Постановление от 1 февраля 2022 г. по делу № А73-19851/2019

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-6827/2021
01 февраля 2022 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2022 года. Полный текст постановления изготовлен 01 февраля 2022 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей Гричановской Е.В., Пичининой И.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

лица, участвующие в деле, не явились

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение от 14.10.2021

по делу №А73-19851/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройНефтеГазМонтаж» ФИО3

к индивидуальному предпринимателю ФИО4

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «СтройНефтеГазМонтаж» несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 11.10.2019 принято к производству заявление ФИО5 о признании общества с ограниченной ответственностью «СтройНефтеГазМонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «СтройНефтеГазМонтаж», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.11.2019 в отношении ООО «СтройНефтеГазМонтаж» введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО6 (далее – ФИО6).

Решением суда от 10.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6

Определением суда от 01.06.2020 конкурсным управляющим ООО «СтройНефтеГазМонтаж» утверждена ФИО6

Определением суда от 19.11.2020 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

В рамках дела о признании должника несостоятельным (банкротом) исполняющий обязанности конкурсного управляющего 16.04.2020 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление должником индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ИНН <***>, далее - предприниматель ФИО4) денежных средств в размере 1 372 000руб. и применении последствий недействительности сделки.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2 (далее - ФИО2) и ФИО2.

Определением суда от 01.10.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 25.01.2021, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением суда кассационной инстанции от 09.04.2021 определение суда первой инстанции от 01.10.2020 и постановление суда апелляционной инстанции от 25.01.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением суда от 14.10.2021 заявление удовлетворено: признаны недействительными группа сделок: платежи, совершенные ООО «СтройНефтеГазМонтаж» 22.01.2018 (3 платежа) и 07.02.2018 (1 платеж) в пользу ФИО4 на общую сумму 1 372 000 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с последнего в пользу должника денежных средств в указанном размере.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда от 14.10.2020 отменить, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что вся необходимая документация по настоящему спору была передана конкурсному управляющему, в связи с чем последний при наличии сомнений в достоверности указанных документов и заявленном ходатайстве о фальсификации мог самостоятельно предоставить заявленный им перечень документов на экспертизу не дожидаясь ответа со стороны ответчика и не затягивая судебный процесс. Полагает, что со стороны конкурсного управляющего имеет место злоупотребление правом. Считает, что вывод суда первой инстанции о том, что спорные поездки не соотносимы с заключенными договорами на оказание услуг (январь 2018 года) является ошибочным. Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не учтено, что исходя из характера складывающихся у ООО «СтройНефтеГазМонтаж» и предпринимателя ФИО4 правоотношений (оказание консультационных услуг) вполне очевидно, что последний мог перед тем как заключить договор в письменном виде предварительно выезжать в г.Хабаровск и г.Белогорск для осуществления предварительного осмотра объектов на которых будет производиться строительство, а также осуществления переговоров посредством личного присутствия. По мнению заявителя жалобы, каких-либо доказательств того, что по состоянию на январь 2018 года ООО «СтройНефтеГазМонтаж» отвечало признакам неплатежеспособности суд первой инстанции не приводит, из чего можно сделать вывод, что данное обоснование приведенное судом первой инстанции является неосновательным и незаконным. Ссылается на то, что ООО «СтройНефтеГазМонтаж» на период заключения договоров и в период построения взаимоотношений с ФИО4, также вел активную экономическую и предпринимательскую деятельность, в связи с чем, совершение расходных операций за оказание консультационных услуг было экономически-обоснованным вложением денежных средств.

Отзыв на жалобу не представлен.

Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) следует, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Так, при проведении анализа сделок, совершенных должником, конкурсным управляющим установлено, что согласно выписке по расчетному счету должника №40702810101140000566 в публичном акционерном обществе «Азиатско-тихоокеанский банк», на расчетный счет <***> предпринимателя ФИО4 22.01.2018 и 07.02.2018 совершены переводы денежных средств на общую сумму 1 372 000 руб. (платежи на сумму 210 000 руб., 350 000 руб., 350 000 руб. и 462 000 руб.).

Конкурсный управляющий, полагая, что спорные платежи, совершенные в отсутствие встречного предоставления со стороны предпринимателя ФИО4 во вред имущественным интересам кредиторов и должника, являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 174 ГК РФ, обратился в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, рассматривая вышеуказанное заявление, исходил из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано в разъяснениях, данных в пунктах 5, 6, 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 2 статьи 61.2 указанного закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 34 указанной статьи).

Так, как верно указано судом первой инстанции, оспариваемые платежи совершены 22.01.2018 и 07.02.2018, в течение трех лет до принятия к производству заявления о признании ООО «СтройНефтеГазМонтаж» несостоятельным (банкротом) (11.10.2019), то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, как следует из оспариваемых платежей, их назначением явилась оплата по акту от 22.01.2018 – комплексные консультационные услуги по договору от 19.01.2018 №19/01/18/02, по подготовке, обеспечению процесса строительства и сдачи объекта, что, в свою очередь, соответствует виду деятельности ООО «СтройНефтеГазМонтаж», осуществляемой в спорный период.

