Постановление от 24 января 2023 г. по делу № А19-18806/2020

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-18806/2020
24 января 2023 года
город Иркутск




Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2023 года.


Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Барской А.Л.,

судей: Волковой И.А., Палащенко И.И.,

при участии в судебных заседаниях 21.12.2022: представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.10.2020, паспорт) и ФИО3 (паспорт); 18.01.2023: представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.10.2020, паспорт), ФИО3 (паспорт) и ее представителя ФИО4 (доверенность от 04.07.2022, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 01 апреля 2022 года по делу № А19-18806/2020 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2022 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП 317385000079130, ИНН <***>, далее – ФИО5, должник) конкурсный кредитор ФИО3 (далее – ФИО3) 16.03.2021 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительными трех договоров купли-продажи земельных участков и жилых домов от 16.11.2019 (далее – договоры купли-продажи от 16.11.2019), заключенных между должником и ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 01 апреля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2022 года, заявление ФИО3 удовлетворено.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права, просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 01 апреля 2022 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2022 года, принять новый судебный акт, которым отказать ФИО3 в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы выражает несогласие с выводами судов об отсутствии у ФИО1 финансовой возможности передать ФИО5 наличными денежные средства в сумме 9 690 000 рублей, поскольку таковые противоречат имеющимся в обособленном споре доказательствам; указывает на отсутствие доказательств аффилированности ФИО1 по отношению к должнику. Обращает внимание на неправильное толкование судами условий договора займа от 03.04.2017, представленного вместе с распиской в получении денежных средств в виде дубликатов; отмечает, что у сторон имелась возможность изготовления дубликатов указанных документов, а судам надлежало их принять в качестве доказательств. Полагает необоснованным отказ судов в привлечении к участию в обособленном споре ФИО6 (далее – ФИО6), поскольку вопрос подтверждения его платежеспособности имеет существенное значение при рассмотрении настоящего спора.

В своем отзыве ФИО3 возразила доводам кассационной жалобы ФИО1, просила отказать в ее удовлетворении и оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

13.01.2023 в суд округа поступили возражения ФИО1 на доводы, содержащиеся в отзыве ФИО3 на кассационную жалобу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

Определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21 декабря 2022 года рассмотрение кассационной жалобы отложено на 11 часов 45 минут 18 января 2023 года.

В настоящем судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, а ФИО3 и ее представитель возразили ему по доводам, изложенным в отзыве.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах, определенных статьей 286 этого же Кодекса.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Иркутской области и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, отзыве на нее и возражений на отзыв, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено при рассмотрении обособленного спора по существу и видно из его материалов, между ФИО1 (покупатель) и ФИО5 (продавец) 16.11.2019 заключено три договора купли-продажи земельных участков и жилых домов (в редакции дополнительных соглашений от 16.11.2019), по условиям которых продавец передал, а покупатель принял: земельный участок с кадастровым номером 38:36:000020:23686 и здание (жилой дом) с кадастровым номером 38:36:000020:23712 стоимостью 2 480 000 рублей, а также улучшения жилого дома в виде отделки (окна, ворота гаражные, отопление, электроснабжение) стоимостью 750 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером 38:36:000020:23685 и жилой дом с кадастровым номером 38:36:000020:23715 стоимостью 2 480 000 рублей, а также улучшения жилого дома в виде отделки стоимостью 750 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером: 38:36:000020:23687 и жилой дом с кадастровым номером: 38:36:000020:23717 стоимостью 2 480 000 рублей, и улучшения жилого дома в виде отделки стоимостью 750 000 рублей (далее – недвижимое имущество, дома и земельные участки).

Общая стоимость указанного имущества составила 9 690 000 рублей; пунктами 2.2 договоров купли-продажи от 16.11.2019 установлена оплата покупателем имущества наличными денежными средствами до подписания договоров (предварительная оплата); продавец гарантирует покупателю, что на момент заключения договоров имущество никому не продано, не подарено, не заложено, в споре, под арестом или запретом не состоит, рентой, арендой, наймом или какими-либо иными обязательствами не обременено, лиц, сохраняющих в соответствии с законодательством, в том числе в соответствии со статьей 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», право пользования имуществом после его приобретения покупателями не имеется (пункты 1.3 договоров купли-продажи от 16.11.2019).

