осуществляется ответчиком без согласия правообладателя.

Таким образом, вся совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств приводит суд к выводу о незаконности использования ответчиком товарного знака, соответственно, нарушения им исключительных прав истца.

Согласно статье 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ в отношении товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Объем осуществляемых прав в отношении товарного знака закреплен в ст. 1484 ГК РФ.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет её размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение прав истца на товарный знак ответчиком не представлено.

Доводы ответчика о незначительном обороте, серьезном заболевании и планируемой операции, нерентабельности магазина не могут являться основанием для полного освобождения от ответственности в виде взыскания компенсации, но принят судом во внимание при определении размера компенсации.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчиком были допущено нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 266060.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости.

В рассматриваемом споре истец просит взыскать с ответчика компенсацию, определенную на основании подпункта 2 пункта 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования спорного товарного знака (750 000 руб. /1 товарный знак/2 класса МКТУ/1 способ применения/12 месяцев х 2 = 62 500 руб.).

Обосновывая данный размер компенсации, истец представил в материалы дела лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат), согласно которому ежегодное вознаграждение за право использования товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы МКТУ, составляет 750 000 руб.

Согласно пункту 2.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб.

ИП ФИО2 производит оплату вознаграждения исполняется, что подтверждается платежными поручениями № 130 от 28.10.2021 на сумму 104 840 руб., № 131 от 06.12.2021 на сумму 187 500 руб.

При определении размера компенсации, подлежащего взысканию с ответчика, суд полагает исходить из нижеследующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третье пункта 62 постановления от 23.04.2019 № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае нарушитель (ответчик) продал всего лишь один экземпляр контрафактного товара, в то время, как по лицензионному договору от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право использования товарного знака «ZINGER» в отношении товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников) любым способом по своему усмотрению (п. 1.2 договора) и установил стоимость 750 000 руб. в год за весь объем переданных прав (п. 2.1 договора).

При этом доказательств того, что ответчик, кроме продажи одного экземпляра товара в течение одного дня, осуществлял иные способы использования спорного товарного знака, указанные в ст. 1484 ГК РФ, истцом не представлено.

Материалами дела подтверждается факт предложения ответчиком к продаже спорной продукции однократно. Доказательства, подтверждающие факт незаконного использования ответчиком спорного товарного знака в течение более длительного срока, в материалы дела истцом не представлены.

Из выписки из ЕГРИП в отношении ответчика следует, что основным видом деятельности предпринимателя является торговля розничная одеждой в специализированных магазинах (ОКВЭД 47.71), дополнительным - Торговля розничная в нестационарных торговых объектах и на рынках (ОКВЭД 47.8).

Согласно представленной в материалы дела видеозаписи усматривается, что в продаже у ответчика находились канцелярские товары, кожгалантерея, пряжа, игрушки, косметические средства. Товар, права на который принадлежат истцу, являлся лишь незначительной частью от общего ассортимента товаров.

При определении разумного и справедливого размера компенсации судом принимается во внимание характер действий истца, направленных на защиту нарушенного права, которые по своей сути пресекательный характер не носили.

При этом истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования произведений изобразительного искусства, не предлагал вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта авторских прав.

Также судом учтено, что нарушение исключительных прав истца не носит грубый характер, контрафактный товар продан в незначительном объеме (одна единица товара).

То есть, продажа спорной единицы товара не составляла существенной части предпринимательской деятельности ответчика.

К тому же покупка контрафактного товара совершена 25.05.2021, то есть ранее момента заключения лицензионного договора от 11.08.2021.

Нарушение носило кратковременный характер – однократная покупка, не носило грубого характера, иного не доказано материалами дела, отсутствуют сведения о привлечении ответчика к ответственности на нарушение исключительных прав.

Судом учтена незначительная стоимость проданного контрафактного товара (70 руб.), полагает, что истец не понес значительных убытков вследствие неправомерных действий ответчика.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом. «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.

Суд отмечает, что лицензионный договор от 11.08.2021 действует до 11.08.2026 и позволяет использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации любыми способами.

Судом принято во внимание, что представленный лицензионный договор заключен после осуществления закупки товара и совершения ответчиком нарушения исключительных прав истца. Следовательно, указанная в нем стоимость права не соотносится с обстоятельствами нарушения и незаконного использования, не подтверждает с достоверностью обычно взимаемую плату за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Кроме того, согласно п. 2.2. договора оплата Лицензионного платежа, производится на основании счета, выставляемого Лицензиаром в течение годового периода, за который причитается соответствующий Лицензионный платеж. Течение годового периода начинается с даты заключения настоящего Лицензионного договора.

