Постановление от 18 ноября 2022 г. по делу № А56-56001/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-56001/2020
18 ноября 2022 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 ноября 2022 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Нестерова С.А.,

судей Изотовой С.В., Слобожаниной В.Б.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от истца: представитель ФИО2, на основании доверенности от 11.02.2021,

от ответчика: представитель ФИО3, на основании доверенности от 27.10.2020,

от 3-го лица: представитель ФИО4, на основании доверенности от 09.06.2022,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 13АП-30803/2022) закрытого акционерного общества «АГ Ритейл» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2022 по делу № А56-56001/2020 (судья Вареникова А.О.), принятое по иску

истец: закрытое акционерное общество «АГ Ритейл» (адрес: Россия, 192284, Санкт-Петербург, Дунайский <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 12.12.2011, ИНН: <***>)

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Влад» (адрес: Россия, 187404, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.09.2018, ИНН: <***>)

третье лицо: закрытое акционерное общество «Монолит-Недвижимость» (адрес: Россия, 191015, Санкт-Петербург, Таврическая улица, 37/2, литер А-3, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 27.04.2006, ИНН: <***>)

о взыскании неосновательного обогащения,



установил:

Закрытое акционерное общество «АГ Ритейл» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Влад» (далее - ответчик) об истребовании высокопроизводительной могульной установки (тип А462В1) «Winkler» с низкотемпературной установкой для подготовки крахмала NTTK 8.0 462.10, линии непрерывного действия для производства желейных масс, производитель: «Klockner», оборудования для упаковки с упаковочной машиной «Bosh» Terra 25.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено закрытое акционерное общество «Монолит-Недвижимость» (далее - третье лицо).

До вынесения решения по делу ЗАО «АГ Ритейл» заявило об изменении исковых требований, просило взыскать с ответчика неосновательное обогащение в виде стоимости утраченного оборудования в размере 136 050 000 руб. 00 коп.

Уточнения требований приняты судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением суда от 20.08.2021 иск удовлетворен.

Постановлением апелляционного суда от 27.12.2021 решение суда отменено, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.04.2022 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость исследовать вопрос о том, имелись ли ссылки на идентифицирующие признаки оборудования в договорах, заключенных между ЗАО «Монолит-Недвижимость» и ООО «Влад», а также между ЗАО «АГ Ритейл» и ФИО5, в том числе ссылки на шильдики (идентификационные таблички). При этом, как указал суд кассационной инстанции, оборудование, может быть идентифицировано и по иным признакам, которые должен определить суд с учетом состоявшихся между ЗАО «Монолит-Недвижимость», ЗАО «АГ Ритейл» и ФИО5 судебных споров относительно имущества с аналогичным наименованием и назначением, установить действительную принадлежность имущества, основания для его выбытия, и правомерность выставления оборудования на торги.

При новом рассмотрении дела истец пояснил, что каких-либо дополнительных доказательств, позволяющих идентифицировать принадлежащее ему оборудование, у него не имеется. Однако, учитывая всю историю, связанную с приобретением спорного имущества, помещением его на склад для хранения, последующую продажу оборудования, находящегося именно на этом складе, уникальность оборудования, полагает возможным сделать однозначный вывод о том, что проданное третьим лицом ответчику оборудование принадлежит именно истцу. Также представитель истца пояснил, что по результатам экспертизы установлена нецелесообразность восстановления оборудования, в связи с чем для истца оно фактически утрачено, что дает ему основания для изменения исковых требований и взыскания с ответчика неосновательного обогащения в виде стоимости утраченного оборудования. При этом, по мнению истца, поскольку фактически утрата оборудования является для него убытком, при определении размера неосновательного обогащения могут быть применены положения, действующие в отношении определения размера убытков, позволяющие суду самостоятельно на основании представленных в материалы дела доказательств определить размер этих убытков.

Ответчик возражал на иск, ссылаясь на отсутствие у приобретенного им оборудования идентификационных признаков, позволяющих утверждать, что спорное оборудование принадлежит именно истцу. Совпадение оборудования по виду и по роду недостаточно для удовлетворения виндикационного иска. Также ответчик полагает, что стоимость оборудования, определенная на основании экспертизы, проведенной при первом рассмотрении дела, является недостоверной, поскольку определена на основании предложений о продаже нового оборудования без проведения необходимых корректировок с учетом фактического состояния оборудования и его износа. Так, согласно экспертизе, проведенной СУ УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга в рамках уголовного дела № 12201400013001243, стоимость спорного оборудования составляет порядка 30 млн. руб., что существенно отличается от цены, указанной экспертом. Помимо изложенного, ответчик полагает, что уплатив за спорное оборудование 100 000 руб. 00 коп., истец злоупотребляет правом, предъявляя к ответчику требование о взыскании 136 050 000 руб. 00 коп., соответственно, указанный иск направлен исключительно на незаконное обогащение истца за счет ответчика.

