Решение от 6 марта 2020 г. по делу № А56-146441/2018

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-146441/2018
06 марта 2020 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 04 марта 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 06 марта 2020 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Стрельчук У.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: акционерное общество "Генеральная Строительная Корпорация" (адрес: Россия 197046, Санкт-Петербург, наб. Петроградская, д. 22, ОГРН: <***>);

ответчики: 1) Управление федеральной службы исполнения наказаний по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (адрес: Россия 191123, Санкт-Петербург, ул. Захарьевская, д. 14, ОГРН: <***>);

2) Федеральная службы исполнения наказаний (адрес: Россия 196105, Санкт-Петербург, а/я 324; Россия 119049, Москва, ул. Житная, д. 14, ОГРН: <***>)

третье лицо: временный управляющий АО "ГСК" Голубев Д.В.

о взыскании

при участии

- от истца: ФИО2, дов. от 20.01.202

ФИО3, дов. от 31.12.2019;

ФИО4, дов. от 05.07.2019

- от ответчиков: 1) ФИО5, дов. от 15.01.2020

ФИО6, дов. от 29.01.2020

ФИО7, дов. от 19.02.2020

2) ФИО8, дов. от 27.11.2019

- от третьих лиц: не явился, извещен



установил:

Акционерное общество «Генеральная строительная корпорация» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о взыскании с Управления Федеральной службы исполнения наказания по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ответчик, Управление) 6 060 608 652 рублей убытков.

Определениями суда от 22.02.2019 и от 08.06.2019 по ходатайству ответчика к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены соответственно Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России) и временный управляющий Акционерного общества «Генеральная строительная корпорация» Голубев Дмитрий Валерьевич.

По ходатайству истца судом была назначена судебная строительно-техническая и экономико-бухгалтерская экспертиза для определения, в том числе, размера убытков, причиненных Обществу действиями Управления, с постановкой перед экспертами, с учетом позиции ответчика, следующих вопросов:

1. Строительно-технический блок вопросов:

1.1. Соответствует ли проектно-сметная документация, представленная Заказчиком Генеральному подрядчику для строительства объекта, конкурсной документации в рамках Государственного контракта № 130 на выполнение подрядных строительных работ для государственных нужд от 14.07.2007? Если нет, то определить стоимость работ, не предусмотренных конкурсной документацией;

1.2. Соответствует ли переданная в производство работ на 01.07.2016 проектно-сметная документация на системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре строительным нормам и правилам, а также требованиям пожарной безопасности? Если нет, то насколько существенные изменения надо внести в этот и в другие разделы проекта для устранения данных нарушений?

1.3. Имел ли Генеральный подрядчик возможность в соответствии с условиями Государственного контракта № 130 на выполнение подрядных строительных работ для государственных нужд от 14.07.2007 завершить работы по строительству объекта капитального строительства в 2018 году при условии фактического начала эксплуатации Заказчиком незавершенного строительством объекта в декабре 2017 года?

2. Экономико-бухгалтерский блок вопросов:

2.1. Определить размер убытков, понесенных Генеральным подрядчиком в связи с ненадлежащим исполнением Заказчиком своих обязательств по Государственному контракту на выполнение подрядных строительных работ для государственных нужд № 130 от 14.07.2007 (в соответствии со статьей 4 Контракта, требованиями Градостроительного Кодекса РФ) за период с 01.06.2013 по 31.12.2017, в том числе в части реального ущерба и в части упущенной выгоды;

3.2. Определить размер убытков, понесенных Генеральным подрядчиком в связи с изменением Заказчиком Графика финансирования работ по Государственному контракту № 130 на выполнение подрядных строительных работ для государственных нужд от 14.07.2007 г.;

3.3. Представить расчет изменения стоимости Общества за период с 01.06.2013 до 31.12.2017.

На период производства экспертизы производство по делу было приостановлено.

По окончании проведения экспертизы производство по делу возобновлено.

По результатам экспертизы истец в судебном заседании 06.06.2019 уточнил размер исковых требований, просил взыскать с Управления 3 929 326 588 рублей убытков. Уточнение размера требований принято судом.

С учетом обнаруженной арифметической ошибки в заключении эксперта истец в судебном заседании 22.01.2020 повторно уточнил требования, просил взыскать с Управления 4 113 960 022 рублей убытков.

