Решение от 31 августа 2020 г. по делу № А24-9426/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-9426/2019
г. Петропавловск-Камчатский
31 августа 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 31 августа 2020 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Заречье» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице участника ФИО2 к ФИО3

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуальный предприниматель ФИО4 (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО5, ФИО6,

о взыскании 5 750 000 руб.,

при участии:

от истца: ФИО7 – лично, паспорт; ФИО8 – представитель по доверенности от 19.08.2020 № 41АА 0718150 (сроком на 1 год), адвокат (удостоверение от 30.01.2017 № 242),

от ответчика: ФИО9 – представитель по доверенности от 30.01.2020 № 41 АА 0687551 (сроком на три года), адвокат (удостоверение от 17.12.2007 № 92),

от третьих лиц: ИП ФИО10 – лично, паспорт,

ФИО5, ФИО6– не явились,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Заречье» (далее – общество, ООО «Заречье»; адрес: 684104, <...>) в лице участника ФИО2 (далее – ФИО2, истец), владеющего 50 % доли в уставном капитале общества (с учетом уточнения процессуального истца, принятого протокольным определением от 29.01.2020), обратился в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением о взыскании с единоличного исполнительного органа общества (генерального директора) ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) в пользу общества убытков в сумме 5 750 000 руб.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статью 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и мотивированы наличием в обществе корпоративного конфликта и недобросовестным исполнением ответчиком, являющемся супругом второго участника общества, владеющего 50 % доли в уставном капитале, своих обязанностей генерального директора.

Определением от 29.01.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены второй участника общества ФИО5 (далее – ФИО5), доверительный управляющий ФИО2 – ФИО6 (далее – ФИО6), а также индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4), которой перечислены денежные средства, предъявленные ответчику к взысканию в качестве убытков.

ФИО5 и ФИО6 в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе путем публикации судебного акта на сайте суда в сети Интернет, в связи с чем судебное заседание на основании статьи 156 АПК РФ проведено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель истца представил для приобщения к материалам дела оригинал платежного поручения в подтверждение оплаты государственной пошлины в связи с предоставленной ранее отсрочкой (определение от 09.01.2020), а также заявил ходатайство об отложении судебного заседания для возможности ознакомления с материалами дела, указав, что поскольку был привлечен в качестве представителя накануне судебного разбирательства, не имел возможности ознакомиться с делом ранее.

Протокольным определением от 26.08.2020 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства отказано ввиду отсутствия на то уважительных причин. Решение истца о смене представителя по делу к таким причинам не относится. С учетом давности нахождения спора в суде (иск принят 09.01.2020) решение истца о смене представителя, спустя восемь месяцев судебного разбирательства, и привлечение нового представителя накануне судебного заседания является риском истца, а также свидетельствует о злоупотреблении им процессуальными правами, следствием чего является затягивание судебного разбирательства.

Представитель истца заявил устное ходатайство об истребовании доказательств, а именно: просил истребовать в Россельхозбанке информацию о том, запрашивались ли банком у общества документы, обосновывающие платежи по ранее предоставленным платежным поручениям, и какие документы были предоставлены по такому запросу. Пояснил, что по имеющейся у него информации такие документы банку предоставлялись. Подтвердил, что самостоятельно в установленном порядке с письменным запросом в банк не обращался, отказа не получал, поскольку знал, что на подобный запрос будет получен отказ в силу специфики запрашиваемой информации.

Представитель ответчика и третье лицо возражали против удовлетворения ходатайства, указывая, что документы, обосновывающие переводы, уже представлены в дело.

Протокольным определением от 26.08.2020 в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств отказано в связи с его несоответствием требованиям статьи 66 АПК РФ: заявитель не представил доказательств обращения с запросом о предоставлении документов к лицу, у которого они находятся, и получения отказа в предоставлении запрашиваемых доказательств. Более того, представитель подтвердил, что с таким запросом не обращался. Кроме того, суду не представлены доказательства наличия у кредитного учреждения запрашиваемых документов, а доводы представителя истца носят предположительный характер. Также судом учитывается длительность нахождения дела в суде во взаимосвязи с тем, что истец не указал причины, по которым заявленное ходатайство не было и не могло быть подано ранее, и не представил доказательств уважительности таких причин.

