Постановление от 29 июля 2025 г. по делу № А56-55536/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-55536/2021
30 июля 2025 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1


Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 июля 2025 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Морозовой Н.А., Радченко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем Вороной Б.И., после перерыва – секретарем Дмитриевой Т.А.,

при участии: 

от конкурсного управляющего – представителя ФИО1 (доверенность от 04.02.2025),

ФИО2 (паспорт), его представителя ФИО3 (доверенность от 04.03.2025),

от ООО «Полюс» - генерального директора ФИО4 (выписка из ЕГРЮЛ, паспорт),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-3114/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2024 по обособленному спору №А56-55536/2021/суб.1 (судья Семенова И.С.), принятое по заявлению ООО «Полюс» о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кредо»,

ответчики: ФИО2, ФИО5,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) обратилось ООО «Полюс» с заявлением о признании ООО «Кредо» (далее - должник)  несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 25.06.2021 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ООО «Полюс».

Определением арбитражного суда от 03.09.2021 (резолютивная часть объявлена 25.08.2021) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Решением арбитражного суда от 24.01.2022 (резолютивная часть объявлена 19.01.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначена ФИО6

Определением арбитражного суда от 23.06.2022 конкурсным управляющим ООО «Кредо» утверждена ФИО6

В арбитражный суд 21.01.2023 обратилось ООО «Полюс» с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением арбитражного суда от 13.12.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.05.2024, заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2024 судебные акты отменены в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кредо», спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

ООО «Полюс» представило уточненное заявление, в котором просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Уточнения приняты судом первой инстанции на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением от 18.11.2024 арбитражный суд оставил без удовлетворения ходатайства ФИО2 о привлечении к участию в споре третьего лица, о приостановлении производства по спору, об отказе в приобщении документов, представленных конкурсным управляющим и об отложении рассмотрения заявления; привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кредо»; производство по спору в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до расчетов с конкурсными кредиторами ООО «Кредо».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 18.11.2024 отменить, в удовлетворении требований ООО «Полюс» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказать.

Апеллянт утверждает, что уточнение требований в суде первой инстанции заявлено неизвестным лицом – ФИО4, чьи полномочия суд не проверил. Уточнения не могли быть приняты. Следовательно, суд должен был рассматривать первоначально заявленные требования. Суд неправомерно отказался откладывать рассмотрение спора для ознакомления ФИО2 с уточнениями. Отзыв конкурсного управляющего с приложением апеллянт не получал, но суд приобщил его к делу. По мнению подателя жалобы, ФИО4 и управляющий злоупотребили своими правами.

ФИО2 отрицает, что после смены руководителя общества карточки подписей в банке не были переоформлены на ФИО7, а доступ к счету имелся только у ФИО2 В материалах дела отсутствуют документы, подписанные и представленные в ПАО Банк «ФК «Открытие» непосредственно ФИО2, включая карточку подписей. Факт отсутствия у ФИО2 доступа к счетам был установлен судами при рассмотрении обособленного спора об истребовании у ФИО2 документации ООО «Кредо». Податель жалобы настаивает на том, что не имел доступа к счету, в связи со сменой новым руководителем логинов, паролей, номера телефона, адреса электронной почты. В материалы дела не представлено доказательств того, что какой-либо платеж, осуществленный с какого-либо счета ООО «Кредо», начиная с 14.08.2018, был совершен посредством представления банку платежного поручения на бумажном носителе, собственноручно подписанного ФИО2 Апеллянт ссылается на то, что генеральный директор должника – ФИО5 30.10.2018 закрыл расчетный счет ООО «Кредо», открытый в ПАО Банк «ФК Открытие» (по заявлению на основании решения самого ФИО5), перечислив на счет должника, открытый в ПАО «Сбербанк», денежные средства. Таким образом, новый руководитель проинформировал банки о смене руководства должника. Счет в ПАО «Сбербанк» был открыт лично ФИО5 Всего было перечислено 2 077 925, 51 рублей. Указанные денежные средства впоследствии были перечислены, в том числе, на счет ИП ФИО9 Перечисления в рамках договора с ИП ФИО9 от 04.07.2018 №0017  производились по всем счетам, включая счета, открытые непосредственно новым руководителем должника. Указанные обстоятельства, по мнению апеллянта, подтверждают факт наличия у нового руководителя ООО «Кредо», ФИО5, договора №0017 от 04.07.2018, заключенного между ООО «Кредо» и ИП ФИО9 Именно ФИО5 не представил указанный договор конкурсному управляющему и документы о его исполнении, что послужило поводом для оспаривания сделки.

