Постановление от 27 октября 2025 г. по делу № А51-19490/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2707/2025
28 октября 2025 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 28 октября 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кучеренко С.О., судей Ефановой А.В., Никитина Е.О. при участии: ФИО2 (лично);

от Анны Корелиду - ФИО3 по доверенности от 26.02.2025;

от конкурсного управляющего ООО «Дальнегорский химический комбинат Бор» ФИО4 – ФИО5 по доверенности 30.06.2025;

от ФИО6 - ФИО7 по доверенности от 06.12.2024 д-3018;

от УФНС России по Приморскому краю - ФИО8 по доверенности от 02.12.2024 № 12-19-2415;

от Прокуратуры Приморского края – ФИО9 по доверенности от 15.09.2025 № 8-35-2025;

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дальнегорский химический комбинат Бор» ФИО4, Анны Корелиду, ФИО6

на определение Арбитражного суда Приморского края от 26.11.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025

по делу № А51-19490/2018

по заявлению исполняющего обязанности конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дальнегорский химический комбинат «Бор» ФИО10, Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Приморскому краю (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 690012, <...> зд. 20)

к ФИО11, Анне Корелиду, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО2,

обществу с ограниченной ответственностью «Дальнегорский ГОК»

(ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 692443, <...> Октября, д. 192, оф. 206), обществу ограниченной ответственностью «Горно-химическая компания Бор»

(ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 692446, <...> Октября, д. 116, оф. 305), обществу ограниченной ответственностью «Радамант» (ОГРН: <***>,

ИНН: <***>, адрес: 121151, <...>/1/6), обществу ограниченной ответственностью «Фининвест»

(ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 692443, <...> Октября, д. 289, пом. 41), общество с ограниченной ответственностью научно-производственное предприятие «Силика» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 692443, <...> Октября, д. 289, пом. 4), компании «ФИО19 ИНВЕСТМЕНТС ЛТД» (LIOMENA INVESTMENTS LTD) (Республика Кипр)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника заинтересованные лица: Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 109012, <...>), акционерное общество «Росхим» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 121151,

<...>, эт. 12, пом. I, ком. 77), финансовый управляющий имуществом ФИО14 - ФИО15

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Дальнегорский химический комбинат Бор» (ОГРН: <***>,

ИНН: <***>, адрес: 692443, <...> Октября, д. 289, каб. 22) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Дальнегорский химический комбинат «Бор» (далее - ООО «ДХК «Бор», общество, должник) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05.02.2019 заявление ООО «ДХК «Бор» признано обоснованным, введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением арбитражного суда от 30.10.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на арбитражного управляющего ФИО10

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 19.03.2020 исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО10 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности следующих лиц: ФИО11, компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД» (Liomena Investments), Анны Корелиду в размере 731 575 240,48 руб.

Впоследствии новым конкурсным управляющим утвержден ФИО16 (определение от 22.12.2020).

Определениями от 22.06.2021, 28.07.2021 судом к участию в споре в качестве соответчиков привлечены общество с ограниченной ответственностью «Дальнегорский ГОК» (далее - ООО «Дальнегорский ГОК»), ФИО12.

Определением суда от 30.03.2022 к участию в споре в качестве соответчиков привлечены общества с ограниченной ответственностью (далее

– ООО) «Радамант» и «Фининвест», ФИО14, ФИО13, ФИО6, ФИО2.

Определением от 20.04.2022 ФИО16 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ДХК Бор».

Определением суда от 22.06.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Определением суда от 13.07.2022 в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «ГХК Бор» (далее - ООО «ГХК Бор»).

Определением арбитражного суда от 20.09.2022 в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявление конкурсного управляющего объединено для совместного рассмотрения с заявлением Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) от 04.03.2022 о привлечении контролирующих ООО «ДХК «Бор» лиц - ФИО11, компании ФИО19 Инвестментс ЛТД, ООО «Дальнегорский ГОК», ФИО12, ООО «Фининвест», ООО «Радамант» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определениями от 13.02.2024, 19.06.2024 и 20.08.2024 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, финансовый управляющий имуществом ФИО14 – ФИО15, управляющая компания ответчиков - акционерное общество «Росхим» (далее – АО «Росхим»).