Представитель истца заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы давности составления документов, представленных ответчиком в обоснование оспариваемых платежей, о фальсификации которых ранее уже заявлено другим представителем истца.

Представитель ответчика возражала против удовлетворения ходатайства, обратив внимание, что поскольку непосредственно изложенная в представленных доказательствах информация истцом документально не опровергнута, то обстоятельства, связанные с моментом изготовления оспариваемых документов, правового значения не имеют, тем более, что хозяйственная деятельность допускает последующее восстановление ранее утраченных или испорченных документов, а в рассматриваемом случае между ИП ФИО4 и ответчиком имелся конфликт, в итоге которого предприниматель, прекратив взаимоотношения с обществом, при уходе часть документов предприятия забрала.

Рассмотрев ходатайство о назначении по делу экспертизы давности оспариваемых доказательств, суд протокольным определением от 26.08.2020 отказал в его удовлетворении на основании части 5 статьи 159 АПК РФ, исходя из того, что заявление о фальсификации доказательств подано в судебном заседании 21.05.2020, на вопрос суда относительно необходимости назначения экспертизы в качестве способа проверки заявления представитель истца указала на отсутствие такой необходимости, в том числе и в судебном заседании 29.07.2020, на котором истец присутствовал лично. Объективных причин, по которым истец не имел возможности заявить такое ходатайство ранее, суд не усматривает, а истцом такие причины не названы и доказательств тому не представлено. При указанных обстоятельствах в том, что ходатайство о назначении экспертизы подано лишь в настоящем судебном заседании, суд усматривает злоупотребление истцом своим процессуальным правом, явно направленным на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.

Поскольку согласно абзацу 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств, а назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда, судом в качестве способа проверки заявления о фальсификации доказательств определено сопоставление оспариваемых доказательств с другими документами, имеющимися в материалах дела, в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования полностью поддержал по изложенным в иске основаниям с учетом дополнительно представленных документов.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, полагая, что истцом не доказаны существенные обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения генерального директора к ответственности в виде убытков.

ИП ФИО4 поддержала позицию ответчика, указывая, что в ходе многолетнего сотрудничества надлежащим образом выполняла большой объем услуг для общества, в связи с чем все перечисленные в ее адрес платежи являются обоснованным и разумным вознаграждением за проделанную работу.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 05.03.2008 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись № <***> о создании ООО «Заречье» в составе участников ФИО5 и ФИО2 с долей в уставном капитале по 50% у каждого.

С 27.02.2009 полномочия единоличного исполнительного органа (генерального директора) общества осуществляет ФИО3

В период с сентября по октябрь 2018 года обществом произведены платежи в адрес ИП ФИО4 в общей сумме 5 750 000 руб. с назначением платежа «за услуги по перевозке» (платежные поручения от 08.10.2018 № 33, 34, 32, от 05.10.2018 № 31, 30, от 02.10.2018 № 27, 26, от 18.09.2018 № 22, 24, 23, от 10.09.2018 № 19, 20).

Протоколом очередного годового собрания участников ООО «Заречье», состоявшегося 07.02.2020 в полном составе участников, утверждены годовые ответы (балансы) общества за 2017–2019 годы и установлено, что по итогам 2017 года прибыль общества составила 2 960 000 руб., а по итогам работы за 2018 и 2019 годы – убыток в сумме 1 102 000 руб. и 615 000 руб. соответственно. Генеральному директору поручено представить план по развитию предприятия на 2020 год.

Ссылаясь на неразумность действий генерального директора по перечислению денежных средств в сумме 5 750 000 руб. третьем лицу при отсутствии доказательств наличия у общества необходимости в данных услугах, доказательств их фактического оказания, а также с учетом завышенной стоимости оплаченных услуг при убыточной деятельности предприятия, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии со статьей 44 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Ответственность, установленная статьей 44 Закона № 14-ФЗ, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 ГК РФ, в силу которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было бы нарушено (упущенная выгода).