Уточнение требований в части дополнительной суммы убытков в размере 75 907 245 рублей судом приняты; в части суммы расходов по оплате работ во исполнение судебных актов по другим делам в принятии уточнений отказано ввиду того, что данное требование является новым, ранее истцом не заявлялось, досудебный порядок в отношении него истцом не соблюден. В результате цена иска с учетом принятых судом уточнений составила 4 005 233 832 руб. убытков.

В связи с поступившими от ответчика по результатам ознакомления с заключением экспертов вопросами, а также в целях подтверждения/опровержения допущенной экспертом арифметической ошибки и по инициативе самого суда в адрес экспертов направлялись соответствующие судебные запросы, письменные ответы на которые приобщены к материалам дела. Кроме того, суд обязал экспертов явкой в судебное заседание 04.03.2020 для дачи пояснений по представленному заключению по экономико-бухгалтерскому блоку вопросов.

В судебном заседании 26.02.2020 истец вновь уточнил требования - заявил о привлечении в качестве субсидиарного соответчика ФСИН России как главного распорядителя бюджетных средств - лица, несущего в силу пунктов 7, 11 ст.161 Бюджетного кодекса РФ (далее – БК РФ) ответственность за неисполнение Управлением денежных обязательств при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, просил взыскать с Управления в свою пользу 4 005 233 832 рублей убытков, а именно: 747 148 121 рубля в качестве реального ущерба; 1 113 691 000 рублей в качестве упущенной выгоды; 398 214 711 рублей в качестве реального ущерба в связи с инфляционными потерями; 1 746 180 000 рублей в качестве убытков, причиненных утратой стоимости Общества. При недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных Управлению для исполнения его денежных обязательств, истец просил взыскать денежные средства в размере, соответствующем объему неисполненного обязательства, в свою пользу с Федеральной службы исполнения наказаний. Протокольным определением от 26.02.2020 указанные уточнения судом приняты. Рассмотрение дела начато с начала.

В судебном заседании истец уточненные исковые требования поддержал в полном объеме.

Представители ответчиков против удовлетворения иска возражали по основаниям, изложенным в отзывах. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности для защиты нарушенного права.

Временный управляющий акционерного общества «Генеральная строительная корпорация» Голубев Д.В. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, отзыв на иск им не представлен.


Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд установил следующее:

14.07.2007 между Обществом (Генеральный подрядчик) и Управлением (Заказчик) был заключен государственный контракт от 14.07.2007 № 130 (далее – Госконтракт) на выполнение строительных работ объекта для государственных нужд - следственного изолятора на 4 000 мест в Санкт-Петербурге (далее - Объект) на общую сумму (с учетом Дополнительного соглашения № 337 от 22.10.2015) 12 254 367 662 руб., при этом на ответчика в соответствии с пунктом 4.2.1 Госконтракта была возложена обязанность до начала выполнения работ Генподрядчиком передать последнему рабочий проект, техническую документацию в отношении объекта со штампом «В производство работ» с необходимыми согласованиями.

В соответствии с пунктом 3.2 первоначальной редакции Госконтракта срок выполнения работ установлен до 30.05.2013. Впоследствии срок выполнения работ изменялся: дополнительным соглашением № 19 от 27.02.2013 - до 01.12.2015 в связи с внесением изменений в Федеральную целевую программу «Развитие уголовно-исполнительной системы (2007 - 2016 годы)» (далее – ФЦП) без изменения его цены; дополнительным соглашением от 22.10.2015 № 337 – до 01.07.2016 в связи с необходимостью выполнения дополнительного объема работ.

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что обязательства по Госконтракту ответчиком не были исполнены, в связи с чем Общество понесло убытки. Так, на момент начала работ и в период выполнения работ ответчик не обеспечил передачу истцу комплекта документации, необходимой для выполнения работ, а также неоднократно инициировал изменение срока выполнения работ по причинам, не связанным с истцом. Причинами изменения срока выполнения работ, в частности, являлось внесение изменений в ФЦП, а также необходимость выполнения дополнительных работ, не предусмотренных Госконтрактом.

27.08.2018 истец направил в адрес ответчика претензию с требованием об оплате 6 060 608 652 рублей убытков с приложением их расчета.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании убытков.

Стороны в судебном заседании заявили, что ими представлены все доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела и принятия решения, о чем сделана соответствующая запись в протоколе судебного заседания, удостоверенная подписями представителей сторон.


