Решение от 17 апреля 2019 г. по делу № А51-2242/2019

2129/2019-54081(2)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54 Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А51-2242/2019
г. Владивосток
17 апреля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 15 апреля 2019 года . Полный текст решения изготовлен 17 апреля 2019 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Галочкиной Н.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании 08.04.2019-15.04.2019 дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АССА» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 21.09.2007)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 22.11.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/280818/0124458

при участии: от заявителя – представитель ФИО2 (доверенность от 14.01.2019 № 1);

от таможни: представитель ФИО3 (доверенность от 26.09.2018 № 293)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «АССА» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможня, таможенный орган) о признании незаконным решения от 22.11.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/280818/0124458 (далее – спорная ДТ).

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал требования по доводам, изложенным в заявлении и дополнительных пояснениях к нему. В обоснование своих требований пояснил, что при подаче спорной ДТ и в ходе проведения дополнительной проверки таможенной стоимости общество представило таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем, полагает, что у таможни отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной таможенной стоимости. Считает, что таможня необоснованно пришла к выводу о наличии оснований для внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей по спорной ДТ, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность

предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в судебном заседании 08.04.2019 по ходатайству ответчика с целью предоставления ему возможности ознакомления с представленным ответчиком письменным отзывом на заявление и дополнительными документами, судом объявлен перерыв до 14 час.40 мин. 15.04.2019, о чем вынесено определение. После окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда и секретаря судебного заседания, в отсутствие не явившихся представителей сторон.

Из материалов дела судом установлено следующее.

В августе 2018 года во исполнение внешнеторгового контракта от 15.06.2017 № NIT062017, заключенного между заявителем и компанией «NINGBO INTERNATIONAL TRADING CO., LTD», на таможенную территорию Евразийского экономического союза в Россию на условиях FОВ НИНГБО из Китая ввезены товары общей стоимостью 37 825, 20 долларов США.

В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню декларацию на товары № 10702070/280818/0124458, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В обоснование применения заявленной таможенной стоимости, обществом представлены таможне следующие документы: контракт от 15.06.2017 № NIT062017 и дополнения к нему, проформу-инвойса от 10.08.2018 № ORX2018037, коммерческий инвойс от 10.08.2018 №

ORX2018037, упаковочный лист от 10.08.2018 № ORX2018037, договор транспортной экспедиции от 09.01.2017 № 44, счет на оплату от 23.08.2018 № 17168 транспортных расходов, коносамент от 24.08.2018, а также другие документы согласно сведений, указанных в графе 44 спорной ДТ и дополнениях к ней.

Декларантом оформлена и направлена 28.08.2018 в таможню декларация таможенной стоимости по форме ДТС-1, в которой в графах 3, 4, 5 указаны сведения о внешнеэкономическом контракте и дополнении к нему, инвойсе, об условиях поставки FOB НИНГБО, аналогичные со сведениями, указанными в спорной ДТ, в графе 17 и 20 указаны расходы по перевозке (транспортировке) товаров, которые включены в структуру таможенной стоимости.

По результатам проведенного контроля заявленной обществом таможенной стоимости, таможенным органом 28.08.2018 принято решение, которое содержало в себе уведомление об обнаружении признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товара, указание на более низкие цены декларируемых товаров по сравнению с ценой на аналогичные товары, отсутствие прайс-листа производителя товаров и банковских платежных документов по оплате декларируемой партии товаров, а также запрос о предоставлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров, который был исполнен декларантом посредством предоставления письменной информации по каждому запрошенному таможенным органом дополнительному документу, а также путем пояснения относительно невозможности представления иных запрошенных документов ввиду их фактического отсутствия.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 22.11.2018

таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ.

Полагая, что первоначально представленный пакет документов, а также предоставленные дополнительно испрашиваемые таможней документы подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению по следующим обстоятельствам.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС, Кодекс) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких- либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая

сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств- членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров,

документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если

представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

В обоснование принятия решения от 22.11.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, таможня указала на низкий уровень таможенной стоимости задекларированного обществом товара и на наличие признаков ее недостоверности, сославшись на отсутствие документального подтверждения ее определения, ее величины и структуры.

