Постановление от 20 июля 2024 г. по делу № А21-5543/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-5543/2023-6
20 июля 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июля 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Вороной Б.И.,


при участии посредством использования системы веб-конференции:

руководителя АО «Уроборос» ФИО1 (паспорт),

от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 02.11.2023),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-16718/2024) на определение Арбитражного суда Калининградской области от 19.04.2024 по обособленному спору №А21-5543/2023-6 (судья Ковалев Е.В.), принятое по заявлению АО «Уроборос» о включении требования в реестр требований кредиторов, как обеспеченного залогом имущества должника, по заявлению ФИО2 об утверждении мирового соглашения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

заинтересованное лицо: ФИО4,



установил:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Калининградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.03.2023 заявление ФИО5 принято к производству арбитражного суда.

Определением арбитражного суда от 12.09.2023 (резолютивная часть от 05.09.2023) требования ФИО5 признаны обоснованными, в отношении должника ИП ФИО2 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, член ААУ «ЦФОП АПК».

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в газете «Коммерсантъ» 16.09.2023.

При этом 11.01.2024 судом вынесено определение об исправлении опечаток в судебных актах по делу №А21-5543-2/2023, согласно которому по тексту судебных актов указанного дела в части указания сведений о фамилии, имени, отчестве должника следует читать «ФИО2».

Решением арбитражного суда от 09.02.2024 ИП ФИО2, признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства – реализация имущества; финансовым управляющим должника утвержден ФИО6

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликованы в газете «Коммерсантъ» 10.02.2024.

В арбитражный суд 13.11.2023 обратилось АО «Россельхозбанк» (далее – Банк) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности в размере 2 419 397,84 рублей, обеспеченной залогом имущества должника.

Должник обратился в суд с ходатайством об утверждении в рамках названного спора мирового соглашения.

Определением арбитражного суда 18.03.2024 произведена замена заявителя настоящему обособленному спору – Банка на его правопреемника АО «Уроборос».

Определением от 19.04.2024 арбитражный суд в удовлетворении ходатайства ФИО2 о заключении мирового соглашения отказал, включил требования АО «Уроборос» в размере 2 419 397,84 рублей основного долга в реестр требований кредиторов ФИО2 с очередностью удовлетворения в третью очередь, как обеспеченное залогом имущества должника (квартира с кадастровым номером 39:03:010074:292, расположенная по адресу: <...>.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 19.04.2024 отменить, принять новый судебный акт. Исключить требования кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Уроборос» с суммой 2 419 397,84 рублей.

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что судом первой инстанции приняты во внимание необоснованные доводы кредитора и финансового управляющего по вопросу утверждения мирового соглашения – управляющий возражал потому, что желает получить проценты по вознаграждению от реализации имущества, а кредитора – не хочет длительное время ожидать погашения задолженности. Апеллянт настаивает на том, что задолженность по кредитному договору образовалась по вине кредитора, который должным образом не обеспечил техническую работу приложения банка, в котором не была отражена реструктуризация долга и задолженность ФИО2 была минимальной, в размере около 1 000 рублей (своевременно погашена). С декабря 2023 года Банк начал возвращать должнику платежи по кредиту по причине нахождения ФИО2 в банкротстве. Должник утверждает, что ситуация с возникновением задолженности создана искусственно. По его мнению, долг мог быть погашен в результате заключения мирового соглашения за счет внесения денежных средств его супругой, заинтересованной в сохранении имущества в семье. Ипотечная квартира не является роскошью для семьи должника. Апеллянт полагает, что мировое соглашение может быть заключено без согласия залогового кредитора. При этом ФИО2 обосновал экономическую выгоду кредитора в случае утверждения мирового соглашения.

В уточненной апелляционной жалобе ее податель просит отменить судебный акт, признать требования АО «Уроборос» необоснованными, исключить требования АО «Уроборос» из реестра.

В суд апелляционной инстанции 05.07.2024 поступил отзыв АО «Уроборос» на апелляционную жалобу, который судом апелляционной инстанции к материалам дела не приобщен и во внимание не принят в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и получения его указанными лицами (часть 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Поскольку отзыв подан в апелляционный суд в электронном виде, оснований для его возврата на бумажном носителе не имеется.

Должник ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств – чеков по операциям, истории по операциям на счете, которое суд апелляционной инстанции оставил без удовлетворения, принимая во внимание положения части 2 статьи 268 АПК РФ. Убедительных доводов о невозможности представления названных доказательств в суд первой инстанции ФИО2 не привел. Кроме того, названные документы на существо спора с учетом всех обстоятельств дела, как полагает апелляционная коллегия, не влияют.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал ее доводы, пояснений относительно размера доходов супруги должника, источника их получения дать не смог.

Представитель АО «Уроборос» против удовлетворения заявления возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверена в апелляционном порядке.

