Постановление от 16 июня 2023 г. по делу № А65-17012/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4328/2023

Дело № А65-17012/2021
г. Казань
16 июня 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 июня 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при участии представителя:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промэнерго» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 26.09.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промэнерго» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2023

по делу № А65-17012/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промэнерго» ФИО1 о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ФИО3 в совокупном размере 2 470 883,52 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 470 883,52 руб. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.01.2022 общество с ограниченной ответственностью «Промэнерго» (далее – общество «Промэнерго», должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

В рамках указанного дела в Арбитражный суд Республики Татарстан обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявлением о признании сделки по перечислению обществом «Промэнерго» в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 2 470 883,52 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу общества «Промэнерго» денежных средств в размере 2 470 8983,52 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неверное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, просил определение суда первой инстанции от 04.02.2023 и постановление апелляционного суда от 06.04.2023 отменить и вынести новый судебный акт об удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований в полном объеме.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды неверно распределили бремя доказывания, необоснованно возложив на конкурсного управляющего обязанность доказать необоснованность произведенных ответчику выплат денежных средств; не приняли во внимание процессуальную пассивность ответчика, не являвшегося в судебные заседания и не представившего каких-либо возражений или объяснений по поводу того, на какие цели ему были выданы денежные средства, были ли они потрачены на нужды предприятия и т.п.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего настаивал на удовлетворении своей кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании представителя конкурсного управляющего ФИО1, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 являлся генеральным директором должника в период с 24.12.2015 до 30.06.2020.

В ходе проведения анализа базы 1С Бухгалтерия общества «Промэнерго» конкурсным управляющим должника установлена дебиторская задолженность в размере 2 470 883,52 руб., образованная ФИО3 перед организацией по счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами».

Сопоставление сведений, отраженных в карточке счета 71.01. 1С Бухгалтерия общества «Промэнерго» сотрудника ФИО3, и выписок по расчетным счетам должника, подтверждают в период с 02.04.2016 по 29.07.2019 расходование денежных средств ответчиком с расчетных счетов в том размере и в те даты, которые отражены в программе. Денежные средства ФИО3 выдавались «под отчет» как командировочные расходы, на хозяйственные нужды, а также на бензин. Согласно карточке счета 71.01. кроме выдачи электронных денег ФИО3 также выдавались наличные денежные средства.

Полагая, что в период исполнения обязанностей директора общества «Промэнерго» ФИО3 распоряжался денежными средствами общества в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, расходовал средства на собственные нужды, систематическая передача денежных средств под отчет о расходовании денежных средств, либо обязательств их возврата является юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании расходных операций недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что в результате оспариваемой сделки денежные средства должника потрачены ответчиком без встречного предоставления и с целью причинения вреда и осведомленностью ответчика об указанной цели.

В обоснование своего довода об отсутствии экономического обоснования произведенных ответчиком трат конкурсный управляющий ссылался на назначения перечислений: (оплата гостиниц, ресторанов, приобретение товаров, снятие наличных и пр.), а также отсутствие документов, в том числе чеков, авансовых отчетов и т.д., подтверждающих, что указанные расходы понесены в интересах общества «Промэнерго».

Распоряжение корпоративными денежными средствами производилось ответчиком путем снятия наличных денежных средств или осуществления покупок посредством использования корпоративной карты. Информацией о возврате данных платежей, либо ином встречном предоставлении, конкурсный управляющий ФИО1 не располагает, в связи с чем считает действия ФИО3 недобросовестными и неразумными.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, кроме платежа 21.07.2018 в сумме 10 000 руб. (платежное поручение № 484), который совершен за пределами трехлетнего периода подозрительности (дело о банкротстве должника возбуждено 22.07.2021).

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указав, что материалы дела не содержат достаточных доказательств, подтверждающих отсутствие необходимости в получении ответчиком денежных средств под отчет на хозяйственные нужды.

Суд первой инстанции также указал, что факт отсутствия бухгалтерских документов, подтверждающих предоставление ответчиком отчета о произведенных тратах и, соответственно, обоснованность расходования денежных средств, в данном случае не может быть поставлен в вину работнику организации, не осуществляющему функции бухгалтерского учета.

