Постановление от 3 июня 2021 г. по делу № А55-32308/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-63285/2020

Дело № А55-32308/2018
г. Казань
03 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июня 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплевой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «БурТехСнаб» – ФИО1, доверенность от 28.10.2020,

общества с ограниченной ответственностью «Уфимская нефтесервисная компания» – ФИО1, доверенность от 28.10.2020,

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 16.11.2020,

ФИО4 – ФИО5, доверенность от 09.04.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО4 и ФИО2

на определение Арбитражного суда Самарской области от 03.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021

по делу № А55-32308/2018

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «БурТехСнаб», общества с ограниченной ответственностью «Буровые технологии», конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Квант-Сервис» ФИО6 о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Квант-Сервис» (ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 07.11.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Квант-Сервис» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 07.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий, общество с ограниченной ответственностью «БурТехСнаб», общество с ограниченной ответственностью «Буровые технологии» обратились в Арбитражный суд Самарской области с заявлениями, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В порядке статьи 130 АПК РФ указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 03.11.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по заявлениям в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационных жалобах Шишмаров В.В. и Шишмарова Т.В. просят принятые по обособленному спору судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

ФИО4 в своей кассационной жалобе указывает, что судами не установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО4 и наступившими негативными последствиями; ФИО4 не принимала никаких управленческих решений, не знала о каких-либо финансовых проблемах должника до момента введения процедуры банкротства и какая-либо связь между действиями ФИО4 и наступившим банкротством отсутствует.

Финансовый управляющий имуществом ФИО4 – ФИО7 в письменном отзыве на кассационную жалобу поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе ФИО4

ФИО2 в своей кассационной жалобе указывает, что все имеющиеся у директора документы были переданы конкурсному управляющему и непередача документов не повлияла на проведение процедуры банкротства, формирование и реализацию конкурсной массы, а признанные недействительными сделки не являлись для должника существенными, ни одна из них, ни все в совокупности не могли повлиять на банкротство должника.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как следует из материалов дела, заявленные требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 основаны на положениях статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы неисполнением ими обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, что существенно затрудняет проведение процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Заявления обществ с ограниченной ответственностью «БурТехСнаб» и «Буровые технологии» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 мотивированы причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами и в пользу этих лиц сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как установлено судами, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО2 с 30.05.2016 и по дату введения процедуры конкурсного производства являлся единоличным исполнительным органом (директором) должника, ФИО4 с 30.05.2016 является учредителем должника, а с 09.01.2018 – единственным учредителем должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации, передачу иным лицам или изъятие. В случае утраты документации обязанность по восстановлению документации возлагается на руководителя.

При разрешении спора судами принято во внимание, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2020 по настоящему делу частично удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документации у бывшего руководителя должника ФИО2, в том числе, истребована первичная документация по исполнению гражданско-правовых договоров, а также имущество, находящееся в г. Нурлат, и документы по данному имуществу.

Судами установлено, что ФИО2 указанная обязанность по передаче документации и имущества должника не исполнена.

В этой связи вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что неисполнение обязанностей по представлению истребованной документации существенно затрудняет проведение процедуры конкурсного производства, так как делает невозможным анализ исполнения договорных обязательств на предмет наличия дебиторской задолженности и наличия оснований для оспаривания сделок, заключенных должником, а также фактически исключает возможность включения в конкурсную массу должника имущества, расположенного в г. Нурлат, с целью его реализации для погашения требований конкурсных кредиторов, является правомерным.

В соответствии с правовой позицией, закрепленной в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Таким образом, поскольку не доказано иное, предполагается, что все контролирующие должника лица в равной степени несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Судами установлено, что юридический адрес должника совпадает с адресом регистрации ФИО4 При этом ФИО4 и ФИО2 в период осуществления хозяйственной деятельности состояли в браке, то есть являлись аффилированными друг другу лицами, что в силу вышеуказанной нормы влечёт возложение субсидиарной ответственности на ФИО4 и ФИО2 солидарно.

Также судебная коллегия считает правомерными выводы судов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2 за совершение сделок, причинивших существенный вред кредиторам должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 04.06.2020 по настоящему делу признаны недействительными сделки, совершенные в период с 09.11.2016 по 05.07.2018, по перечислению должником денежных средств в пользу ФИО2, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств в общем размере 5 286 136 руб.

При разрешении указанного обособленного спора судом было установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства в значительном размере, в частности: перед ООО «Буровые технологии» в размере 1 577 432,70 руб. (срок оплаты – 20.11.2016); перед ООО «БурТехСнаб» в размере 5 080 429 руб. (срок оплаты – 22.11.2016); перед ООО «УНСК» в размере 1 662 820 руб. (срок оплаты – 29.03.2017), требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.12.2019 по настоящему делу признана недействительной сделка по перечислению должником денежных средств по платежному поручению от 10.11.2016 № 197 в сумме 1 300 000 руб. в пользу ФИО4, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника 1 300 000 руб.

В рамках рассмотрения указанного обособленного спора судом сделан вывод о том, что, зная о задолженности должника перед обществом с ограниченной ответственностью «Буровые технологии» в сумме 1 577 432,70руб., срок оплаты, который должен наступить 20.11.2016, должник производит платеж в сумме 1 300 000 руб. в пользу ФИО4, тем самым причиняя вред конкурсным кредиторам.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности за причинение вреда, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

В данном случае суды правильно применили положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Действовавшая на момент совершения вменяемых ответчикам деяний редакция пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) предусматривала: если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В действующей в настоящее время редакции закона аналогичные нормы содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Судами установлено, что на момент совершения спорных сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства в значительном размере, что указывает на наличие признаков объективного банкротства на дату оспариваемых сделок.

В материалы дела не представлены доказательства того, что неспособность должника удовлетворить требования кредиторов возникла вследствие иных причин, в том числе из-за внешних факторов, соответственно, изложенная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделок, не опровергнута.

Судебные инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, и пришли к обоснованному выводу о том, что заявителями доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения контролирующих лиц должника в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего.

Установив, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчиков определить невозможно, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, производство по заявлению в соответствующей части признал подлежащим приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 АПК РФ), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены принятых по обособленному спору судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 03.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 по делу № А55-32308/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Моисеев