Постановление от 3 апреля 2024 г. по делу № А59-1131/2020

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-1131/2020
г. Владивосток
03 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 апреля 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Амальгама»,

апелляционное производство № 05АП-575/2024

на определение от 12.12.2023

судьи Н.Н. Поповой

по делу № А59-1131/2020 Арбитражного суда Сахалинской области

по заявлению конкурсного управляющего Горовенко Ивана Александровича

к Нетипановой Елене Григорьевне

о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Амальгама» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью Лесопромышленный комплекс «Сахалин Дин Цзюнь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 (в режиме веб-конференции), по доверенности от 12.09.2023, сроком действия на 3 года, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Амальгама» (далее - ООО «Амальгама», апеллянт, кредитор) 06.03.2020 обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Лесопромышленный комплекс «Сахалин Дин Цзюнь» (далее - должник, общество, ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 13.03.2020 заявление кредитора принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества.

Решением суда от 18.06.2020 (резолютивная часть от 11.06.2020) ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель).

В рамках данного дела конкурсный управляющий 05.12.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее - ответчик) по обязательствам должника и взыскании с ответчика 18 879 307,13 руб.

Определением суда от 12.12.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда от 12.12.2023 отменить. В обоснование своей позиции апеллянт сослался на то, что суд не связан доводами заявителя и самостоятельно определяет обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора. По мнению апеллянта, делая вывод об отсутствии возможности и обязанности у ФИО2 обратиться с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) с 28.12.2020, равно как и в 2019 году, поскольку 20.02.2018 ФИО2 подала учредителю общества заявление об увольнении по собственному желанию, а 05.12.2018 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена информация о недостоверности сведений о ФИО2 как о генеральном директоре ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» на основании ее заявления, судом не учтено следующее. Из материалов дела усматривается, что 28.11.2017, 23.01.2018 и 16.03.2018 ООО Импортно-экспортная компания «Чжэцзян Динь Цзюнь» (далее - Компания) как покупатель и должник как продавец заключили договоры купли-продажи, по условиям которых продавец обязался передать покупателю товар. Покупатель 05.12.2017, 24.01.2018 и 20.03.2018 оплатил на счет продавца денежные средства в качестве предоплаты за товар. По мнению апеллянта, анализ выписки по счету должника и указанные обстоятельства опровергают выводы суда о том, что ФИО2 уволилась с должности генерального директора ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» 20.02.2018, поскольку упомянутые договоры были подписаны ею, расходные операции по счету также проводила она. Апеллянт также отметил, что на момент введения процедуры банкротства на счету должника денежные средства отсутствовали. Кроме того, имелась налоговая задолженность в размере 509 469, 23 рублей, которая включена во вторую очередь реестра кредиторов должника.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024, после устранения заявителем жалобы обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 27.03.2024.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором, возражая против удовлетворения жалобы, ответчик указал, что ФИО2 04.09.2020 направила в адрес конкурсного управляющего почтовой корреспонденцией с описью вложения и наложенным платежом имеющуюся у нее документацию, печать должника, факт получения которой конкурсным управляющим не оспаривался. Принимая во внимание, что ФИО2 в установленном порядке 20.02.2018 подала свое заявление об увольнении с должности руководителя ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» по собственному желанию, последним днем работы ФИО2 в этой должности являлось 20.03.2018, поэтому, и все документы подписанные ФИО2 по 20.03.2018 включительно в качестве руководителя ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» являются законными и легитимными, как подписанные лицом, имеющим на то соответствующие полномочия. ФИО2 отмечает, что 05.12.2018 сведения о руководителе ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» ФИО2 недостоверны в связи с заявлением ею об их недостоверности, поскольку она уволилась с должности руководителя ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» на основании своего надлежащего заявления об увольнении по собственному желанию от 20.02.2018. В отношении заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу документов конкурсному управляющему ФИО2 сослалась на определение суда от 02.02.2021 об отказе в истребовании у неё имущества должника, в котором судом отмечено, что дальнейшая обязанность по поиску и истребованию у третьих лиц имущества должника лежит на конкурсном управляющем. При этом, конкурсный управляющий в своем заявлении не указывает ни конкретное наименование материальных и иных ценностей должника, которые противоправно не передала ФИО2, ни их количество, ни их стоимость (размер ущерба), что также исключает наступление гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков с ФИО2 Также ответчик обратил внимание на то, что конкурсный управляющий не обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Компании, которая является контролирующим лицом должника, как его участник с 60% долей уставного капитала общества, поскольку представляется объективно очевидным, что Компания, выступая лицом, определяющим действия должника, не предприняло надлежащих мер ни по назначению нового руководителя, ни по приему - передаче материальных и иных ценностей должника после получения заявления ФИО2 об увольнении с должности руководителя ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» по собственному желанию от 20.02.2018. Ответчик привел довод об истечении срока исковой давности в случае квалификации судом заявления в качестве взыскания убытков, который по мнению ответчика начал течь с 20.03.2018 или с 05.12.2018. Также отметил, что 13.10.2018 ФИО2 направила почтой в адрес Компании заявление в котором указано о необходимости обеспечения Компанией приема - передача от ФИО2 бухгалтерской и иной документации, печатей и штампов, материальных и иных ценностей ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» по адресу: Россия, 694020, <...> или необходимости сообщения ФИО2, каким образом и по какому адресу необходимо доставить документацию, печати и штампы, материальные и иные ценности представителю Компании. Однако, Компания, выступая лицом, определяющим действия ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь», не предприняло надлежащих мер по приему - передаче документации, печатей и штампом, материальных и иных ценностей общества.