Представитель третьего лица поддержал доводы ответчика, дополнительно пояснил, что в ходе конкурсного производства в принадлежащем ему помещении было обнаружено бесхозяйное оборудование. Третьим лицом были проведены предусмотренные законодательством меры по признанию права собственности на указанное оборудование, а также его оценке и реализации в ходе конкурсного производства. По результатам торгов оборудование продано ответчику. Торги не оспорены, договор купли-продажи оборудования недействительным не признан. Тот факт, что истцом было оспорено решение суда о признании имущества бесхозяйным, не свидетельствует о принадлежности этого имущества именно истцу, поскольку отменяя решение суда, суд апелляционной инстанции лишь указал на наличие спора о праве. Предъявление требования об оспаривании договора купли-продажи между истцом и ФИО5 не свидетельствует о том, что третьим лицом признавался факт принадлежности спорного оборудования ЗАО «АГ Ритейл».

Также в судебном заседании были заслушаны пояснения эксперта ФИО6, который проводил экспертизу в рамках настоящего дела (заключение эксперта от 20.07.2021 № 78-21/10-Т)

По результатам допроса эксперта судом отклонено ходатайство ответчика и третьего лица о проведении повторной экспертизы.

Решением суда от 12.08.2022 в иске отказано.

Не согласившись с указанным решением, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, иск удовлетворить, считая решение незаконным, принятым при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, с нарушением норм материального права. Истец полагает, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о недоказанности факта нахождения в незаконном владении ответчика принадлежащего ему имущества, поскольку совокупность представленных в материалы дела документов и данных объяснений позволяет устранить сомнения в том, что спорное оборудование, находящееся во владении ответчика, является именно оборудованием, выбывшим из владения истца, отмечает, что никакого иного оборудования даже схожего по совокупности технических характеристик во владении ответчика не находилось, что позволяет достоверно отделить оборудование истца от иного имущества ответчика. Податель жалобы также полагает, что судом неверно применены нормы, предусмотренные статьей 15 ГК РФ об убытках, в то время как предметом иска являются положения, предусмотренные статьями 301, 302 ГК РФ (виндикация). Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что ни истец, ни хранитель не передавали добровольно оборудование ЗАО «Монолит-Недвижимость» или ООО «Влад», на что указывает, факт обращения конкурсного управляющего с заявлением о признании оборудования бесхозяйным, полагает, что ответчик не является добросовестным приобретателем оборудования.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, представители ответчика и третьего лица просил в удовлетворении жалобы отказать.

Представитель истца просил приобщить к материалам дела расшифровку аудиозаписи судебного заседания от 09.08.2022, проведенного в суде первой инстанции.

Заслушав мнения ответчика и третьего лица, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для приобщения указанного документа к материалам дела, поскольку сторонам заблаговременно он направлен не был, в апелляционный суд поступил за день до рассмотрения жалобы (дата судебного заседания 08.11.2022, документ поступил 07.11.2022), кроме того, аудиозапись соответствующего судебного заседания имеется в материалах дела.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между истцом (покупателем) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (продавцом) 29.03.2017 заключен договор купли-продажи оборудования, указанного в спецификации, являющейся приложением № 1 к договору, а именно: единой производственной линии для производства мармелада в составе:

1. Высокопроизводительная могульная установка (тип А462В1) «Winkler» с низкотемпературной установкой для подготовки крахмала NTTK 8.0 462.10, в т.ч:

1.1. WDS высокопроизводительная могульная установка;

1.2. Низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производительностью до 8.000 кг/час.

2. Линия непрерывного действия для производства желейных масс «Klockner», в т.ч.:

2.1. Гравиметрическая дозировочно-весовая установка THERMOGRAV 1030S с расходными емкостями;

2.2. Система подготовки раствора для желирующего средства;

2.3. Промежуточные емкости для сваренной желейной массы;

2.4.Системы 3-ходовых поршневых дозирующих насосов;

2.5 Установки варки желейных масс непрерывного действия модели JelliStar 2012;

2.6. Аэратор.

3. Оборудование для упаковки с упаковочной машиной «Bosh» Terra 25, в т.ч.:

3.1 Рукавная упаковочная машина тип Terra 25;

3.2 Мультиголовочные весы Yamato ADW-514 AC Alfa Plus;

3.3. Подающий конвейр;

3.4. Подающий виброжелоб из нержавеющей стали;

3.5. Подающий Z-образный транспортер;

3.6. Отводящий транспортер;

3.7. Поворотный стол;

3.8. Помост для весов;

3.9. Печатающее устройство Markem 18i.

Как указано в пункте 1.3 договора и в акте приема-передачи от 29.03.2017, оборудование находится в разукомплектованном, поврежденном, нерабочем состоянии.

В пункте 1.1 договора указано, что оборудование находится по адресу: <...>.

Согласно пункту 2.1 договора общая стоимость оборудования составляет 100 000 руб. 00 коп.

Как пояснил представитель истца в судебном заседании, техническая документация на оборудование ему не передавалась.

Между истцом (поклажедатель) и ООО «Лаком» (хранитель) 30.03.2017 заключен договор хранения, в соответствии с условиями которого хранитель обязался хранить переданное ему поклажедателем имущество по адресу: <...>, строение № 3 с даты подписания акта приема-передачи до 31.12.2018.

