Постановление от 16 апреля 2019 г. по делу № А75-7642/2016

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, i№fo@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-7642/2016
16 апреля 2019 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шаровой Н.А.,

судей Брежневой О.Ю., Зориной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3415/2019) Елисеева Дмитрия Владимировича на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29 января 2019 года по делу № А75-7642/2016 (судья Колесников С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления Мочалова Александра Борисовича о привлечении к субсидиарной ответственности Елисеева Дмитрия Владимировича, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Югра-консалтинг»,

при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично (паспорт),

установил:

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.07.2016 (резолютивная часть от 20.07.2016) в отношении открытого акционерного общества «Югра-консалтинг» (далее – ОАО «Югра-консалтинг, должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4

На основании решения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 01.03.2016 ОАО «Югра-консалтинг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий, арбитражный управляющий). Сообщение о введении процедуры в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 22.04.2017.

07.09.2018 конкурсный кредитор ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик); приостановлении производства по обособленному спору до установления в полном объеме размера непогашенных требований кредиторов.

Поданное заявление (с учетом уточнений) мотивировано тем, что действия бывшего руководителя должника ФИО2 ввиду своей экономической неэффективности привели к банкротству ОАО «Югра-консалтинг» и причинению вреда кредиторам ОАО «Югра-консалтинг», а также к невозможности погашения задолженности перед кредиторами, в том числе перед кредитором ФИО3

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.01.2019 по делу № А75-7642/2016:

- к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Югра-консалтинг» привлечен бывший руководитель должника ФИО2;

- приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до установления в полном объеме размера требований кредиторов ОАО «Югра-консалтинг» и окончания расчетов с кредиторами.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратился ФИО2, просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных кредитором требований.

В обоснование жалобы её податель указал, что с 31.12.2015 ФИО2 не являлся руководителем должника, так как был уволен на основании решения совета директоров и не выполнял функции генерального директора должника, что опровергает вывод суда первой инстанции об осуществлении ответчиком руководства должником до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Югра-Консалтинг».

Следовательно, выводы суда первой инстанции о том, что действия ФИО2 привели к ухудшению финансового положения должника, несостоятельны. К апелляционной жалобе приложены документы, поименованные в жалобе.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 02.04.2019 представителем ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела обвинительного приговора, копии договора; также просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. Пояснил, что дата ввода в эксплуатацию объекта - июнь 2015 года, задержка ввода объекта в эксплуатацию произошла ввиду изменения проекта застройки, увеличением этажности дома, данное решение было принято советом директором должника. ФИО2 в обеспечение кредитных обязательств должника было заложено свое имущество.

Судом объявлялся перерыв в течение дня до 18 час. 00 мин., представителю ФИО2 возращены представленные документы для заявления ходатайства об их приобщении в установленном процессуальном порядке.

В судебном заседании, продолженном после перерыва в течение дня, от представителя ФИО2 поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов (поименованных в рукописном ходатайстве).

Судом в судебном заседании объявлялся перерыв до 09.04.2019.

04.04.2019 (вх.№16405; вх.№16406) от ФИО2 поступили ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, конкретизированный перечень которых раскрыт в ходатайстве.

В пояснениях от 05.04.2019 (вх.№16465) ФИО5 поддержал изложенные в апелляционной жалобе доводы.

В ходатайстве от 05.04.2019 (вх.№16467), от 08.04.2019 (вх.№16666) ФИО5 просил приобщить к материалам дела дополнительные документы.

В отзыве от 08.04.2019 на апелляционную жалобу ФИО3 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании, продолженном после перерыва 09.04.2019, объявлялся перерыв до 10 час. 20 мин. до 09.04.2019 для ознакомления ФИО6 с поступившим отзывом ФИО3

В судебном заседании, продолженном после перерыва 09.04.2019, суд апелляционной инстанции отказал в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, заявленных в ходатайствах ФИО2, по мотиву несоблюдения правила о заблаговременном направлении остальным участвующим в деле лицам, а также в связи с отсутствием отношения доказательств к обстоятельствам, заявленным ФИО3 в качестве оснований привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности (статья 65 АПК РФ; статья 268 АПК РФ).

Оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции не имеется, правила извещения судом первой инстанции соблюдены. Риски ненадлежащей организации получения почтовых извещений по адресу регистрации по месту жительства несет соответствующее лицо.

ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе; просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Обращаясь к суду первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, кредитор ФИО3 в обоснование требований указал нижеследующее.

24.11.2014 между ОАО «Югра-Консалтинг» (застройщик) и ФИО3 (участник долевого строительства, дольщик) заключен договор № 24/Д/46/2014 участия в долевом строительстве многоквартирного дома по которому, застройщик обязался в предусмотренный договором срок с привлечением подрядных организаций построить многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать в собственность дольщику объект долевого строительства (согласно п. 1.4. договора - однокомнатная квартира под условным номером № 46, расположенная в 1-ой секции на 13 этаже Многовартирного дома предварительной общей проектной площадью 36,05 кв.м., предварительная площадь квартиры с учетом площади лоджии и балкона 37,31 кв.м.), а дольщик обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию Многоэтажного дома.

Также, ОАО «Югра-Консалтинг» (Застройщик) и ФИО3 (участник долевого строительства, дольщик) заключили договор № 25/Д/47/2014 от 24.11.2014 участия в долевом строительстве многоквартирного дома по которому, застройщик обязался в предусмотренный договором срок с привлечением подрядных организаций построить многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать в собственность дольщику объект долевого строительства (согласно п. 1.4. Договора - однокомнатная квартира под условным номером № 47, расположенная в 1-ой секции на 13 этаже многоквартирного дома предварительной общей проектной площадью 36,05 кв.м., предварительная площадь квартиры с учетом площади лоджии и балкона 37,31 кв.м.), а дольщик обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоэтажного дома.

Обязательства со стороны должника не исполнены.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.05.2017 (мотивированное определение от 16.05.2017) в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО3 в размере 5 918 000 рублей; в четвертую очередь реестра требований кредиторов включена задолженность в размере 4 399 645 рублей.

Полагая, что действия генерального директора ФИО2 привели к неисполнению должником обязательств перед кредиторами, в частности перед ФИО3, ФИО3 просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В подтверждение доводов о недобросовестности ФИО2 ФИО3 сослался на протокол совещания (брифинга) с участием разных органов и организаций по поводу проблемных застройщиков.

Выяснение обстоятельств, касающихся существа заявленных требований, предложение сторонам представить и раскрыть доказательства, их подтверждающие, по смыслу пункта 1 части 1 статьи 135 АПК РФ относятся к действиям, подлежащим совершению судьей на стадии подготовки дела к судебному разбирательству.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53) пунктом 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве установлены особенности рассмотрения в рамках дел о банкротстве обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При подготовке таких споров к судебному разбирательству проводится предварительное судебное заседание по правилам статьи 136 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 56 Постановления № 53, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

При этом необходимо учитывать, что пунктом 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу.

Материалы проведенных в отношении должника или его контрагентов мероприятий налогового контроля, документы, полученные в ходе производства по делам об административных правонарушениях и уголовным делам, могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается заявитель, предъявивший требование о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Такие материалы не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке наряду с другими доказательствами (статьи 71, 75 и 89 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.11.2018 о принятии заявления к производству и назначении предварительного судебного заседания ФИО7 предложено представить суду дополнительные доказательства в обоснование заявленных требований.

07.11.2018 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры поступило уточненное заявление ФИО8 (в порядке статьи 49 АПК РФ), где заявитель указал, что общая сумма задолженности должника перед кредиторами, включенная в реестр требований кредиторов, составляет 58 957 186 руб.

Кроме того, ФИО8 пояснил, что, как следует из стенограммы брифинга заместителя главы Администрации города, председателя совета директоров ОАО «Югра-консалтинг» ФИО9 от 23.06.2016, ссылка на которую размещена на официальном сайте Администрации города Сургута, ФИО2 являлся генеральным директором должника. 21.06.2016 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по части 4 статьи 159 Уголовного Кодекса «Мошенничество в особо крупном размере».

Полагая, что изложенные обстоятельства свидетельствуют о противоправном характере действий ФИО2, которые привели к несостоятельности (банкротству) должника, кредитор просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 10 317 645 руб.

Таким образом, в качестве оснований субсидиарной ответственности названы нарушение со стороны должника сроков ввода МКЖД в эксплуатацию и наличие у ФИО3 в связи с этим требований к должнику на основании двух договоров долевого участия в строительстве (о возврате уплаченного и неустоек в значительных суммах), а также утверждение о доведении ФИО2 должника до банкротства на основании информации о возбуждении уголовного дела по ст. 159 УК РФ.