В судебном заседании представитель ФИО2 возразил против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представители иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по правилам статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу и письменных пояснений, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Согласно представленной в дело выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 18.06.2020 должник зарегистрирован 22.11.2017, основным видом экономической деятельности должника является распиловка и строгание древесины, дополнительными видами деятельности, в том числе, лесозаготовка, участником общества с 20.02.2018 является Компания (зарегистрирована 17.11.2017, регистрационный номер 91330201MA2AFQEU7Q, страна происхождения Китай) с 60% доли в уставном капитале общества, оставшиеся 40% доли в уставном капитале должника принадлежат самому обществу (дата внесения соответствующей записи 05.10.2018).

Кроме того в данной выписке содержаться сведения о том, что генеральным директором общества с 22.11.2017 являлась ФИО2, при этом 05.12.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись за № 2186501050448 о недостоверности сведений о генеральном директоре (заявление физического лица о недостоверности сведений о нем). Также в ЕГРЮЛ 25.07.2019 внесена запись за № 2196501149689 о недостоверности сведений об адресе (месте нахождения) общества, а согласно записи № 2196501137138 регистрирующим органом 19.06.2019 принято решение о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что у ФИО2 с 18.12.2020 (даты вступления в законную силу решения Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2019 по делу № А59-3711/2019 о взыскании с должника в пользу кредитора задолженности) возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества, которая ею не исполнена, а вместо этого приняты меры к сокрытию данного факта путем подачи заявлений о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ в отношении общества с целью последующего исключения последнего из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, а также не переданы конкурсному управляющему материальные и иные ценности должника, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве регламентирована в главе III.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Судом выше установлено, что ответчик осуществлял полномочия руководителя должника, что в силу положений пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презюмирует за ним статус контролирующих должника лиц, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве указано, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если, в частности, удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 названной статьи заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, момент возникновения данного условия, факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, для определения наличия оснований привлечения к субсидиарной ответственности имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, когда выполнение его плана являлось разумным.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества, в силу статьи 2 Закона о банкротстве, понимается - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

При разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Конкурсный управляющий в заявлении в обоснование требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве сослался на то, что по условиям заключенных между должником (продавец) и Компанией (покупатель) договоров должник обязался поставить товар покупателю в течение одного года, то есть до 28.11.2018, 23.01.2019 и 16.03.2019, после чего у Компании возникает право отказаться от исполнения договоров на суммы 1 750 000 юаней и 1 125 000 руб., следовательно, ответчик на момент внесения записей в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений в отношении общества знал о том, что общество отвечало признакам неплатежеспособности. В представленном в дальнейшем дополнении к заявлению конкурсный управляющий указал на то, что ответчик должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника с 18.12.2020 – дата вступления в законную силу решения Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2019 по делу № А59-3711/2019, которым взыскана задолженность в сумме 1 750 000 юаней и 1 125 000 руб. по указанным выше договорам купли-продажи от 28.11.2017, 23.01.2018 и 16.03.2018 (далее – договоры купли-продажи) с должника в пользу ООО «Амальгама», которому Компания по договору от 18.03.2019 уступила право требования по названным договорам. При этом заявитель сослался на то, что на указанную им дату (18.12.2020) у должника отсутствовали денежные средства и имущество для погашения данных требований.