Из указанных норм права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

В силу презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, закрепленной в пункте 5 статьи 10 ГК РФ, именно на истца возложена обязанность доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Данный вывод также нашел свое отражение в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), в связи с чем довод истца о том, что по заявленному предмету спора ответчик становится обязанным доказать разумность своих действий и свою добросовестность, суд находит безосновательным и противоречащим смыслу пункта 5 статьи 10 ГК РФ.

В случае представления истцом доказательств тому, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно и причинил, тем самым, убытки юридическому лицу, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы четвертый и пятый пункта 1 Постановления № 62).

При этом негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац второй пункта 1 Постановления № 62).

В пункте 2 Постановления № 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица;

скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений. При этом в силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, в том числе относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (статья 71 АПК РФ).

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. Неисполнение предусмотренной частью 1 статьи 65 АПК РФ обязанности истца по доказыванию обоснованности требований является основанием для их отклонения, вне зависимости от причин, по которым эта обязанность не могла быть исполнена.

Изучив материалы дела, оценив представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, озвученные ими доводы и возражения, проанализировав весь комплекс предоставленных суду документов по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о несостоятельности доводов истца о неразумном и безосновательном перечислении третьему лицу спорных денежных средств в сумме 5 750 000 руб.

Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям от 08.10.2018 № 33, 34, 32, от 05.10.2018 № 31, 30, от 02.10.2018 № 27, 26, от 18.09.2018 № 22, 24, 23, от 10.09.2018 № 19, 20 обществом на счет ИП ФИО4 перечислены денежные средства в суммах по 250 000 руб. (пять платежей), по 500 000 руб. (пять платежей) и 1 000 000 руб. (два платежа). Основанием платежа во всех платежных документах указано «за услуги по перевозке».

Также суду представлены письма ООО «Заречье» от 12.09.2018, 03.10.2018, 06.10.2018, 11.10.2018, адресованные ИП ФИО4, с запросом о согласии на изменение назначения платежа, и соответствующее согласие предпринимателя от 31.10.2018

В ходе судебного разбирательства привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица ИП ФИО4 пояснила, что действительно оказывала обществу услуги по перевозке (вывоз рыбопродукции с завода), однако помимо этого оказывала и иные услуги, в том числе юридические услуги, бухгалтерское сопровождение, услуги по ведению налоговой отчетности, программы ФГИС «Меркурий», представление интересов в суде по отдельным поручениям.

Весь перечисленный комплекс услуг ИП ФИО4, с ее слов, нашедших подтверждение в материалах дела и не оспоренных истцом, оказывала обществу в период (как минимум) с 2016 года, то есть к моменту перечисления спорных платежей предприниматель сотрудничала с обществом на протяжении не менее четырех лет.

Как указывает ИП ФИО4 в спорный период между ней и директором общества (ответчиком) произошел конфликт, в связи с чем предприниматель покинула предприятия, забрав значительное количество документов о финансово-хозяйственной деятельности предприятия, выполненных ею лично. Спорные платежи с целью расчетов с предпринимателем за ранее оказанные многочисленные услуги ФИО3 осуществлял лично, что, по всей вероятности, и послужило причиной допущения ошибок в назначении платежей, в связи с отсутствием у директора достаточной компетенции по вопросам бухгалтерского учета. В связи с возникшим судебным спором по запросу ответчика ИП ФИО4 передала ему документы, подтверждающие оказание предпринимателем обществу в 2018 году услуг на общую сумму 5 750 000 руб. Ответчиком указанные документы представлены в материалы дела.

Суд, изучив представленные доказательства, установил, что 10.01.2018 между ИП ФИО4 (исполнитель) и ООО «Заречье» (заказчик) заключен договор оказания услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета на аутсорсинге, по условиям которого исполнитель принял на себя перечисленные обязанности, более подробно раскрытые в разделе 2 договора, на период с момента заключения договора по 31.12.2018, с условием о стоимости годового обслуживания в размере 1 560 000 руб. из расчета по 130 000 руб. в месяц. Факт надлежащего оказания предпринимателем услуг на общую сумму 1 560 000 руб. засвидетельствован подписанными сторонами без замечаний и возражений ежемесячными актами.

