Постановление от 1 августа 2022 г. по делу № А38-7675/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А38-7675/2017


01 августа 2022 года



Резолютивная часть постановления объявлена 26.07.2022.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ногтевой В.А.,

судей Елисеевой Е.В., Кузнецовой Л.В.,


при участии представителей

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 19.01.2018,

от ООО «СоЛЮД»: ФИО3 по доверенности от 10.12.2021


рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО1 и

его финансового управляющего ФИО4


на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.11.2021 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022

по делу № А38-7675/2017


по заявлению финансового управляющего ФИО1

о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора

в деле о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Республиканский молочный завод» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Республиканский молочный завод» (далее - ООО НПФ «РМЗ», должник) в Арбитражный суд Республики Марий Эл обратился финансовый управляющий имуществом ФИО1 - ФИО5 с заявлением о процессуальном правопреемстве на стороне - публичного акционерного общества «Норвик Банк» (далее - ПАО «Норвик Банк», Банк), по требованию в размере 65 431 рубль 96 копеек долга по кредитному договору от 22.12.2015 № 20216758, обеспеченному залогом имущества должника.

Определением от 09.11.2021 суд удовлетворил заявленное требование и произвел процессуальное правопреемство, заменив кредитора, ПАО «Норвик Банк», с суммой требования в размере 65 431 рубль 96 копеек на ФИО1; суд признал требование, подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 09.03.2022 оставил определение от 09.11.2021 без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и его финансовый управляющий ФИО4 обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение от 09.11.2021 и постановление от 09.03.2022, принять по делу новый судебный акт.

По мнению ФИО1, суды неправомерно применили к спорным правоотношениям пункт 6.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020). Права требования к должнику от Банка к ФИО1 перешли 10.09.2019, с момента удовлетворения требований Банка по кредитному договору ФИО1, как поручителем по кредитным обязательствам ООО НПФ «РМЗ». На момент заключения обеспечительных сделок должник не находился в состоянии имущественного кризиса. По состоянию на 10.09.2019 (на дату исполнения обязательства поручителем) ФИО1 и ООО НПФ «РМЗ» были признаны банкротами. Следовательно, перешедшее к ФИО1 право требования не является компенсационным финансированием. Как считает ФИО1, обжалованные судебные акты нарушают не только его права, а также права его кредиторов.

Финансовый управляющий ФИО4 в кассационной жалобе указала, что обжалованные судебные акты нарушают права независимых кредиторов ФИО1, включенных в реестр требований кредиторов. Суды не дали правовой оценки основополагающему праву конкурсных кредиторов аффилированного лица на погашение своих требований в рамках дела о банкротстве. Доводы о неплатежеспособности должника документально не подтверждены. Суброгационное требование к должнику не может быть приравнено к компенсационному финансированию.

В порядке, установленном в статье 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание проведено путем использования систем видеоконференц-связи со Вторым арбитражным апелляционным судом.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал изложенную в кассационной жалобе позицию.

Представитель ООО «СоЛЮД» отклонил доводы, приведенные в кассационных жалобах, просил оставить в силе судебные акты, как законные и обоснованные. По мнению ООО «СоЛЮД», для установления факта наличия (отсутствия) компенсационного финансирования должника со стороны контролирующего его лица ФИО1 имеет значение дата заключения обеспечительных сделок. Договор поручительства заключен 22.12.2015. Предоставление поручительства независимому кредитору в целях получения подконтрольным обществом кредита в период нахождения его в состоянии имущественного кризиса правомерно квалифицировано судами как компенсационное финансирование. Факт неплатежеспособности ООО НПФ «РМЗ» на момент заключения договора поручительства установлен в анализе финансового состояния должника и связан с наличием иных обеспечительных сделок ООО НПФ «РМЗ» по долгам ООО «Птицефабрика Звениговская».

Законность определения Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.11.2021 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 по делу № А38-7675/2017 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Марий Эл возбудил производство по делу о несостоятельности ООО НПФ «РМЗ» и определением от 03.08.2017 ввел наблюдение.

Определением от 28.11.2017 в реестр требований кредиторов включены требования ПАО «Норвик Банк» в размере 49 750 000 рублей, как обеспеченные залогом имущества должника, в том числе на основании кредитного договора от 22.12.2015 № 2021-6758, договоров залога от 22.12.2015 № 2021-6758/002 и № 2021-6758/012.