Вместе с тем по состоянию на 18.12.2020 в суде уже находилось заявление самого кредитора (ООО «Амальгама») о признании должника банкротом, более того на этот момент в отношении общества было открыто конкурсное производство. Как указано выше, заявление кредитора поступило в суд 06.03.2020, принято к производству суда 13.03.2020 и решением суда от 11.06.2020 в отношении должника введена процедура банкротства. Следует отметить, что на момент вынесения судом названных судебных актов решение суда от 01.11.2019 по делу № А59-3711/2019 являлось вступившим в законную силу, поскольку не обжаловалось в вышестоящий суд; апелляционная жалоба на данный судебный акт подана Федеральной налоговой службой (далее – ФНС России) 21.07.2020.

Данные обстоятельства сами по себе свидетельствуют о необоснованности позиции заявителя о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом в период после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) последнего.

Приведенные в заявлении конкурсного управляющего и апелляционной жалобе кредитора ссылки на то, что по условиям договоров купли-продажи должник обязался поставить товар покупателю в течение одного года, то есть до 28.11.2018, 23.01.2019 и 16.03.2019, после чего у Компании, оплатившей должнику денежные средства в качестве предоплаты за товар, возникает право отказать от исполнения договоров, а значит и потребовать возврата предоплаты, сами по себе не являются надлежащими и достаточными доказательствами возникновения у должника на указанные даты признаков объективного банкротства, влекущих обязанность у контролирующих должника лиц обратиться в суд с соответствующим заявлением. Имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Кроме того, опровергая требование заявителя, ФИО2 сослалась на то, что она уволилась с должности руководителя общества по собственному желанию на основании заявления от 20.02.2018, при этом Компания как единственный участник должника не обеспечила назначение нового руководителя, отметив также, что в связи с недостоверностью в ЕГРЮЛ сведений о ней как о руководителе общества ею подано заявление в регистрирующий орган, на основании которого 05.12.2018 ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

Данные доводы подтверждаются указанной выше выпиской из ЕГРЮЛ, представленными ответчиком письменными доказательствами: заявлением ФИО2 от 20.02.2018 о намерении досрочно расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, с просьбой уволить ее с 20.03.2018 (на заявлении имеется отметка о его получении, в том числе Компанией), заявлением от 12.12.2018, адресованном Компании как единственному участнику общества, с просьбой уволить с должности генерального директора общества на основании заявления от 20.02.2018, обеспечить прием-передачу от нее бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей по указанному в заявлении адресу или иному адресу, указанному Компанией (к заявлению приложены доказательства его направления в адрес Компании).

Достоверность представленных ответчиком письменных доказательств иными участвующими в деле лицами в порядке статьи 65 АПК РФ документально не опровергнута. Внесение 05.12.2018 по заявлению ФИО2 записи в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о ФИО2 как о директоре общества согласуются с данными доказательствами.

Приведенный в апелляционной жалобе довод о том, что увольнение ответчика в должности генерального директора опровергается тем, что договоры с Компанией 28.11.2017, 23.01.2018 и 16.03.2018 подписаны, а расходные операции по счету 05.12.2017, 24.01.2018, 20.03.2018 по внесению покупателем (Компанией) предоплаты проведены ФИО2, подлежат отклонению. Как указано выше, в своем заявлении об увольнении с должности директора общества ответчик просила уволить ее с 20.03.2018. Таким образом, осуществление ответчиком действий в качестве руководителя общества до указанной даты согласуется с позицией ответчика о совеем увольнении из общества. Кроме того, как следует из размещенной на официальном сайте Картотеки арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) (далее – Картотека арбитражных дел) информации о движении дела № А59-3711/2019 (по иску кредитора о взыскании с должника задолженности по данным договорам), доступной в режиме ограниченного доступа, договор от 16.03.2018 от имени должника подписан не ФИО2, а иным лицом (договор размещен в электронной карточке дела 18.06.2019); остальные договоры и платежи от 05.12.2017, 24.01.2018 датированы датой до подачи ответчиком заявления о своем увольнении, в связи с чем во внимание не принимаются. Документального подтверждения в порядке статьи 65 АПК РФ доводу о проведении ответчиком расходной операции от 20.03.2018 по счету по внесению покупателем (Компанией) предоплаты по договорам купли-продажи апеллянтом в дело не представлено. Сама по себе выписка по счету должника не может свидетельствовать о том, что денежные средства получены обществом в лице ответчика. На наличие иных обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО2 после указанной ею даты увольнения продолжала осуществлять полномочия руководителя общества, апеллянтом и иными участвующими в деле лицами не указано, доказательств не представлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у ФИО2 отсутствовала возможность и обязанность обратиться в суд с заявлением о признании ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» несостоятельным (банкротом) с 18.12.2020, равно как и в 2019 году.