По мнению суда первой инстанции, отсутствие оправдательных документов у ФИО3 не может являться достаточным и самостоятельным основанием для вывода о том, что оспариваемые операции однозначно являются сделкой с пороками, а также не является единственным и безусловным доказательством для вывода о совершении сделок в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторам, поскольку на работника, уволенного из общества, при отсутствии к нему при увольнении требований о погашении задолженности, законом не возлагается какая-либо обязанность по хранению доказательств. В данном случае для признания сделки недействительной на её пороки должна свидетельствовать такая совокупность косвенных доказательств, которая прямо бы указывала на наличие у ответчика умысла на совершение подобных действий либо наличие сговора между ФИО3 и должником (его контролирующими лицами). Однако данные обстоятельствами судом не установлены.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд одновременно отклонил доводы конкурсного управляющего об отсутствии у него и в материалах дела каких-либо оправдательных документов, указав, что отсутствие оправдательных документов непосредственно у конкурсного управляющего также не может являться безусловным и достаточным доказательством для признания оспариваемых платежей недействительным.

При этом, по мнению апелляционного суда, как сам факт аффилированности, так и факт занятия должности руководителя общества, не свидетельствует о наличии у ответчика статуса контролирующего лица должника, на котором лежит обязанность по сохранению и передачи управляющему бухгалтерской документации.

Доводы конкурсного управляющего об отсутствии доказательств равноценности встречного предоставления, судом апелляционной инстанции также были отклонены со ссылкой на конкретизацию платежей, содержащих ссылки на оплату товаров и услуг.

При этом апелляционный суд счел, что в данном случае бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства израсходованы не по назначению ответчиком, подлежат возложению на заявителя.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов об отсутствии оснований для вывода о том, что платеж от 21.07.2018 в сумме 10 000 руб. (платежное поручение № 484) совершен за пределами трехлетнего ретроспективного срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из установленных судами обстоятельств следует, что оспариваемый платеж от 21.07.2018 в сумме 10 000 руб. совершен за пределами ретроспективного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершен 21.07.2018, в то время как дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Промэнерго» возбуждено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.07.2021.

В связи с этим конкурсный управляющий лишен возможности ссылаться на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем выводы судов об отсутствии оснований для признания оспариваемой операции от 21.07.2108 на сумму 10 000 руб. недействительной сделкой по основаниям безвозмездности и причинения вреда кредиторам должника (пункты 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) является верными.

В то же время, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ФИО1 требований в остальной части, судами не учтено следующее.

Разрешая спор в остальной части, суды констатировали только отсутствие доказательств, подтверждающих отсутствие необходимости в выдаче ответчику денежных средств «под отчет» на хозяйственные нужды, тем самым в нарушение положений статей 9 и 65 АПК РФ ошибочно распределив бремя доказывания между сторонами, по сути, обязав конкурсного управляющего подтвердить отрицательный факт, в то время как заявление об отрицательном факте, по общему правилу, перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя.

Ссылка суда апелляционной инстанции на правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума ВАС РФ № 11524/12 от 29.01.2013, подразумевающую возложение на заявителя бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства израсходованы не по назначению ответчиком, если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, не может быть признана обоснованной. Выводы судов в указанном деле основаны на иных фактических обстоятельствах, связанных со взысканием конкурсным управляющим неосновательного обогащения с контрагента должника.

Однако в рассматриваемом случае конкурсным управляющим заявлено требование о признании недействительной сделкой выдачу ответчику, являющемуся контролирующим должника лицом, денежных средств «под отчет» в отсутствие подтверждающих получение должником соразмерного встречного исполнения документов и доказательств относимости этих операций к хозяйственной деятельности предприятия.

Кроме того, в силу разъяснений, изложенных в абзаце шестом пункта 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», совершение сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности должника не исключает возможности признания их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пункт 2 статьи 61.2 названного Закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Предмет доказывания по данной категории дел определен нормами материального права, а также разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и характеризуется закреплением в законодательстве ряда презумпций, облегчающих доказывание заявителю.