09.01.2018 между ИП ФИО4 (исполнитель) и ООО «Заречье» заключен договор оказания услуг по ведению программы ФИО11 № 2ВМ-ХС, по условиям которого предприниматель приняла на себя обязательства оказывать предприятию перечисленный в разделе 2 договора комплекс услуг, в том числе по составлению заявок на получение ветеринарного сертификата при экспорте рыбы, своевременному гашению ветеринарных сертификатов, оформленных на партию груза при поступлении сырца на предприятие, ведению складского учета, журнала вырабатываемой на предприятии продукции в Меркурий ХС. Стоимость услуг по договору составила 2 100 000 руб. из расчета по 175 000 руб. в месяц. Договор заключен на 2018 год. Факт надлежащего оказания предпринимателем услуг на общую сумму 2 100 000 руб. засвидетельствован подписанными сторонами без замечаний и возражений ежемесячными актами.

10.01.2018 между ИП ФИО4 (исполнитель) и ООО «Заречье» заключен договор об оказании юридических услуг (абонентское обслуживание), по условиям которого исполнитель принял на себя обязанности по оказанию обществу комплекса юридических услуг в рамках абонентского юридического обслуживания на период с момента подписания договора по 31.12.2018, с условием о стоимости годового обслуживания в размере 960 000 руб. из расчета по 80 000 руб. в месяц. Факт надлежащего оказания предпринимателем услуг на общую сумму 960 000 руб. засвидетельствован подписанными сторонами без замечаний и возражений ежемесячными актами.

10.01.2017 между ИП ФИО4 (исполнитель) и ООО «Заречье» (заказчик) на период 2017–2018 годы заключен договор об оказании услуг, по условиям которого предприниматель приняла обязательство оказывать по заданию заказчика услуги, вид, содержание и объем которых определены в акте выполненных работ, являющемся неотъемлемой частью договора, а заказчик принять эти услуги и оплатить на условиях полной предоплаты не позднее 3 дней до начала оказания услуг. В рамках данного договора предприниматель оказала обществу услуги на общую сумму 340 000 руб., в том числе:

– юридические услуги по представлению интересов ООО «Заречье» в суде по делу № А24-3501/2016 на сумму 140 000 руб., что подтверждается подписанным без замечаний и возражений актом от 25.01.2018 № 1 и представленной истцом в материалы дела копией решения суда от 07.12.2016 по делу № А24-3501/2016, вступившего в силу 10.01.2017, из которого усматривается участие ФИО4 при рассмотрении дела в качестве представителя общества;

– услугу по разработке программы производственного контроля для рыбоперерабатывающего завода ООО «Заречье» стоимостью 50 000 руб., что засвидетельствовано подписанным без замечаний и возражений актом от 14.05.2018 № 15;

– услугу по консультации и подготовке документов для сертификации и декларирования продукции ООО «Заречье» стоимостью 150 000 руб., что засвидетельствовано подписанным без замечаний и возражений актом от 10.09.2018 № 30.

Также в период с августа по октябрь 2018 года ИП ФИО4 оказала обществу услуги по перевозке с использованием личного автомобиля по маршруту «<...> до г. Елизово» на общую сумму 790 000 руб., в подтверждение чего представлены подписанные без замечаний и возражений акты от 21.08.2018 № 25, от 01.09.2018 № 29, от 18.09.2018 № 31 и от 10.10.2018 № 36 и транспортными накладными.

Таким образом, всего за период 2018 год ИП ФИО4 оказала ООО «Заречье» различного рода услуги на общую сумму 5 750 000 руб., что стороны также подтвердили составленным и подписанным без возражений актом сверки.

Оспаривая достоверность перечисленных выше документов, представленных ответчиком в подтверждение оказания ИП ФИО4 обществу услуг на общую сумму 5 750 000 руб., истец заявил об их фальсификации.

Рассмотрев заявление истца о фальсификации доказательств, суд отказывает в его удовлетворении.

