Постановление от 15 июля 2024 г. по делу № А51-4471/2021

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-4471/2021
г. Владивосток
15 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июля 2024 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева, судей М.Н. Гарбуза, К.А. Сухецкой, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-2961/2024 на определение от 19.04.2024 судьи А.В. Кондрашовой

по делу № А51-4471/2021 Арбитражного суда Приморского края по заявлению конкурсного управляющего ФИО1

к ФИО2

о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела по заявлению ФИО3 о признании общества с ограниченной ответственностью «Пахта» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО3: представитель ФИО4, по доверенности от 19.07.2023 сроком действия 3 года, паспорт;

ФИО5 в качестве слушателя, иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Пахта» (далее – должник, ООО «Пахта») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 22.03.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Определением суда от 27.08.2021 в отношении ООО «Пахта» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должником утверждена ФИО6.

Решением суда от 01.06.2023 ООО «Пахта» признано несостоятельным (банкротом), в отношении открыто него конкурсное производство сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель, апеллянт).

Определением суда от 23.01.2024 срок конкурсного производства продлен на шесть месяцев.

В рамках данного дела конкурсный управляющий 17.08.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки по выплате ФИО2 (далее – ответчик) из кассы ООО «Пахта» денежных средств на сумму 1 015 000 руб.; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в сумме 1 015 000 руб. с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Пахта».

Определением суда от 06.02.2024 к участию в споре привлечено общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Вест» (далее – ООО «УК «Вест»).

Определением суда от 19.04.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано, с ООО «Пахта» в доход федерального бюджета взыскано 6000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение, направить дело на новое рассмотрение. В обоснование данных требований апеллянт привел следующие доводы:

- судом не учтено, что бывшим руководителем ООО «Пахта» ФИО2 не исполнена обязанность передать всю хозяйственную и финансовую документацию (кассовая книга) должника;

- не дана оценка доказательствам, которые предоставил ФИО3 в письменных пояснениях на заявление конкурсного управляющего; не проанализированы косвенные доказательства, а именно: бухгалтерский баланс должника за 2018 и 2019 годы, при рассмотрении судебного дела № А51-8680/2020 судом не установлено, что сумма в размере 1 015 000 руб. отсутствовала в кассе общества; отсутствовала справка 2-НДФЛ; не проведён анализ выписки по банковскому счету ответчика; не обращено внимание на отсутствие корпоративного документа о распределении дивидендов;

- не истребована справка 2-НДФЛ;

- не рассмотрен тот факт, что ООО «УК «Вест» вводит суд в заблуждение, что не располагает данными о хозяйственной деятельности общества; не может документально подтвердить данные о денежных средствах из кассы общества, для каких целей и нужд они предполагались.

Определением апелляционного суда от 22.05.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 11.06.2024. Определением апелляционного суда от 06.06.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 08.07.2024.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал правовую позицию апеллянта.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что согласно расходным кассовым ордерам № 1890 от 05.10.2018, № 1938 от 09.10.2018, № 1828 от 27.09.2018, № 2506 от 07.12.2018, № 1142 от 16.05.2019, № 218 от 24.01.2019 с основанием «дивиденды наличными» ФИО2 из кассы должника получены денежные средства в размере 1 015 000 руб.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на решение суда от 18.03.2021 по делу № А51-8690/2020, данные расходные кассовые ордера, а также на то, что денежные средства из кассы должника получены аффилированным лицом в качестве дивидендов, в отсутствие решения о распределении чистой прибыли, при наличии имущественного кризиса, просил признать сделку по получению ответчиком 1 015 000 руб. недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Повторно рассмотрев обособленный спор по имеющимся в нем доказательствам, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы в связи со следующим.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Поскольку дело о банкротстве возбуждено 22.03.2021, оспариваемое конкурсным управляющим получение ответчиком денежных средств в период с 05.10.2018 по 24.01.2019 может быть оспорено на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении требований о признании сделок недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из того, что представленные копии расходных кассовых ордеров нельзя считать допустимыми доказательствами в силу статьи 68 АПК РФ, они составлены с нарушением законодательства, что установлено вступившим в законную силу решением суда от 18.03.2021 по делу № А51-8690/2020 и в силу статьи 69 АПК РФ доказыванию не подлежит. Кроме того, суд учел, что из материалов дела не следует, что участниками общества ООО «Пахта» принимались решения о выплате дивидендов в обществе. Доказательств того, что все операции по расходным кассовым ордерам были учтены в регистрах бухгалтерского учета, в том числе в кассовых книгах за 2018, 2019 года, в материалы дела не представлены.