Судом установлено, что при проведении таможенного контроля для определения таможенной стоимости товара, декларированного в спорной ДТ, метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами неприменим, так как таможенным органом было установлено, что продажа товаров или их цена зависит от каких-либо условий или обязательств,

влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что является ограничением, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Оценивая выводы таможни, положенные в основу принятия оспариваемого решения, суд учитывает следующее.

Из материалов дела усматривается, что по условиям пункта 1.1 контракта от 15.06.2017 № NIT062017 продавец обязуется продать, а покупатель принять и оплатить на условиях FOB Нингбо товары народного потребления в ассортименте производства КНР. Цена на товар, условия поставки и ассортимент согласовывается сторонами на каждую поставку и указывается в проформах инвойса.

Общая сумма контракта составляет 3 000 000 долларов США (пункт 1.2 контракта в редакции дополнения от 30.05.2018 № 6 к контракту).

Согласно пункту 1.3 контракта каждая поставка товара осуществляется по предварительной заявке покупателя, в которой оговаривается количество поставляемого товара, на основании которой продавцом предоставляется проформа инвойса, в которой указано количество и стоимость поставляемого товара. После отгрузки товара продавец выставляет коммерческий инвойс и упаковочный лист с окончательным количеством поставленного товара.

По условиям пункта 3.2 контракта оплата за товар осуществляется на следующих условиях: - предоплата в размере не менее 30% до даты прибытия в порт Владивосток; оставшаяся часть стоимости товара подлежит уплате в течение 179 дней с даты прибытия в порт Владивосток; - отсрочка платежа до 179 дней с даты поставки.

Анализ представленных к таможенному оформлению проформы инвойс от 10.08.2018 № ORX2018037 и коммерческого инвойса 10.08.2018 № ORX2018037показывает, что стороны внешнеэкономической сделки

достигли договоренности о поставке на условиях FOB Нингбо товаров «новогодняя гирлянда» на общую сумму 37 825,20 долларов США.

В целях реализации указанных договоренностей обществу в рамках исполнения ранее заключенного договора транспортной экспедиции от 09.01.2017 № 44 Экспедитором были оказаны транспортные услуги по доставке партии товара по маршруту порт НИНГБО - порт Владивосток и выставлен счет от 23.08.2018 № 44 по их оплате, который оплачен обществом-Клиентом платежным поручением от 18.09.2018 № 340999.

Судом установлено, что при декларировании партии товара по спорной ДТ заявитель представил таможне внешнеторговый контракт и приложение к нему, инвойс, упаковочный лист и коносамент, а также иные сопроводительные товар документы. При этом, все коммерческие и сопроводительные товар документы содержат ссылку на реквизиты контракта и сведения о продавце и покупателе товара.

Кроме того, в подтверждение несения расходов на перевозку партии товаров по спорной ДТ, указанных в графе 17 формы ДТС-1 таможне представлены договор транспортной экспедиции от 09.01.2017 № 44, счет от 23.08.2018 № 17168 и платежное поручение от 18.09.2018 № 340999 по его оплате, акт оказания услуг Экспедитором.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 7 Постановления от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18) следует, что признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения

изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов.

Из оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ следует, что по итогам сравнительного анализа с использованием информационных ресурсов, баз данных таможенных органов были выявлены значительные расхождения между заявленными в спорной ДТ сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями по идентичным и однородным товарам, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

Так, отклонения по спорным товарам, заявленным в рассматриваемой ДТ составили по ФТС и РТУ более 55 %.

Выявленные таможней отклонения стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары расцениваются судом как значительные, в связи с чем, у таможенного органа имелись основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Во исполнение решения от 28.08.2018 таможенного органа о запросе документов и (или) ведений декларант представил таможне письменные пояснения и часть дополнительно запрошенных документов.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

При этом, в силу разъяснений Пленума ВС РФ, изложенных в пункте 9 Постановления от 12.05.2016 № 18, от лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств,

подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Вместе с тем, совокупный анализ представленных пояснений и дополнительных документов показывает, что данные объяснения фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Так, выявленное на этапе таможенного контроля отклонение заявленной таможенной стоимости не было объяснено декларантом, поскольку последний не представил экспортную декларацию, а также сведения о соответствии заявленной таможенной стоимости ввозимых товаров рыночной стоимости аналогичных товаров по информации страны отправления. Кроме того, письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию РФ по средней цене, превышающей более чем на 55% указанную декларантом стоимость товаров, обществом подготовлены не были.