Понятие «фальсификация» подразумевает сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений, документов, специально изготовленных и заведомо не соответствующих действительным фактам и обстоятельствам. То есть определяющим ожидаемым последствием фальсификации какого-либо документа является искажение действительных фактов и обстоятельств различными способами для использования в своих неправомерных целях.

Исследовав оспариваемые доказательства в совокупности с иными доказательствами по делу, суд не усматривает признаков фальсификации документов.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что между ИП ФИО12 и ООО «Заречье» установились длительные партнерские отношения, в рамках которых предприниматель оказывала обществу различного рода услуги. По материалам дела устойчивые взаимоотношения сторон усматриваются с 2016 года. Ранее, как пояснила предприниматель, ею также оказывались различные услуги обществу, однако в ином качестве (не как индивидуальный предприниматель, а как физическое лицо). Характер оказываемых предпринимателем услуг охватывал различные сферы деятельности: юридическое и бухгалтерское сопровождение, услуги в области соблюдения налоговой дисциплины, комплекс необходимых мероприятий, связанных с ведением учета в автоматизированной информационной системе «Меркурий», а также иные разовые услуги, в том числе по перевозке с использованием личного транспорта, по представительству в суде, разработке отдельных программ и составление документов в области, не охватываемой содержаниями заключенных договоров.

Наличие у предпринимателя необходимой квалификации для выполнения перечисленного комплекса услуг участниками судебного разбирательства не оспаривалось. Представленной в материалы дела выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей подтверждается, что ФИО4 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 16.07.2015 с основным видом деятельности – оказание услуг в области бухгалтерского учета, услуг по проведению финансового аудита, по налоговому консультированию. Дополнительными видами деятельности предпринимателя являются: деятельность по обработке данных, предоставление услуг по размещению информации и связанная с этим деятельность; деятельность в области права; посреднические и консультационные услуги при купли-продаже, аренде недвижимости, покупка и продажа земельных участков; деятельность автомобильного грузового транспорта, внутригородские и пригородные перевозки пассажиров; консультирование в области компьютерных технологий; консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления и др.

Из представленных самим же истцом документов видно, что, в частности, в 2016, 2017 годах между обществом и предпринимателем заключались схожие по содержанию договоры оказания услуг по ведению бухгалтерского учета (от 01.01.2016 № 2 и от 01.01.2017 № 1), в которых также предусмотрена ежемесячная абонентская оплата услуг с той лишь разницей, что плата не установлена в твердом размере, а согласовано, что она определяется по итогам каждого месяца. Из представленной истцом оборотно-сальдовой ведомости за июль 2016 года, счета на оплату от 05.07.2016 № 2 видно, что стоимость оказанных предпринимателем по итогам предшествовавшего месяца бухгалтерских услуг составила 550 000 руб. Согласно оборотно-сальдовой ведомости за декабрь 2016 года, акту от 19.12.2016 № 5 и счету от 19.12.2016 № 4 стоимость услуг по предшествовавшему месяцу составила 150 000 руб. По оспариваемому истцом договору оказания услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета на аутсорсинге от 10.01.2018 стоимость оказываемых предпринимателем услуг в месяц на 2018 год определена в размере 130 000 руб. Таким образом, определенная в качестве вознаграждения предпринимателю плата за оказываемые им бухгалтерские услуги и услуги по ведению налогового учета в 2018 году не выходила для ООО «Заречье» за пределы обычной хозяйственной деятельности, при том что ранее аналогичные расходы не вызывали со стороны истца сомнений в их разумности. Ссылка истца о том, что в 2018 году бухгалтерские услуги обществу оказывало иное лицо, не принимается судом ко вниманию, поскольку в подтверждение данному доводы не представлено никаких документов. С учетом изложенных обстоятельств достоверность представленных суду доказательств, связанных с оказанием предпринимателем обществу бухгалтерских услуг и услуг по ведению налогового учета на сумму 1 560 000 руб., сомнений не вызывает.

