Постановление от 17 сентября 2025 г. по делу № А12-2910/2022

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. им ФИО1, зд. 30Б, помещ. 2; тел: (8452) 74-90-90, факс: <***>,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-2910/2022
г. Саратов
18 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «16» сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «18» сентября 2025 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Яремчук Е.В., судей Грабко О.В., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рыдановой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 14 июля 2025 года по делу № А12-2910/2022

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Развитие» ФИО3 о привлечении ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела № А12-2910/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Развитие» (403874, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании с использованием систем веб-конференции: представителя ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 26.06.2024, представителя конкурсного управляющего ООО «Развитие» - ФИО6 по доверенности от 01.02.2025,

УСТАНОВИЛ:

10.02.2022 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 2 по Волгоградской области о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Развитие».

Определением суда от 18.07.2022 (резолютивная часть оглашена 11.07.2022) в отношении ООО «Развитие» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7

Решением суда от 07.11.2022 ООО «Развитие» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

30.10.2023 в суд поступило заявление конкурсного управляющего, в котором просит привлечь ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Развитие»; приостановить производство по настоящему обособленному спору до определения размера субсидиарной ответственности.

Определением суда 17.01.2024 производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО4 приостановлено до вступления в законную силу судебных актов, принятых по результатам рассмотрения заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок по перечислению денежных средств ФИО8, ФИО4, об оспаривании договоров купли-продажи № 16 и № 17, заключенных с ФИО9

Определением от 10.02.2025 суд возобновил производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 14.07.2025 признано наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Развитие». Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Волгоградской области от 14.07.2025 отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Развитие» ФИО3 к ФИО2 отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанность наличия в действиях ответчика признаков противоправного поведения.

От конкурсного управляющего ООО «Развитие» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ФИО2 просил определение суда первой отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Развитие» в судебном заседании просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и

соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закон о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества (ограничен совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2023 № 306-ЭС20-15413(3) по делу № А57-12609/17).

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности организации разъяснен в пункте 16 постановления Пленума N 53, в силу которых под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать

такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15 и 22 постановления Пленума № 53.

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61. 11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

При этом конечная цель предъявления соответствующего требования, как и в случае с исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ, заключается в необходимости возместить причиненный вред.

Соответственно, требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности носят взаимозаменяемый и

взаимодополняемый характер, в связи с чем при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 ГК РФ) (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2023 № 16-КГ23-56-К4).

Полагая, что ФИО2, ФИО4 как контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ООО «Развитие» обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив, что ФИО2, ФИО4 допустили действия, причинившие существенный вред кредиторам должника, пришел к выводу о доказанности наличия оснований для применения презумпции, закрепленной в статье 61.11 Закона о банкротстве для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Развитие».

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, как основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в материалах дела доказательствах, оснований для переоценки которых апелляционный суд не усматривает.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с положениями подпункта 1 пункта 2 статьи Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Таким образом, подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве сформулирован в форме опровержимой правовой презумпции.

Презумпция всегда содержит два юридических факта: факт-основание (гипотеза нормы) и факт-предположение (диспозиция нормы). Если установлен факт-основание, считается подтвержденным и факт-предположение.

Следовательно, правовая презумпция - это закрепленный в норме права вероятный вывод о факте, который принимается судом без процедуры доказывания, если установлен связанный с ним факт-основание и отсутствует доказанное опровержение наличия иного факта. Бремя распределения обязанности по доказыванию при наличии презумпции состоит из четырех взаимосвязанных элементов (условий):

- презюмируемый факт входит в предмет доказывания по делу;

- сторона освобождается от доказывания презюмируемого факта, если доказан связанный с ним факт-основание;

- обязанность по доказыванию обратного - противоположного факта возлагается на другую сторону;

- презюмируемый факт принимается судом, если обязанность по доказыванию не выполнена вышеуказанной стороной, а суд, не ограничиваясь исследованием имеющимися в деле доказательствами, не смог опровергнуть презюмируемый факт.

В соответствии с правовой позицией, изложенной подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Судом установлено, что ФИО2 являлся руководителем и участником должника с 06.07.2017 по 07.11.2022.