Податель жалобы настаивает на том, что расписка от 14.08.2018 подтверждает отсутствие у него доступа к счетам ООО «Кредо» в банках, в соответствии с которой новый руководитель произвел смену данных для входа в банк-клиент. Спорные сделки (платежи в пользу ИП ФИО9) совершены не апеллянтом, а новыми руководителями, совместно с ФИО8, после 15.08.2018. В привлечении указанных лиц (ФИО7, – руководителя должника, при котором совершались платежи и ФИО8, представившего отзыв, в соответствии с которым у него имеются доказательства реальности сделки, совершенной с ИП ФИО9) судом было отказано. При этом по всем счетам новый руководитель производил платежи, в том числе на ИП ФИО9, сменил логины, пароли; все платежи совершались с нового IP адреса; номер телефона, с которого совершался вход в банк-клиент, принадлежал новому руководителю должника. В адрес конкурсного управляющего неоднократно направлялись требования запросить во всех банках, в которых были открыты счета должника, сведения о номерах телефонов, IP-адресах, с которых осуществлялся вход в банк-клиент, электронной почты, однако конкурсный управляющий бездействовал. Данное обстоятельство привело к тому, что от АО КБ «Модульбанк» поступил ответ об отсутствии истребуемой информации.

Апеллянт утверждает, что конкурсный управляющий злонамеренно умалчивает о том, что в АО КБ «Модульбанк» при передаче дел новому руководителю (период с 01.07.2018 по 14.08.2018, в соответствии с распиской) была совершена смена логинов, паролей, электронной почты.

Помимо изложенного податель жалобы настаивает на том, что расписка от 14.08.2018 подтверждает факт получения ФИО7 документов. Такая расписка была направлена в адрес временного управляющего, но последний намеренно подменил содержимое конверта и составил акт о несоответствии. Апеллянту пришлось истребовать указанную расписку у ФИО8 Расписка подтверждает, что: 1) ФИО8 изъявил желание с 01.07.2018 приобрести у ФИО2 100% доли в ООО «Кредо»; 2) передача документации и смена доступов в личные кабинеты банков производилась в период с 01.07.2018 по 14.08.2018; 3) как указано в расписке, изначально ФИО7 назначен на должность генерального директора ООО «Кредо» 01.07.2018 (решение от 01.07.2018), однако, в связи с несоблюдением ФИО7 обязанности по обращению в регистрирующий орган с заявлением о смене генерального директора общества трёхдневный срок со дня принятия такого решения, во избежание наложения административного штрафа ФИО2 вынужден принять новое решение о назначении ФИО7 на должность генерального директора ООО «Кредо». Выводы суда основаны на предположении того, что смена данных в банк клиент не проведена.

Апеллянт обращает внимание на то, что суд вменил ему в вину подписание договора с ИП ФИО9, однако в материалы дела договор представлен не был; доказательств того, что договор подписывался именно ФИО2 и именно в указанную дату, а не позднее, материалы дела не содержат. Кроме того, сам договор может свидетельствовать именно о наличии договорных отношений, оспорен же был не договор, а платежи, и только вследствие того, что ни ИП ФИО9, ни бывшие руководители должника, не исполнили обязанность по представлению первичной документации.