Согласно акту приема-передачи хранителю передано следующее оборудование - единая производственная линия для производства мармелада в составе:

1.1. WDS высокопроизводительная могульная установка;

1.2. Низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производительностью до 8.000 кг/час.

2. Линия непрерывного действия для производства желейных масс «Klockner»;

3. Оборудование для упаковки с упаковочной машиной «Bosh» Terra 25;

Оборудование передано в разукомплектованном, нерабочем состоянии.

Как указывает истец, собственником производственного корпуса, в котором хранилось имущество, являлось ООО «Монолит» - акционер ЗАО «Монолит-Недвижимость».

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2017 по делу № А56-80704/2014/сд.1 в порядке применения последствий недействительности сделок объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: <...>, были возвращены в конкурсную массу ЗАО «Монолит-Недвижимость».

Как указал истец, начиная с октября 2017 года, после того, как право собственности на объекты недвижимого имущества перешло от ООО «Монолит» к ЗАО «Монолит-Недвижимость», конкурсный управляющий указанной организации препятствовал допуску сотрудников ООО «Лаком» и ЗАО «АГ Ритейл» на территорию предприятия и не давал возможности представителям истца забрать оборудование.

При этом в тот же период конкурсный управляющий обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга (дело № 2-4247/2018) с заявлением о признании спорного оборудования бесхозяйным.

27.09.2018 Смольнинским районным судом Санкт-Петербурга принято решение по делу № 2-4247/2018 по заявлению конкурсного управляющего о признании выявленного оборудования бесхозяйным и о передаче указанного оборудования в собственность ЗАО «Монолит-Недвижимость».

Конкурсным управляющим произведена оценка выявленного имущества, результаты которой отражены в отчете от 05.12.2018 № 334/2018-Об.

Согласно указанному отчету производилась оценка следующего имущества, указанного в решении Смольнинского районного суда от 27.09.2018 по делу № 2-4247/18: линии по производству затяжного печенья, производитель PADOVANI (Италия), год выпуска 2006, линия по производству овсяного печенья, вертикальный упаковочный автомат Matrix, линия по производству вафельных изделий, производитель HAAS (Австрия), год выпуска 2007, оборудование для производства вафель, производитель Hebenstreit (Германия), год выпуска 2005, линия по производству сахарного печенья, производитель IMAFORN 1 (Италия), год выпуска 2007, заверточные машины производства NAGEMA; линия для производства жевательного мармелада (для изготовления изделий, отливаемых в крахмал), низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производитель Winkler und Dunnebier, наименование модели NTTK 8.0 462.10, вертикальная упаковочная машина, производитель «Bosh», наименование модели Terra 25, линия непрерывного действия для производства желейных масс, производитель «Klockner Hansel Processing», год выпуска 2007.

Согласно указанному отчету низкотемпературная установка для подготовки крахмала, вертикальная упаковочная машина, производитель «Bosh», линия непрерывного действия для производства желейных масс, производитель «Klockner Hansel Processing» находятся в разукомплектованном состоянии, не пригодном для эксплуатации, оборудование разукомплектовано, в отношении линии непрерывного действия для производства желейных масс также указано, что имеются следы коррозии металла, кабели срезаны, электропроводка и блоки управления отсутствуют, также отсутствуют составные части линии, такие как насосы, моторы, дисплеи управления. Указанные дефекты являются критическими, оборудование не пригодно для эксплуатации.

Также в отчете эксперта указано, что при проведении оценки не предъявлены к осмотру заверточные машины производства NAGEMA, низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производитель Winkler und Dunnebier, вертикальная упаковочная машина, производитель «Bosh», наименование модели Terra 25, заказчиком представлены только фотографии указанного имущества, которые фотографии имеются в отчете (по объектам 7, 9 и 10).

На странице 42 отчета, оценщиком указано, что на момент осмотра оцениваемое оборудование длительное время не эксплуатировалось, в ходе визуального осмотра оценщик столкнулся со следующими неблагоприятными факторами: некомплектность оборудования, коррозия элементов, ненадлежащие условия хранения. В связи с этим доподлинно определить техническое состояние оборудования оценщику не представляется возможным. По договоренности с заказчиком представители двух компаний («АСпром» и «Свифтлайф Маркет»), занятых в сфере эксплуатации, продажи и обслуживания аналогичного оборудования, провели исследованием технического состояния оцениваемого оборудования. По результатам исследования были составлены информационные письма, в которых указано, что при существующих дефектах работа на данном оборудовании невозможна, ремонт экономически нецелесообразен. Техническое состояние характеризуется как непригодное к применению.

Также в отчете определена стоимость оборудования, линия для производства жевательного мармелада (для изготовления изделий, отливаемых в крахмал) оценена в размере 104 237 руб. 00 коп., низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производитель Winkler und Dunnebier, наименование модели: NTTK 8.0 462.10 оценена на сумму 104 237 руб. 00 коп., вертикальная упаковочная машина, производитель «Bosh», наименование модели Terra 25 оценена на сумму 38 136 руб. 00 коп., линия непрерывного действия для производства желейных масс, производитель «Klockner Hansel Processing», год выпуска 2007, оценена на сумму 104 237 руб. 00 коп.