Каких-либо документов о ввозе аналогичных товаров другими участниками внешнеэкономической деятельности, в отношении которых таможенная стоимость была принята по первому методу, заявителем представлено не было.

Между тем, предполагая добросовестность поставщика и разумность покупателя, намеренных продать/купить товары и совершающих все необходимые подготовительные действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку товаров, доведение поставщиком/продавцом до сведения покупателя и запрос покупателя от поставщика/продавца информации об изготовителе, предполагаемых к продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же принципам соответствует

получение покупателем от продавца/поставщика на стадии согласования в отношении интересующего товара информации о цене, о физических характеристиках, качестве, составе материала.

Отсутствие у покупателя такой информации о товаре и названных согласований противоречит устоявшимся в международной торговле деловым обыкновениям и нарушает баланс интересов потенциальных сторон будущей поставки, является обременительным для покупателя, не имеющего от продавца полной информации о товаре до фактической его поставки и оплаты, так как покупатель, приобретая товар в целях его дальнейшего коммерческого использования (перепродажа оптом или в розницу потребителям) должен знать максимально возможную информацию о приобретаемом товаре, в том числе, о том, кто является производителем товара, какая цена на товар, какими физическими характеристиками обладает товар и иное (состав материалов, способ производства и т.п.).

Указание декларанта на отказ инопартнера представить экспортную декларацию, как не предусмотренную контрактом в качестве документа, сопровождающего товар, суд, исходя из разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18, оценивает критически, тем более, что из буквального прочтения ответа инопартнера не следует, что у последнего отсутствует возможность по представлению данного документа.

При этом непредставление декларации страны-отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

Тем самым декларантом не был доказан объективный характер отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем, не были

устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

Одновременно с этим следует отметить, что в ходе таможенного контроля заявленной таможенной стоимости декларант представил прайс- лист от 01.07.2017, который в отсутствие экспортной декларации страны отправления, не может являться документом, достоверно подтверждающим заявленную таможенную стоимость товара, так как прайс-лист оформлен не изготовителем товара – компанией «G&G; (HK) Indastrial and Trading Co., Ltd», а продавцом - компанией «NINGBO INTERNATIONAL TRADING CO., LTD», который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов.

Кроме того, следует согласиться с утверждением таможенного органа в оспариваемом решении о безосновательном уклонении декларанта от исполнения запроса от 28.08.2018 в части представления банковских платежных документов об оплате предыдущих поставок.

В данном случае суд принимает во внимание, что в силу пункта 3.2 контракта от 15.06.2017 № NIT062017 оплата товара осуществляется, в том числе и с отсрочкой платежа до 179 дней с даты поставки, тем не менее, названные обстоятельства не могли послужить препятствием для представления доказательств оплаты предыдущих поставок по данному контракту, тем более, что спорная поставка не являлась первой, что подтверждается сведениями Раздела III «Сведения о подтверждающих документах» ведомости банковского контроля.

То обстоятельство, что в ходе таможенного контроля общество представило ведомость банковского контроля, само по себе не может рассматриваться в качестве надлежащего исполнения декларантом пункта 7 запроса таможни от 28.08.2018, поскольку исполнение обществом запроса таможни о представлении ведомости банковского контроля не подменяет обязанность декларанта по представлению запрошенных

банковских платежных документов по предыдущим поставкам, тем более, что такими документами общество обладало и на момент таможенного декларирования, и на момент исполнения решения от 28.08.2018, однако немотивированно отказалось от их представления.

К аналогичным выводам приходит суд и при оценке неисполнения декларантом решения таможни от 28.08.2018 в части предложения представить документы по реализации товара, поступившего по предыдущим поставкам, исходя из условий и характера предпринимательской деятельности на внутреннем рынке Российской Федерации.

Кроме того, из представленных к таможенному оформлению проформы инвойса и коммерческого инвойса на поставку товара на условиях FOB Нингбо рассматриваемой партии товара не следует, что стороны сделки согласовали порядок оплаты за данную поставку с выбором одного из предусмотренных сделкой в пункте 3.2 контракта способов, поскольку в указанных документах не определен конкретный порядок оплаты партии товаров по спорной ДТ.

Изложенные обстоятельства указывают на то, что порядок оплаты по данной поставке не согласован сторонами рассматриваемой сделки.