Указанное заявление ФИО3 удовлетворено судом.

ФИО2 в подтверждение доводов апелляционной жалобы объяснил суду: МКЖД достроен, но ФИО3 не желает получать квартиры, а заинтересован в извлечении денежных средств в значительной сумме , в т.ч. неустоек; на момент увольнения ФИО2 у должника имелось и имущество и денежные средства; до возбуждения дела о банкротстве должника контролировали другие руководители, результаты их деятельности для состояния должника не оценивались ; ФИО2 уволен не по собственному желанию, отрицает нахождение должгника в плохом состоянии на дату своего увольнения; в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Обращаясь с настоящим заявлением, кредитор должника обосновывал свои требованиями положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кредитор обратился с настоящим заявлением 07.09.2018, соответственно, подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Поскольку вменяемые ФИО2 действия (бездействия) имели место ранее 01.07.2017, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию в соответствии с вышеизложенным и приведенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 разъяснениями, судом первой инстанции подлежали применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Требования кредитора должника подлежат рассмотрению применительно к нормам материального права, закрепленным в статье 10 Закона о банкротстве (абзац 3 пункта 4) в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей на момент совершения ФИО2 вменяемых противоправных действий (бездействий).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату вменяемых действий (бездействий) под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника) (абзац введен Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Статьей 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ к перечню контролирующих должника лиц отнесен также руководитель должника.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся генеральным директором должника в период с 2005 года по 31.12.2015.

28.12.2015 решением совета директоров ОАО «Югра-консалтинг» ФИО2 отстранён от исполнения обязанностей генерального директора ОАО «Югра-консалтинг». При этом податель жалобы утверждает, что причины и мотивы увольнения советом директоров ОАО «Югра-консалтинг» ФИО2 не раскрыты.

Так, согласно Приказу о расторжении трудового договора от 30.12.2015 прекращено действие трудового договора от 01.06.2015, заключенного с генеральным директором ОАО «Югра-консалтинг» ФИО2

С 01.01.2016 по 08.06.2016 генеральным директором ОАО «Югра-консалтинг» на основании решения совета директоров от 28.12.2015 утвержден ФИО10 (апелляционное постановлению Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.07.2018 по делу № 10-11/2018 ФИО10 даны соответствующие пояснения).

Кроме того, в указанном постановлении также отражены показания ФИО2, согласно которым он с 31.12.2015 не обладал правом подписания финансовой документации должника.

Денежные средства (активы) в момент увольнения ФИО2 из ОАО «Югра-консалтинг» у должника имелись, вместе с тем, заработная плата сотрудникам не выплачивалась. Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры решением от 22.03.2016 требования ФИО2 о взыскании заработной платы удовлетворил.

Следует также отметить, что предметом рассмотрения апелляционного производства по делу № 10-11/2018 Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры являлась жалоба ФИО10 на приговор мирового судьи судебного участка № 2 Сургутского судебного района окружного значения Сургута Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21.05.2018, которым ФИО10 признан виновным и осуждён по части 2 статьи 145.1 УК РФ - полная невыплата свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат, совершенная из иной личной заинтересованности руководителем организации. В рамках указанного уголовного дела ФИО2 выступал в качестве потерпевшего, которому не производилась выплата заработной платы. После даты увольнения (31.12.2015) размер не выплаченной заработной платы составлял 700 000 руб. (согласно показаниям свидетеля ФИО11).

С 09.06.2016 по 01.03.2017 (до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства) генеральным директором ОАО «Югра-консалтинг» являлся ФИО12.

Вышеизложенные обстоятельства (в отсутствие доказательств обратного) свидетельствуют об ошибочности вывода суда первой инстанции о наличии у ФИО2 в момент возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Югра-консалтинг» (26.07.2016) статуса контролирующего должника лица.

У должника имелись иные контролирующие лица, привлеченные, в частности , к ответственности за то , что при наличии у должника денежных средств, не выплатили зарплату.

Согласно п. 1 ст. 61.15 Закон о банкротстве, лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к ответственности, имеет права и несет обязанности лица, участвующего в деле о банкротстве, как ответчик по этому заявлению.

В силу правила п. 1 ст. 41 АПК РФ , лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с ходатайствами, заявленными другими лицами, возражать против ходатайств, доводов других лиц, участвующих в деле; знать о жалобах, поданных другими лицами.