Исследовав доводы апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как усматривается из материалов дела, Банк (а затем его правопреемник – АО «Уроборос») просили включить задолженность ФИО2 в размере 2 419 397,84 рублей основного долга в реестр требований кредиторов, а должник, в свою очередь, предлагал заключить при участии его супруги мировое соглашение с кредитором в целях исключения реализации единственного жилья в процедуре банкротства.

Судом первой инстанции установлено, что 18.05.2017 между Банком и ФИО2 (заемщик 1) и ФИО4 (заемщик 2) заключен кредитный договор №175501 1/0157, по условиям которого супругам предоставлен кредит в размере 3 428 000 рублей на срок по 18.05.2032 под 11,75 % годовых для приобретения жилого помещения площадью 38 кв.м с кадастровым номером 39:03:010074:292, расположенного по адресу: <...>.

Условиями кредитного договора предусмотрено погашение кредита в соответствии с графиком погашения.

Должник 18.04.2018 периодически нарушал сроки оплаты основного долга и процентов по кредиту, в связи с чем образовалась просроченная задолженность.

Сумма долга по кредитному договору составляет 2 419 397,84 рублей.

Определением суда 18.03.2024 произведена замена Банка на правопреемника АО «Уроборос».

До настоящего времени должник задолженность не погасил, в связи с чем, заявитель обратился в арбитражный суд с указанными требованиями.

Возражая против удовлетворения требований кредитора, должник обратился в суд с ходатайством об утверждении мирового соглашения, по условиям которого ФИО4 (заемщик 2) обязуется в соответствии с графиком погашения кредита и уплаты начисленных процентов в период с 18.01.2024 по 18.05.2032 равными платежами по 40 759,93 рублей (за исключением последнего – на сумму 2 253,79 рублей) погашать кредит вместо должника.

Включая задолженность Банка в реестр, суд первой инстанции отказал в утверждении мирового соглашения, сославшись на то, что решение об утверждении мирового соглашения должно приниматься собранием кредиторов, а возможность заключения такого соглашения с отдельным кредитором нормами АПК РФ и Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не предусмотрена. Суд принял во внимание, что согласие АО «Уроборос» на заключение мирового соглашения также отсутствует.

Несмотря на то, что суд апелляционной инстанции не согласен с мотивами отклонения ходатайства должника, решение суда первой инстанции по существу является верным и отмене не подлежит.

Согласно устоявшейся в правоприменительной практике правовой позиции, неоднократно сформулированной в судебных актах Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, базирующейся на положениях абзацев 2 и 3 пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статей 50 и 78 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом договорной или законной ипотеки.

Предоставленное залогодержателю право обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности, неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное, направлены на обеспечение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и в качестве таковых служат реализации предписаний части 3 статьи 17, статей 35, 46 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов срок исполнения возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании гражданина банкротом денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей для целей участия в деле о банкротстве гражданина считается наступившим.

Следовательно, с даты введения процедуры реструктуризации долгов Банк вправе предъявить всю задолженность по кредитному договору к уплате, поскольку заемщик находится в банкротстве.

Указанное обстоятельство объясняет поведение Банка, отклонявшего платежи должника, поскольку получение погашения от должника или третьих лиц в такой ситуации может быть признано преимущественным удовлетворением требования кредитора в нарушение очередности, то есть явиться поводом для признания таких платежей недействительной сделкой по статье 61.3 Закона о банкротстве.

В этой связи возражения подателя жалобы о том, что кредитор сам виноват в возникновении просрочки в исполнении обязательств перед ним, что выражается в возврате платежей, является несостоятельным.

Особенность данного дела заключается в том, что супруга должника, не будучи банкротом, но являющаяся вторым заемщиком по кредитному договору, согласна на погашение кредита на тех же условиях самостоятельно.

В определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2023 №305-ЭС22-9597 указано, что в подобных обстоятельствах суд, осознавая конституционно значимую ценность права на жилище (статья 40 Конституции Российской Федерации) и исполняя возложенные на него задачи, направленные на содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, мирному урегулированию споров, формированию обычаев и этики делового оборота (пункт 6 статьи 2 АПК РФ), обязан предложить сторонам найти выход из сложившейся ситуации, приняв экономически обоснованное и взаимовыгодное решение, не нарушающее прав иных лиц. Такое решение должно одновременно предотвращать преждевременное обращение взыскания на единственное жилое помещение при надлежащем исполнении кредитных обязательств иным лицом и сохранять за банком право обращения взыскания на предмет залога в случае нарушения условий кредитного договора.

Характерной особенностью ипотеки в отношении единственного жилья является то, что взыскание на него может быть обращено лишь при предъявлении требования залогодержателем. Следовательно, наличие (отсутствие) такого жилья в конкурсной массе обусловлено исключительно волеизъявлением залогодержателя и не зависит от иных кредиторов, объема их требований.