Далее, предпринимателем ФИО4 представлены копии договоров от 19.01.2018, акты выполненных работ и соглашения о расторжении договоров от 15.02.2018, указывающие на получение должником встречного исполнения обязательств в виде результата работ по указанным договорам.

В свою очередь, пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Однако, в отсутствие прямой заинтересованности сторон сделки, конкурсный управляющий настаивает на фактической аффилированности должника и ответчика, о которой свидетельствует поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так, конкурсный управляющий, в обоснование рассматриваемого заявления, ссылается на перечисление ООО «СтройНефтеГазМонтаж» денежных средств без встречного предоставления и непередачу первичной документации должника, подтверждающей реальный характер возникших с предпринимателем правоотношений.

Также обращает внимание на то, что назначение платежей (оказание консультационных услуг) указанное при совершении переводов, учитывая объем этих трат, дополнительно подтверждает отсутствие какого-либо полезного экономического эффекта для ООО «СтройНефтеГазМонтаж».

Конкурсный управляющий также ставит под сомнение то обстоятельство, что предприниматель ФИО4, не имея к должнику никакого отношения, за исключением коммерческих связей, смог заключить такую сделку (выгодную для предпринимателя и убыточную для общества).

В свою очередь, как верно указано судом первой инстанции, обстоятельство, что конкурсный управляющий не обнаружил документов, подтверждающих встречное исполнение со стороны предпринимателя ФИО4, само по себе не свидетельствует о безосновательности уплаты денежных средств на момент их перечисления.

Вместе с тем, что также верно указано судом первой инстанции, учитывая совершение платежей при наличии у должника признаков неплатежеспособности и установление в рамках иного обособленного спора факта совершения аналогичных сделок в тот же период, признанных в дальнейшем недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указание в назначении платежей конкретных правоотношений (договоры от 19.01.2018 №19/01/18/01 и №19/01/18/02), что предполагает возложение на конкурсного управляющего обязанности доказывания безвозмездности перечислений, не исключает необходимость рассмотрения его возражений при оценке представленных заинтересованным лицом доказательств.

Однако, в данном обособленном споре из назначения платежей от 22.01.2018 следует, что с момента заключения указанных договоров – 19.01.2018, предпринимателем ФИО4 в течение 4 календарных дней (2 рабочих дней) оказаны консультационные услуги стоимостью 910 000 руб., а после последнего платежа от 07.02.2018 на сумму 462 000 руб. договоры от 19.01.2018 №19/01/18/01 и №19/01/18/02 расторгнуты соглашениями от 15.02.2018, подписанными только со стороны ООО «СтройНефтеГазМонтаж» (проставлена печать предпринимателя ФИО4, подпись отсутствует).

При этом, скриншоты с электронной почты, представленные при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции в судебное заседание спустя пять месяцев с даты принятия заявления к производству, в совокупности с иными документами, в отсутствие оригиналов (заверений, удостоверяющих подлинность скриншотов и позволяющих идентифицировать сторон переписки) и при наличии заявления о фальсификации данных доказательств, судом первой инстанции правомерно расценены как ненадлежащие и недостаточные доказательства действительного наличия реальных договорных взаимоотношений между должником и предпринимателем ФИО4

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, копии актов выполненных работ (при уклонении предпринимателя ФИО4 в предоставлении оригиналов), указывающих на оказание консультационных услуг и принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства также не могут являться достаточными доказательствами реальности хозяйственных отношений.

В свою очередь, судом первой инстанции, учитывая отдаленное территориальное расположение должника (г. Хабаровск) и предпринимателя ФИО4 (г. Ростов-на-Дону) и отсутствие надлежащих доказательств коммуникации между ними, последнему предлагалось раскрыть порядок исполнения консультационных услуг при территориальной отдаленности контрагента (заказчика) по сделке.

Так, как следует из пояснений предпринимателя ФИО4, консультации оказывались в месте расположения объектов строительства ООО «СтройНефтеГазМонтаж», либо позже после их непосредственного исследования посредством электронной переписки.

Вместе с тем, при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции суд неоднократно обязывал предпринимателя ФИО4 явкой в судебное заседание, а также предлагал документально подтвердить пребывание на месте строительства объектов должника для исполнения договорных обязательств по спорной сделке (консультации).

Однако, предпринимателем ФИО4 представлены только запросы (без ответов) от авиакомпаний, посредством которых, по его пояснениям, последний осуществлял перелеты в места строительства объектов должника: г.Хабаровск и г.Белогорск.

Судом первой инстанции также верно признаны несоотносимыми к данному обособленному спору письмо, представленное по месту требования гостиницей «Версаль» (г. Хабаровск), с указание на проживание ФИО4 в период с 17.09.2017 по 21.09.2017, а также с 28.11.2017 по 29.11.2017, что, в свою очередь, не соотносимо с датой заключения договоров на оказание услуг (январь 2018 года), равным образом и представленное предпринимателем ФИО4 письмо гостинцы «Hotel «Malina» (г.Белогорск) указывающее на проживание в ней последнего с 10.12.2017 по 12.12.2017.