С учетом изложенного, следует признать обоснованным вывод таможни о том, что декларант не в полной мере воспользовался правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

При этом нельзя согласиться с доводом таможни в оспариваемом решении о непредставлении декларантом бухгалтерских документов об оприходовании ввезенной партии товаров, поскольку, несмотря на то, что решением о запросе документов и (или) сведений от 28.08.2018 такие документы не запрашивались, декларант представил бухгалтерские документы о постановке на учет товаров, задекларированных в спорной ДТ и предыдущей поставке, а именно карточки счета 41 за 28.08.2018 и за

02.08.2018 соответственно, что безосновательно не принято таможней во внимание.

Подводя итог изложенному, арбитражный суд отмечает, что ошибочность данного вывода таможни в целом не свидетельствует об отсутствии оснований для принятия 22.11.2018 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, поскольку документами, представленными в таможню, заявленная таможенная стоимость не была документально подтверждена обществом, также как не был доказан объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Как следует из статьи 37 ТК ЕАЭС, «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Материалами дела подтверждается, что в целях перерасчета таможенных пошлин, налогов, подлежащих уплате по товару, ввезенного по спорной ДТ, таможня выбрала третий метод определения таможенной стоимости товара и, исходя товарной позиции ввезенного товара, осуществила расчет таможенных платежей на основании соответствующего источника ценовой информации – ДТ № 10216170/030718/0065673 (товар № 1).

Сравнительный анализ наименования товара, заявленного в спорной ДТ с источником ценовой информации, не выявил существенных различий в наименовании сравниваемых товаров. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, имеют одну страну происхождения и страну отправления, сопоставимые количественные, качественные и функциональные характеристики, что позволяет их рассматривать в качестве однородных товаров.

Кроме того, выбор именно данного источника обусловлен отсутствием ценовой информации по товарам, проданным на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и ввезенный товар, что подтверждается имеющейся в материалах дела выборкой ценовой информации.

Реализация права на получение консультации по выбору метода определения таможенной стоимости (абзац 3 пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС) поставлена в зависимость от волеизъявления заинтересованного в этом декларанта, который, не используя предоставленные ему таможенным законодательством инструменты по взаимодействию с таможенными органами, принимает на себя риск реализации последними предусмотренных законом полномочий, в том числе по самостоятельному совершению действий, связанных с проведением таможенных проверок.

Доказательств наличия причин отсутствия объективной возможности инициировать проведение консультаций по выбору источника ценовой информации либо предоставить таможне имеющиеся у него в распоряжении сведения об оформлении товаров с идентичными или однородными характеристиками спорному товару до принятия оспариваемого решения заявитель в материалы дела не представил.

В связи с этим, суд отклоняет доводы заявителя относительно наличия у таможенного органа информации об оформлении однородных товаров с меньшим ИТС, поскольку по правилам абзаца 2 пункта 1 статьи

42 ТК ЕАЭС стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что действия таможенного органа по выбору источника ценовой информации не противоречат таможенному законодательству.

С учетом изложенного суд полагает, что внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/280818/0124458, произведено таможней при наличии к тому правовых оснований, с правильным применением таможенного законодательства, в связи с чем, оспариваемое решение от 21.11.2018 не противоречит закону и не нарушает права и законные заявителя.

В силу положений статей 51, 54 ТК ЕАЭС уплата декларантом таможенных платежей, в том числе доначисленных по результатам таможенного контроля таможенной стоимости, является обязанностью декларанта. Таким образом, поскольку у таможни имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, доводы заявителя о нарушении его прав и законных интересов данным ненормативным актом суд отклоняет. При этом заявитель сохраняет право представить таможенному органу дополнительные документы, которые не были предметом исследования в ходе таможенного оформления товаров, и ставить перед таможней вопрос о возобновлении таможенного контроля после выпуска товаров с целью пересмотра решения по таможенной стоимости товара № 1 по спорной ДТ и возврата таможенных платежей как излишне уплаченных.

Учитывая отсутствие оснований для признания незаконным оспариваемого решения таможенного органа, на основании части 3 статьи 201 АПК РФ требования заявителя удовлетворению не подлежат.

В этой связи в силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины суд относит на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении требований Общества с ограниченной ответственностью «АССА» отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Галочкина Н.А.

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 06.03.2018 3:09:42

Кому выдана Галочкина Наталья Александровна