ФИО2 не согласен с тем, что новый руководитель не мог найти контрагента за 1 день и начать расчеты с ним. Апеллянт ссылается на показания ФИО8, который подтвердил, что договоры ИП ФИО10, ФИО11 он подписывал сам за ФИО2

Апеллянт возражает и против требований ООО «Полюс», настаивая на том, что судебный акт о взыскании задолженности в пользу названного кредитора в настоящее время пересматривается.

К апелляционной жалобе приложены дополнительные документы.

В отзыве конкурсный управляющий возражает по доводам апеллянта, в том числе против приобщения дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе, полагая судебный акт законным и обоснованным. К отзыву приложен приговор, вынесенный мировым судьей судебного участка №40 Санкт-Петербурга ФИО12 от 15.08.2019 по делу №1-31/2019-40.

В суд апелляционной инстанции 09.07.2025 поступил отзыв ООО «Полюс» на апелляционную жалобу, который судом апелляционной инстанции к материалам дела не приобщен и во внимание не принят в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и получения его указанными лицами (часть 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Поскольку отзыв подан в апелляционный суд в электронном виде, оснований для его возврата на бумажном носителе не имеется.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании 09.07.2025 его участники поддержали позиции, изложенные в своих процессуальных документах.

Заслушав их доводы, апелляционная коллегия на основании статьи 163 АПК РФ объявила перерыв до 16.07.2025 для представления конкурсным управляющим дополнительных документов.

За время перерыва 11.07.2025 от ООО «Полюс» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором кредитор возражает против отмены судебного акта; конкурсным управляющим представлены: копия запроса в ПАО «ФК Открытие», карточка подписей, заявление о присоединении, акт признания ключа электронной подписи, акт приема-передачи дистрибутива (токена), заявление об акцепте, опросник клиента (документы, свидетельствующие о том, что карточка подписей с ФИО2 на ФИО7 не менялась). Указанные документы (на диске) переданы представителем конкурсным управляющим в судебном заседании и приобщены к материалам дела.

 После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда и участников спора.

ФИО2 заявил ходатайство о приобщении дополнительных доказательств, настаивая на том, что уточнения в суде первой инстанции заявлены в последнем судебном заседании, при этом суд отказался откладывать рассмотрение дела для ознакомления ФИО2 с ними и опровержения доводов.

Обсудив ходатайство ФИО2, суд апелляционной инстанции на основании части 2 статьи 268 АПК РФ счел возможным приобщить дополнительные документы, на которые ссылается податель жалобы с учетом представленных им объяснений.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного заседания, однако своих представителей в суд не направили, что не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «Кредо» (Общество) создано в качестве юридического лица на основании решения ФИО2 от 12.01.2018 №1, зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 17.01.2018, основным видом деятельности Общества указано производство земляных работ.

ФИО2 являлся руководителем Общества в период с 12.01.2018 по 14.08.2018, в связи с чем имел право давать обязательные для Общества указания либо иным образом обладал возможностью определять его действия; в дальнейшем 11.09.2018 в ЕГРЮЛ внесены сведения о руководителе ООО «Кредо» – ФИО5 – генеральном директоре Общества до 19.01.2022; ФИО2 остался участником Общества с долей участия 100%.

Дело о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено 25.06.2021 по заявлению ООО «Полюс», ссылавшегося на неисполнение Обществом обязанности возвратить 1 028 401,50 рублей неосновательного обогащения в связи с получением в августе 2018 года ошибочно перечисленного платежа; указанные обстоятельства установлены решением арбитражного суда от 16.12.2020 по делу №А56-93138/2020.

Обращаясь с заявлением о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, кредитор ООО «Полюс» ссылался на отсутствие документации должника, необходимой для формирования его конкурсной массы; недостоверность внесенных в ЕГРЮЛ сведений о месте нахождения должника; неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных подпунктами 1, 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 и статьей 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) оснований для привлечения ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в силу их полномочий в Обществе.

