Постановление от 26 августа 2019 г. по делу № А40-176746/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 26.08.2019 Дело № А40-176746/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 19.08.2019 Полный текст постановления изготовлен 26.08.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи – Кручининой Н.А., судей: Зеньковой Е.Л., Тарасова Н.Н., при участии в заседании:

от ООО «Лазуриты» - ФИО1 по доверенности от 18.10.2017; от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 17.04.2019; от ИП ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 21.06.2019; от арбитражного управляющего ФИО6 – ФИО7 по доверенности от

01.06.2019;

рассмотрев 19.08.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Лазуриты»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2019, принятое судьей Е.В. Луговик, и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019, принятое судьями М.С. Сафроновой, А.С. Масловым, П.А. Порывкиным,


об отказе ООО «Лазуриты» в удовлетворении заявления о признании недействительной сделкой брачного договора от 16.03.2016, заключенного между должником и ФИО2,

в деле о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 03.04.2018 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2019 отказано в удовлетворении заявления ООО «Лазуриты» о признании недействительной сделкой брачного договора от 16.03.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО2, применении последствий ее недействительности.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2019 оставлено без изменений.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Лазуриты» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов установленным по делам доказательства и представленным доказательствам, просит обжалуемые определение и постановление отменить и направить спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы указывается, что судами не дана оценка доводам и доказательствам кредитора о том, что подвергнутое разделу имущество не являлось личной собственностью ФИО2 Как указывает заявитель, должник перед покупкой общего имущества реализовал свое имущество за общую стоимость 20 000 000 рублей, получал доход от предпринимательской деятельности, следовательно, полученный им доход был вложен в покупку имущества, перешедшего к его супруге на основании оспариваемого брачного договора; также проигнорированы разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48, при этом


указывается, что суды вышли за пределы предоставленных им полномочий, фактически произведя раздел имущества супругов.

Вместе с тем, как полагает заявитель, судами не установлено действительное волеизъявление сторон оспариваемого брачного договора, принимая во внимание, что имеются доказательства того, что его заключение направлено на сокрытие имущества должника. ООО «Лазуриты» указывает на то, что фактически режим совместной собственности спорного имущества продолжает действовать, поскольку ФИО4 до сих пор прописан в квартире, которая перешла в собственность к ФИО2 на основании брачного договора.

Из кассационной жалобы также следует, что в суд апелляционной инстанции было передано не все дело о банкротстве должника и не все приобщенные в суде первой инстанции доказательства, которые являются существенными, при этом суд апелляционной инстанции отказал кредитору в удовлетворении ходатайства о приобщении копий этих документов к материалам дела.

Финансовым управляющим должника ФИО6 представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором она, указывая на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы. В приобщении отзыва к материалам дела судом отказано, поскольку он представлен с нарушением требований, установленных статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ООО «Лазуриты» поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.

Представители ФИО2, ИП ФИО4 и финансового управляющего ФИО6 возражали против удовлетворения кассационной жалобы, указывая на законность обжалуемых судебных актов.

Выслушав представителей лиц, участвующих в обособленном споре, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286- 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для их отмены ввиду следующего.


В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, ФИО4 и ФИО2 являются супругами, состоящими в браке, зарегистрированном 24.04.1999, о чем свидетельствует запись акта о заключении брака № 861, свидетельство о заключении брака <...> от 24.04.1999.

Между ФИО4 и ФИО2 16.03.2016 заключен брачный договор, в соответствии с условиями которого супруги определили правовой режим общего имущества супругов.

Полагая, что указанный брачный договор направлен на вывод имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства, о котором должника знал, и соответственно на причинение вреда имущественным правам кредиторов, ООО «Лазуриты», руководствуясь положениями пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратилось в суд с рассматриваемым заявлением.