Арбитражный суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по требованиям о взыскании реального ущерба по следующим основаниям:

В соответствии с п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

1. По требованию о взыскании 747 148 121 рубля убытков в виде реального ущерба:

Рассматриваемое требование истец обосновывает положениями ст.767 ГК РФ, предусматривающей право подрядчика требовать возмещения причиненных ему увеличением сроков строительства убытков, а также неисполнением ответчиком обязанностей, предусмотренных ст.719 ГК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.767 ГК РФ при уменьшении соответствующими государственными органами или органами местного самоуправления в установленном порядке средств соответствующего бюджета, выделенных для финансирования подрядных работ, стороны должны согласовать новые сроки, а если необходимо, и другие условия выполнения работ. Подрядчик вправе требовать от государственного или муниципального заказчика возмещения убытков, причиненных изменением сроков выполнения работ.

Часть 2 статьи 72 БК РФ содержит общее правило, согласно которому государственные (муниципальные) контракты заключаются и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств.

Согласно статье 6 БК РФ под лимитом бюджетных обязательств понимается объем прав в денежном выражении на принятие казенным учреждением бюджетных обязательств и (или) их исполнение в текущем финансовом году (текущем финансовом году и плановом периоде).

В соответствии со статьей 161 БК РФ в случае уменьшения казенному учреждению как получателю бюджетных средств главным распорядителем (распорядителем) бюджетных средств ранее доведенных лимитов бюджетных обязательств, приводящего к невозможности исполнения казенным учреждением бюджетных обязательств, вытекающих из заключенных им государственных контрактов, казенное учреждение должно обеспечить согласование новых условий государственных (муниципальных) контрактов, в том числе по цене и (или) срокам их исполнения и (или) количеству (объему) товара (работы, услуги).

Из приведенного следует, что под изменением лимитов бюджетного финансирования понимается не изменение цены государственного контракта, а изменение непосредственно объемов финансирования на исполнение контракта на каждый текущий финансовый год в соответствии с положениями БК РФ.

В соответствии с ч.7 ст.161 БК РФ при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенному учреждению для исполнения его денежных обязательств, по таким обязательствам от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования отвечает соответственно орган государственной власти (государственный орган), орган местного самоуправления, орган местной администрации, осуществляющий бюджетные полномочия главного распорядителя бюджетных средств, в ведении которого находится соответствующее казенное учреждение. Согласно ч.11 этой же статьи положения, установленные настоящей статьей, распространяются на органы государственной власти (государственные органы), органы местного самоуправления (муниципальные органы) и органы управления государственными внебюджетными фондами с учетом положений бюджетного законодательства Российской Федерации, устанавливающих полномочия указанных органов.

Таким образом, привлечение ФСИН России в качестве субсидиарного соответчика согласуется с положениями БК РФ.

В соответствии с абз.2 п.3 ст.72 БК РФ государственный контракт на выполнение работ, длительность производственного цикла выполнения которых превышает срок действия утвержденных лимитов бюджетных обязательств (то есть 1 год), может быть заключен в пределах средств, установленных на такой контракт, в частности, государственной программой.

Размеры лимитов бюджетных обязательств (лимиты финансирования) для строительства Объекта в данном случае определялись на основании ФЦП.

Первоначально, на дату заключения Госконтракта, ФЦП в редакции от 19.05.2007 определяла сроки строительства и соответствующее финансирование в период с 2007 по 2013 годы. Впоследствии в ФЦП были внесены изменения, в соответствии с которыми срок действия ФЦП в целом увеличивался до 2016 года, а лимиты финансирования по годам перераспределялись с учетом этого в сторону уменьшения по конкретным годам. Исходя из указанной совокупности внесенных в ФЦП изменений Управление и Общество заключили дополнительное соглашение № 19 к Госконтракту (далее – ДС № 19), исходя из буквального толкования условий которого стороны, со ссылкой на Постановление Правительства РФ от 01.03.2011 № 133, ст.ст.708, 767 ГК РФ, ст.ст.32, 34 и 79 БК РФ, продлили срок выполнения работ с 30.05.2013 до 01.12.2015 года, то есть на 2,5 года. При этом общая стоимость работ по Контракту осталась неизменной (с учетом дополнительного соглашения № 337) и составила 12 254 367 662 руб.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что в Госконтракт в части срока выполнения работ сторонами внесены изменения (срок выполнения работ по Госконтракту продлен) в связи с выделением бюджетных средств в меньшем размере в разрезе по годам.