Ежемесячные периодические платежи договором не предусмотрены.

Стоимость ежегодно использования товарного знака составляет 750 000 руб. за весь объем переданных прав, включает себя право использования товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников) (п. 2.1 договора).

В связи с чем, суд приходит к выводу, что истец не обосновал расчет двойной стоимости платы за заявленный период - месяц неправомерного использования товарного знака ответчиком, тогда как выявлено однократное нарушение единственным способом, в одной торговой точке.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Учитывая установленные обстоятельства характера нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной однократность нарушения, вероятные имущественные потери правообладателя, незначительную часть объема товаров в хозяйственной деятельности нарушителя, суд считает возможным установить компенсацию за нарушение исключительного права на спорный товарный знак в размере двукратной стоимости права в сумме 10 000 руб.

При этом определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 20 октября 2021 по делу № А32-4132/2021, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2021 г. № 310-ЭС20-9768).

Отсутствие у суда правомочия определить размер компенсации, отличный от указанного истцом, могло бы повлечь - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности – явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 № 28 -П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности (абзац 5 пункта 4 мотивировочной части Постановления от 13 декабря 2016 года № 28 -П).

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца подлежащими частичному удовлетворению в размере 10 000 руб. компенсации.

В остальной части иска следует отказать.

Рассмотрев требования искового заявления о взыскании с ответчика судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дел» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц. Перечень судебных издержек, не является исчерпывающим.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 АПК РФ) (пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дел»).

Частью 1 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В качестве доказательства несения расходов на приобретение контрафактного товара истцом представлен чек от 25.05.2021 на сумму 70 руб., в качестве доказательства несения почтовых расходов представлен кассовые чеки и списки внутренних почтовых отправлений от 11.04.2022 (на сумму 59 руб. отправка ответчику), от 07.11.2022 (на сумму 59 руб. отправка ответчику).

Судебные издержки за получение сведений из ЕГРИП на ответчика, подтверждены выпиской из ЕГРИП в отношении ответчика с указанием его адреса, копией заявления в МИФНС России № 21 по Нижегородской области, чеком об оплате от 15.03.2022 на оплату за предоставление сведений из ЕГРИП на сумму 14 948 руб.

Таким образом, расходы истца на приобретение вещественного доказательства в сумме 70 руб. подтверждены кассовым чеком, соответствуют критерию судебных издержек; почтовые расходы по направлению претензии и искового заявления в сумме 118 руб. относятся к судебным расходам и подтверждены документально на указанные суммы.

В доказательство несения расходов на видеофиксацию в размере 8000 руб. представлены:

- акт о выполненных работах № 35 от 31.08.2022, в котором указан перечень нарушителей, в том числе ИП ФИО1, и стоимость вознаграждения – 8000 руб. за каждую фиксацию покупки;

- платежное поручение № 8559 от 16.11.2022 на сумму 104 000 руб.;

- договор на оказание услуг (субагентский договор) от 19.03.2021, по условиям пункта 1.1 которого, индивидуальный предприниматель ФИО3 (ОГРНИП 321527500008631, Нижегородская обл.) (исполнитель) обязуется оказать обществу с ограниченной ответственностью «Медиа-НН» (заказчику) транспортные услуги с целью проведения мониторинга и фиксации оптовых и розничных торговых точек на предмет установления фактов нарушения прав на объекты интеллектуальной собственности, принадлежащие правообладателю, а заказчик обязуется принять и оплатить такие услуги.

Суд признает, что предметом договора определено оказание транспортных услуг, а не услуг по видеофиксации покупки товаров - получения доказательства для обращения в суд., указанные услуги приняты по акту приемки работ от 31.08.2022 с указанием адреса и даты фиксации, наименование нарушителя, правообладателя, размер вознаграждения.

Транспортные услуги в силу положений глав 40,41 ГК РФ охватывают услуги: железнодорожного транспорта; автомобильного транспорта; внутреннего водного транспорта; морского транспорта; воздушного транспорта; городского электрического транспорта (трамвай, троллейбус, метрополитен); прочих видов транспорта (услуги гужевого транспорта, фуникулерного, кабельного, подъемного, за исключением подвесных дорог и лыжных подъемников на лыжных курортах и центрах отдыха и так далее). В объем транспортных услуг включаются: услуги по перевозке пассажиров; услуги по перевозке грузов для населения; услуги транспортной экспедиции и прочие услуги, связанные с оформлением перевозочных документов, обработкой грузов и предоставлением информации о перевозках.