В справке по состоянию оборудования, приложенной к отчету и составленной компанией «Свифтлайф Маркет» (том 3, л.д. 92) указано, что оборудование длительное время хранится в неотапливаемом помещении, подвергается стояночной электрохимической коррозии, из машин изъяты детали и комплектующие, оборудование разукомплектовано по механической и электрической части, отсутствуют составные части оборудования: электропроводка, насосы, моторы, конвейерные ленты, трубопроводы линий, автоматика, пульты управления. Электрошкафы разукомплектованы, заводские шильды испорчены, отсутствует правоустанавливающая и техническая документация.

После проведения оценки конкурсным управляющим ООО «Монолит-Недвижимость» проведены торги по продаже имущества, по итогам которых заключены договоры купли-продажи с победителями торгов. В частности, с ООО «Влад» заключены договоры купли-продажи от 25.12.2018 № 2, № 3, № 4.

Предметом договора купли-продажи № 4 было следующее имущество: заверточные машины производства NAGEMA - 2 шт.; линия для производства жевательного мармелада (для изготовления изделий, отливаемых в крахмал), низкотемпературная установка для подготовки крахмала, производитель Winkler und Dunnebier, наименование модели: NTTK 8.0 462.10; вертикальная упаковочная машина, производитель «Bosh», наименование модели Terra 25; линия непрерывного действия для производства желейных масс, производитель «Klockner Hansel Processing», год выпуска 2007.

Стоимость оборудования составила 2 849 900 руб. 00 коп.

В соответствии с приложением № 1 к договору имущество продавалось в разукомплектованном состоянии.

ЗАО «АГ «Ритейл», полагая, что ООО «Влад» было продано приобретенное им у ФИО5 имущество, оспорило решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга в Санкт-Петербургский городской суд.

19.03.2019 Санкт-Петербургским городским судом решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 27.09.2018 отменено в связи с наличием спора о праве собственности на имущество.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец обратился в суд с иском к ответчику об истребовании из его незаконного владения принадлежащего ЗАО «АГ «Ритейл» оборудования, впоследствии измененного на взыскание неосновательного обогащения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия совокупности доказательств принадлежности истцу оборудования, находящегося у ответчика, размера стоимости этого оборудования по состоянию на 2018 год, вины ответчика в утрате оборудования

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для её удовлетворения и отмены принятого по делу решения на основании следующего.

Действительно изначально истец обратился в суд с иском об истребовании у ответчика принадлежащего истцу имущества.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с разъяснениями пунктов 32 и 36 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22), применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении; лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика; право собственности на имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Постановления № 10/22, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 37 Постановления № 10/22, в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

В соответствии с разъяснениями пункта 39 Постановления № 10/22 по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск) характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь, утрата фактического владения вещью, возможность выделить вещь при помощи индивидуальных признаков из однородных вещей, фактическое нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика на момент рассмотрения спора. Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

При этом одним из существенных условий истребования имущества из чужого незаконного владения является возможность его индивидуализации и идентификации, объектом виндикации во всех случаях может быть только индивидуально-определенная вещь, существующая в натуре (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.02.2010 № 13944/09, от 13.09.2011 № 3413/117).

Предъявляя виндикационный иск к добросовестному приобретателю, истец также должен доказать факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Как указано выше, в последующем на основании статьи 49 АПК РФ истец изменил исковые требования и просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в размере стоимости утраченного имущества.

Частью 1 статьи 49 АПК РФ предусмотрено право истца при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Истец воспользовался указанным правом, поскольку, по его мнению, состояние спорного имущества свидетельствует о его полной утрате, не может быть возвращено в натуре, в связи с чем изменил предмет иска и просил взыскать с ответчика стоимость невозвращенного имущества, при этом истцом указанное требование квалифицировано как неосновательное обогащение.

Согласно положениям статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Так, в рамках настоящего иска ЗАО «АГ «Ритейл» предъявило к ООО «Влад» требование о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости утраченного имущества, незаконно выбывшего из владения истца и проданного ответчику неуполномоченным лицом, вместе с тем, поскольку материалами дела подтверждается, что ответчик приобрел спорное имущество на торгах у третьего лица, нет оснований полагать, что со стороны ООО «Влад» имеется неосновательное обогащение за счет истца, в связи с чем вопреки позиции подателя жалобы суд первой инстанции в порядке пункта 1 статьи 168 АПК РФ правомерно и обоснованно квалифицировал требование истца, направленное на взыскание с ответчика стоимости утраченного имущества, как требование о взыскании убытков.