В итоговых письменных пояснениях по обособленному спору уполномоченный орган, поддерживая доводы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, не усматривал оснований для удовлетворения требований в отношении ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор» со ссылкой на фактическое владение Российской Федерацией указанными юридическими лицами. Просил взыскать с ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду, ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО2 денежные средства в размере 2 762 090 889,16 руб.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 26.11.2024 в удовлетворении заявления ФИО6 о прекращении производства по заявлениям отказано. Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду, ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК «Бор. Рассмотрение заявлений конкурсного управляющего, уполномоченного органа в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявлений в части привлечения ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор», ФИО11, ФИО2 отказано. Определено, что обеспечительные меры, принятые определением суда от 30.06.2022 сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 определение суда первой инстанции от 26.11.2024 оставлено в силе.

В Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами обратились ФИО6, конкурсный управляющий ООО «ДХК Бор» ФИО4 и Анна Корелиду.

ФИО6 в кассационной жалобе просит определение Арбитражного суда Приморского края от 26.11.2024 и постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника отменить, в обжалуемой части производство по заявлению о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника - прекратить; в случае не установления оснований для прекращения производства по обособленному спору в отношении него, отказать в удовлетворении заявления о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. По мнению заявителя жалобы, правовая природа требований о взыскании убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности является одинаковой, в этой связи, поскольку предмет и основания требований по

делу № 2-1267/2023 и по данному спору являлись тождественными, производство по обособленному спору в отношении ФИО6 подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ. Полагает, что суды создали ситуацию, при которой одни и те же обстоятельства стали основанием для привлечения ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения одного и того же вреда путем привлечения к ответственности на основании общих правил (статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ) и специальных, через механизм привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренный законодательством о банкротстве, что нарушает общеправовой принцип о недопустимости двойной ответственности за одно деяние. Ссылаясь на показатели чистой прибыли (убытка) указывает, что группа компаний, которая обозначена судом как «центр прибыли», в спорный период являлась намного убыточнее должника, в связи с чем, даже если предположить, что должник, а также все обозначенные как «центр прибыли» предприятия осуществляли бы деятельность как единое лицо, то это не предотвратило бы состояние неплатежеспособности должника. Считает, что поскольку принято решение о том, что ООО «Дальнегорский ГОК», ООО НПП «Силика», ООО «Фининвест», ООО «Радамант», ООО «ГХК Бор» не подлежат привлечению к ответственности, то «центра прибыли», создание которого вменено ФИО6 в качестве основания для привлечения к ответственности, не существовало. Указывает, что причиной банкротства должника явилась объективно сложившаяся ситуация, связанная с высокой себестоимостью производимой ООО «Дальнегорский ГОК» продукции, возможностью реализации ее основного объема на экспорт - в Китай и Юго-Восточную Азию, что связано с дополнительными значительными логистическими затратами на доставку продукции в европейскую часть России и занятостью указанного территориального сегмента рынка Турецкими производителями, у которых себестоимость продукции значительно ниже (в связи с нахождением руды на поверхности), а также низким курсом рубля по отношению к доллару в спорный период, что для экспортно-ориентированных компаний традиционно создает дополнительные финансовые сложности. Отмечает, что выводы суда апелляционной инстанции не основаны на материалах дела.

Конкурсный управляющий ООО «ДХК Бор» ФИО4 просит определение от 26.11.2024 и апелляционное постановление от 19.06.2025 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор», в оспариваемой части принять новый судебный акт о признании доказанным наличия оснований для привлечения указанных лиц солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК Бор» и приостановить рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Полагает, что суды при неправильном применении норм материального права ограничились констатацией виновных действий физических лиц, являющихся ответственными за построение недобросовестной модели ведения бизнеса, однако, отказ в привлечении к субсидиарной ответственности «центров-прибыли» фактически создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы; выстроенная модель ведения бизнеса позволяла не производить оплату задолженности перед независимым кредитором, продолжать деятельность группы, не неся издержки в виде уплаты обязательных платежей. Считает, что факт заключения сделки (договора от 01.04.2016 № ИС-65- 2016.ЮО о предоставлении труда работников) с аффилированным лицом на условиях заведомо не позволяющих исполнять налоговые обязательства, является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК «Бор». Отмечает, что скоординированные действия организаций, входящих в группу компаний «Бор» (ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «ГХК «Бор», ООО «НПП «Силика», ООО «ФинИнвест», ООО «Радамант»), явились основанием целенаправленного превращения должника в убыточный центр; от созданной такой бизнес-модели указанные лица недобросовестно приобрели выгоду (сберегли денежные средства, уменьшив свои расходы на сумму налогов, которые подлежали уплате ввиду трудоустройства работников).