Увеличение срока строительства объекта повлекло возникновение у Общества дополнительных расходов на содержание и охрану Объекта, которые, вопреки доводам Управления, не могли быть включены в цену Госконтракта, в частности, в накладные расходы, учитывая, что общая стоимость работ по Госконтракту осталась неизменной.

Из условий Госконтракта и ДС № 19 к нему не следует, что в период, на который срок строительства продлен по обстоятельствам, не зависящим от истца, обязанность по содержанию и охране Объекта была возложена на Общество за его счет.

Из материалов дела (договоров, счетов-фактур, актов оказанных услуг, платежных поручений, расчетно-кассовых ордеров, экспертного заключения от 10.04.2019 № 42/16-2, из дополнительных письменных пояснений эксперта ФИО9, редставленных им в судебное заседание по запросу суда) усматривается, что истцом понесены расходы, связанные с обеспечением строящегося объекта электрической энергией, тепловой энергией, водой, водоотведением, а также расходы, связанные с осуществлением охраны, за период с 30.05.2013 по 01.12.2015 в размере 485 483 673,77 руб.

В соответствии со ст.71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Применительно к экспертному заключению от 10.04.2019 № 42/16-2 суд отмечает, что оно соответствуют предъявляемым ст.86 АПК РФ требованиям к форме и содержанию такого заключения, согласуется с имеющимися в деле доказательствами, с учетом представленных дополнений и пояснений внутренне непротиворечиво, а потому признается судом достоверным. Оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется.

Доказательства того, что расходы на указанную сумму возмещены Управлением Обществу, отсутствуют.

Довод Управления о том, что лимиты финансирования по Госконтракту не изменялись, поскольку его цена оставалась неизменной, судом отклоняются. Истцом заявлено требование о взыскании убытков, а не о стоимости выполненных работ по Госконтракту, поэтому-то обстоятельство, что в Госконтракте установлена его твердая цена, для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в случае, если финансирование госконтракта изменяется в сторону уменьшения на соответствующий год (годы), и это приводит к увеличению срока выполнения работ, а цена контракта при этом не меняется, у подрядчика возникают убытки.

В связи с внесением изменений в ФЦП в виде перераспределения лимитов финансирования и заключением в этой связи дополнительного соглашения срок строительства Объекта увеличился с 63 до 93 месяцев.

Динамика изменения лимитов финансирования и соответствующего увеличения сроков строительства приведен в таблице, о приобщении которой ходатайствовало Общество. Ходатайство судом удовлетворено.

Учитывая изложенное, стоимость обозначенных расходов в размере 485 483 673,77 руб. подлежит взысканию с Управления в порядке статей 15, 767 ГК РФ.

Довод Управления о том, что часть заявленных истцом убытков в виде стоимости услуг по теплоснабжению, водоснабжению и водоотведению уже была предметом судебного рассмотрения в рамках дела А56-39226/2016, судом отклоняется, поскольку в рамках указанного дела вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по иску о взыскании убытков на основании ст.767 ГК РФ , а именно: причинно-следственная связь между уменьшением лимитов финансирования по годам, продлением в этой связи сроков выполнения работ и возникновение в силу совокупности этих обстоятельств убытков на стороне подрядчика не являлась предметом исследования и оценки.

При этом, вопреки мнению Управления, выводы судов по иным делам имеют преюдициальный характер для рассмотрения настоящего спора лишь по вопросу установления фактических обстоятельств дела, а не их правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (в частности, о том, что обязательства Заказчика по Госконтракту выполнены им в полном объеме, бремя несения дополнительных затрат, связанных с Госконтрактом, после первоначальной даты его завершения - 30.05.2013 возложено на Общество). Такие выводы сделаны не в результате процесса судебного доказывания, а в результате толкования норм закона и договора, то есть являются правовой оценкой, которая в силу легальной интерпретации ч.2 ст.69 АПК РФ, данной в определении Конституционного Суда РФ от 06.11.2014 № 2528-О, необязательна для суда по настоящему делу.