 Апелляционный суд, рассмотрев дело по апелляционной жалобе ФИО2, согласился с выводами суда первой инстанции в отношении названного лица.

Определение суда первой инстанции от 13.12.2023 и постановление апелляционной инстанции от 01.05.2024 в отношении ФИО5, а также в части отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 4, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в кассационную инстанцию не обжаловалось.

Вместе с тем, ФИО2 в кассационной жалобе заявил о незаконности и необоснованности привлечения его к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, суд округа в постановлении от 29.08.2024 указал на то, что ни ООО «Полюс», ни конкурсный управляющий при рассмотрении спора не заявляли доводов о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение платежей в пользу ФИО9 в период с 15.08.2018 по 19.12.2018 в сумме 2 413 189,27 рублей (спор №А56-55536/2021/сд.2), а иные сделки по итогам обжалования судебных актов признаны действительными (споры №А56-55536/2021/сд.1 и №А56-55536/2021/сд.3).

Суд округа пришел к выводу о том, что суду первой инстанции следовало предложить конкурсному кредитору-заявителю указать обстоятельства, на которых он основывает свои требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, чего сделано не было. В результате спор рассмотрен без надлежащего определения фактов, составляющих предмет доказывания, что повлекло принятие незаконного и необоснованного судебного акта в этой части.

Кассационный суд обратил внимание на то, что из постановления апелляционного суда от 18.10.2023 по спору №А56-555536/2021/сд.2 следует, что все перечисления ФИО9, признанные недействительными сделками, имели место после 14.08.2018, то есть в период, когда ФИО2 руководителем ООО «Кредо» не являлся. Суд апелляционной инстанции, указав, что названными перечислениями в адрес ФИО9 причинен вред имущественным правам кредиторов Общества, тем не менее, не указал, на основании каких данных им сделан вывод о причастности ФИО2 к спорным перечислениям.

Дело в отменной части направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении ООО «Полюс» в лице руководителя ФИО4 в ходе судебного заседания 30.04.2024 представил в письменном виде уточнения, которых ссылался на убыточность сделки ООО «Кредо» с ФИО9, недействительный характер которой установлен в споре №А56-555536/2021/сд.2. Кредитор указал на то, что объем незаконно перечисленных денежных средств был достаточен для полного погашения задолженности ООО «Кредо» (по обязательным платежам и переел ООО «Полюс»). Перечисления осуществлялись со счетов должника, карточка подписей от которых не менялась после сложения ФИО2 полномочий руководителя.

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ.

С учетом представленных управляющим и кредитором документов, указаний суда округа и установленных по делу обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований ООО «Полюс» и доказанности оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовую позицию конкурсного управляющего и ООО «Полюс» в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Перечисленные ФИО2 процессуальные нарушения, допущенные при новом рассмотрении спора в суде первой инстанции не нашли своего подтверждения в материалах дела и в своей совокупности не влекут безусловной отмены судебного акта.

В силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска.

В соответствии с частью 4 статьи 59 АПК РФ дела организаций в арбитражном суде ведут их органы, действующие в соответствии с Федеральным законом, иным нормативным правовым актом или учредительными документами организаций.

Согласно абзацу третьему пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 №46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» требования о профессиональном представительстве не распространяются на единоличный орган управления организации, а также на арбитражного управляющего, действующего в процедуре банкротства в качестве такого органа.

Из материалов дела следует, что интересы ООО «Полюс» в заседании 30.10.2024 представлял единоличный исполнительный орган организации – руководитель ООО «Полюс» ФИО4, чьи полномочия подтверждаются сведениями из ЕГРЮЛ, а личность – паспортом.

При таком положении у суда первой инстанции не имелось оснований для непринятия уточнений, заявленных ФИО4 в ходе рассмотрения дела. Доводы апеллянта в указанной части признаются несостоятельными.