Решением от 05.04.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство.

Предметом заявления финансового управляющего имуществом ФИО1 явилось требование о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора (ПАО «Норвик Банк») с суммой требования 65 431 рубль 96 копеек, основанного на названных кредитном договоре и договорах залога.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (дело № А28-6222/2016) Арбитражный суд Кировской области определением от 05.10.2017 включил в реестр требований кредиторов требования ПАО «Норвик Банк» на общую сумму 50 950 000 рублей, в том числе на основании договора поручительства от 22.12.2015 № 2021-6758, заключенного ФИО1 и Банком в обеспечение исполнения обязательств должника по кредитному договору от 22.12.2015 № 2021-6858.

Определением от 16.05.2018 требования Банка признаны обеспеченными залогом имущества ФИО1

В рамках дела о банкротстве ФИО1 произведено погашение требований Банка по кредитному договору от 22.12.2015 № 2021-6758 на сумму 65 431 рубль 96 копеек за счет реализации заложенного имущества.

Установив факт погашения требования Банка в указанном размере в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для процессуального правопреемства на стороне кредитора в рамках настоящего дела (подпункт 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Спор возник о возможной субординации требования ФИО1 относительно требований иных независимых кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Конкурсный кредитор ООО «СоЛЮД» указывал на то, что поручительство предоставлено контролирующим должника лицом в период имущественного кризиса последнего, а потому подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В пункте 6.1 Обзора от 29.01.2020 предусмотрено понижение очередности удовлетворения суброгационного требования контролирующего должника лица, основанного на заключенном с независимым кредитором договоре о предоставлении контролирующим лицом обеспечения за должника в условиях финансового кризиса последнего.

Суды двух инстанций установили, что на момент заключения обеспечительной сделки (по состоянию на 22.12.2015) ФИО1 владел стопроцентной долей в уставном капитале ООО НПФ «РМЗ» и являлся контролирующим должника лицом. ООО НПФ «РМЗ» на тот момент находилось в состоянии имущественного кризиса.

В преддверии совершения сделки по выдаче кредита и обеспечительных сделок от 22.12.2015 к должнику как поручителю по обязательствам ООО «Птицефабрика Звениговская» уже были предъявлены требования кредитора, АО «Россельхозбанк».

Между тем ООО НПФ «РМЗ» продолжило наращивать кредиторскую задолженность, в том числе путем заключения кредитных договоров с АО КБ «Хлынов» № 1-2016Ю45 от 05.02.2016 (кредитная линия на сумму 20 000 000 рублей), № 101-2016Ю45 от 01.04.2016 (кредитная линия на сумму 10 000 000 рублей).

Из анализа финансового состояния ООО НПФ «РМЗ» следует, что вследствие роста операционных расходов в 2015, 2016 годах, а также снижения валовой прибыли по итогам 2016 года, итог по строке чистая прибыль начиная с 01.01.2016 имел отрицательное значение. Формирование отчета о прибылях и убытках по итогам 2015 и 2016 гг. свидетельствует о том, что деятельность должника убыточна. Чистый убыток на 01.01.2016 составил 6 947 000 рублей.

Таким образом, договор поручительства был заключен ФИО1 в условиях имущественного кризиса подконтрольного ему основного должника. Контролирующее лицо, выдав поручительство, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование, а значит, суброгационные требования поручителя (залогодателя) не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Они подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ФИО1 в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не устранил разумные сомнения относительно компенсационной природы финансирования должника.

Довод заявителей жалоб о том, что требование ФИО1 не подлежит субординации, поскольку приобретено к должнику в период нахождения его в процедуре банкротства, правомерно отклонен судами двух инстанций.

Как следует из пункта 6.1 Обзора от 29.01.2020 финансовое состояние должника при определении очередности удовлетворения суброгационного требования контролирующего должника лица, основанного на обеспечительной сделке, необходимо устанавливать на момент заключения такой сделки, а не на момент ее исполнения.

Материалы дела исследованы судами первой и апелляционной инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе не рассматривался, так как в статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при рассмотрении данной категории споров не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.11.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 по делу № А38-7675/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и его финансового управляющего ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


В.А. Ногтева



Судьи


Е.В. Елисеева

Л.В. Кузнецова