Проверяя наличие оснований для удовлетворения требований в данной части, судебная коллегия руководствуется нижеследующим.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Таким образом, для признания сделки недействительной в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве законодатель определил совокупность обстоятельств, подлежащих установлению судом, в том числе наличие цели причинения вреда правам кредиторов, которая включает в себя условие о наличии на момент совершения сделки признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В обоснование неплатежеспособности конкурсный управляющий, в соответствии с заявлением, сослался на определения Арбитражного суда Приморского края от 27.08.2021, от 14.03.2022, 23.03.2022, 22.08.2022, на основании которых требования аффилированных к должнику лиц включены в состав требований, подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. На наличие иных обязательств у должника, а именно: обязательств перед независимыми лицами конкурсный управляющий не сослался; представитель ФИО7 – аффилированного по отношению к должнику лица, требования которого учтены в составе требований,

подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (поддержавший позицию конкурсного управляющего), в судебном заседании апелляционной инстанции подтвердил отсутствие таковых требований на даты совершения оспоренных действий.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206, конкурсное оспаривание (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), посредством которого в деле о банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения должника, предпринимающего действия, направленные либо на вывод имущества, объективно причиняющие вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, направлено на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица. Такое конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем, тогда как при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может.

В то же время в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2024 N 309-ЭС22-22881(2) выражена правовая позиция, из которой следует, что закрепленная в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является опровержимой. Если будет установлено, что на момент заключения сделки независимые кредиторы у должника отсутствовали, то имущественный вред от указанной сделки не мог наступить в принципе.

Приведенные конкурсным управляющим обстоятельства не свидетельствуют о наличии у должника на момент совершения сделок независимых кредиторов. Равным образом, данное обстоятельство не установлено апелляционным судом из отчета конкурсного управляющего, реестра требований кредиторов должника (размещены на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в электронной карточке настоящего дела 01.03.2024). Как указано выше, в заседании судебной коллегии представитель ФИО3 (заявителя по делу о банкротстве должника) подтвердил, что на момент получения ответчиком денежных средств на сумму 1 015 000 руб. у ООО «Пахта» отсутствовала задолженность перед независимыми кредиторами.

Таким образом, вывод о наличии в поведении должника цели (и осведомленности о ней другой стороны сделки) причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения соответствующей сделки не может быть фактически постановлен в ситуации, когда на момент спорных перечислений реальная задолженность перед независимыми кредиторами, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника, отсутствовала.

В настоящем споре требования конкурсного управляющего как заявленные фактически в защиту интересов аффилированных с должником лиц (именно на наличие только таких требований и сослался сам конкурсный управляющий), в числе которых участники должника (ФИО3, ФИО8), по существу направлены на разрешение корпоративного конфликта между участниками общества и бывшим директором, а также на обход вступившего в законную силу судебного акта, которым данный вопрос уже разрешен. Как установлено судом, аффилированные лица воспользовались своим правом на восстановление нарушенных, по их мнению, прав и законных интересов посредством обращения в арбитражный суд (до возбуждения дела о банкротстве) с иском, в основу которого положены нормы, регулирующие корпоративные правоотношения.

Так, в рамках дела № А51-8690/2020 участник ООО «Пахта» ФИО9 обратилась в Арбитражный суд Приморского края с иском к ФИО2 о взыскании с него в пользу общества 1 015 000 руб. убытков со ссылкой на то, что ответчик при осуществлении полномочий директора ООО «Пахта» в отсутствие на то законных оснований выплатил себе из кассы общества по указанным выше копиям расходных кассовых ордеров денежные средства в размере 1 015 000 руб., чем причинил последнему убытки на указанную сумму.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО8, ФИО10, ФИО3 и ООО «УК Вест» в лице директора – ФИО11.

Решением суда от 18.03.2021, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2021, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 10.09.2021, в удовлетворении иска отказано.

Арбитражными судами установлено, что представленные в материалы дела копии расходных кассовых ордеров не могут являться надлежащими и достоверными доказательствами, подтверждающими факт осуществления хозяйственной деятельности общества и получения ответчиком спорных денежных средств, ввиду их несоответствия установленным требованиям действующего законодательства, предъявляемым к оформлению первичных учетных документов организации (отсутствуют подписи в графе руководитель организации: генеральный директор; отсутствуют подписи главного бухгалтера и расшифровка его подписи; не указаны данные документа, удостоверяющие личность получателя денежных средств; отсутствуют подписи лиц, выдавших денежные средства (кассира); частично в строке «Получил» (расходный кассовый ордер от 05.10.2018 № 1890) отсутствует указание на денежную сумму в графе «получил».

Кроме того, судами установлено, что между ООО «Пахта» (заказчик) и ООО «УК Вест» (исполнитель) заключен договор аутсорсинга от 01.01.2018, сроком действия до 31.12.2020, согласно которому заказчик передает исполнителю непрофильные функций, в порядке и на условиях данного договора, перечень которых содержится в приложениях №№ : 1 – 7, а также оплачивает исполнителю вознаграждение в размере, установленном договором

Определением от 09.10.2020 суд истребовал у ООО «УК Вест» журнал регистрации приходных и расходных кассовых документов, а также сведения о том, как отражены операции с денежными документами в кассовой книге ООО «Пахта» за 2016 – 2019 годы в сумме 1 015 000 руб., выплаченных ФИО2