Следует отметить, что сущность правил распределения обязанности доказывания, основанных на презумпциях, состоит в том, что при особой трудности доказывания определенного факта закон освобождает сторону от этой обязанности, если доказан связанный с ними другой факт. Обязанность доказывания противоположного факта возлагается на другую сторону. Презюмируемые факты не входят в предмет доказывания, однако исключения существуют в случае опровержения их противоположной стороной.

Так, при оспаривании подозрительных сделок должника частью 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) установлена презумпция знания заинтересованным лицом о причинении вреда имущественным правам кредиторов, ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника при совершении подозрительных сделок должника.

Кроме того, при оспаривании подозрительных сделок должника подпунктом 2 частью 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) закреплена презумпция цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных данной частью нормы.

По смыслу положений статьи 61.2 Закона о банкротстве и содержащихся в пункте 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснений в ходе рассмотрения обособленных споров о признании недействительными сделок должника бремя доказывания распределяется следующим образом.

Бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. В свою очередь, бремя опровержения данных презумпций и, как следствие, доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий привел доводы о подозрительности оспариваемых операций, сославшись как на их характер (выдача денежных средств под отчет и снятие наличных денежных средств), так и на отсутствие доказательств их относимости к хозяйственной деятельности должника, мотивируя это отсутствием в имеющейся в его распоряжении бухгалтерской документации каких-либо подтверждающих документов: чеков, авансовых отчетов и т.д., тем самым подтвердив существенные сомнения в экономической обоснованности этих операций и в получении должником от этого какой-либо выгоды (то есть встречного предоставления).

Следовательно, бремя опровержения презумпции причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным интересам должника и его кредиторов, недобросовестности ответчика, занимавшего в тот момент должность генерального директора должника, перешла к ФИО3

Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» содержит разъяснение о том, что в случае отказа директора от дачи пояснений относительно своих действий (бездействия) или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Таким образом, довод конкурсного управляющего о подозрительном характере оспариваемых операций в нарушение положений статей 71, 168 и 170 АПК РФ не получил какой-либо правовой оценки со стороны судов нижестоящих инстанций, в связи с чем не были и установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для проверки действительности оспариваемых сделок.

Остался без судебной проверки и довод заявителя о фактической безвозмездности оспариваемых операций по выдаче денежных средств под отчет, а также о том, что имеющиеся в распоряжении конкурсного управляющего авансовые отчеты с чеками не соотносятся со сведениями об использовании ответчиком денежных средств должника.

При таких обстоятельствах выводы судов о недоказанности необходимой совокупности оснований для признания оспариваемых операций с денежными средствами должника недействительными сделками в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве сделаны преждевременно.

Уклонившись от оценки указанных доводов конкурсного управляющего, суды допустили неполное исследование доказательств по делу, что привело к принятию необоснованных судебных актов.

На основании изложенного следует признать, что выводы судов основаны на неполном исследовании всех значимых для дела обстоятельств и существенных для правильного рассмотрения спора доказательств, что в силу пункта 3 статьи 287 АПК РФ влечет за собой отмену обжалуемых судебных актов в части отказа в признании недействительной сделкой оспариваемых платежей в сумме 2 460 883,52 руб. и направление обособленного спора в отмененной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть вышеизложенное в соответствии со статьей 71 АПК РФ, проверить доводы конкурсного управляющего об отсутствии встречного предоставления по оспариваемым операциям, предложить ответчику представить пояснения относительно экономической обоснованности получения денежных средств под отчет, а также представить подтверждающие бухгалтерские документы, соотнести имеющиеся в распоряжении конкурсного управляющего авансовые отчеты и чеки с полученными денежными средствами, на основании полного и всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимосвязи дать оценку всем имеющимся в деле обстоятельствам с учетом предусмотренных законом презумпций и распределения в связи с этим бремени доказывания и на основании этого вынести законное и обоснованное решение.

В остальной части обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2023 подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2023 по делу № А65-17012/2021 в части отказа в признании сделок недействительными и применении последствий недействительности в размере 2 460 883, 52 руб. отменить.

В отменной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2023 по делу № А65-17012/2021 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.А. Самсонов


Судьи А.Г. Иванова


Н.А. Третьяков