Согласно распискам в получении денежных средств, ФИО1 во исполнение своих обязательств по договорам купли-продажи от 16.11.2019 передал ФИО5 денежные средства на общую сумму 9 690 000 рублей (по 2 480 000 рублей по каждому договору за земельные участки и жилые дома и по 750 000 рублей по каждому дополнительному соглашению к ним).

В рамках гражданского дела № 2-1910/2019 определением Октябрьского районного суда города Иркутска от 13 ноября 2019 года на указанные дома и земельные участки наложены обеспечительные меры в виде запрета на совершение регистрационных действий, направленных на отчуждение имущества.

Ввиду не передачи ФИО5 недвижимого имущества ФИО1 свободным от прав третьих лиц договоры купли-продажи от 16.11.2019 были расторгнуты путем заключения 29.11.2019 соглашений об их расторжении, согласно которым продавец возвращает покупателю денежные средства в сумме 9 690 000 рублей, полученные им по распискам.

Поскольку обязательства по возврату предварительной оплаты по договорам купли-продажи от 16.11.2019 ФИО5 не исполнялись, решением Шелеховского городского суда Иркутской области от 22 июня 2020 года по гражданскому делу № 2-407/2020 с должника в пользу ФИО1 взыскано 9 690 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 30 октября 2020 года по делу № А19-18806/2020 заявление ФИО1 о признании ФИО5 банкротом принято к производству, возбуждено производство по делу; определением этого же суда от 20 февраля 2021 года заявление о признании ФИО5 банкротом признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, требование ФИО1 в размере 9 690 000 рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

Ссылаясь на то, что ФИО1 и ФИО5 изначально не имели намерения исполнять сделки купли-продажи, а преследовали целью создание фиктивного долга, подтвержденного решением суда общей юрисдикции, с целью инициирования процедуры контролируемого банкротства, что является злоупотреблением правом, конкурсный кредитор ФИО3 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В качестве правового основания для признания сделок недействительными ФИО3 сослалась на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявление ФИО3, суд первой инстанции руководствовался статьями 10, 166 - 168, 170, 549 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьями 61.1, 61.2, 213.11 Закона о банкротстве, пришел к выводу о доказанности совокупности оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания оспариваемых подозрительных сделок купли-продажи недействительными; о мнимости договоров купли-продажи, подписанных с целью формирования формального пакета документов для дальнейшего инициирования процедуры контролируемого банкротства ФИО5 через дружественного кредитора ФИО1

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Поскольку производство по делу о банкротстве ФИО5 возбуждено Арбитражным судом Иркутской области 30.10.2020, то для оспаривания сделок, совершенных 16.11.2019, применяется пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 этого Закона.

Согласно выработанной судебной практикой позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Судами установлено, что оспариваемые договоры купли-продажи подписаны 16.11.2019, то есть спустя три дня после принятия обеспечительных мер в рамках гражданского дела № 2-1910/2019, о чем достоверно было известно должнику и должно было быть известно ФИО1, действуя тот добросовестно и разумно (в частности путем получения выписки из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) до заключения сделок), что свидетельствует об осведомленности сторон об изначальной невозможности передачи права собственности на недвижимое имущество и указывает о совершении сделок на условиях, отличающихся от обычно совершаемых независимыми участниками гражданского оборота.

Непосредственно перед подачей искового заявления в Шелеховский городской суд, ФИО5 сменил регистрацию места жительства на город Шелехов, а вскоре после вынесения судебного решения в пользу ФИО1 вновь зарегистрировался по месту своего фактического проживания в городе Иркутске.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09 ноября 2021 года № 305-ЭС21-9462(1,2) по делу № А40-267855/2018, в силу особенностей обращения наличных денежных средств достоверная верификация факта совершения операции по оплате по договору зачастую затруднительна, что может повлечь возникновение у недобросовестных лиц желания сфальсифицировать соответствующие документы.

По этой причине судебной практикой по делам о банкротстве выработаны критерии, позволяющие устранить сомнения в факте совершения платежа (в частности, пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). В этих целях судом может быть выяснено финансовое состояние плательщика (позволяло ли оно передать должнику сумму в заявленном размере), проведена экспертиза подлинности и давности подтверждающего платеж документа и т.д. Суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят пролить свет на спорные обстоятельства, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности операции и принять обоснованное решение.