Кроме того, судом установлена согласованность действий группы лиц, нацеленная на минимизацию налоговых обязательств и обналичивание денежных средств.

В обоснование доводов о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указал следующее:

- совершение сделок по безналичным платежам от имени должника в пользу ИП ФИО4 на общую сумму 9 017 000 руб., признанных недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что следует из постановления арбитражного суда апелляционной инстанции от 10.02.2025.

- совершение сделки купли-продажи погрузчика GEHL RT210 2013 года выпуска между ООО «Развитие» и ИП ФИО9, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что следует из постановления арбитражного суда апелляционной инстанции от 03.02.2025.

В результате совершения указанных сделок в 2021 году вред, причиненный ООО «Развитие» составил 13 653 000 руб. (9017000 + 2 381 000 + 2 255 000), при стоимости активов общества - 6 417 000 руб. согласно бухгалтерскому балансу за 2020 год.

Судом установлено, что согласно балансу общества за декабрь 2021 года стоимость основных средств составила 10 340 493,40 руб. В соответствии с расшифровкой строки 1150 баланса (основные средства) в состав основных средств включено имущество, находящееся в лизинге, стоимостью 10 196 074,20 руб.

Между тем, как верно указано судом первой инстанции, лизинговое имущество не подлежит отражению на балансе основных средств лизингополучателя.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, право собственности на лизинговое имущество сохраняется за лизингодателем на протяжении всего срока действия лизингового договора, что исключает возможность его учета в составе собственных основных средств лизингополучателя.

Согласно Положению по бухгалтерскому учету, «Учет основных средств» (ПБУ 6/01), для признания объекта в качестве основного средства необходимо наличие права собственности или права оперативного управления. В случае лизинга данные права отсутствуют.

Лизинговое имущество отражается на балансе лизингополучателя на отдельном забалансовом счете 001 «Арендованные основные средства» в оценке, указанной в договоре лизинга.

При финансовом лизинге, несмотря на переход рисков и выгод, связанных с использованием имущества, право собственности остается у лизингодателя до момента полной оплаты лизинговых платежей и исполнения всех обязательств по договору.

В бухгалтерской отчетности лизингополучателя данное имущество должно быть раскрыто в примечаниях к финансовой отчетности как предмет финансовой аренды (лизинга).

Кроме того, согласно пункту 6.1 договоров лизинга № АЛ 91108/03-21 ВЛГ от 09.06.2021, № АЛ 91108/04-21 ВЛГ от 25.06.2021, № АЛ 91108/05-21 ВЛГ от 25.06.2021 балансодержателем предметов лизинга является лизингодатель - АО ВТБ Лизинг.

С учетом изложенного, стоимость основных средств ООО «Развитие» за 2021 год фактически составила 144 419,20 руб.

Согласно письму ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ» под существенным вредом по аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» рекомендуется считать вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.

По правилам п.п. 1 пункта 1 Федерального закона «Об акционерных обществах», крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Таким образом, суд первой инстанции установив, что сделки между ООО «Развитие» и ИП ФИО4, ИП ФИО9 являясь убыточными, привели к существенному уменьшению имущества должника на общую сумму 13 653 000 руб., пришел к обоснованному выводу о доказанности наличия оснований для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Так, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 заявление конкурсного управляющего ООО «Развитие» ФИО3 удовлетворено. Признаны недействительными договор купли-продажи от 14.04.2021 № 17 погрузчика GEHL RT210, 2013 года выпуска, заводской номер GHLRT210E00020634, цвет желтый, заключенный между ООО «Развитие» и ИП ФИО9 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ИП ФИО9 в течение пяти дней с даты вступления настоящего судебного акта в законную силу возвратить в конкурсную массу ООО «Развитие» погрузчик GEHL RT210, 2013 года выпуска, заводской номер GHLRT210E00020634, цвет желтый.