В свою очередь, как указано в статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и убытками, а также размер убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кредитор обязан представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками, должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

При этом , как верно указано судом первой инстанции, с учетом специфики заявленного требования - иск о взыскании стоимости утраченного имущества, которое выбыло из владения собственника не по его воле, - истцу необходимо доказать как наличие оснований для виндикации спорного имущества, так и тот факт, что имущество пришло в непригодное для эксплуатации состояние по вине приобретателя этого имущества, недоказанность любого из перечисленных обстоятельств ведет к невозможности удовлетворения такого рода исковых требований.

Заявляя о принадлежности истцу спорного оборудования, истец ссылается на договор купли-продажи от 29.03.2017, спецификацию к указанному договору, акт приема-передачи, договор хранения, которые подтверждают приобретение истцом у ФИО5 линии непрерывного действия для производства желейных масс.

Истец полагает, что, несмотря на отсутствие шильд, заводских номеров и иных идентификаторов, которые позволяют однозначно определить его имущество, сама по себе история приобретения, хранения и последующей продажи этого имущества позволяет сделать вывод о том, что ответчику продано именно его имущество. При этом истец ссылается также на заключение, составленное по результатам проведения экспертизы, в рамках настоящего дела, от 20.07.2021 № 78-21/10-Т, в котором эксперт пришел к выводу о тождественности оборудования, приобретенного истцом, оборудованию, находящемуся на территории ответчика.

Между тем, из заключения эксперта следует, что имеется родовое (групповое) тождество оборудования, приобретенного истцом на основании договора купли-продажи от 29.03.2017 оборудованию, находящемуся у ответчика. При этом в мотивировочной части заключения (на стр. 22, 28) экспертом указано, что признаков, позволяющих однозначно идентифицировать (установить индивидуальное тождество) оборудования невозможно по причине отсутствия заводских (серийных) номеров. На странице 26 заключения экспертом приведена таблица результатов сопоставления оборудования, указанного в спецификации к договору от 29.03.2017 к договору купли-продажи от 29.03.2017, и оборудования, представленного на осмотр, из которого следует, что вывод о тождественности сделан на том основании, что представленное к осмотру оборудование является оборудованием для производства мармелада, имеет одинаковую маркировку производителя, а также находится в одинаковом техническом состоянии (не работоспособно) и некомплектности (изделие не является комплектным).

В судебном заседании эксперт пояснил, что, с его точки зрения, с большой долей вероятности осмотренное им имущество является тем имуществом, которое было приобретено истцом по договору купли-продажи от 29.03.2017.

Между тем, из представленных к заключению фотоматериалов, а также пояснений эксперта, данных в судебном заседании, судом первой инстанции верно установлено, что часть оборудования фактически представляет собой металлолом, что в свою очередь подтверждено и самим представителем истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции от 08.11.2022, складированный на открытых площадках. Причем, как пояснил эксперт на вопрос суда, однозначно определить, что все, обнаруженные элементы и запчасти, являются составными частями оборудования, приобретенного истцом на основании договора купли-продажи от 29.03.2017, нельзя.

Кроме того, в ответе на вопрос о том, является ли оборудование, представленное в спецификации от 29.03.2017 к договору купли-продажи от 29.03.2017 тождественным оборудованию, находящемуся по адресу: <...>, эксперт указал на тождественность по классу, группе, виду, наименованию и техническому состоянию только в отношении оборудования, указанного в пунктах 1 и 2 спецификации, то есть не смог его однозначно идентифицировать, кроме того, оборудование, перечисленное в пункте 3 (Оборудование для упаковки с упаковочной машиной «Bosh» Terra 25, в т.ч.: 3.1 Рукавная упаковочная машина тип Terra 25; 3.2 Мультиголовочные весы Yamato ADW-514 AC Alfa Plus; 3.3. Подающий конвейр; 3.4. Подающий виброжелоб из нержавеющей стали; 3.5. Подающий Z-образный транспортер; 3.6. Отводящий транспортер; 3.7. Поворотный стол; 3.8. Помост для весов; 3.9. Печатающее устройство Markem 18i.) обнаружено не было.

При этом обоснованно принят судом первой инстанции во внимание и тот факт, что в рамках дела № А56-31560/2017 истцом было предъявлено Акционерному обществу «Банк «Советский» требование о взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего хранения имущества (линии для производства желейных масс), переданного Банку в рамках уголовного дела. В обоснование иска ЗАО «АГ «Ритейл», получивший право взыскания убытков от ФИО5 на основании договора уступки права, ссылалось на то, что в результате ненадлежащего хранения линия «Klochner» фактически утрачена, соответственно не имеется оснований полагать о наличии означенного оборудования у ответчика.

При этом постановлением суда кассационной инстанции от 09.04.2018 в удовлетворении требований ЗАО «АГ «Ритейл» было отказано с указанием на то, что 23.01.2015 в целях обеспечения сохранности вещественных доказательств в рамках уголовного дела 208018, возбужденного 02.12.2014 СУ УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 165 УК РФ, старшим следователем майором юстиции ФИО7 был опечатан производственный корпус, расположенный по адресу: <...>, а находящееся в нем производственное оборудование передано на ответственное хранение оборудование представителям Банка.

