Решение от 13 октября 2023 г. по делу № А40-143485/2023

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-143485/23-48-1210
13 октября 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 12 октября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 13 октября 2023 года


Арбитражный суд в составе:

Председательствующего: судьи Бурмакова И.Ю. /единолично/,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

истец: АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "РОСКАРТОГРАФИЯ" (109316, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.10.2012, ИНН: <***>)

ответчик: ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ, КАДАСТРА И КАРТОГРАФИИ (109028, Г МОСКВА, ВОРОНЦОВО ПОЛЕ УЛ, Д. 4, СТР. 1А, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 06.12.2004, ИНН: <***>)

третье лицо: ПУБЛИЧНО-ПРАВОВАЯ КОМПАНИЯ "РОСКАДАСТР" (107078, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ КРАСНОСЕЛЬСКИЙ, ОРЛИКОВ ПЕР., Д. 10, СТР. 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 31.10.2022, ИНН: <***>) – привлечено протокольным определением от 31.08.2023 года,

истец просит суд признать пункт 4 соглашения о расторжении государственного контракта от 28.12.2021 недействительным; взыскать с Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в пользу АО «Роскартография» убытки в размере 13 013 808,33 руб.

при участии согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен об изложенном выше.

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «РОСКАРТОГРАФИЯ» (далее также Исполнитель, истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИТРАЦИИ, КАДАСТРА И КАРТОГРАФИИ (РОСРЕЕСТРУ) (далее также Заказчик, ответчик) о признании недействительным пункта 4 Соглашения от 28.12.2021 о расторжении государственного контракта от 31.05.2021 № 321/0018-19-21 на выполнение работ по созданию цифровых ортофотопланов масштабов 1:2 000 и 1:10 000 для включения в состав единой электронной картографической основы (Объект 2) (далее – Соглашение, Контракт) и взыскании убытков (реального ущерба и упущенной выгоды) в размере 13 013 808,33 рублей.

Истец обосновывает свои требования тем, что решением приемочной комиссии Росреестра (протокол комиссии от 21.12.2021 № 39), на основании экспертного заключения третьего лица от 21.12.2021, отказано в приемке результатов работ по этапу № 3 Контракта, представленных сопроводительным письмом от 07.12.2021 № РК-07737. Комиссией составлен акт № 1 от 21.12.2021 о ненадлежащем исполнении обязательств, согласно которому были выявлены недостатки в отношении продукции масштаба 1:10 000. Общий объем созданных из космических снимков неудовлетворительного качества цифровых ортофотопланов (далее - ЦОФП) не отвечающих требованиям Технического задания к Контракту составил 10 411,05 кв.м. в ГСК -2011 и на соответствующую площадь в МСК-субъекта.

Из них: по Вологодской области 7 509,46 кв.м. поскольку 40 снимков KA «Jilin-1 KF01A» из 51 не удовлетворяют требованиям Технического задания по линейному разрешению на местности; по Костромской области 1 680,88 кв.м. поскольку 17 снимков KA «Jilin-1 KF01A» из 23 не удовлетворяют требованиям Технического задания по линейному разрешению на местности; по Ярославской области 1 220,71 кв.м. поскольку 9 снимков KA «Jilin-1 KF01A» из 15 не удовлетворяют требованиям Технического задания по линейному разрешению на местности.

Результаты работ по этапу № 3 в соответствии с пунктом 5.8. Контракта были возвращены Заказчиком на доработку. Повторно, указанные результаты представлены Исполнителем сопроводительным письмом от 23.12.2021 № РК-08041. По итогам их рассмотрения приемочной комиссией (протокол комиссии от 23.12.2021 № 40) установлено, что истец выполнил работы по созданию ЦОФП на 10 411,05 кв.м. меньше, чем было предусмотрено Контрактом. Комиссия, основываясь, в том числе на письме АО «Роскартография» от 22.12.2021 № РК-0801 с инициативой завершения Контракта в фактически выполненных объемах, решила результаты работ по этапу № 3 Контракта принять в фактически выполненных объемах с применением штрафных санкций, расторгнуть Контракт по соглашению сторон.