Что касается содержания уточнений, с которыми по утверждению апеллянта, последний не был знаком, то апелляционная коллегия принимает во внимание причину, по которой судебные акты по настоящему делу были отменены судом округа постановлением от 29.08.2024. ФИО13, по инициативе которого дело рассматривалось в суде кассационной инстанции, не мог не быть знаком с материалами дела и не осознавать, какие именно указания даны вышестоящим судом при направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Единственный аргумент, с которым суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться, исследуя соблюдение процессуальных норм права при разрешении спора в суде первой инстанции, является то, что при поступлении  от управляющего и ООО «Полюс» дополнительных документов и уточнений непосредственно в судебном заседании 30.10.2024 ФИО13 не обеспечена возможность подготовки мотивированного отзыва с представлением доказательств в обоснование возражений.

Данное процессуальное нарушение устранено на этапе апелляционного производства тем, что удовлетворено ходатайство ФИО13 о приобщении к материалам спора дополнительных доказательств. Руководствуясь положениями части 2 статьи 268 АПК РФ, апелляционный суд пришел к выводу об уважительности причин, повлекших невозможность представления обозначенных доказательств в суде первой инстанции.

Представленные ФИО13 дополнительные доказательства изучены апелляционной коллегией в совокупности с другими имеющимися в материалах спора доказательствами, по итогам анализа сделан вывод об отсутствии оснований для отмены судебного акта.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований кредитор ООО «Полюс» и конкурсный управляющий ссылаются на совершение от имени должника в интересах ФИО2 сделок на общую сумму 2 413 189,27 рублей, признанных судом недействительными в рамках в спора №А56-55536/2021/сд.2. При этом указанная сумма произведенных перечислений превышает всю сумму включенных в реестр требований кредиторов неисполненных обязательств должника, что свидетельствует о доведении должника до несостоятельности в результате совершения недействительных сделок.

Удовлетворяя требования ООО «Полюс», суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 указанной статьи).

В соответствии с положениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее – постановление №53) согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (пункт 23 постановления №53).

По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ) (пункт 56 постановления №53).

Как следует из пункта 16 постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что в рамках спора №А56-55536/2021/сд.2 признаны недействительными платежи ООО «Кредо» за период с 15.08.2018 по 19.12.2018, совершенные в пользу ФИО9 на общую сумму 2 413 189,27 рублей.

Платежи оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Совершение платежей на сумму 2 413 189,27 рублей фактически являлось выводом денежных средств без встречного исполнения.

Принимая во внимание, что судебный акт о признании названной сделки недействительной вступил в законную силу, доводы апеллянта о том, что сделка носила реальный характер, а должник получил исполнение по ней, отклоняются.

Апеллянт не опроверг и того, что указанных денежных средств, выведенных в пользу ФИО9, было бы достаточно для погашения задолженности как перед кредитором ООО «Полюс», так и перед уполномоченным органом в лице Управления ФНС России по Ленинградской области. Общий размер требований кредиторов составляет 1 358 113,99 рублей, в то время как активов выбыло на сумму 2 413 189,27 рублей.

Величина оборотных активов должника составляла 0 рублей, а итоговая годовая выручка должника за 2018 год и за предшествующие финансовые периоды и составила также 0 рублей.

При таких обстоятельствах негативный экономический эффект, возникший в результате совершения должником упомянутых перечислений (сделок) является значительным с учетом нулевого баланса должника, из чего суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии у причиненного вреда критерия существенности, достаточного для применения презумпции, указанной в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, ФИО2 официально являлся руководителем ООО «Кредо» только до 14.08.2018, тогда как спорные перечисления совершены в период с 15.08.2018 по 19.12.2018.

На данное обстоятельство обратил внимание суд округа в постановлении от 29.08.2024, указывая на необходимость обоснования причин, по которым лицу, сложившему полномочия руководителя ООО «Кредо», вменяется совершение действий, которые формально он выполнить не мог.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что даже после официального прекращения полномочий руководителя ООО «Кредо» ФИО2 не утратил контроля над активами Общества.