В подтверждение изложенных обстоятельств были приобщены: постановление о производстве обыска от 23.01.2015, протокол обыска (выемки) от 23.01.2015, протокол осмотра предметов (документов) от 23.01.2015, постановление о признании и приобщении к делу вещественных доказательств от 23.01.2015, акт приема-передачи от 23.01.2015, свидетельские показания в рамках уголовного дела 208018.

В постановлении суда округа по делу № А56-31560/2017 также установлено, что из фотографий следует, что это оборудование имело следы повреждения, разукомплектованности, на оборудовании отсутствовали шильды с серийными номерами, за исключением одной единицы оборудования, на которой находилась шильда с названием производителя «Klochner» с серийным номером 10516 и датой конструкции 2007 год. Причем именно это оборудование передано предпринимателю ФИО5

Однако в заключении эксперта на странице 17 (том 5, л.д. 19) имеется фотография, из которой следует, что по месту нахождения ответчика находится оборудование с названием производителя «Klochner», серийный номер 10523.

При этом оборудование с шильдой 10516 экспертами в рамках настоящего дела не обнаружено.

Указанные обстоятельства в свою очередь вопреки позиции подателя жалобы также опровергают доводы иска о том, что никакого иного имущества, кроме того, о взыскании стоимости которого им заявлено в рамках настоящего дела, не имелось.

Таким образом, оценив в совокупности все представленные сторонами доказательства, суд пришел к верному выводу о том, что доводы истца о принадлежности ему спорного имущества основаны исключительно на логической цепочке следующего характера: истец приобрел оборудование определенного вида, типа, производителя, которое было оставлено на хранение по адресу местонахождения третьего лица, третье лицо выявило у себя на складе бесхозяйное имущество аналогичного вида, типа, производителя и продало его ответчику, следовательно, спорное имущество является имуществом истца.

Однако, из материалов дела усматривается, что на момент проведения осмотра экспертом оборудования оборудование для упаковки с упаковочной машиной «Bosh» Terra 25 обнаружено не было, при этом, как справедливо отмечено судом первой инстанции, достаточно сомнительным является само существование отсутствующего оборудования на момент его продажи ответчику, поскольку из отчета об оценке, проводимой перед торгами, усматривается, что оценщиками не было выявлено наличие на объекте низкотемпературной установки для подготовки крахмала, производитель Winkler und Dunnebier и вертикальной упаковочной машины, производитель «Bosh», наименование модели Terra 25, в связи с чем оценка указанных объектов производилась по фотографиям.

Также, как указано ранее, судом первой инстанции правильно установлено, что линия непрерывного действия для производства желейных масс, производитель «Klockner Hansel Processing», год выпуска 2007, имеет иной номер шильды, нежели то оборудование, которое приобреталось истцом, в то время как объективные доказательства невозможности нахождения на складе иного оборудования того же вида, типа и производителя с учетом установленных в рамках арбитражного дела № А56-31560/2017 обстоятельств в материалы дела не представлено, тогда как из материалов дела усматривается, что третьим лицом было выявлено нахождение на его территории большого объема бесхозяйного оборудования, а некомплектность оборудования и разобранное состояние в принципе не могут относится к идентифицирующим признакам оборудования.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности истцом факта нахождения в незаконном владении ответчика принадлежащего истцу имущества.

Несостоятельны и доводы подателя жалобы относительно стоимости утраченного имущества в размере 136 050 000 руб. 00 коп., заявленной к взысканию с ответчика, поскольку, как справедливо отмечено судом первой инстанции, спорное имущество находилось в нерабочем состоянии и его восстановление было нецелесообразно, фактически представляло собой металлолом, что, как отмечено ранее, подтверждено и представителем истца в судебном заседании апелляционной инстанции от 08.11.2022, в связи с чем к нему однозначно неприменима рыночная стоимость аналогичного нового оборудования, тем более, что предположение экспертов о том, что состояние оборудования было хорошим, опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами, а именно: договором купли-продажи оборудования от 29.03.2017, актом приема-передачи и спецификацией, согласно которым оборудование находится в разобранном, некомплектном, нерабочем состоянии, а его стоимость составляла 100 000 руб. 00 коп., равно как и доводам истца, заявленными в рамках дела № А56--31560/2017, и выводам эксперта, сделанным в заключении от 05.12.2018 № 334/2018-Об, на которое опирался эксперт, поскольку в указанном отчете оценщик оценил состояние имущества как неработоспособное, не пригодное к восстановлению (металлолом), в связи с чем его стоимость была определена в общей сумме 350 847 руб. 00 коп.

Помимо этого суд справедливо отметил, что стоимость утраченного оборудования, определенная экспертом, не соответствует сведениям о стоимости этого имущества, установленной судебными актами по делам, связанным с историей его приобретения истцом.