Относительно договора от 09.01.2018 оказания услуг по ведению программы ФИО11 № 2ВМ-ХС суд также не усматривает признаков фальсификации. Обязанность по ведению обществом соответствующего учета вытекает из его установленного вида деятельности (рыболовство и переработка рыбопродукции), статьи 2.3 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии», приказов Минсельхоза России, от 18.12.2015 № 648, от 30.06.2017 № 318 и истцом не оспаривается. Оказание этих услуг именно предпринимателем истцом также не оспаривалось, при том что представленной суду справкой Агентства по ветеринарии Камчатского края от 25.08.2020 № 354 подтверждено, что, в частности, в период с 28.07.2018 по 12.10.2018 от имени ООО «Заречье» в системе ФГИС «Меркурий» в статусе администратора работала ФИО4 Как пояснила предприниматель, в другие периоды она также работала в данной системе, однако с использованием учетной записи ФИО3 Данный факт истцом не опровергнут, а соответствующие пояснения предпринимателя в судебном заседании сомнению со стороны участников процесса не подвергались.

Ссылка представителя истца на отсутствие оригинала справки Агентства по ветеринарии Камчатского края от 25.08.2020 № 354 судом отклоняется, поскольку невозможность установления факта на основании копии документа в силу части 6 статьи 71 АПК РФ обусловливается наличием совокупности следующих условий: утрата подлинника документа либо непредставление подлинника в суд; расхождение содержания копий этого документа, представленных участвующими в деле лицами; невозможность установления подлинного содержания первоисточника с помощью других доказательств. При этом для признания недостоверным факта, подтверждаемого копией документа, обязательна совокупность вышеперечисленных условий. Отсутствие хотя бы одного из условий устраняет действие данной нормы. В настоящем деле иных копий, не тождественных по содержанию представленной ответчиком справке, не представлено в связи с чем документ принимается судом в качестве надлежащего доказательства.

Относительно достоверности оказанного обществу юридического сопровождения по договору от 10.01.2018 на сумму 960 000 руб. суд полагает необходимым отметить, что сами по себе ссылки истца на незначительное количество судебных разбирательств с участием ООО «Заречье» не опровергают факт оказания обществу юридических услуг, которые охватывают не только участие от имени юридического лица при рассмотрении дел в судебных органах, но и довольно широкий спектр иных услуг правового характера, в том числе предоставление консультаций и разъяснений, подготовка и экспертиза документов по различным отраслям права, включая, в частности, трудовое право (ведение кадровой работы на предприятии) и гражданское право (составление, правовая экспертиза, сопровождение гражданско-правовых договоров). Все перечисленные услуги являются неотъемлемой частью финансово-хозяйственной деятельности юридического лица. Доказательств, что в спорный период ООО «Заречье» не вело хозяйственную деятельность, суду не представлено. Доводы представителя истца о том, что на предприятии в спорный период отсутствовали работники, опровергнуты пояснениями самого истца, который в судебном заседании 29.07.2020 указал, что на заводе в спорный период работало около 30 человек.

Факт оказания услуг по договору об оказании услуг от 10.01.2017 на общую сумму 340 000 руб. иными доказательствами также не опровергнут. Из материалов дела № А24-3501/2016 видно, что ФИО4 участвовала при рассмотрении дела в качестве представителя общества, что подтверждает достоверность представленного акта оказания представительских услуг на сумму 140 000 руб. Вопрос качества оказанного представительства в предмет оценки по настоящему делу не входит. Доказательств, опровергающих оказание предпринимателем услугу по разработке программы производственного контроля для рыбоперерабатывающего завода ООО «Заречье» и услугу по консультации и подготовке документов для сертификации и декларирования продукции ООО «Заречье», истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ суду не представлено, что при установленной презумпции добросовестности ответчика и разумности его действий (пункт 5 статьи 10 ГК РФ) не может основываться исключительно на домыслах истца.