Апелляционный суд не усматривает оснований не согласиться с указанным выводом.

ФИО2 не прекратил полномочия участника должника, а значит, имел право получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его документами бухгалтерского учета и иной документацией в установленном его уставом порядке.

Ссылки апеллянта на то, что он нашел покупателя доли участия в уставном капитале ООО «Кредо», которым являлся ФИО8, обоснованные распиской от 14.08.2018, не выдерживают критики.

Согласно расписке от 14.08.2018 ФИО8 принял решение о покупке доли участия в уставном капитале ООО «Кредо» у ФИО2, а потому ФИО8, ФИО7 и ФИО2 зафиксировали следующие обстоятельства:

- ФИО7 назначен на должность генерального директора ООО «Кредо» с 01.07.2018 (решение от той же даты), но в связи с несоблюдением ФИО7 обязанности по обращению в регистрирующий орган с заявлением о внесении изменений в ЕГРЮЛ, касающихся смены единоличного исполнительного органа, ФИО2 «вынужден принять новое решение о назначении ФИО7 на должность генерального директора ООО «Кредо»;

- ФИО8 и ФИО7 подтверждают факт принятия от ФИО2 бухгалтерской и налоговой отчетности, а также всей первичной документации должника; электронных цифровых подписей; логинов и паролей от личных кабинетов в следующих банках – АО КБ «Модульбанк» (2 счета) и Банк «Открытие» (2 счета); учредительной и иной связанной с ней документации, печатей, штампов, бланков и товарных остатков;

- необходимость передачи доступа к счетам в банках связана с тем, что новый руководитель ООО «Кредо» собирается приступит к осуществлению хозяйственной деятельности немедленно, до внесения соответствующих сведений о руководителе в ЕГРЮЛ ООО «Кредо»;

- полная передача документов совершена 01.07.2018;

- в банках произведена смена номеров телефонов, логинов и паролей, а также адресов электронной почты.

Апелляционный суд установил, что в материалах дела отсутствует договор купли-продажи доли участия ООО «Кредо» в пользу ФИО8, равно как и не доказано, что изменения о новом участнике должника внесены в ЕГРЮЛ.

Данное обстоятельство ставит под сомнение правовой статус ФИО8 в деле, равно как и разумность действий ФИО2, который привлекал ФИО8 к корпоративным делам ООО «Кредо».

Правовых последствий в виде перехода доли участия в Обществе новому участнику представленная расписка не влечет, не создает оснований для привлечения ФИО8 к участию в деле, а также не может свидетельствовать о том, что указанное лицо имеет какое-либо отношение к ООО «Кредо» и вправе получать от ФИО2 финансовую и иную  документацию Общества или фиксировать ее передачу другому руководителю.

Вызывает сомнения и разумность принятия ФИО2 нескольких решений о назначении одного и того же лица руководителем ООО «Кредо». Будучи единственным участником должника именно податель апелляционной жалобы принимал решение о назначении ФИО7 директором ООО «Кредо», а затем, судя по содержанию расписки, снова принял такое решение.

Апелляционный суд соглашается с доводами управляющего о том, что ФИО7 имеет признаки номинального руководителя Общества, что косвенно подтверждается приговором вынесенный мировым судьей судебного участка №40 Санкт-Петербурга ФИО12 от 15.08.2019 по делу №1-31/2019-40, согласно которому ФИО7 привлечен к уголовной ответственности по части 1 статьи 173.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) – незаконное использование документов для образования (создания) юридического лица (ООО «Ардис Плюс»). При этом ФИО7 вину признал в полном объеме. Реальных управленческих функций в созданном обществе ФИО7 не совершал. Указанный приговор характеризует личность ФИО7 и подтверждает его номинальный статус руководителя ООО «Кредо».