Надлежащего обоснования с документальным подтверждением возникновения у ответчика в какую-либо иную дату обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества ни заявителем, ни апеллянтом не представлено. Судебной коллегией по имеющимся в деле доказательствам данное обстоятельство не установлено.

Кроме того, ни конкурсный управляющий, ни апеллянт не представили документально подтвержденные сведения о составе и размере обязательств должника, возникших после дат, которые по мнению последних, являются датами возникновения у ответчика обязанности по подаче в суд заявления о признании общества банкротом, по состоянию на дату поступления в суд заявления самого апеллянта о признании должника банкротом.

При этом заслуживают внимания, изложенные в отзывах на заявление и на апелляционную жалобу аргументы ответчика о том, что в соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве, однако единственный участник должника (Компания) не принял решения по обращению в суд с таким заявлением.

Вместе с тем, как указано выше и усматривается из мотивировочной части вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2019 по делу № А59-3711/2019, задолженность перед апеллянтом возникла по договорам купли-продажи от 28.11.2017, 23.01.2018 и 16.03.2018, заключенным с Компанией, уступившей в дальнейшем ООО «Амальгама» право требования с должника задолженности по этим договорам. То есть на указанные апеллянтом и заявителем даты возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве общества именно Компания (правопредшественник апеллянта) как единственный участник должника (в том числе в отсутствие в деле доказательств назначения нового руководителя общества после увольнения ответчика с этой должности) имела право при наличии к тому оснований принять соответствующее решение решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

При установленном выше коллегия пришла к выводу о недоказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о призвании ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» несостоятельным (банкротом).

В отношении иного указанного заявителем основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности коллегия пришла к следующим выводам.

В обоснование требования в данной части конкурсный управляющий сослался на положения статьи 61.11 Закона о банкротстве и указал на то, что ответчиком не переданы конкурсному управляющему материальные и иные ценности должника по причине их утраты, что подтверждено, по мнению заявителя, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве должника определением суда от 17.11.2020.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 Постановления № 53 также разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок ().

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

В силу пункта 18 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Как указано выше, конкурсный управляющий мотивировал свои требования тем, что ФИО2 не осуществила передачу материальных и иных ценностей должника конкурсному управляющему по причине их утраты, что подтверждено определением суда от 17.11.2020. В качестве имущества должника, которое не передано конкурсному управляющему, последний указал: трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак <***> 1987 года выпуска, трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак <***> 1984 года выпуска, трелевочный трактор ТТ-4 (списан на запасные части), автомобиль УАЗ 390995, государственный регистрационный знак М5430Е65, 2010 года выпуска, бензопилы - 3 штуки, вагон-дом 6-ти местный, вагон-дом 4-х местный.

При проверке указанных доводов, судебной коллегией из Картотеки арбитражных дел установлено, что конкурсный управляющий 23.07.2020 обратился в суд с заявлением об истребовании у ответчика документов и имущества должника в порядке статьи 66 АПК РФ, в частности:

1 Учредительные документы должника (Устав, учредительный договор, свидетельства о присвоении ОГРН, ИНН);

2. Документы, подтверждающие права должника на недвижимое имущество, земельные участки, транспортные средства, технические паспорта на имущество;

3. Протоколы собрания руководящих органов должника;

4. Приказы и распоряжения руководящих органов должника;

5. Договоры, соглашения, контракты, заключённые должником со всеми юридическими и физическими лицами с документами, подтверждающими их исполнение;

6. Документы первичного бухгалтерского учёта, бухгалтерской отчётности (квартальные и годовые); представленные в Федеральную налоговую службу РФ, внебюджетные фонды и Государственное статистическое управление, с соответствующими отметками о принятии, приказы о принятии учётной политики, акты об инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости;

7. Список кредиторов с указанием полного наименования юридического (физического) лица, сумм задолженности и адресами их местонахождения;

8. Перечень имеющегося в наличии имущества, в том числе акций, облигаций, ценных бумаг;

9. Сведения о фактической численности работников должника, утверждённое штатное расписание;

10. Сведения о выданных доверенностях.