Как указывается в заявлении ООО «Лазуриты», на основании указанного брачного договора к ФИО2 перешло право индивидуальной собственности на следующее имущество:

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 07.03.2013 № Г/24-116-Ф и приобретаемую в последующем трехкомнатную квартиру № 215 по адресу Московская область, Ленинский район, городское поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово, общей площадью объекта долевого строительства в размере 105, 27 кв. м,

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 26.06.2013 № Г/24-229-Ф и приобретаемую в последующем однокомнатную квартиру № 214 по адресу Московская область, Ленинский район, городское


поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово, общей площадью объекта долевого строительства в размере 48, 76 кв. м;

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 12.05.2015 № Р-4/3-149/7-2-Л и приобретаемую в последующем однокомнатную квартиру строительный № 149 по адресу Москва, Новомосковский административный округ, поселение Внуковское, деревня Рассказовка, общей проектной площадью объекта долевого строительства в размере 38, 3 кв. м;

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 16.04.2014 № ММ-Г/24-042-Ф и приобретаемое в последующем машино-место с инвентарным № 13 на подземной автостоянке вместимостью 57 машино-мест по адресу Московская область, Ленинский район, городское поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово.

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «Лазуриты», суды указали на то, что брачным договором предусмотрено, что объекты недвижимости принадлежат ФИО2 в связи с их приобретением до брака с ФИО4, имущество, нажитое супругами во время брака после заключения спорного, является как в период брака, так и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оно оформлено или зарегистрировано, в том числе с учетом условий договора о разделе совместно нажитого имущества, заключенного между супругами. Имущество, принадлежащее ФИО2 до заключения брака, является ее собственностью.

Суды пришли к выводам о том, что в результате заключения брачного договора стоимость имущества должника и его размер не уменьшились, а кредитором не представлено доказательств того, что оспариваемой сделкой причинен ущерб имущественным правам кредиторов должника.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

Обращаясь в суд с заявлением о признании сделки недействительной, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный кредитор указал на то, что брачный договор является недействительной сделкой, так как он заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов


должника, поскольку в результате его заключения уменьшилась конкурсная масса должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве закреплено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.


Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Учитывая, что оспариваемый брачный договор был заключен 16.03.2016, он может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из


состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;


в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6


Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие двух оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как верно указали суды, оспариваемый договор заключен в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, между заинтересованными лицами - супругами.

Однако обжалуемые судебные акты не содержат выводов судов об оценке обстоятельств наличия либо отсутствия оснований для признания оспариваемой


сделки недействительной как совершенной с целью причинения вреда кредитором должника.

Так судами не устанавливались обстоятельства того, имелись ли у должника признаки неплатежеспособности, установленные в статье 2 Закона о банкротстве на дату совершения оспариваемого брачного договора.

Между тем в обоснование заявления о признании сделки недействительной кредитор ссылался на то, что брак между супругами был заключен 24.04.1999, 19.02.2016 ООО «Лазуриты» обратилось в суд с иском к ФИО4 о взыскании 8 000 000 руб. долга по договору займа, а уже 16.03.2016 должник и его супруга заключили брачный договор.

Также во исполнение брачного договора от 16.03.2016 между супругами заключен договор о разделе совместно нажитого имущества от 16.03.2016.

Обращаясь с настоящим заявлением кредитор просил применить последствия недействительным брачного договора возвратив в конкурсную массу должника все недвижимое имущество, которое в результате заключения брачного договора передано супруге в единоличную собственность:

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 07.03.2013 № Г/24-116-Ф и приобретаемую в последующем трехкомнатную квартиру № 215 по адресу Московская область, Ленинский район, городское поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово, общей площадью объекта долевого строительства в размере 105, 27 кв. м,

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 26.06.2013 № Г/24-229-Ф и приобретаемую в последующем однокомнатную квартиру № 214 по адресу Московская область, Ленинский район, городское поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово, общей площадью объекта долевого строительства в размере 48, 76 кв. м;

- право требования по договору участия в долевом строительстве от 12.05.2015 № Р-4/3-149/7-2-Л и приобретаемую в последующем однокомнатную квартиру строительный № 149 по адресу Москва, Новомосковский административный округ, поселение Внуковское, деревня Рассказовка, общей проектной площадью объекта долевого строительства в размере 38, 3 кв. м;


- право требования по договору участия в долевом строительстве от 16.04.2014 № ММ-Г/24-042-Ф и приобретаемое в последующем машино-место с инвентарным № 13 на подземной автостоянке вместимостью 57 машино-мест по адресу Московская область, Ленинский район, городское поселение Московский, северо-западнее деревни Говорово.