Никакие из представленных истцом документов не подтверждают оказание исполнителем ФИО3 транспортных услуг и относимость их к рассматриваемому спору в качестве судебных (транспортных) расходов.

Арбитражное процессуальное законодательство связывает право на возмещение расходов не с представлением документа, а с фактом несения расходов, под которыми понимаются реальные затраты на оплату соответствующих услуг, относимых и необходимых для заявления требований.

Субагентский договор транспортных услуг заключен во исполнение заключенных «Заказчиком» (Общество с ограниченной ответственностью «Медиа-НН»), договоров ООО «ЗИНГЕР Спб» (ИНН: <***>), которые не представлены, их содержание, природа, необходимость привлечения субагента истцом не подтверждены.

Суд критически относится к доказательствам по исполнению и фактическому несению расходов в качестве судебных, поскольку акт о выполненных работах № 35 от 31.08.2022 представлен, а оплата произведена по платежному поручению № 8559 от 16.11.2022 только после указания судом в определении о принятии искового заявления о необходимости подтверждения фактического несения и необходимости данных судебных расходов.

Судом принято во внимание, что необходимость мониторинга ификсации оптовых и розничных торговых точек для обращения с настоящим иском в суд отсутствует. Требования законодательства не ставят в зависимость и не обуславливают возможность обращения с настоящим иском в суд от получения видеозаписи торговой точки, покупки товара. Как указано выше договор розничной купли-продажи подтверждается с достаточностью чеком. Аудио- или видеозаписи являются допустимыми доказательствами, но не исключительно необходимыми.

Как разъяснено в п.2, п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные до обращения в суд признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В настоящем споре истцом указанная невозможность реализации права на обращение в суд без заключения договора услуг (субагентского договора) с ФИО3 не доказана. Реализация истцом права на обращение в суд от данных услуг и расходов не зависела.

Иное толкование означало бы нарушение баланса интересов сторон, допуская возложение на проигравшую сторону обязанности по компенсации расходов, фактически не относимых к рассматриваемому спору, не понесенных другой стороной.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 65, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В связи с чем, требование истца о взыскании с ответчика указанной суммы судом оставлено без удовлетворения.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, размер государственной пошлины с заявленной суммы исковых требований составляет 2500 руб.

ООО «Зингер СПБ» при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 2500 руб. по платежному поручению № 7761 от 31.10.2022 (плательщик – ООО «Медиа-НН»).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины, рассчитанные пропорционально удовлетворенным требованиям, относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца в сумме 400 руб.

Требование о взыскании судебных расходов, в том числе стоимости приобретенного товара, почтовых расходов правомерно удовлетворено частично, пропорционально размеру удовлетворенных требований на основании статей 101, 106, 110, 112 АПК РФ.

В соответствии со статьей 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Вместе с тем, Арбитражный процессуальный кодекс Российской федерации устанавливает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону изъяты из гражданского оборота (часть 3 статьи 80). К таким доказательствам в силу статьи 1252 ГК РФ закон относит контрафактную продукцию.

Оснований для возврата из материалов дела вещественного доказательства - контрафактного товара (ножницы для ногтей) не имеется, поскольку он подлежит изъятию из оборота.

На основании статей 64, 65, 71, 110, 167-170, 180, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304280120300122, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060 в размере 10000 руб., судебные расходы в виде стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) в размере 11,20 руб.; судебные расходы на оплату почтовых отправлений в размере 18,88 руб.; судебные расходы по уплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 32 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 руб.

В остальной части в иске отказать.

Вещественное доказательство - контрафактный товар (ножницы для ногтей) оставить в деле и уничтожить в сроки, установленные для уничтожения судебного дела № А04-9195/2022.

По заявлению лица, участвующего в данном деле, может быть составлено мотивированное решение. Заявление о составлении мотивированного решения может быть подано в течение пяти дней со дня размещения данной резолютивной части на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет».

Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Шестой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://amuras.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Шестого арбитражного апелляционного суда http://6aas.arbitr.ru.


Судья М.В. Сутырина