28.12.2021 между истцом и ответчиком заключено Соглашение о расторжении Контракта на условиях оплаты фактически выполненных работ в размере 459 720 450 рублей и отсутствии взаимных претензий по невыполненным работам и оплате выполненных работ (пункт 4 Соглашения). При этом в связи с просрочкой и ненадлежащим исполнением обязательств, истец добровольно оплатил ответчику неустойку - пеню в размере 210 374,68 рублей и штраф в размере 1 856 247,20 рублей в соответствии с пунктами 8.8 – 8.10 Контракта платежными поручениями от 24.12.2021 №№ 3725, 3726.

В связи с отказом Заказчика в приемке вышеуказанного объема ЦОФП, для изготовления которых космические снимки закупались истцом у АО «НПК «Ракурс Проекты» по договору от 25.11.2021 № 17706560536210000300/242/05-21 (далее – Договор поставки), признанные приемочной комиссией Заказчика несоответствующими Техническому заданию Контракта, истец обратился в суд с требованиями о взыскании с поставщика уплаченной за них суммы 6 589 630,73 рублей. Однако решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2023 по делу № А40-67624/22 в удовлетворении требований отказано, поскольку по результатам проведенной ФГБУ ВО «Сибирский государственный университет геосистем и технологий» экспертизы по данному делу, поставленные АО «НПК «Ракурс Проекты» космические снимки соответствовали требованиям Договора поставки и технического задания к нему.

Истец приводит доводы о том, что установленное Арбитражным судом г. Москвы по делу № А40-67624/22 обстоятельство соответствия космических снимков Договору поставки, имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела согласно части 2 статьи 69 АПК РФ.

Истец, считает, что в связи с вышеуказанными обстоятельствами при подписании Соглашения он находился под влиянием заблуждения относительно качества товара, поскольку не мог предположить, что в дальнейшем решением суда будет установлен факт поставки космических снимков соответствующих Договору поставки, поэтому пункт 4 Соглашения об отсутствии взаимных претензий по невыполненным работам и оплате выполненных работ, на основании подпункта 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ (сделка совершенная под влиянием заблуждения), по его мнению, является недействительным.

В этой связи истцом заявлены убытки в размере 13 013 808,33 рублей, реальный ущерб в размере 7 557 980,82 рублей (5 491 358,94 рублей, уплаченных по Договору поставки за вычетом НДС 20%; пеня в размере 210 374,68 рублей; штраф в размере 1 856 247,20 рублей) и упущенная выгода в размере 5 455 827,51 рублей (доход который бы получил истец за вычетом НДС 20%).

Истец доводы поддержал.

Ответчик и третье лицо возражал по основаниям, изложенным в отзывах, ссылаясь на необоснованность требований.

Исследовав материалы дела, суд установил, что исковые требования не подлежат удовлетворению, так как признает обоснованными указанные ниже доводы ответчика и 3-го лица.

Истец, заявляя требование о признании недействительным пункта 4 Соглашения, ссылается на статью 178 ГК РФ согласно которой сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной.

Вместе с тем, согласно статье 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом пункт 4 Соглашения которым установлено, что Стороны подтверждают, что каких-либо претензий по невыполненным работам, а также по оплате выполненных работ, друг к другу не имеют, не может являться сделкой по смыслу статьи 153 ГК РФ, поскольку его содержание не направлено на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, определяя лишь факультативные условия Соглашения.

Волеизъявление же Сторон Контракта о прекращении гражданских прав и обязанностей определено пунктом 1 Соглашения в котором указано, что в соответствии с частью 8 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), на основании статьи 450 части 1 ГК РФ, в соответствии с пунктом 7.2 Контракта Стороны расторгают Контракт по взаимному соглашению Сторон.

Таким образом, при данных обстоятельствах, положения статьи 178 ГК РФ, не применимы.

Также согласно пункту 3 статьи 407 ГК РФ, стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

В случае расторжения договора обязательства считаются прекращенными с момента заключения соглашения сторон о расторжении договора, если иное не вытекает из этого соглашения или характера изменения договора (пункт 3 статьи 453 ГК РФ)

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление № 16).