С учетом этого суд в ситуации, когда обеспеченное залогом обязательство надлежащим образом исполняется третьим лицом (или имеется лицо, готовое взять на себя обязанность по его исполнению), предлагает сторонам заключить мировое соглашение (разработать локальный план реструктуризации) в отношении этого единственного жилья, по условиям которого взыскание на данное имущество не обращается, при этом залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором по завершении процедуры банкротства (ипотека сохраняется без применения правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). По условиям подобного соглашения погашение обеспеченного обязательства не может осуществляться за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы.

В случае не обоснованного разумными экономическими причинами отказа кредитора от заключения мирового соглашения (в частности, если положение кредитора не ухудшается по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было) суд вправе утвердить локальный план реструктуризации применительно к правилам пункта 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве. Согласия иных кредиторов для утверждения судом такого плана реструктуризации не требуется.

В данном случае должник настаивал именно на утверждении мирового соглашения, против которого АО «Уроборос» возражало.

Суд первой инстанции ошибочно указал на то, что мировое соглашение в данном случае должно утверждаться через решение собрания кредиторов. При достижении согласия с АО «Уроборос» данное условие не было обязательным с учетом приведенных разъяснений.

Однако вопреки доводам апеллянта мировое соглашение действительно не может быть заключено в принудительном порядке без согласия кредитора, иное противоречит самой сути данного способа урегулирования спора.

Следуя логике Верховного Суда Российской Федерации в приведенном определении от 27.04.2023 N 305-ЭС22-9597, суд первой инстанции должен был перейти к рассмотрению вопроса о возможности утверждения локального плана реструктуризации долгов.

Именно при утверждении такого плана, которое происходит по правилам пункта 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве, согласие кредитора обязательным не является.

Апелляционный суд особо отмечает, что локальный план реструктуризации долгов супругами в дело представлен не был, последние настаивали исключительно на утверждении мирового соглашения.

При таких обстоятельствах предложенный супругами в мировом соглашении порядок погашения долга следует рассмотреть как локальный план реструктуризации долга по кредитному договору.

Оценивая предложенные ФИО4 условия погашения (в соответствии с графиком в период с 18.01.2024 по 18.05.2032 равными платежами по 40 759,93 рублей (за исключением последнего – на сумму 2 253,79 рублей)), апелляционный суд приходит к выводу, что без согласия АО «Уроборос» такой план утвержден быть не может.

Так, согласно пункту 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве в случае, если собранием кредиторов не одобрен план реструктуризации долгов гражданина, арбитражный суд вправе утвердить этот план при условии, что его реализация позволяет полностью удовлетворить требования конкурсных кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, иные требования конкурсных кредиторов и требования уполномоченного органа, включенные в реестр требований кредиторов, в размере существенно большем, чем конкурсные кредиторы и (или) уполномоченный орган могли бы получить в результате немедленной реализации имущества гражданина и распределения его среднемесячного дохода за шесть месяцев, и указанный размер составляет не менее чем пятьдесят процентов размера требований таких кредиторов и уполномоченного органа.

Согласно пункту 2 статьи 213.14 Закона о банкротстве (в редакции, существовавшей до 29.06.2024, и подлежащей применению к сложившимся правоотношениям) срок реализации плана реструктуризации долгов гражданина не может быть более чем три года. В случае, если план реструктуризации долгов гражданина утвержден арбитражным судом в порядке, установленном пунктом 4 статьи 213.17 данного Закона о банкротстве, срок реализации этого плана должен составлять не более чем два года.

ФИО4 предложила погашать долг в течение 8 лет (вместо двух, установленных законом). При этом, ни должник, ни его супруга не сообщили о том, каков размер ежемесячного дохода ФИО4 и его источник, с тем, чтобы оценить реальную исполнимость плана реструктуризации.

Соответственно, такой локальный план реструктуризации принудительно утвержден быть не может, даже если предусматривает получение кредитором прибыли в виде процентов по кредиту. В данный момент АО «Уроборос» единовременно сможет получить удовлетворение его требований в полном объеме за счет стоимости квартиры, которая, с учетом экономической ситуации, имеет тенценцию к росту.

Иных условий погашения долга участниками спора не предложено, потому по существу суд первой инстанции принял верное решение о включении задолженности АО «Уроборос» в реестр с указанием на залоговый статус кредитора.

Доводы подателя жалобы сводятся к признанию требований кредитора необоснованными, исключении их из реестра, тогда как оснований к тому не имеется, поскольку задолженность подтверждена документально, а платежи должника, совершенные в условиях процедуры банкротства, правомерно отклонены банком.

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта по существу спора (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба ФИО7 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 пунктом 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 19.04.2024 по обособленному спору №А21-5543/2023-6 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

С.М. Кротов