Таким образом, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие положительных ответов от авиакомпаний, авиабилетов и иных документов, подтверждающих факт пребывания в спорный период предпринимателя ФИО4 в г.Хабаровске и г.Белогорске в целях оказания консультационных услуг, пришел к правомерному выводу об отсутствии в материалах данного обособленного спора доказательств, указывающих на личное присутствие ФИО4 на объектах строительства ООО «СтройНефтеГазМонтаж» при исполнении заключенных договоров.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие представленных дополнительных надлежащих доказательств в обоснование наличия действительных хозяйственных отношений между сторонами, учитывая уклонение предпринимателя ФИО4 от проверки заявления о фальсификации представленных доказательств, в отсутствие у суда возможности идентифицировать сторон электронной переписки только по названиям электронных адресов, а также в отсутствие заинтересованности предпринимателя ФИО4 в доказывании факта оказания услуг, выражающуюся в игнорировании требований суда первой инстанции об обеспечении явки в судебное заседание и представлении оригиналов документов, пришел к правомерному выводу о недоказанности предпринимателем ФИО4 равноценного встречного исполнения по спорным сделкам, а также фактической аффилированности сторон ввиду наличия между ними дружеских отношений, диктующих условия сделок, отличающиеся от обычных хозяйственных взаимоотношений не зависимых субъектов, следующей из дружеских отношений осведомленности предпринимателя ФИО4 о признаках неплатежеспособности ООО «СтройНефтеГазМонтаж», что в своей совокупности указывает на наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделок в виде денежных переводов недействительными, как причиняющие вред имущественным правам кредиторов должника.

Статьей 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом, суд первой инстанции, принимая во внимание, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, обоснованно применил соответствующие последствия недействительности сделки, взыскав с предпринимателя ФИО4 в конкурсную массу должника денежные средства в размер 1 372 000 руб.

Доводы жалобы о том, что вся необходимая документация по настоящему спору была передана конкурсному управляющему, в связи с чем, последний при наличии сомнений в достоверности указанных документов и заявленном ходатайстве о фальсификации мог самостоятельно предоставить заявленный им перечень документов на экспертизу, не дожидаясь ответа со стороны ответчика и не затягивая судебный процесс, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку отсутствие подлинных документов, учитывая процессуальное поведение предпринимателя ФИО4, лишило бы возможности устранить возникшие противоречия по правилам статьи 82 АПК РФ (назначением экспертизы).

При этом следует отметить, что подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда (часть 9 статьи 75 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции также обращает внимание заявителя жалобы на то, что возложение бремени доказывания исключительно на конкурсного управляющего в силу статьи 65 АПК РФ недопустимо.

Доводы жалобы о том, что со стороны конкурсного управляющего имеет место злоупотребление правом, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Абзацем третьим пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Вместе с тем, наличие в действиях конкурсного управляющего признаков злоупотребления правом, запрет на который установлен в статье 10 ГК РФ, материалами обособленного спора не подтвержден и судом апелляционной инстанции не установлен.

Доводы жалобы о том, что ООО «СтройНефтеГазМонтаж» на период заключения договоров и в период построения взаимоотношений с ФИО4, также вел активную экономическую и предпринимательскую деятельность, в связи с чем, совершение расходных операций за оказание консультационных услуг было экономически-обоснованным вложением денежных средств, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку, как указано в мотивировочной части настоящего постановления, предпринимателем ФИО4 равноценность встречного исполнения по спорным сделкам не доказана.

Доводы жалобы о том, что каких-либо доказательств того, что по состоянию на январь 2018 года ООО «СтройНефтеГазМонтаж» отвечало признакам неплатежеспособности суд первой инстанции не приводит, из чего можно сделать вывод, что данное обоснование приведенное судом первой инстанции является неосновательным и незаконным, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку, как указано судом первой инстанции, в рамках иного обособленного спора наличии признаков неплатежеспособности у должника установлено.

При этом следует отметить, что должник не имел возможности удовлетворить требования работников по заработной плате и трудовым выплатам, что подтверждается решениями Железнодорожного районного суда г.Хабаровска от 24.01.2019 по делу №2-153/2019, от 25.02.2019 по делу № 2-155/2019, от 29.05.2019 по делу №2-175/2019 и от 25.06.2019 по делу №2-841/2019, то есть отвечал признакам неплатежеспособности, ввиду прекращения исполнения денежных обязательств.

Иные доводы, изложенные в жалобе, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, так как свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, принятого с правильным применением норм материального права.

Следует также отметить, что несогласие заявителя жалобы с оценкой имеющихся в обособленном споре доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в рамках рассматриваемого обособленного спора, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть возникший спор.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены или изменения решения суда от 14.10.2021 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 14.10.2021 по делу №А73-19851/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Т.Д. Козлова


Судьи

Е.В. Гричановская



И.Е. Пичинина