Как следует из исковых требований, Обществом предъявлены ко взысканию убытки в размере 747 148 121 рублей в виде реального ущерба за период с 30.05.2013 по 01.07.2016 года (в виде расходов на содержание и охрану Объекта, из которых 485 483 673,77 руб. - за период с 30.05.2013 по 01.12.2015, а 261 664 448,06 руб. - за последующий период (с 01.12.2015 по 31.12.2017).

Суд находит требование о взыскании реального ущерба в размере 261 664 448,06 руб. за период с 01.12.2015 по 31.12.2017 не подлежащим удовлетворению, поскольку продление Госконтракта в этой части не было обусловлено уменьшением финансирования по смыслу ч.1 ст.767 ГК РФ, а имело своей причиной необходимость выполнения дополнительных работ, что, с учетом принципа свободы договора, не может рассматриваться ни как виновное/противоправное поведение ответчика по смыслу ст.15 ГК РФ, ни как специальное по отношению к ст.15 ГК РФ основание для возмещения убытков, предусмотренное ст.767 ГК РФ.

Так, из буквального толкования условий пункта 1 дополнительного соглашения № 337 от 22.10.15 усматривается, что предусмотренное в нем продление сроков строительства до 01.07.2016 потребовалось исключительно в связи с необходимостью выполнения монтажа интегрированной системы безопасности.

Ссылка истца на неисполнение Управлением обязанностей, предусмотренных ст.719 ГК РФ, применительно к данному требованию судом не принимается, поскольку такое неисполнение по смыслу ч.2 указанной статьи является самостоятельным основанием для отказа от исполнения договора по инициативе подрядчика и последующего взыскания убытков, если иное не предусмотрено договором подряда. По условиям Госконтракта (п.13.2) его расторжение возможно в двух случаях: по соглашению сторон либо по решению суда. В данном же случае расторжение Госконтракта состоялось по итогам рассмотрения дела А56-102196/2018, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.12.2019 по которому частично удовлетворен как первоначальный иск Управления, так и встречный иск Общества о расторжении Госконтракта без ссылки на ст.719 ГК РФ.

В этой связи применительно к указанному эпизоду суд считает экспертное заключение от 25.04.2019 № 42/16-1 неотносимым доказательством, а потому не принимает его в расчет.


2. По требованию о взыскании 398 214 711 рублей в качестве реального ущерба в связи с инфляционными потерями:

В соответствии с п.2.4 Госконтракта в случае нарушения конечного срока выполнения работ по вине Заказчика оплата разницы в стоимости выполненных работ осуществляется Заказчиком с учетом индексов-дефляторов, принятых Минэкономразвития России, действующих на момент фактического выполнения соответствующих работ.

Экспертным заключением от 10.04.2019 № 42/16-2, оснований не доверять которому у суда не имеется, подтверждается, что за период продления сроков выполнения работ по Госконтракту по обстоятельствам, не зависящим от Общества, а именно: с 01.06.2013 по 31.12.2016, инфляционные потери Общества составили 398 214 711 рублей.

При этом в отношении данного вида убытков суд считает правомерным их предъявление как за период продления срока выполнения работ в связи с изменением финансирования (в том числе, его уменьшением) по конкретным годам, так и за период выполнения дополнительных работ, изначально не предусмотренных Госконтрактом, под которые выделялось дополнительное бюджетное финансирование.

Довод Управления об оплате истцу работ с применением индексов-дефляторов, предусмотренных Госконтрактом, сам по себе не опровергает правомерности предъявления требования, основанного на согласованном сторонами условии Госконтракта.

В силу этого суд считает указанное требование обоснованным по праву и размеру, а потому подлежащим удовлетворению.


3. По требованию о взыскании 1 113 691 000 рублей в качестве упущенной выгоды.

С учетом положения абз.2 ч.7 ст.161 БК РФ, в соответствии с которой сторона государственного (муниципального) контракта, иного договора вправе потребовать от казенного учреждения возмещения только фактически понесенного ущерба, у истца отсутствует право требовать возмещения упущенной выгоды в связи с изменением сроков выполнения работ в связи с уменьшением бюджетного финансирования.

Ссылка истца на неисполнение Управлением обязанностей, предусмотренных ст.719 ГК РФ, применительно к данному требованию судом не принимается по тем же мотивам, что и применительно к требованию о взыскании реального ущерба.

Таким образом, суд считает требование о взыскании упущенной выгоды необоснованным по праву, а потому не подлежащим удовлетворению.