Из разъяснений, приведенных в пунктах 1 и 4 Постановления № 16, следует, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 ГК РФ.

Воспользовавшись названным правом, 28.12.2021 АО «Роскартография» и Росреестр заключили соглашение о расторжении Контракта, в котором указали, что стоимость Контракта составляет 475 337 020 рублей (пункт 2), стоимость фактически выполненных в соответствии с Техническим заданием, надлежащим образом оформленных и сданных Исполнителем работ по Контракту составляет 459 720 450 рублей (пункт 3).

В соответствии с Актом от 24.12.2023 № 3 сдачи-приемки выполненных работ по Контракту, общая сумма перечисленных платежей составила 289 712 300 рублей, следует к перечислению 170 008 150 рублей. В связи с чем, оставшаяся стоимость фактически выполненных работ в размере 170 008 150 рублей перечислена Заказчиком Исполнителю платежным поручением от 27.12.2021 № 887305.

Также в данном Соглашении стороны указали, что настоящим Соглашением Стороны подтверждают, что каких-либо претензий по невыполненным работам, а также по оплате выполненных работ, друг к другу не имеют (пункт 4), настоящее Соглашение вступает в силу с даты его подписания и является неотъемлемой частью Контракта (пункт 5), обязательства Сторон по Контракту считаются прекращенными и Контракт считается расторгнутым с даты подписания настоящего соглашения (пункт 6).

Данное Соглашение вступило в силу 28.12.2021, Сторонами не расторгнуто и не признано недействительным в установленном законом порядке, доказательств, свидетельствующих о его ничтожности, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку взаимные обязательства сторон по Контракту прекращены Соглашением о его расторжении, основания для взыскания с Росреестра заявленной АО «Роскартография» суммы убытков, отсутствуют.

Приведенные доводы подтверждаются имеющейся судебной практикой, например, Определением Верховного Суда РФ от 08.02.2022 № 308-ЭС21-27947 по делу № А32-53997/2019, Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.11.2021 № Ф08-10879/2021 по тому же делу № А32-53997/2019, аналогичный подход изложен в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.10.2018 по делу № 310-ЭС17-15675, А84-1117/2016.

Также об отсутствии оснований для удовлетворения требований о признании Соглашения в части пункта 4 недействительным и применении последствий его недействительности в виде взыскания 13 013 808,33 рублей реального ущерба и упущенной выгоды свидетельствует то, что истцом не доказано, что спорное условие было каким-либо образом навязано АО «Роскартография» Росреестром. Сумма фактически выполненных работ установлена сторонами совместно. Аналогичную позицию выразил Верховный Суд РФ, например, в своем определении от 27.12.2021 № 303-ЭС21-24298 по делу № А59-7620/2019.

В связи с чем, доводы истца о признании недействительным пункта 4 Соглашения как сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения со ссылкой на статью 178 ГК РФ, которая, по его мнению, привела к указанным им последствиям в виде заявленных убытков, несостоятельны.

Так, согласно пунктам 3 и 5 Обзора практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ, утвержденного информационным письмом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162, заблуждение относительно правовых последствий сделки не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 ГК РФ. Кроме того, суд отказывает в признании сделки недействительной по статье 178 ГК РФ, если истец не проявил должной осмотрительности при совершении спорной сделки.

Между тем, обстоятельства, свидетельствующие о том, что АО «Роскартография», являясь профессиональным участником предпринимательской деятельности в указанной сфере, инициировав письмом от 22.12.2021 № РК-08013 рассмотрение возможности прекращения Контракта в фактически выполненных (неполных) объемах на основании подписания соглашения о его расторжении, при подписании Соглашения от 28.12.2021 находилось под влиянием существенного заблуждения - из материалов дела не следуют.

Из условий Соглашения также не усматривается, что Стороны или одна из Сторон Контракта обязались возместить какой-либо ущерб.

Как указано выше, пунктами 4 и 6 Соглашения Стороны действуя своей волей и в своем интересе подтвердили, что каких-либо претензий по невыполненным работам, а также по оплате выполненных работ, друг к другу не имеют, а обязательства Сторон по Контракту считаются прекращенными и Контракт считается расторгнутым с даты подписания Соглашения.