Впоследствии, 08.09.2020 от конкурсного управляющего поступило заявление об уточнении требований от 07.09.2020, согласно которому управляющий просил суд обязать бывшего руководителя должника ФИО2 передать помимо выше указанной документации также все имеющиеся у ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» транспортные средства, в том числе: автомобиль УАЗ 390995, государственный регистрационный знак № М5430Е65, 2010 года выпуска и самоходные машины трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак № <***> 1987 года выпуска, трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак № <***> 1984 года выпуска.

Впоследствии 09.11.2020 конкурсный управляющий представил уточнение к заявлению, в котором сославшись на частичную передачу ему ответчиком документации и имущества должника (в том числе по акту приема-передачи от 06.10.2020 бензопилы в количестве 3 шт., навигатора GPS – 1 шт, генератора 3 квт – 1 шт., генератора 1 квт – 2 шт., шин для пил – 4 шт.), просил возложить на бывшего руководителя должника ФИО2 обязанность передать имущество и регистрационные документы на него:

1. трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак № <***> 1987 года выпуска;

2. трактор ТТ-4, государственный регистрационный знак № <***> 1984 года выпуска;

3. трелевочный трактор ТТ-4 (списан на запасные части);

4. Автомобиль УАЗ 390995, Государственный регистрационный знак № М5430Е65, 2010 года выпуска;

5. Бензопилы - 3 штуки (из шести переданы три);

6. Вагон-дом 6-ти местный;

7. Вагон-дом 4-х местный;

8. одеяло, подушки, матрацы;

9. договоры хранения вышеуказанного имущества и акты его приема-передачи от ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» Паку В.В., ФИО4

Определением суда от 17.11.2020, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Данный судебный акт, на который конкурсный управляющий сослался в подтверждение своей позиции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за утрату имущества должника, не содержит выводов о наличии вины ответчика в такой утрате. Напротив, в судебном акте указано, что ФИО2 принимала всевозможные меры по предоставлению конкурсному управляющему имеющихся у нее документации и имущества должника. Так, из мотивировочной части определения суда от 17.11.2020 следует, что по запросу конкурсного управляющего ФИО2 04.09.2020 направила в адрес конкурсного управляющего почтовой корреспонденцией с описью вложения и наложенным платежом имеющуюся у нее документацию, печать ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь», пояснения относительно имущества должника, которое ранее имелось в его распоряжении для лесозаготовки; представителем ФИО2 совместно с представителем конкурсного управляющего должника с целью передачи имущества 03.10.2020 осуществлен выезд на территорию производственной базы, расположенной по адресу: <...>, на которой по пояснениям ответчика находилось имущество, однако имущества должника на территории базы не обнаружено; при опросе руководителя находящейся на базе организации стало известно о том, что имущество в виде трактора ТТ-4, государственный регистрационный знак № 4190 СМ 65. 1987 года выпуска, трактора ТТ-4, государственный регистрационный знак № <***> 1984 года выпуска, Вагон-дом 4-х местный с постельными принадлежностями (одеяло, подушки, матрацы) до недавнего времени находилось на территории данной базы и было вывезено хозяином базы ФИО5 в неизвестном направлении; в соответствии с пояснениями представителя ФИО2, данными в судебном заседании суда первой инстанции, договоры хранения вышеуказанного имущества не заключались и акты приема-передачи от должника иным лицам не подписывались, соответственно истребуемые документы у бывшего руководителя должника отсутствуют в связи с их фактическим неизготовлением; по пояснениям ФИО2 трелевочный трактор ТТ-4 списан на запасные части, бензопила списана по причине поломки и невозможности ее восстановления с дальнейшим ее использованием на запасные части; согласно акту приема - сдачи имущества от 03.10.2020 имущество в виде автомобиля УАЗ 390995, государственный регистрационный знак № М5430Е65, 2010 года выпуска, двух бензопил Husqvarna 435 и Husqvarna 372 самовольно присвоено бывшим работником ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» ФИО6, при попытках ФИО2 вернуть имущество получен отказ; относительно вагона-дома 6-ти местного ФИО2 поясняла, что ООО ЛПК «Сахалин Дин Цзюнь» осуществляло производственную деятельность в зимний период в области лесозаготовки древесины, поэтому указанный вагон-дом был установлен для проживания бригады для заготовки древесины на лесном участке Тымовского лесничества Мало-Тымовского участкового лесничества, лесной квартал 86, выдел 6, с целью дальнейшего продолжения работ по заготовке древесины было принято решение оставить вагон-дом на деляне для следующего зимнего заезда на лесную деляну с целью заготовки древесины.