4. По требованию о взыскании 1 746 180 000 рублей в качестве убытков, причиненных утратой стоимости Общества

Истец обосновывает указанное требование положениям ст.ст.15, 393 ГК РФ, а размер - экспертным заключением от 10.04.2019 № 42/16-2.

Из пояснений как самого истца, так и эксперта ФИО9 в судебном заседании 04.03.2020 следует, что фактически под утратой стоимости Общества понимается снижение стоимости акций Общества, в результате чего затрагиваются права в сфере экономической деятельности не самого Общества, а его акционеров. В этой связи суд считает, что указанное требование заявлено ненадлежащим истцом, в связи с чем подлежит отклонению.

Таким образом, суд признает обоснованными требования о взыскании убытков в виде реального ущерба в размере 485 483 673,77 руб., причиненных Обществу за период с 01.06.2013 по 01.12.2015 в связи с изменением сроков выполнения работ по Госконтракту в связи с уменьшением соответствующими государственными органами в установленном порядке средств соответствующего бюджета, выделенных для финансирования подрядных работ, а также убытков в виде реального ущерба в размере 398 214 711 рублей, причиненных Обществу инфляционными потерями за период с 01.06.2013 по 31.12.2017.

В оставшейся части требования Общества не обоснованы по праву.

В отношении заявления Управления о пропуске истцом срока исковой давности суд отмечает следующее:

В соответствии со ст.ст.195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст.200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Применительно ко всем требованиям истца убытки он начал нести с 01.06.2013, то есть с первого дня продления сроков выполнения работ по Госконтракту на основании ДС № 19. Окончание периода, в котором истец нес убытки в связи с уменьшением финансирования - 01.12.2015.

С учетом положения абз.2 ч.7 ст.161 БК РФ, в соответствии с которой сторона государственного (муниципального) контракта, иного договора вправе потребовать от казенного учреждения возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного изменением условий государственного (муниципального) контракта, иного договора, истец получил возможность обратиться за защитой нарушенного изменением сроков выполнения работ права лишь по истечении измененного срока выполнения работ, подведя итоги финансовой деятельности и оценив фактически понесенный ущерб. Такой срок был обозначен как 01.12.2015. Соответственно, от него и следует исчислять начало течения 3-летнего срока исковой давности. С исковым заявлением истец обратился 21.11.2018, то есть в пределах срока исковой давности (даже без учета 30 дней, включаемых в такой срок для соблюдения досудебного порядка урегулирования спора). Таким образом, истцом давностный срок для защиты нарушенного права не пропущен, в связи с чем заявления ответчиков подлежат отклонению.

Истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины. В связи с частичным удовлетворением требований истца с него надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение иска в той части, в которой ему в иске отказано. Ответчик от уплаты госпошлины освобожден.

Истец понес расходы в связи с оплатой судебной экспертизы в размере 676 940 рублей. В связи с отказом в удовлетворении той части исковых требований, для обоснования которой истец ходатайствовал о назначении строительно-технического блока вопросов в рамках назначенной судом экспертизы, суд относит расходы по оплате указанного блока экспертизы в размере 317 240 рублей на истца. В связи с удовлетворением иска в части требований о взыскании реального ущерба расходы истца по оплате экономико-бухгалтерского блока вопросов подлежат пропорциональному отнесению на ответчика и взысканию с последнего в пользу истца.


Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области



решил:

Заявления Управления Федеральной службы исполнения наказания по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области и Федеральной службы исполнения наказаний о пропуске Акционерным обществом «Генеральная Строительная Корпорация» срока исковой давности отклонить.

Исковые требования удовлетворить частично:

Взыскать с Управления Федеральной службы исполнения наказания по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в пользу Акционерного общества «Генеральная Строительная Корпорация» 883 698 384,77 рублей убытков в виде реального ущерба, 79 385,79 рублей в порядке возмещения расходов по оплате судебной экспертизы.

При недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области для исполнения его денежных обязательств взыскать денежные средства в размере, соответствующем объему неисполненного обязательства, в пользу Акционерного общества «Генеральная Строительная Корпорация» с Федеральной службы исполнения наказаний.

В удовлетворении оставшейся части иска отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Генеральная Строительная Корпорация»в в доход федерального бюджета 155 873 рубля государственной пошлины.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.



Судья Стрельчук У.В.