Доказательства того, что истец АО «Роскартография» было ограничено в возможности повлиять на содержание Соглашения от 28.12.2021 либо наличия у Сторон рассматриваемого Соглашения пороков воли, в материалах дела отсутствуют.

Приведенные доводы подтверждаются имеющейся судебной практикой, например, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.11.2022 № Ф03-4702/2022 по делу № А73-19534/2021.

Также истцом не раскрыта правовая природа заявленных убытков в размере 13 013 808,33 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности приведенных условий ответственности, однако такие доказательства суду не представлены.

В данном случае из заключенного сторонами 28.12.2021 Соглашения о расторжении Контракта не следует, что оно было совершено в связи с существенным нарушением Заказчиком его условий. Доказательства вины Заказчика в расторжении Контракта не представлено.

Материалами дела также не подтвержден факт совершения ответчиком противоправных и виновных действий, состоящих в прямой причинно-следственной связи с расходами, понесенными АО «Роскартография». При этом подписанное сторонами Соглашение от 28.12.2021 о расторжении Контракта не содержит каких-либо условий, позволяющих истцу как Стороне по Контракту предъявить ответчику иск о взыскании убытков, причиненных расторжением Контракта, основанный на существенном нарушении Заказчиком условий Контракта.

Стороны подписали Соглашение после того, как на основании Акта от 24.12.2023 № 3 сдачи-приемки выполненных работ произведена оплата стоимости фактически выполненных работ, указанных в пункте 3 Соглашения (459 720 450 рублей) последним платежным поручением от 27.12.2021 № 887305 на сумму 170 008 150 рублей, без каких-либо замечаний.

Таким образом, исходя из условий Соглашения о расторжении Контракта, а также положений действующего законодательства следует, что обязательства по Контракту Сторонами были исполнены, поскольку имущественные последствия расторжения Контракта в виде отсутствия задолженности и отсутствия указания каких-либо претензий друг у другу Сторонами были урегулированы, Соглашение о расторжении Контракта не было оспорено и не было признано недействительным.

Поэтому заявленные истцом как убытки денежные средства, уплаченные им АО «НПК «Ракурс Проекты» в размере 6 589 630,73 (без НДС 5 491 358,94) рублей по договору поставки от 25.11.2021, а также добровольно уплаченная истцом неустойка - пеня в размере 210 374,68 рублей и штраф в размере 1 856 247,20 рублей, по своей правовой природе не могут быть отнесены к убыткам, а являются расходами по Контракту, а также установленной Контрактом ответственностью истца и в силу пункта 1 статьи 2 ГК РФ относятся к предпринимательскому риску.

В то же время оснований считать эту сумму неосновательным обогащением также не имеется, учитывая, что истцом не был доказан факт сбережения имущества ответчиком. Кроме того, согласно пункту 4.2 Контракта, в цену Контракта включены все расходы, связанные с выполнением исполнителем всех обязательств по Контракту, в том числе на уплату налогов и других обязательных платежей в соответствии с законодательством Российской Федерации. Помимо этого, истцом также не представлены доказательства, подтверждающие, что стоимость поставленного товара в сумме 6 589 630,73 (без НДС 5 491 358,94) рублей уже не вошла в перечисленный платежным поручением от 10.06.2021 № 710146 аванс в размере 237 668 510 рублей (50% стоимости Контракта) и оплаченные ответчиком платежными поручениями от 06.12.2021 № 711109, от 20.12.2021 № 807269, от 27.12.2021 № 887305 работы. Истцом не были представлены доказательства выполнения работ до срока окончания их выполнения и до расторжения Контракта.

Таким образом, истцом не доказан факт выполнения спорных работ и, следовательно, требования истца нельзя признать обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Приведенные доводы подтверждаются имеющейся судебной практикой, например, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.07.2020 № Ф05-10648/2020 по делу № А41-74235/2019, Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.08.2019 № Ф07-8197/2019 по делу № А56-98629/2017.

Вместе с тем, взыскание с Заказчика по Контракту упущенной выгоды в размере 5 455 827,51 рублей, противоречит действующему законодательству в сфере государственных закупок.