Судом признан недействительным договор купли-продажи от 14.04.2021 № 16 мульчера Denis Cimaf DAF - 180D, 2018 года выпуска, заключенного между ООО «Развитие» и ИП ФИО9 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ИП ФИО9 в течение пяти дней с даты вступления настоящего судебного акта в законную силу возвратить в конкурсную массу ООО «Развитие» мульчер Denis Cimaf DAF - 180D, 2018 года выпуска. Восстановлено ИП ФИО9 право требования к ООО «Развитие» в сумме 700 000 руб. Суд взыскал с ИП ФИО9 неустойку за неисполненение судебного акта в следующем размере: - за непередачу либо несвоевременную передачу погрузчика GEHL RT210, 2013 года выпуска, заводской номер GHLRT210E00020634, цвет желтый - 1000 руб. в день, начиная со дня, следующего за днем истечения пяти дней с даты вступления настоящего судебного акта в законную силу до фактического его исполнения; - за непередачу либо несвоевременную передачу мульчера Denis Cimaf DAF - 180D, 2018 года выпуска - 1000 руб. в день, начиная со дня, следующего за днем истечения пяти дней с даты вступления настоящего судебного акта в законную силу до фактического его исполнения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 12.05.2025 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 по делу А12-2910/22 оставлено без изменения.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Руководителем и учредителем ООО «Развитие», заключившим в 2019-2021 годах сделки в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов с аффилированным контрагентом ИП ФИО4, повлекшие выбытие денежных средств должника в сумме 13 486 700,00 рублей, являлся ФИО2

Относительно субъекта ответственности ФИО4 судом установлено следующее.

ФИО4 является контролирующим должника лицом, который извлек существенную относительно масштабов деятельности должника выгоду в результате неравноценных сделок по аренде техники (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2025 по делу № А12-2910/22, судом признаны недействительными сделками безналичные платежи, совершенные ООО «Развитие» в пользу ИП ФИО4 в общем размере 9 017 000 руб., в том числе: за период с 12.05.2021 по 17.06.2021 по договору аренды от 06.08.2018 № 4 в размере 297 000 руб. по оплате арендных платежей за февраль, март, апрель 2021 года; за период с 01.04.2021 по 12.05.2021 по договору аренды трактора без экипажа от 29.03.2019 № 3 в размере 445 000 руб. по оплате арендных платежей за февраль, март, апрель 2021 года; за период с 12.05.2021 по 10.09.2021 по договору аренды техники от 30.04.2021 № 2021/04 в размере 8 275 000 руб. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ФИО4 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Развитие» денежные средства в размере 9 017 000 руб. Восстановлено ФИО4 право требования к ООО «Развитие» в размере 332 585,50 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.04.2025 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2025, оставлено без изменения.

Вступившими в законную силу судебными актами подтверждено, что должник совершил спорные платежи по многократно завышенной цене в пользу ФИО4 Действия лица, получающего арендную плату в размере, многократно выше рыночной, нельзя назвать осмотрительными. Явное (кратное) завышение встречного предоставления должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности осуществляемых платежей, а также презюмирует его осведомленность о высокой вероятности причинения вреда иным контрагентам должника соответствующими платежами.

В подтверждении недобросовестного поведения ФИО4 по извлечению выгоды свидетельствует следующее обстоятельство. После победы в конкурсе и подписания договора с ООО «Транснефть-Балтика» на расчистку трасс от растительности, ООО «Развитие» получило авансовые платежи в размере 17 324 000 руб. в период с 11 по 13.05.2021.

В мае 2021 года компания перечислила ИП ФИО4 более 8 000 000 руб. в качестве аванса за будущие периоды аренды техники. В этот же период ФИО4 начал активно закупать технику, которую сдал в аренду обществу.

Суммы арендных платежей за будущие периоды сопоставимы со стоимостью приобретения техники в собственность, что согласно выводам судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, свидетельствует о неравноценном встречном исполнении обязательств.

Судом установлено, что директор ФИО8 и ФИО4 взаимодействовали таким противоправным образом, которое привело к банкротству должника.

В рамках обособленного спора о признании сделки недействительной установлено, что с 10.10.2020 ФИО4 был назначен на должность заместителя генерального директора ООО «Развитие», проходил обучения по курсам повышения квалификации как сотрудник ООО «Развитие», участвовал в технических совещаниях с ООО «Транснефть- Балтика» от ООО «Развитие» как заместитель директора, указан в приказе о направлении персонала на выполнении работ от 21.04.2021, подписывал акт изъятия лизингового имущества ООО «Развитие» от 22.02.2022.