Относительно достоверности факта оказания предпринимателем услуг перевозки суд полагает необходимым отметить, что наличие у общества заключенных договоров на аренду грузового транспорта (от 01.01.2014 № 1, от 01.07.2014 № 3, от 01.07.2015 № 4), само по себе, не подвергает сомнению факт совершения услуг по перевозке предпринимателем в период с августа по октябрь 2018 года по маршруту «<...> до г. Елизово» на общую сумму 790 000 руб., поскольку суду не представлено доказательств, что в этот же период по этому же маршруту оспариваемые услуги оказывались с использованием грузового транспорта, арендованного по вышеперечисленным договорам. В свою очередь, факт оказания этих услуг предпринимателем засвидетельствован подписанными актами от 21.08.2018 № 25, от 01.09.2018 № 29, от 18.09.2018 № 31 и от 10.10.2018 № 36 и транспортными накладными. Обоснованность стоимости услуг по перевозке документально не опровергнута. Из представленного прайс-листа ООО «Баграм-Сервис» с 01.01.2020 не следует, что стоимость перевозки была завышенной, поскольку в этом прайс-листе стоимость услуг поставлена в зависимость от дальности следования и объема перевозимого груза, в связи с чем варьируется от 2 000 руб. до 38 000 руб. в пределах г. Петропавловска-Камчатского, а диапазон цен на отдаленные районы (в частности, с. Апача Усть-Большерецкого района) не указан. При этом стоимость одного рейса, использованная предпринимателем и обществом для расчетов за перевозку, установлена в размере 10 000 руб., 15 000 руб. и 30 000 руб. по указанному маршруту, что охватывается даже диапазоном цен на перевозку в пределах города согласно представленному прайсу. Исходя из изложенного и принимая во внимание отсутствие доказательств оказания обществу в спорный период аналогичных услуг с использованием иного транспорта, иной стоимости таких услуг, доводы истца о недостоверности факта оказания услуг и неразумности действий директора по их оплате суд находит необоснованным.

Таким образом, доводы истца о недостоверности и фальсификации представленных ответчиком доказательств, исходя из их оценки в совокупности с иными доказательствами и установленными судом обстоятельствами, не нашли своего подтверждения.

Ссылка истца на ответ кредитного учреждения о невозможности смены назначения платежа также не ставит под сомнение тот факт, что оспариваемая денежная сумма направлена на оплату вышеперечисленных услуг с учетом подтвержденного факта их оказания. В свою очередь, вопрос корректного оформления генеральным директором платежной документации при отсутствии доказательств, что данные действия повлекли для общества убытки, в предмет оценки, исходя из заявленных оснований исковых требований, не входит.

Представленные истцом письма различных предприятий в подтверждение довода о завышенной стоимости оказанных предпринимателем услуг не являются достаточными и безусловными доказательствами неразумности осуществленных ответчиком платежей, поскольку во взаимосвязи с письмами, представленными ИП ФИО4 от других предприятий, которым предприниматель оказывает аналогичные услуги по схожей стоимости, представленные истцом письма свидетельствуют лишь о различных способах определения оплаты различными хозяйствующими субъектами и не являются официальным подтверждением средних цен на рынке соответствующих услуг.

Также суд не усматривает неразумности действий ответчика в том, что часть услуг была оплачена до окончания отчетного года. С учетом установленной договорами годовой стоимости услуг и последующего подтверждения факта их оказания дополнительное указание в договорах ежемесячной стоимости услуг расценивается судом как предусмотренная сторонами возможность внесения годовой платы в рассрочку (ежемесячно), которая не препятствует осуществлению полного расчета в иной срок. В рассматриваемом случае, согласно пояснениям ответчика, полный расчет с предпринимателем осуществлен в сентябре-октябре 2018 года после получения прибыли по итогам путины.

Доводы истца о неразумности действий ответчика со ссылкой на отсутствие объяснений относительно причин, по которым расчеты производились только с ИП ФИО4, а не с другими контрагентами, суд также признает безосновательными, поскольку они опровергаются документами, представленными самим истцом. В частности, из представленной истцом выписки по счету видно, что во втором полугодии 2018 года ответчик перечислял значительные суммы не только предпринимателю, но и иным лицам, в том числе (помимо налоговых платежей и расчетов за коммунальные ресурсы):

31.08.2018 оплата в пользу ООО «Дальэнергоспецстроймонтаж» в размере 972 000 руб. за выполненные работы по счету № 5 от 29.08.2018;

06.09.2018 оплата в пользу ООО «Камчатрыбтехцентр» в размере 599 600 руб. за изготовление рыбомойки по счету № 110 от 29.06.2018;