Анна Корелиду в своей кассационной жалобе просит определение суда первой инстанции от 26.11.2024 и постановление апелляционного суда от 19.06.2025 в части удовлетворения требований к ней отменить, отправить вопрос на навое рассмотрение. В обоснование жалобы указывает, что выводы

судов первой и апелляционной инстанций о наличии у Анны Корелиду статуса контролирующего должника лица основаны исключительно на решении Дальнегорского районного суда Приморского края от 22.11.2017 по делу № 2-914/2017, к участию в котором Анна Корелиду не привлекалась, следовательно, преюдициальным для настоящего спора данный судебный акт не является. Отмечает, что заявители не представили никаких самостоятельных доказательств, подтверждающих, что Анна Корелиду когда-либо являлась участником компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД» или имела возможность определять действия должника. Обращает внимание на то, что согласно выписке из реестра компаний Кипра, в котором указаны учредители и директора компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД», Анна Корелиду среди них не значится; отсутствие ответчика среди акционеров контролирующего лица должника (компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД») полностью опровергает вывод о ее контроле над должником через компанию «ФИО19 Инвестментс ЛТД».

ФИО2 в отзыве на кассационные жалобы конкурсного управляющего и ФИО17 просит обжалуемые судебные акты в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК Бор» оставить без изменения, полагая их в данной части обоснованными и соответствующими законодательству.

АО «Росхим», уполномоченный орган в своих отзывах (возражениях) на кассационные жалобы заявителей просят отказать в их удовлетворении; считают, что выводы судов в обжалуемых судебных актах являются законными и обоснованными, соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Конкурсный управляющий ФИО4 в отзывах на кассационные жалобы ФИО6 и Анны Корелиду возражает по приведенным в них доводам и просит отказать в удовлетворении.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, представители Анны Корелиду, конкурсного управляющего ООО «ДХБ Бор» ФИО4, ФИО6 настаивали на удовлетворении кассационных жалоб своих доверителей, против чего возражал представитель уполномоченного органа.

ФИО2 просила обжалуемые судебные акты оставить в силе как законные и обоснованные, в удовлетворении кассационных жалоб всех заявителей – отказать.

Судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, проведенное 16.09.2025, на основании статьи 158 АПК РФ откладывалось на 15:50 14.10.2025. Информация об отложении размещалась на официальном сайте суда кассационной инстанции в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Прокуратура Приморского края (далее – Прокуратура) 02.10.2025 представила в суд округа отвыв на кассационные жалобы заявителей, согласно которому поддерживает позицию уполномоченного органа и просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения. К отзыву приложены копии материалов гражданского дела № 2-914/2017 Дальнегорского районного суда Приморского края, послужившие основанием для установления статуса Анны Корелиду в качестве контролирующего должника лица.

Приложенные к отзыву документы обозрены судом, но не приобщаются к материалам данного обособленного спора ввиду отсутствия у суда кассационной инстанции в силу части 2 статьи 287 АПК РФ соответствующих полномочий.

Анна Корелиду представила возрождения на отзыв Прокуратуры.

Определением от 13.10.2025 на основании части 4 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Сецко А.Ю., участвовавшей в заседании суда кассационной инстанции 16.09.2025, на судью Никитина Е.О.

По правилам части 5 статьи 18 АПК РФ рассмотрение кассационных жалоб начато с самого начала.

После отложения в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, представитель конкурсного управляющего поддержал кассационную жалобу своего доверителя, против чего высказался представитель ФНС России.

ФИО18 настаивал на удовлетворении кассационной жалобы своего доверителя, возражал по отзыву Прокуратуры.

В свою очередь представитель Прокуратуры приведенную в представленном отзыве позицию поддержал, отметив, что приложенным к нему документам дана оценка в суде общей юрисдикции, документов,

опровергающих тот факт, что подпись не принадлежит Анне Корелиду не представлено. Позиция Прокуратуры поддержана ФИО2, а также представителями уполномоченного органа и конкурсного управляющего.

Представитель ФИО6 поддержал позицию доверителя о том, что банкротство должника вызвано объективными причинами, против чего высказался представитель уполномоченного органа.