Как установлено судами в рамках дела № А56-27148/2013, между закрытым акционерным обществом «Банк «Советский» (далее - Банк) и закрытым акционерным обществом «Аптека Герца» (далее - ЗАО «Аптека Герца») был заключен кредитный договор от 15.04.2011 № 123/11, в соответствии с которым кредитор обязался открыть заемщику кредитную линию на срок до 13.03.2012 с лимитом выдачи в сумме 30 000 000 руб. 00 коп.

В целях обеспечения исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору между Банком и ООО «Лаком » 15.04.2011 заключен договор № 1/123/11, по которому Банку предоставляется в залог имущество: линия непрерывного действия для производства желейных масс, в том числе: гравиметрическая дозировочно-весовая установка THERMOGRAV 1030S с расходной емкостью 1500 л в количестве 1 штуки; система подготовки раствора желирующего средства (пектина, желатина, агара) в количестве одной штуки, в том числе: емкость для первичного растворения желирующего средства - 1 штука; буферные емкости - 2 штуки; подающие насосы для раствора желирующего средства - 2 штуки. 1.3; установка варки желейных масс непрерывного действия модели JellyStar 2012, в том числе: подающий насос рецептурной смеси - 1 штука; теплообменник непрерывного действия для желейных масс JellyStar 2012-1 штука; выпаривающий сосуд - 1 штука; подающий сосуд - 1 штука; промежуточная емкость для сваренной желейной массы в количестве 1 штуки; система 3-ходовых поршневых дозирующих насосов в количестве 1 штуки.

Согласно приложению № 1 к указанному договору (Сведения о предмете залога), рыночная стоимость заложенного имущества составляет 62 540 000 руб. 00 коп., залоговая стоимость - 40 120 000 руб.

23.01.2012 единственным участником ООО «Лаком» было принято решение о реорганизации в форме выделения из ООО «Лаком» общества с ограниченной ответственностью «Эквип» с передачей вновь создаваемому юридическому лицу в соответствии с разделительным балансом от 23.01.2012 указанной линии непрерывного действия.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.08.2015 по делу № А56-45717/2013, в рамках которого Банк обратился в Арбитражный суд с иском к ЗАО «Монолит-недвижимость» об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору о залоге движимого имущества от 15.04.2011 № 1/123/11, заключенному между Банком и ООО «Лаком», установлено, что в связи с реорганизацией ООО «Лаком» в форме выделения с 04.07.2012 его правопреемником по спорному договору является ООО «Эквип», которым в ходе процедуры ликвидации по решению единственного участника спорное заложенное имущество передано по акту приема-передачи от 23.01.2013 ФИО8 Согласно акту от 23.01.2013 остаточная стоимость передаваемого спорного имущества составляла 1 096 932 руб. 32 коп.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.03.2014 по делу № А56-52247/2013 ФИО8 был признан несостоятельным (банкротом), была введена процедура конкурсного производства, требование Банка было включено в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.09.2014 в рамках данного банкнотного дела ФИО8

В ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции в материалы дела были представлены договоры поставки от 30.04.2013 № 30/04-О, от 20.05.2013 № 20/05-О, заключенные между ФИО8 (продавец) и ФИО5 (покупатель) (далее - договоры поставки), на поставку спорного оборудования. В рамках договоров поставки продавец обязуется поставить оборудование в соответствии со спецификацией, указанной в приложении № 1 к договорам, которые являются неотъемлемой частью данных договоров.

Продавец гарантирует, что оборудование принадлежит ему на праве собственности и свободно от притязаний третьих лиц (пункты 1.2 договоров поставки).

Общая сумма договора от 30.04.2013 № 30/04-О составляет 1 000 000 руб. 00 коп., договора от 20.05.2013 № 20/05-О - 500 000 руб. 00 коп. (пункт 2.1).

Указанные договоры поставки оплачены предпринимателем в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

В рамках дела № А56-72020/2015 Банк обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с требованием обратить взыскание на принадлежащее индивидуальному предпринимателю ФИО5 на праве собственности заложенное имущество - линия непрерывного действия для производства желейных масс, в том числе: гравиметрическая дозировочно-весовая установка THERMOGRAV 1030S с расходной емкостью 1500 л в количестве 1 штуки; система подготовки раствора желирующего средства (пектина, желатина, агара) в количестве одной штуки, в том числе: емкость для первичного растворения желирующего средства - 1 штука; буферные емкости - 2 штуки; подающие насосы для раствора желирующего средства - 2 штуки. 1.3; установка варки желейных масс непрерывного действия модели JellyStar 2012, в том числе: подающий насос рецептурной смеси - 1 штука; теплообменник непрерывного действия для желейных масс JellyStar 2012 - 1 штука; выпаривающий сосуд - 1 штука; подающий сосуд - 1 штука; промежуточная емкость для сваренной желейной массы в количестве 1 штуки; система 3-ходовых поршневых дозирующих насосов в количестве 1 штуки; путем реализации на торгах, установив начальную продажную цену на заложенное имущество в размере 40 120 000 руб. 00 коп.