Ссылки ФИО2 на результаты рассмотрения спора №А56-55536/2021/истр.1 подлежат отклонению, в том числе потому, что ни в одном судебном акте по нему не дано правовой оценки расписке от 14.08.2018, которая могла подтверждать передачу документов от ФИО2 следующему генеральному директору ООО «Кредо».  

При этом в апелляционной жалобе на определение от 16.05.2022 по спору №А56-55536/2021/истр.1, которая имеется в материалах электронного дела (подана 29.06.2022 через систему «Мой арбитр»), среди приложений отсутствует искомая расписка от 14.08.2018.

Обращает на себя внимание и тот факт, что ни ФИО7, ни ФИО5 участия в споре №А56-55536/2021/истр.1 не принимали, тогда как конкурсный управляющий изначально и последовательно доказывал свою позицию о том, что поименованные лица лишь номинально являлись руководителями Общества.

Несмотря на то, что ФИО2 утверждает, что направлял расписку от 14.08.2018 в адрес временного управляющего, в материалы дела представлен акт о несоответствии содержимого почтового отправления с идентификатором №19737558034758 с описью вложения: в действительности вместо расписки в конверте находится «предложение о выкупе дебиторской задолженности». Акт подписан сотрудником ОПС-195299 ФИО14, имеет штамп, датирован 01.02.2022.

Акт сотрудника почты не признан сфальсифицированным доказательством.

Изложенные обстоятельства в своей совокупности позволяют усомниться не только в содержании расписки от 14.08.2018 по основаниям, приведенным выше, но и достоверности данного доказательства, которое до настоящего момента судами не исследовалось (правовая оценка не давалась). Препятствий к предоставлению указанного документа как при рассмотрении спора №А56-55536/2021/истр.1, так и при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции ответчик не назвал.

Вызывают сомнения и действия ФИО2, который без разумных на то причин якобы передал ФИО7 еще до внесения изменений в ЕГРЮЛ изменений о смене руководителя всю документацию Общества, ЭЦП, логины и пароли и прочие юридически значимые документы. Чем была обусловлена такая необходимость, если как указано в самой расписке, ФИО7 (ранее уже назначенный ФИО2 руководителем) не произвел своевременных действий по внесению изменений в ЕГРЮЛ, податель жалобы не объяснил.

Сведения о смене руководителя на ФИО7 внесены в ЕГРЮЛ 22.08.2018.

В свою очередь, еще до внесения таких изменений в ЕГРЮЛ, даже в условиях неблагонадежности поведения ФИО7 (если принять во внимание содержание расписки, в которой ФИО2 утверждает о несовершении указанным лицом действий по внесению сведений об исполнительном органе Общества) ФИО2, тем не менее передает ЭЦП, пароли и логины от счетов ООО «Кредо» ФИО7, что воспринимается апелляционной коллегией критически.  

Более того, в ходе рассмотрения дела установлено, что ООО «Кредо» имело открытые счета не только в ПАО Банк «ФК Открытие» и АО КБ «Модульбанк», с которых производились спорные перечисления в пользу ФИО9, что в частности отражено в описательной части постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.11.2022 по спору №А56-55536/2021/истр.1 на странице 5 (абзац 3), однако, в расписке от 14.08.2018 фигурируют только сведения о передаче логинов, паролей и прочих сведений только в отношении указанных счетов.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, перечисления совершались со счетов должника, открытых ПАО Банк «ФК Открытие» и АО КБ «Модульбанк», владение над которыми ФИО2, вопреки его доводам со ссылками на дополнительные доказательства, не утратил.