ФИО2 поддержала сделанные судами выводы в обжалуемых судебных актах в отношении ФИО6, а также в отношения себя.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий указал, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК «Бор» компании ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду, ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13, ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор», ФИО11, ФИО2 является наличие совокупности условий, предусмотренных частью 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей в период вменяемых нарушений – 2016-2018 годов; далее – Закон о банкротстве), а именно - причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующими должника лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, в результате чего должник признан несостоятельным (банкротом), что повлекло невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, считает, что ответчиками построена схема ведения

бизнеса с разделением на так называемые «центры прибыли» и «центры убытков», результатом чего явилась невозможность удовлетворения требований кредиторов, что также послужило причиной объективного банкротства должника.

Уполномоченный орган, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11, ФИО19 Инвестментс ЛТД, ООО «Дальнегорский ГОК», ФИО12, ООО «Фининвест», ООО «Радамант», указал на организацию данными лицами схемы деятельности, при которой на должнике концентрируется убыток группы предприятий, путем заключения договора от 01.04.2016 № ИС-65-2016.ЮО о предоставлении труда (персонала). Поскольку из всей группы юридических лиц, основным налоговым агентом в отношении налога на доходы физических лиц, а также плательщиком страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование является ООО «ДХК «Бор», а получаемая группой компаний прибыль на выплату обязательств перед бюджетом направляется не в полном объеме, фактически должник является «центром убытков» в существующей бизнес-модели.

При этом уполномоченный орган не усмотрел оснований для удовлетворения требований в отношении ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор» со ссылкой на фактическое владение Российской Федерацией указанными юридическими лицами. Просил взыскать с ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду, ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО2 2 762 090 889,16 руб.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 226) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10

Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенным до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Таким образом, нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Указанные конкурсным управляющим и уполномоченным органом в заявлениях о привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельства имели место в период с 2016 (заключение договора найма работников) по 2019 год (признание ООО «ДХК Бор» несостоятельным (банкротом).

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480, законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакциях Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, которые

предусматривали возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Исходя из этого судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума № 53).

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) сформулирован правовой подход, согласно которому при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела

(ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок); 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума № 53).

При этом противоправное поведение контролирующих лиц может включать в себя как виновное действие, так и виновное бездействие (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2023 № 305-ЭС18-6680(28-30)).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Исходя из положений пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения (подпункт 1); в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника) (подпункт 3).

В силу пункта 7 постановления Пленума № 53 контролирующим должника лицом также является лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно

(пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 22 постановление Пленума № 53).

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц - ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду, ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК «Бор», суд первой инстанции, позиция которого поддержана апелляционным судом, руководствовался вышеназванными нормами права и разъяснениями высшей судебной инстанции, и исходил из наличия в материалах дела совокупности доказательств, свидетельствующих о том, что указанными лицами была организована и реализована схема ведения деятельности с разделением подконтрольных фирм на «центр прибыли» и «центр убытков», где в качестве центра убытков выступало ООО «ДХК «Бор».

В частности, судами установлено, что денежные средства в виде прибыли от деятельности группы компаний, в которую в том числе входили ООО «Дальнегорский ГОК» (основной производитель боропродукции, которому была выдана лицензия на добычу руды), ООО НПП «Силика» (владелец транспортных средств указанной группы лиц), ООО «Радамант» и ООО «Фининвест» (владельцы оборудования и иного имущества, предоставляемого ООО «Дальнегорский ГОК» для осуществления деятельности), поступали в ООО «ГХК Бор» на основании договора комиссии, в последующем выводились в зарубежные банки, что подтверждено выписками по счетам указанных обществ.

В свою очередь ООО «ДХК «Бор» выполняло роль «центра убытков», являясь юридическим лицом, где концентрировались работники для реализации основного вида деятельности группы компаний.

Так, 01.04.2016 между ООО «Дальнегорский ГОК» (принимающая сторона) и ООО «ДХК Бор» (направляющая сторона) заключен договор № ИС-65-2016.ЮО о предоставлении труда работников (персонала), по условиям которого направляющая сторона направляет к принимающей стороне работников (персонал) для выполнения трудовых функций, определенных трудовыми договорами, заключенными между направляющей стороной и работниками, в интересах, под управлением и контролем принимающей стороны.