Судами первой и апелляционной инстанций в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследованы и оценены пояснения ответчика и представленные им документы, на основании которых сделаны выводы о том, что финансовое положение ФИО1 не позволяло ему передать должнику наличные денежные средства в сумме 9 690 000 рублей.

Так, за 2019 год затраты ФИО1 на приобретение недвижимости составили 4 020 000 рублей, тогда как от продажи имущества им получено 4 100 000 рублей, то есть чистая прибыль составила 80 000 рублей, при этом стоимость неотделимых улучшений по дополнительным соглашениям в суммах 1 380 000 рублей и 1 550 000 рублей не учитывает затраты на приобретение строительных материалов и оплату проведения отделочных работ; выплата ФИО1 заработной платы в сумме 2 990 000 рублей обществом с ограниченной ответственностью «ТПК Сервис» поставлена под сомнение, поскольку доход названного хозяйственного общества, чьим генеральным директором и единственным учредителем является ответчик, за 2019 год составил 175 000 рублей; доводы ответчика о неоднократном привлечении им денежных средств в рамках ведения своей деятельности не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами.

Как установлено в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу вышеуказанной нормы материального права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности, правоотношения между сторонами в рамках такой сделки фактически не возникают. Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение заключить соответствующую сделку с целью создать желаемые правовые последствия и реально исполнить эти намерения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) указано, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, входящие в предмет исследования при проверке обоснованности заявления ФИО3 и представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суды первой и апелляционной инстанций, установив заинтересованность сторон договоров купли-продажи от 16.11.2019, исходя из фактических обстоятельств подписания таковых при наличии обременений недвижимого имущества (вопреки содержащимся заверениям об обратном), смены должником адреса регистрации места жительства непосредственно до подачи ФИО1 иска в суд общей юрисдикции, а после вынесения судебного акта – регистрации по месту своего фактического проживания в городе Иркутске, и отсутствия доказательств финансовой возможности ФИО1 передать должнику денежные средства наличными в предусмотренном договорами размере, на основании чего пришли к выводу о том, что, совершая указанные безвозмездные сделки, их стороны не имели намерения придать им соответствующие правовые последствия, а лишь преследовали целью создание фиктивной задолженности для последующего инициирования производства по делу о банкротстве, подконтрольного дружественному кредитору – ФИО1, с целью причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов ФИО5, на основании чего признали договоры купли-продажи от 16.11.2019 недействительными как по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного кредитора о признании недействительными договоров купли-продажи от 16.11.2019 учитывают обстоятельства обособленного спора, установленные при его рассмотрении, представляются суду округа правильными и не опровергнутыми доводами кассационной жалобы.

Указание заявителя о необоснованном непривлечении судом первой инстанции к участию в споре ФИО6 в качестве третьего лица подлежит отклонению, поскольку правоотношения ответчика и данного лица не входили в предмет исследования в рамках настоящего обособленного спора. Кроме того, суды не сделали каких-либо выводов о правах и обязанностях указанного лица, что исключает необходимость его привлечения к участию в споре (часть 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При вынесении судебного акта, суд первой инстанции руководствовался нормой части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. В соответствии с частью 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В соответствии с частью 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

Таким образом, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает такой формы письменного доказательства обстоятельств, имеющих значение для рассматриваемого дела, как дубликат документа. Стороны обязаны направлять в суд либо заверенные копии документов (порядок изготовления которых предполагает наличие оригинала документа у стороны) либо оригиналы (подлинники, первоначальные документы).

Представленные ответчиком документы (договор займа от 03.04.2017 и расписка в получении денежных средств) являются вновь созданными документами, датированными 09.02.2022, на основании чего они обоснованно не приняты в качестве документов, подтверждающих финансовую возможность ФИО1 передать ФИО5 денежные средства по оспоренным сделкам.

Доводы, приведенные заявителем в кассационной жалобе, в том числе относительно доказательственного значения представленных ФИО1 документов, выводы судов не опровергают и по существу направлены на переоценку доказательств и установленных судами обстоятельств настоящего обособленного спора, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами судебных инстанций, основанными на установленных фактических обстоятельствах обособленного спора и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Неправильного применения норм материального и процессуального права, несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный судВосточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чемна основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 01 апреля 2022 года по делу № А19-18806/2020 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Судьи


А.Л. Барская


И.А. Волкова


И.И. Палащенко