Счета в ПАО «Банк «Открытие» были открыты в период осуществления ФИО2 полномочий генерального директора, после смены руководителя общества карточки подписей в банке не переоформлялись на ФИО7 Доступ к счету имелся только у ФИО2

Данный факт подтверждается документами, в том числе представленными 11.07.2025 конкурсным управляющим в суд апелляционной инстанции, - карточка подписей с ФИО2 на ФИО7 не изменялась, владелец ключа проверки электронной подписи – ФИО2 (сертификат действителен с 30.03.2018 до 03.06.2019), носитель ЭП e-Token передан по акту от 20.03.2018 ФИО2

Как верно указал суд, смена данных для входа в личный кабинет могла бы подтверждать факт перехода права доступа в личный кабинет, осуществления платежей и контроль за поступлениями иным лицом, а не ФИО2, однако указанное ответчиком сделано не было. ФИО2 в правоохранительные органы или в банковские учреждения для смены данных для входа и для блокировки доступа в личный кабинет Общества не обращался.

Что касается документов, по мнению ФИО2, подтверждающих смену паролей, логинов, телефонов и электронной почты в АО КБ «Модуль Банк», то апелляционный суд полагает, что они не подтверждают утрату контроля ответчика над управлением счетами в данном банке.

Апеллянт предъявил заявление от 27.07.2018, которое он сам направил в АО КБ «Модуль Банк», с просьбой сменить номер телефона для входа в личный кабинет, адрес электронной почты и разблокировать счет и доступ в личный кабинет. Администратор банка исполнил просьбу клиента – изменил адрес электронной почты. Инициатором смены данных являлся ФИО2, а не новый руководитель. При таком положении представляется неубедительным, что у апеллянта отсутствовал доступ к новой электронной почте, равно как и то, что такая почта и номер телефона не имели никакого отношения к ФИО2

Данное доказательство с учетом инициатора смены ключевых данных для использования счета в АО КБ «Модуль Банк» не может достоверно подтверждать, что ФИО2 утратил контроль над денежными средствами ООО «Кредо», находящимися на счетах в данном банке.

При оспаривании в рамках настоящего дела сделок с ИП ФИО10 и ИП ФИО11 установлено, что договоры от имени ООО «Кредо» были подписаны ФИО2

В заявлении о фальсификации ФИО2 было отказано, из состава доказательств данные документы (договоры) не исключены.

Документы от имени ФИО2 были подписаны в тот период, когда генеральным директором он не являлся. Указанное подтверждает сохранение фактической осведомленности о совершенных сделках.

Суд первой инстанции обоснованно обратил внимание на то, что ФИО7, став генеральным директором ООО «Кредо», за один день не мог осуществить поиск контрагента и начать деятельность по выводу активов в пользу ФИО9

Судом первой инстанции учтено, что по всем выпискам ООО «Кредо» обороты по счетам составили 32 648 534,68 рублей, при этом положительное сальдо между расходной и доходной частью отсутствовало. Денежные средства поступали на счет должника и в аналогичном объеме списывались со счета в тот же день (день поступления средств), ООО «Кредо» осуществляло деятельность в отсутствие какой-либо прибыли, которая могла бы направляться на развитие бизнеса либо распределяться в пользу учредителя, чьим основным законным интересом в осуществлении предпринимательства в формате создания хозяйственного общества могло являться только извлечение прибыли.

Апелляционный суд соглашается с тем, что наличие у ФИО2 юридического образования, подписание договоров в период нахождения его в должности генерального директора (указанные доказательства не признаны сфальсифицированными), невнесение изменений в карточку подписей, свидетельствует о наличии у ФИО2 как у единственного участника возможности контролировать денежные потоки ООО «Кредо». Последний лично назначал на должность генеральных директоров ООО «Кредо», которые не проявляли инициативу руководителя организации, в частности не осуществляли поиск контрагентов, не вступали в деловые переписки с уже имевшимися кредиторами и не способствовали развитию бизнеса, а также не имели возможности самостоятельно распоряжаться счетами должника, являясь номинальными.

Опровержение установленных судом первой инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствует, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Несогласие заявителя с выводами суда первой инстанции, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со 270 АПК РФ, судом не нарушены, в связи с чем апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2024 по обособленному спору №А56-55536/2021/суб.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.    

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 10 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Н.А. Морозова

 А.В. Радченко