Спорные правоотношения регулируются положениями Закона № 44-ФЗ.

Согласно части 23 статьи 95 Закона № 44-ФЗ при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны от его исполнения другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 24.12.2020 № 2990-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «ГлавИнвестСтрой» на нарушение его конституционных прав частью 23 статьи 95 Закона № 44-ФЗ также разъяснил, что приведенная норма сама по себе направлена - исходя из особенностей регулируемых отношений - на обеспечение эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, участия физических и юридических лиц в осуществлении закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд на условиях добросовестной конкуренции и предотвращение злоупотреблений в этой сфере.

Рассматриваемая в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 400 ГК РФ, предусматривающим, что по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность), данная норма с учетом вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа свободы договора, включая свободу вступления в договорные отношения, не может расцениваться как нарушающая в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в процессе рассмотрения дела которого судом установлена невозможность исполнения государственного контракта в полном объеме каждой из сторон.

Таким образом, поскольку на законодательном уровне ответственность субъекта - государственного заказчика ограничена возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю контракта, оснований для удовлетворения иска о взыскании упущенной выгоды (недополученного дохода) не имеется.

Приведенные доводы подтверждаются имеющейся судебной практикой, например, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.11.2021 № Ф08-11375/2021 по делу № А22-2243/2020.

В части доводов истца относительно преюдициальности экспертного заключения по делу № А40-67624/22 о соответствии космических снимков требованиям Договора поставки от 25.11.2021, заключенного с АО «НПК «Ракурс Проекты» суд приходит к следующему.

Статья 82 АПК РФ предусматривает возможность проведения экспертизы для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

По смыслу части 1 статьи 64 АПК РФ, экспертиза является одним из доказательств, которые могут быть получены в рамках рассмотрения дела. При этом, как и любое доказательство, оно подлежит оценке с позиции допустимости и достоверности, а в совокупности с другими доказательствами - достаточности (статья 71 АПК РФ).

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 названного Кодекса

Пунктом 13 указанного Постановления установлено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

В связи с чем, заключение эксперта по делу А40-67624/22 не может являться относимым и допустимым доказательством по настоящему делу, поскольку в рамках указанного заключения экспертом исследовались вопросы соответствия представленных истцу АО «НПК «Ракурс Проекты» космических снимков условиям вышеуказанного Договора поставки и Технического задания к нему, но не условиям настоящего Контракта, заключенного между Росреестром и АО «Роскартография», предметом которого является выполнение работ по созданию цифровых ортофотопланов (далее – ЦОФП) масштабов 1 : 2 000 и 1 : 10 000 для включения в состав единой электронной картографической основы. Что противоречит положениям статьи 82 АПК РФ и пункту 13 вышеуказанного Постановления, предусматривающим назначение экспертизы по конкретному делу, где определяется предмет исследования и порядок ее проведения (привлечение экспертов, определение круга вопросов, дача объяснений эксперту, ознакомление с заключением эксперта).

В данном случае результатом исполнения обязательств по Контракту является созданный продукт в виде ЦОФП, а результатом Договора поставки - космические снимки, что не одно и тоже, поскольку ЦОФП создаются, в том числе на основе этих снимков и оценку их пригодности (соответствия) либо непригодности (несоответствия) в отрыве от исследования в целом содержания работ, предусмотренных Контрактом и Техническим заданием к нему по созданию ЦОФП, нельзя признать обоснованной.

Также установлено, что требования к космическим снимкам в пункте 3.5.2 Технического задания к Контракту и пункте 4 Технического задания к Договору поставки не идентичны, даже исходя из названия этих пунктов: по Контракту «Основные требования к материалам космической съемки»; по Договору поставки «Требования к поставке ДЗЗ, к параметрам съемки и качеству материалов».