Исходя из изложенного, учитывая вовлеченность ФИО4 в деятельность должника, заключение договора аренды и последующее его исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, многократное превышение стоимости арендной платы относительно рыночной цены, свидетельствуют о том, что ФИО4 извлек выгоду из незаконного или недобросовестного поведения ФИО8 и не мог не знать о том, что спорные платежи в конечном итоге причинили существенный вред имущественным интересам должника и его кредиторам.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для привлечения ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве.

В тоже время, суд первой инстанции не нашел оснований для привлечения к ответственности ФИО2 по статье 61.12 Закона о банкротстве.

05.04.2021 между ООО «Транснефть-Балтика» и ООО «Развитие» был заключен договор № ТНБ-707/02/21 на расчистку трассы от растительности. 09.09.2021 заказчик направил уведомление об отказе от исполнения договора из-за существенных нарушений сроков. В уведомлении, в частности, содержалось требование о возврате неотработанного аванса в размере 15 905 366,65 руб. в течение 10 рабочих дней с момента получения уведомления. Уведомление было получено ООО «Развитие» 28.09.2021. Таким образом, последний день для возврата аванса - 12.11.2021. Поскольку стоимость основных средств ООО «Развитие» в указанный момент времени составляла 144 419 руб. согласно

бухгалтерскому балансу за 2021 год, общество отвечало признаками недостаточности имущества.

По утверждению конкурсного управляющего в срок до 13.11.2021 ФИО8 обязан был обратиться в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании ООО «Развитие» несостоятельным (банкротом).

Между тем, судом установлено, что на основании определения Арбитражного суда Волгоградской области от 26.09.2022 требования Банка «ВТБ» (ПАО) (далее также - Банк) установлены в реестре требований кредиторов в связи с исполнением в пользу ООО «Транснефть-Балтика» банковской гарантии в интересах Должника 13.01.2022 и 26.01.2022.

07.04.2021 между Должником и Банком заключена банковская гарантия № БГ/5521 -02202Г в целях исполнения обязательств Должника перед ООО «Транснефть-Балтика» по договору от 15.04.2021 № ТНБ-70/02/21.

В силу пункта 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства.

По смыслу пункта 1 статьи 157, статьи 314 и 368 ГК РФ начало срока действия гарантии определяется моментом совершения бенефициаром действий, относящихся к исполнению основного договора (п. 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии).

В случае, если бенефициар не совершит соответствующих действий в указанные сроки, применительно к положениям пункта 3 статьи 157 ГК РФ, гарантия вступает в силу в момент, когда они должны были быть совершены согласно условиям основного договора, а при отсутствии соответствующих условий в тексте основного договора - после истечения разумного срока.

Учитывая, что банковская (независимая) гарантия является акцессорным обязательством (способом обеспечения исполнения основного обязательства) и влечет возникновение для принципала обязательств о возмещении гаранту сумм, выплаченных в пользу бенефициара, с момента исполнения гарантом соответствующего обязательства, но при этом считается наступившей в момент начала исполнения основного договора, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанные обязательства не подлежат учету для определения размера ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно не установил наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в соответствии с статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит определению с учетом положений пункта 11 статьи Закона о банкротстве Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку конкурсным управляющим не завершены мероприятия по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами ООО «Развитие», суд первой инстанции правомерно приостановил производство по рассмотрению заявления

конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии в действиях ФИО2 признаков противоправного поведения отклоняются судом апелляционной инстанции как противоречащий материалам дела.

Довод апелляционной жалобы со ссылкой на Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2024, которым конкурсному управляющему отказано во взыскании с ФИО2 убытков, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции, в том числе при оспаривании сделок по безналичным платежам, указанный довод не имеет правового значения для рассмотрения судом по существу заявленных требований о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, на правильность выводов суда не влияет и направлен, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

При данных обстоятельствах, определение суда первой инстанции отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 14 июля 2025 года по делу № А12-2910/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья Е.В. Яремчук

Судьи О.В. Грабко

Д.С. Семикин