Между тем в материалы дела представлен договор о разделе имущества от 16.03.2016, однако данному документу ни какой правовой оценки не дано судами первой и апелляционной инстанции.

В то время как кредитор ссылался на фактическое исполнение брачного договора, поскольку предметы договоров участия в долевом строительстве от 26.06.2013 № Г/24-229-Ф и от 07.03.2013 № Г/24-116-Ф реализованы.

Так суд апелляционной инстанции указал на то, что на сегодняшний день в собственности ФИО2 находятся объекты недвижимости, которые приобретены на денежные средства, полученные от продажи имущества, приобретенного ответчиком до брака с должником: трехкомнатная квартира по адресу: г. Москва, <...>, в которой зарегистрированы и проживают ФИО2, ФИО4, двое их совместных детей, в том числе несовершеннолетний ребенок, и однокомнатная квартира ФИО2, находящаяся по адресу: г. Москва, <...>.

Между тем суд апелляционной инстанции не мотивировал свои выводы со ссылками на представленные в материалы дела доказательства, которые позволили прийти к этому выводу.

Судом первой инстанции такие обстоятельства не устанавливались.

Вместе с тем доводы кредитора о том, что в выписках из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении этих квартир имеются сведения о договорах участия в долевом строительстве от 26.06.2013 № Г/24-229-Ф и от 07.03.2013 № Г/24-116-Ф (л.д. 77- 83), при этом должник продолжает пользоваться имуществом, правовой режим которого был изменен брачным договором.


Судами не дана оценка доводам кредитора о том, что в результате заключения брачного договора у должника не осталось ликвидного имущества, за счет которого может быть сформирована конкурсная масса.

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о том, что брачный договор порождает последствия на будущее для супругов и не может нарушать законных прав и интересов кредиторов должника не основан на представленных в материалах дела доказательствах.

В силу пункта 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Так согласно разъяснениям данным, в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной

массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума № 48), целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в


конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

В пункте 7 постановления Пленума № 48, разъяснено, что в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).

Вместе с тем супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 СК РФ). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ). Подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения указанного спора судом общей юрисдикции.

Между тем такой судебный акт в материалах дела отсутствует.

Таким образом, арбитражный суд в рамках рассмотрения обособленного спора о признании брачного договора недействительным не вправе устанавливать правовой режим имущества супругов, поэтому суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что выводы суда апелляционной инстанции, сделанные в отношении принадлежности ФИО2 объектов недвижимости как имущества приобретенного до брака и на средства, полученные от реализации имущества приобретенного до брака, то есть является имуществом принадлежим ФИО2 на праве собственности в соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации, сделаны при нарушении пределов


компетенции арбитражного суда, установленного нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в материалах отсутствует соответствующий судебный акт суда общей юрисдикции устанавливающий правовой режим этого имущества.

Так согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума № 48 финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ). Заявления о признании недействительными соглашений супругов о разделе их общего имущества по иным основаниям подлежат рассмотрению в исковом порядке судами общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности; соответствующий иск может быть подан, в частности, финансовым управляющим.

Таким образом, реализация права на заключение брачного договора между супругами не лишает указанных выше лиц оспорить это соглашение по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Следует отметить, что согласно разъяснениям, данным в пункте 9 названного постановления Пленума, внесудебное соглашение, достигнутое между супругами, в том случае, если оно не оспорено влияет на порядок удовлетворения требований кредиторов, поскольку требованиям кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку судами неправильно применены нормы права, а выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в


деле доказательствам, сделаны без установления всех обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора по существу, что в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов.

Поскольку, судами не были установлены все имеющие значения для дела фактические обстоятельства и не дана надлежащая правовая оценка установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательства, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт.

В связи с тем, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с соблюдением требований норм арбитражного процессуального законодательства, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному спору: имелись ли у должника на дату составления брачного договора признаки неплатежеспособности в соответствии с императивными нормами статьи 2 Закона о банкротстве, доказана ли кредитором совокупность условий для признания оспариваемой сделки недействительной, как сделки совершенной с целью причинения вреда кредиторам, дать соответствующую правовую оценку поведению должника при совершении брачного договора, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 по делу № А40-176746/2016 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина

Судьи: Е.Л. Зенькова

Н.Н. Тарасов