ООО «Дальнегорский ГОК» обязательства по договору надлежащим образом и в полном объеме не исполняло (в том числе в рамках судебного взыскания сумма долга им не погашалась), притом, что соответствующая возможность имелась, учитывая, что доход от деятельности группы компаний концентрировался на подконтрольном юридическом лице (ООО «ГХК Бор»).

Убытки ООО «ДХК Бор» заключались в несении основного бремени группы компаний по уплате налога на доходы физических лиц, а также страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование.

Целью обозначенной схемы являлось аккумулирование путем осознанных действий контролирующими лицами искусственно созданной задолженности по уплате налогов и сборов (взносов) на подконтрольную организацию, которая достигалась разделением группы юридических лиц на тех, которые:

- владели техникой и оборудованием, - выполняли непосредственно деятельность, приносящую доход, - реализовывали готовую продукцию и получали денежные средства,

- нанимали работников на основании трудовых договоров, которые в последующем направлялись в иное юридическое лицо для выполнения трудовой функции.

Реализация обозначенной схемы стала возможной ввиду подконтрольности абсолютно всей группы юридических лиц контролирующим должника лицам (ФИО14, ФИО13), что позволяло лицам, аффилированным с ними (ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анна Корелиду, ФИО12, ФИО6), указанную схему организовать и реализовывать.

Доказательств, которые опровергали бы выводы судов в данной части материалы дела не содержат.

Вместе с тем, обстоятельства организации и реализации схемы «центр прибыли» и «центр убытков» ФИО12, ФИО6, ФИО14, ФИО13, установлены вступившим в законную силу решением Дальнегорского районного суда Приморского края от 21.11.2023 по делу № 2-1267/2023; аффилированность компании ФИО19 Инвестментс ЛТД, Анны Корелиду по отношению к должнику установлена вступившим в

законную силу решением Дальнегорского районного суда от 22.11.2017 № 2-914/2017, которые в силу части 3 статьи 69 АПК РФ являются преюдициальными для настоящего спора. Кроме того, реализация схемы деятельности группы предприятий (в части должника) подтверждается также материалами дела № А51-8460/2017.

Между тем, в привлечении ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор», ФИО11, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДХК Бор» суд первой инстанции отказал, придя к выводу о том, что указанные лица не отвечают признакам контролирующих должника лиц.

Производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности судом приостановлено применительно к пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до завершения всех мероприятий конкурсного производства, направленных на расчеты с кредиторами ООО «ДХК Бор».

Судебная коллегия суда кассационной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций и признает, что все существенные обстоятельства дела судами установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

Доводы кассационной жалобы ФИО6 о том, что производство по обособленному спору в отношении него подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, поскольку предмет и основания требований по делу № 2-1267/2023 и по данному спору являлись тождественными, подлежит отклонению, учитывая, что по смыслу пункта 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 названного Федерального закона, не препятствует предъявлению к такому лицу требования о возмещении причиненных должнику убытков. Данное правило действует и в обратном направлении.

Вместе с тем, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется

путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов). Если одни и те же действия выступают основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, в целях недопущения возложения на лиц двойной ответственности размер требований носит зачетный характер, то есть убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27.02.2020 № 414-О).

В этой связи, учитывая, что предмет и основание предъявленного в рамках настоящего обособленного спора требования и рассмотренного ранее спора о взыскании убытков частично совпадают, то во избежание двойного взыскания вопрос о размере ответственности ФИО6, подлежит исследованию на стадии определения размера субсидиарной ответственности (сумма взысканных убытков подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности).

Довод ФИО6 о том, что причиной банкротства должника явилась объективно сложившаяся ситуация противоречит установленным по делу обстоятельствам и выводам судов, согласно которым причиной банкротства ООО «ДХК Бор» явились скоординированные действия участников группы компаний по производству боропродукции, направленные на получение необоснованной экономии в виде неуплаченных в бюджет обязательных платежей (налога на доходы физических лиц, страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование). Выводы судов в данной части лицами участвующими в деле лицами не опровергнуты.

Доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего о том, что отказ в привлечении к субсидиарной ответственности «центров-прибыли» (ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор») фактически создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы; выстроенная модель ведения бизнеса позволяла не производить оплату задолженности перед независимым кредитором, продолжать деятельность группы, не неся издержки в виде уплаты обязательных платежей, являлись

предметом рассмотрения судов и обоснованно отклонены ими на том основании, что данные лица по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве не являются контролирующими должника. Доказательств получения ими выгоды в виде увеличения (сбережения) активов не представлено, притом, что само по себе вхождение юридических лиц в группу компаний, подконтрольных иным ответчикам основанием для привлечения к субсидиарной ответственности не является. Кроме того, апелляционным судом отмечено, что 100% долей ООО «Дальнегорский ГОК», ООО «Радамант», ООО «Фининвест», ООО НПП «Силика», ООО «ГХК Бор» находятся в собственности Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы Анны Корелиду о том, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии у Анны Корелиду статуса контролирующего должника лица основаны исключительно на решении Дальнегорского районного суда Приморского края от 22.11.2017 по делу № 2-914/2017, к участию в котором Анна Корелиду не привлекалась, следовательно, преюдициальным для настоящего спора данный судебный акт не является; не подтверждаются какими либо иными самостоятельными доказательствами и опровергаются документами, представленными ответчиком в суд апелляционной инстанции, отклоняются кассационной коллегией в силу следующего.

Правосудие в арбитражных судах осуществляется на основе принципов, обеспечивающих реализацию задач судопроизводства, определенных в статье 2 АПК РФ, в том числе принципов равноправия и состязательности сторон, закрепленных в статьях 8 и 9 АПК РФ.

В силу принципа состязательности все возражения против иска подлежат заявлению ответчиком в суде первой инстанции.

Из материалов настоящего обособленного спора усматривается, что Анна Корелиду, указанная в качестве лица, контролировавшего компанию «ФИО19 Инвестментс ЛТД», которая в свою очередь являлась единственным участником должника, извещена надлежащим образом судом первой инстанции о рассмотрении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих лиц ООО «ДХК Бор» к субсидиарной ответственности; ей достоверно было известно о том, она является ответчиком по данному обособленному спору. В тексте заявления конкурсного управляющего должником о привлечении контролирующих

должника лиц к субсидиарной ответственности содержится ссылка на решение Дальнегорского районного суда Приморского края от 22.11.2017 № 2-914/2017, которым установлено ее участие в деятельности должника через его единственного участника - компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД».

Вместе с тем, в суде первой инстанции Анна Корелиду, возражая против доводов о подконтрольности ей ООО «ДХК Бор», не представляла каких-либо возражений о ее аффилированности к компании «ФИО19 Инвестментс ЛТД».

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Таким образом, в АПК РФ выражен принцип эстоппеля, согласно которому сторона лишается права ссылаться в последующих судебных инстанциях на обстоятельства, которые не были исследованы нижестоящими судами, поскольку без уважительных причин не приводились этой стороной в обоснование своей позиции с представлением соответствующих доказательств.

Соответственно, новые доводы, проверка которых требует представления в материалы дела новых доказательств, которые не исследовались на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции, не могут быть заявлены в последующем в суде апелляционной и кассационной инстанций.

Указанная позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2025 № 305-ЭС20-13365 (5,6,7).

Кроме того, закрепленное в статье 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту не предполагает возможность выбора заинтересованным лицом по своему усмотрению любых способов и процедур. Обжалование судебных постановлений осуществляется в соответствии с процессуальным законом применительно к конкретным видам судопроизводства и категориям дел, то есть законность и обоснованность решения Дальнегорского районного суда Приморского края от 22.11.2017 № 2-914/2017, которым установлена аффилированность между Анной

Корелиду и должником, могли быть проверены вышестоящими судами общей юрисдикции по жалобам заинтересованных лиц, полагающих, что данное решение создало необоснованные предпосылки для привлечения последней к субсидиарной ответственности, а не путем разрешения арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве общества, возражений о неприменении названного судебного акта.

Иные доводы, приведенные в кассационных жалобах, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильных судебных актов; по сути, доводы кассаторов выражают их несогласие с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ними оценке доказательственной базы по спору. При этом убеждение кассаторов в том, что приведенные участниками спора доводы и доказательства судам следовало оценить иным образом, о незаконности принятых по спору судебных актов не свидетельствует и основанием для отмены судебных актов в порядке кассационного производства не является.

Как указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов по безусловным основаниям, судами не допущено.

При таких обстоятельствах обжалуемые определение и постановление судов отмене, а кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 26.11.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 по делу № А51-19490/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья С.О. Кучеренко

Судьи А.В. Ефанова

Е.О. Никитин