Не совпадают объем, последовательность изложения и терминология этих требований в вышеуказанных Технических заданиях, в частности:

- в Контракте таких требований, с учетом коплектности поставки, - 11, в Договоре поставки – 18 (в Контракте, например, отсутствуют такие требования как обязательность выполнения паншарпенинга, радиометрическое разрешение);

- в Контракте перечень требований начинается с актуальности космической съемки, спектрального состава космоснимков и т. д., в Договоре поставки с линейного разрешения на местности, радиометрического разрешения и т.д.;

- также в части терминологии, например, в Контракте требование звучит «размер пикселя на местности не хуже 0,5м», в Договоре поставки «Линейное разрешение на местности (детальность) не хуже 0,5м», в Контракте требование звучит «спектральный состав космических снимков – мультиспектральный – RGB», в Договоре поставки «уровень обработки – снимки в естественных цветах (RGB).

При таких обстоятельствах приведенные истцом доводы об имеющемся экспертном заключении, подготовленном в рамках другого гражданского дела с иным предметом исследования, не может подпадать под действие части 2 статьи 69 АПК РФ как обстоятельство, не подлежащее доказыванию вновь.

Оценивая данное заключение в качестве иного доказательства, суд принимая во внимание вышеуказанные расхождения в требованиях Технического задания к Контракту и Договору поставки к космическим снимкам, не может признать его допустимым и достоверным, а в совокупности с другими доказательствами – достаточным для удовлетворения заявленных истцом требований.

Таким образом, приведенные в исковом заявлении доводы истца не могут являться основанием для признания пункта 4 Соглашения недействительным и взыскания заявленной суммы убытков (реального ущерба и упущенной выгоды). Поскольку в рамках настоящего дела обстоятельство того, что работа по этапу № 3 Контракта выполнена надлежащим образом (в полном объеме), истцом не доказано.

Согласно пункту 1 статьи 711 ГК РФ заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В силу статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода (пункт 1). Если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования (пункт 2).

По смыслу статьи 721 ГК РФ, Заказчик, заключая договор подряда, вправе рассчитывать на получение определенного условиями договора результата работ, который имеет для Заказчика потребительскую ценность, что предполагает соответствие между ожидаемым и полученным результатом.

Согласно статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, и односторонний отказ от исполнения обязательства, а также одностороннее изменение условий обязательства, недопустимо.

Вместе с тем, в нарушение вышеуказанных пунктов Контракта и Технического задания, норм ГК РФ обязательства, предусмотренные Контрактом, АО «Роскартография» не исполнены. Работы по этапу № 3 в объеме, предусмотренном Контрактом не выполнены, в связи с чем, ожидаемые результаты, предусмотренные пунктом 7.1 Технического задания (создание ЦОФП надлежащего качества), не получены.

Приемка и оплата работ с отступлениями, ухудшившими их результат противоречат требованиям к выполнению работ и ожидаемым результатам Росреестра, предусмотренным Контрактом и Техническим заданием, также нарушили бы требования пункта 1 части 13 статьи 34 Закона № 44-ФЗ о порядке приемки выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги в части соответствия их количества, комплектности, объема требованиям установленным контрактом, а также статьи 12 Закона № 44-ФЗ устанавливающей положения о том, что государственные орган при осуществлении закупок должны исходить из необходимости достижения заданных результатов обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, обстоятельства правомерности оплаты за фактически выполненные АО «Роскартография» работы по этапу № 3 Контракта, подтверждены вышеприведенными доводами и доказательствами и правовые основания для взыскания заявленных истцом убытков отсутствуют.

Данная позиция подтверждается имеющейся судебной практикой, например, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.03.2019 № Ф05-3340/2019 по делу № А41-57712/2018, а также Определением Верховного Суда РФ от 24.06.2019 № 305-ЭС19-8578 по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, поскольку в судебном заседании не установлен факт нарушения ответчиком своих обязательств по Контракту, требования истца о признании недействительным пункта 4 Соглашения и взыскании с ответчика убытков (реального ущерба и упущенной выгоды) в размере 13 013 808,33 рублей, являются необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Доводы истца, изложенные в иске не обоснованы, документально не опровергают доводов ответчика.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Госпошлина и иные судебные издержки, понесенные истцом, относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 4, 65, 110, 111, 123, 124, 156, 167-171 АПК РФ,



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.


Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятый арбитражный апелляционный суд.


СУДЬЯ Бурмаков И. Ю.