Суд отказал Банку в удовлетворении требований, признав Ожгу Д.Я. добросовестным приобретателем имущества.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.04.2018 по делу № А56-31560/2017, о котором упомянуто выше, установлено, что линия непрерывного действия для производства желейных масс была приобретена предпринимателем ФИО5 по договору поставки от 30.04.2013 за 1 000 000 руб. 00 коп., что следует из решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.02.2016 по делу № А56-72020/2015, означенным решением суд отказал Банку в иске об обращении взыскания на предмет залога (линию непрерывного действия для производства желейных масс), признав предпринимателя Ожгу Д.Я. добросовестным приобретателем, а потому названным решением подтверждена реальная цена приобретенного имущества.

Таким образом, поскольку истцом у предпринимателя ФИО5 была приобретена та же самая линия для производства желейных масс, с учетом всех указанных выше судебных актов, установивших начальную рыночную стоимость залогового имущества по состоянию на 2011 год, его залоговую стоимость на тот же период, его стоимость и фактическое состояние на момент передачи оборудования ФИО8 (1 000 000 руб. 00 коп.), а также стоимость, по которой имущество было продано истцу (100 000 руб. 00 коп.), с учетом вывода суда кассационной инстанции по делу № А56-31560/2017, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований полагать, что указанное имущество стоило 136 050 000 руб. 00 коп., поскольку как указал суд кассационной инстанции в рамках дела № А56-31560/2017, реальная цена указанного имущества составляет 1 000 000 руб. 00 коп.

При этом реальный убыток Общества, в случае, если было бы доказано, что у ответчика находится то самое имущество, которое приобрел истец, и ответчик виновен в его утрате, как справедливо отметил суд первой инстанции, составлял бы 100 000 руб. 00 коп., поскольку именно указанную сумму истец уплатил за приобретенное имущество, тем более, что истцом не оспаривался факт приобретения оборудования в разукомлектованном, поврежденном, нерабочем состоянии, в котором истец, будучи осведомленным об указанных недостатках оборудования, приобрел его в существующем состоянии, с недостатками.

Доказательств, позволяющих документально подтвердить многократное увеличение стоимости оборудования, с суммы 100 000 руб. 00 коп. в 2017 году до 136 050 000 руб. 00 коп.в 2018 году, истцом в материалы дела также не представлено.

Также суд первой инстанции обоснованно отметил, что ответчик приобрел у третьего лица оборудование в ходе торгово-закупочной процедуры банкротства – торгов, торги в процедуре банкротства являются открытыми, то есть правом участвовать в приобретении имущества должника обладает любое лицо.

К участию в торгах по продаже оборудования третьего лица были поданы 3 заявки, в том числе заявка ответчика (ООО «Влад»), которая включала наибольшую продажную стоимость оборудования по сравнению с другими участниками, в результате чего был выявлен победитель - ООО «Влад».

Следовательно, с учетом того, что ответчиком оборудование было приобретено в ходе торгов, ООО «Влад» невозможно признать лицом, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело имущество.

Приняв во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел также и к верному выводу о том, что ООО «Влад» является добросовестным приобретателем, что указывает на то, что собственник в соответствии с положениями статьи 302 ГК РФ вправе истребовать имущество у такого приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или у другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии воли истца на отчуждение производственного оборудования, в материалах дела не имеется, напротив, исходя из представленной истцом информации, приобретенное ЗАО «АГ «Ритейл» оборудование на следующий же день было передано на хранение ООО «Лаком» по договору хранения от 30.03.2017, место хранения установлено в здании по адресу: <...>, занимаемом ООО «Лаком» на основании договора аренды, который, в свою очередь, был признан недействительным в рамках дела № А56-119186/2017.

При этом ООО «Лаком» не обращалось к ООО «Влад» с требованием вернуть оборудование, не истребовалось данное оборудование у ООО «Лаком» и покупателем - ЗАО «АГ «Ритейл».

Не доказан истцом и факт утраты ответчиком спорного оборудования, поскольку доказательства, свидетельствующие о том, что именно действия ответчика привели к ухудшению состояния оборудования, по сравнению с тем, в каком виде оно передавалось ему третьим лицом при заключении договора купли-продажи, в материалы дела не представлены, выводы эксперта в этой части являются исключительно предположением, основанным на фотоматериалах, приложенных к отчету 2018 года.

Следовательно, вопреки положениям статей 9, 65, 68 АПК РФ истцом не представлено в материалы дела доказательств наличия соответствующих условий, необходимых для применения к ответчику ответственности в виде взыскания убытков.

На основании изложенного, исследовав материалы дела и установив, что истец не доказал факт принадлежности ему оборудования, находящегося у ответчика, не доказал размер стоимости этого оборудования по состоянию на 2018 год, не доказал вину ответчика в утрате оборудования, суд первой инстанции обоснованно и правомерно отказал истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Доводы апелляционной жалобы жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены, а потому решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2022 по делу № А56-56001/2020 следует оставить без изменения, а жалобу истца - без удовлетворения.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы и в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции относятся на истца.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2022 по делу № А56-56001/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.



Председательствующий


С. А. Нестеров



Судьи



С. В. Изотова



В. Б. Слобожанина