При этом выше коллегией по материалам настоящего спора коллегией установлено, что ФИО2 еще 20.02.2018 подала единственному учредителю должника - компании заявление о своем увольнении с 20.03.2018 (заявление получено исполнительным директором Компании), 05.12.2018 по заявлению ФИО2 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о ФИО2 как о генеральном директоре общества, а 12.12.2018 ФИО2 направила Компании как единственному участнику общества повторное заявление об увольнении, а также об обеспечении приема-передачи от нее бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника.

Из материалов дела не усматривается принятие единственным участником должника – Компанией (правопреемником которой по требованиям к должнику является апеллянт) каких-либо мер по назначению нового руководителя общества, по обеспечению приема новым руководителем общества и/или самой Компанией от ФИО2 документации и материальных ценностей должника.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку ФИО2 после подачи в 2018 году заявлений о ее увольнении, о готовности передать документацию и имущество должника, предприняты надлежащие меры, направленные на такую передачу Компании как единственному участнику общества, в отсутствие в деле доказательств принятия со стороны Компании на протяжении длительного времени каких-либо мер по обеспечению принятия от ответчика документации и имущества должника, учитывая принятые ответчиком в процедуре банкротства исчерпывающие меры по передаче управляющему всей имеющейся документации должника, а также сведений о возможном месте нахождения имущества должника и оказанию помощи в возврате части имущества, коллегия не находит достаточных оснований для вменения в вину ответчику утрату этой части имущества и, как следствие, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, заявителем не приведено какого-либо обоснования тому, что утрата данной части имущества послужила причиной доведения должника до банкротства.

Указанные в заявлении конкурсного управляющего ссылки на то, что ответчик с целью сокрытия факта неплатежеспособности должника и последующего исключения общества из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа подала заявление о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ в отношении общества во внимание не могут быть приняты, поскольку носят предположительный характер и документально не подтверждены (в части цели совершения ответчиком названных действий), при этом подача заявления в регистрирующий орган лицом, о котором в ЕГРЮЛ содержаться недостоверные сведения, соответствует требованиям действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы на отсутствие на счетах должника на момент введения процедуры банкротства денежных средств, на наличие у общества задолженности перед ФНС России, которая включена в реестр, коллегией отклоняются, поскольку данные обстоятельства ни сами по себе, ни в своей совокупности не являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

При этом коллегия, учитывая обращение с настоящей апелляционной жалобой ООО «Амальгама» (требования которого составляют подавляющее большинство -18 117 902,50 руб., при общем размере требований кредиторов в реестре 18 879 307,13 руб.), при том, что другой кредитор (ФНС России) ни к заявлению конкурсного управляющего, ни к апелляционной жалобе кредитора не присоединился, отмечает следующее.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Таким образом, право требования привлечения к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит исключительно независимым от должника кредиторам.

Вместе с тем, как указано выше и усматривается из мотивировочной части вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2019 по делу № А59-3711/2019, задолженность перед апеллянтом возникла по договорам купли-продажи от 28.11.2017, 23.01.2018 и 16.03.2018, заключенным с Компанией (уступившей в дальнейшем ООО «Амальгама» право требования с должника задолженности по этим договорам), которая является единственным участником должника.

Оснований для привлечения ответчика к ответственности в виднее взыскания убытков (учитывая разъяснения пункта 20 Постановления № 53), коллегия не усматривает, принимая во внимание установленные выше обстоятельства.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком заявлено о применении срока исковой давности по требованию конкурсного управляющего.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Поскольку процедура банкротства в отношении должника открыта 11.06.2020, обращение конкурсного управляющего 02.12.2022 в суд с настоящим заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности осуществлено в пределах срока исковой давности.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 12.12.2023 по делу № А59-1131/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Амальгама», из федерального бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины, ошибочно уплаченной по чеку от 20.02.2024.

Выдать справку на возврат.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.


Председательствующий

Т.В. Рева


Судьи

М.Н. Гарбуз


К.П. Засорин