Заявление о субсидиарной ответственности предъявляется и рассматривается по правилам предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства) - п. 1 ст. 223 АПК РФ.

В силу указанных правил и в частности ст. ст. 125 и 41 АПК РФ, ответчик вправе знать требования истца к ответчику со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты; обстоятельства, на которых основаны исковые требования, и подтверждающие эти обстоятельства доказательства.

Указанные элементы иска определяют его предмет и основания, идентифицируют этот иск для целей установления тождества по предмету или основаниям с другими исками, что законодатель преследует для обеспечения стабильности гражданского оборота.

Именно в отношении заявленных предмета и оснований ответчик имеет основания осуществить реализацию своих прав в процессе, привести возражения, доказательства и т.д.

Особое значение идентификации исков по предмету и основаниям с целью исключения тождества разных исков к контролирующему лицу придает Пленум Верховного Суда РФ, в частности делая дополнительные разъяснении об этом в п.57 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Удовлетворению подлежат обоснованные, подтверждённые доказательствами, требования.

В предмет настоящего спора входит установление и подтверждение доказательствами таких юридически значимых обстоятельств как : какие именно неправомерные действия совершил бывший руководитель, которые находятся в причинно-следственной связи с банкротством организации.

Принимая во внимание заявленные ФИО3 основания, не измененные и не дополненные им по неоднократному предложению суда первой инстанции, следует сделать вывод, что указанные выше юридически значимые доказательства не названы и не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами.

Сам по себе факт банкротства организации не признается законодателем в качестве достаточного основания субсидиарной ответственности контролирующих лиц, а отказ от ФИО3 от принятия от должника-застройщика исполнения в натуральной форме и ожидание удовлетворения денежного требования не относятся к основаниям субсидиарной ответственности , предусмотренным ст. 10 Закона.

Причины задержки строительства и их связь с каким-либо конкретизированным поведением ФИО2 не названы и не обоснованы.

Из протокола совещания (брифинга) имеющегося в деле, не следует, какие именно факты относятся к деятельности ФИО13 и как они прямо повлияли на момент наступления объективного банкротства.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В пункте 16 Постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В рассматриваемом случае, кредитором не объявлено и не доказано, в результате каких действий (бездействий) ФИО2 невозможно полное погашение требований кредиторов.

Сам по себе лишь факт осуществления руководства юридическим лицом, оказавшимся впоследствии в процедурах несостоятельности (банкротства), не свидетельствует о безусловности оснований для привлечения такого руководителя к субсидиарной ответственности без конкретизированных аргументов о принятии им заведомо неверных управленческих решений, совершении недобросовестных сделок и прочее.

Представленная в обоснование заявленных требований стенограмма брифинга заместителя главы Администрации города, председателя Совета директоров ОАО «Югра-консалтинг» ФИО9 от 23.06.2016 и изложенные в ней суждения не могут в достаточной степени свидетельствовать о виновных действиях (бездействиях) ФИО2 Из пояснений ФИО2, следует, что упомянутое на брифинге уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено.

Согласно п. 56Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо.

Между тем, такие основания для переноса на ФИО2 бремени доказывания отсутствия всех элементов субсидиарной ответственности заявление ФИО3 не дает.

Суд первой инстанции не доводил до сторон сведения о наличии в деле оснований для разрешения спора по существу по итогам особого, отличного от общих правил доказывания в арбитражном процессе требований и возражений (ст. 65 АПК РФ), распределения на них бремени доказывания момента и причин объективного банкротства и вины в этом ФИО14

Объявленных ФИО3 доводов недостаточно в рассматриваемом случае для перенесения указанного бремени доказывания на ФИО2

Он как ответчик вправе , как уже отмечено , реагировать на заявленные ему требования.

Вместе с тем, основания настоящего обособленного спора не исключают обращения участвующих в деле лиц с заявлением о субсидиарной ответственности по иным основаниям, под которыми понимаются не нормы права. а конкретные факты неправомерного поведения ответственного лица.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене, апелляционная жалоба - удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь частью 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу удовлетворить. Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29 января 2019 года по делу № А75-7642/2016 отменить, принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Югра-консалтинг» отказать.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по чеку – ордеру Сбербанка от 27.02.2019.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Н.А. Шарова

Судьи

О.Ю. Брежнева

О.В. Зорина