На требование суда ООО «УК Вест» пояснило, что журнал регистрации приходных и расходных кассовых документов ООО «Пахта» у него отсутствует, так как общество его никогда не передавало в адрес исполнителя; третье лицо также указало, что в электронной базе учета кассовых документов, которую ООО «УК Вест» вело в рамках оказания услуг по договору от 01.01.2018, имеются сведения о получении ФИО2 из кассы ООО «Пахта» денежных средств в общем размере 1 015 000 руб., в том числе: 27.09.2018 – 150 000 руб.; 05.10.2018 – 100 000 руб.; 09.10.2018 – 250 000 руб.; 07.12.2018 – 200 000 руб.; 24.01.2019 – 185 000 руб.; 16.05.2019 – 130 000 руб., с основанием: «Дивиденды наличными». Информация о получении ФИО2 из кассы ООО «Пахта» денежных средств вносилась ООО «УК Вест» в электронную базу на основании скан-копий расходных кассовых ордеров, предоставленных самим ФИО2

Между тем, согласно представленным в суд пояснениям третьих лиц, решения участниками ООО «Пахта» о выплате дивидендов не принимались; доказательств того факта, что все операции по расходным кассовым ордерам учтены в регистрах бухгалтерского учета, в том числе в кассовых книгах за 2018 – 2019 годы, в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств направления непосредственно

ответчиком спорных расходных кассовых ордеров для внесения в электронную базу общества.

Судами учтено, что расходные кассовые ордера являются приложением к кассовой книге, в связи с чем они не являются самостоятельными документами. ФИО9, как один из участников ООО «Пахта», не могла получить в обществе только представленные расходные кассовые ордера, так как при легитимном получении документов расходные кассовые ордера участник общества получает только в составе кассовой книги за соответствующий период времени. Следовательно, истец, располагая расходными кассовыми ордерами, принятыми к бухгалтерскому учету, должна располагать и всей кассовой книгой охватывающей, в том числе и период оформления расчетных документов (отражающей как расход, так и поступление денежных средств), которая бы подтвердила реальное существование спорных расходных кассовых ордеров в хозяйственной жизни общества, а также получение по ним денежных средств ответчиком.

На основании изложенного суды пришли к выводу о недоказанности истцом совокупности обстоятельств (неправомерное выбытие денежных средств общества), наличие которых необходимо для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Из судебных актов по делу № А51-8690/2020 и материалов настоящего обособленного спора апелляционный суд усматривает, что предметом оценки судов по указанному делу являлись те же обстоятельства, доводы, что и в настоящем споре. На возникновение иных обстоятельств ни заявитель, ни иные участвующие в деле лица при рассмотрении настоящего спора не сослались. Таким образом, выводы судов по делу № А51-8690/2020 в настоящем случае имеют преюдициальный характер (часть 2 статьи 16 АПК РФ), доказательства, доводы, опровергающие постановленные выводы, в материалы настоящего обособленного спора не представлены.

Таким образом, факт получения ответчиком денежных средств из кассы должника на сумму 1 015 000 руб. не является подтвержденным. Кроме того, коллегия учитывает, что в материалы дела не представлено надлежащих доказательств того, что в спорный период в кассе общества находили наличные денежные средств на указанную сумму.

Также коллегия, исходя из анализа настоящего обособленного спора и упомянутого выше дела, пришла к выводу о том, что предъявление настоящего требования осуществлено с целью разрешения корпоративного конфликта, а не защиты интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, что недопустимо, так как не отвечает целям и задачам банкротных процедур, приоритетом которых является защита прав и интересов внешних кредиторов.

С учетом указанного выше доводы апелляционной жалобы, в том числе со ссылкой на позицию ФИО3, занятую в настоящем споре, которая фактически направлена на пересмотр вступившего в законную силу решении суда по делу № А51-8680/2020, коллегией отклоняются как несостоятельные.

На основании изложенного коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделок недействительными в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4).

Проверяя наличие оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ, суд первой инстанции, приняв во внимание отсутствие

доказательств совершения спорных перечислений с противоправной целью, в обход закона, в ущерб правам и законным интересам третьих лиц, не усмотрел оснований для признания перечислений недействительным применительно к статьям 10, 168 ГК РФ. Надлежащих доказательств того, что стороны оспариваемой сделки действовали с единой незаконной целью, в том числе для предотвращения возможного обращения взыскания на имущество должника, суд не установил.

Между тем, исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304- ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, предоставленная возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом как ничтожную распространяется только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о действительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиций статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание данных статей Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку / сделку с предпочтением, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Исходя из заявления, с учетом доводов апелляционной жалобы, коллегия усматривает, что заявленные конкурсным управляющим основания недействительности охватываются диспозицей статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем апелляционный суд не усматривает оснований для квалификации сделок как ничтожных на основании статей 10 и 168 ГК РФ и проверяет оспариваемые сделки на предмет наличия признаков подозрительных сделок.

В связи с изложенным у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

В силу пункта 19 Постановления № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 19.04.2024 по делу

№ А51-4471/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий Т.В. Рева

Судьи М.Н. Гарбуз

К.А. Сухецкая