18.12.2018 оплата ИП ФИО13 в размере 500 000 руб. за рыбу-сырец по счету № 1 от 31.08.2018;

18.12.2018 оплата ИП ФИО13 в размере 1 250 000 руб. за рыбу-сырец по счету № 1 от 31.08.2018;

20.12.2018 оплата ИП ФИО13 в размере 1 250 000 руб. за рыбу-сырец по счету № 1 от 31.08.2018;

26.12.2018 оплата ИП ФИО13 в размере 2 000 000 руб. за рыбу-сырец по счету № 1 от 31.08.2018;

27.12.2018 возврат займа в пользу ООО «Вален-Трейд» в сумме 390 000 руб. по договору от 15.05.2012 № 15КЗ.

Доказательств наличия у общества невыполненных денежных обязательств перед иными контрагентами суду не представлено. Равно как и не представлено доказательств аффилированности, взаимозависимости ФИО3 и ФИО4 напрямую либо через иных заинтересованных лиц. В отсутствие таких доказательств погашение генеральным директором неисполненных перед предпринимателем денежных обязательств, вытекающих из ряда договоров и разовых сделок, не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности и не свидетельствует о его недобросовестности и неразумности его действий.

Также необоснованны доводы истца о том, что недобросовестность поведения ответчика следует из сокрытия им спорных платежей и вышеперечисленных сделок, поскольку доказательств отказа ответчика от предоставления запрашиваемых у него документов по соответствующему обращению ФИО2 в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

Напротив, как следует из вступившего в силу решения Арбитражного суда Камчатского края от 10.02.2020 по делу № А24-6257/2019 по иску ФИО2 к ООО «Заречье», истец 12.08.2019 обратился в суд с требованием к обществу о предоставлении большого перечня документов о финансово-хозяйственной деятельности предприятия за период с 2013 по 2019 годы. Ответчик в ходе рассмотрения дела часть документов представил, в связи с чем истец в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил и значительно сократил перечень истребуемых документов. Ответчик в порядке статьи 49 АПК РФ заявил о полном признании исковых требований, которое принято судом и с учетом статьи 170 АПК РФ вынесено решение об удовлетворении иска.

Непредставление истцу документов, представленных в ходе рассмотрения настоящего дела, обусловлено отсутствием у ответчика ранее этих документов, поскольку они находились у ИП ФИО4, забравшей их с предприятия после ухода в связи с возникшим между ней и ФИО3 конфликтом. После принятия судом к производству настоящего иска ответчик в отзыве от 29.01.2020 указал на отсутствие у него документов, подтверждающих фактическое основание произведенных платежей, а также на то, что необходимые документы им запрошены непосредственно у предпринимателя, в подтверждение чего представлен запрос от 20.01.2020 № 1. Дополнительно ответчик просил привлечь предпринимателя к участию в деле в качестве третьего лица, принимая, тем самым, активные меры к раскрытию требуемых доказательств. Указанные обстоятельства подтвердила и сама ИП ФИО4 в ходе судебного разбирательства.

Изложенные обстоятельства и вступивший в законную силу судебный акт в совокупности подтверждаю, что ответчик от исполнения обязанностей по предоставлению документов по запросу участника общества не уклонялся, что опровергает довод истца об обратном.

Также суд отклоняет доводы истца об убыточной деятельности предприятия за 2018 год как доказательство неразумности действий ответчика по перечислению спорных платежей, поскольку отсутствие прибыли по итогам финансового года, само по себе, не является безусловным доказательством недобросовестности руководителя общества и неразумности его действий, что следует из приведенных выше разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 1 Постановления № 62.

С учетом изложенного и исходя из заявленных оснований исковых требований, основанных на перечислении третьему лицу спорных платежей, суд приходит к выводу о недоказанности необходимой совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ФИО3 как единоличного исполнительного органа ООО «Заречье» к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания спорных убытков, в связи с чем отказывает истцу в удовлетворении заявленных им требований в полном объеме.

Поскольку в удовлетворении иска судом отказано, понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины согласно статье 110 АПК РФ возмещению ему не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.А. Душенкина