Решение от 26 января 2024 г. по делу № А40-45016/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-45016/23-5-350
г. Москва
26 января 2024 года.
Резолютивная часть решения объявлена 14 ноября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 26 января 2024 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Киселёвой Е.Н., единолично,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Кадуцей» (119017, Россия, город Москва, вн.тер.г. Муниципальный округ Якиманка, Малый Толмачёвский пер., дом 8/11, строение 1, этаж антресоль, помещение/комната 1/5, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 23.05.2019, ИНН: <***>)

к ответчику: Общество с ограниченной ответственностью «Столичная лабораторная компания» (117292, <...>, помещение №318, комната №27,28, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 05.05.2010, ИНН: <***>)

о признании сделки недействительной - договор №1 передачи прав заявителя/держателя СГР, о применении последствий недействительности ничтожной сделки- о взыскании денежных средств в виде предоплаты по договору в размере 2 070 000 руб. 00 коп.;

в заседании приняли участие:

согласно протоколу судебного заседания;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Кадуцей» (далее также – истец, ООО «Кадуцей») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Столичная лабораторная компания» (далее также – ответчик, ООО «СЛК») с требованиями: признать договор № 1 передачи прав заявителя/держателя СГР недействительной сделкой; применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Столичная лабораторная компания» денежные средства в виде предоплаты по договору в размере 2 070 000 руб.

В судебное заседание явились представители истца и ответчика.

Представитель истца заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении и письменных пояснениях.

Ответчик заявленные требования не признал, согласно доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, заявил о пропуске истцом годичного срока исковой давности, установленного ст. 181 ГК РФ.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей истца и ответчика, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20.11.2021 между ООО «СЛК» (Сторона-1) и ООО «Кадуцей» (Сторона-2) был заключен договор передачи прав заявителя/держателя СГР1 (далее также – договор).

В соответствии с п 1.1 договора, учитывая, что Сторона-1 является держателем (заявителем/получателем) свидетельств о государственной регистрации биологически активных добавок к пище (далее также - СГР на БАД), перечень которых указан в приложении № 1 к договору, а также несет ответственность за качество БАД, стороны пришли к соглашению что Сторона-1 передает в полном объеме Стороне-2 право быть новым заявителем (держателем) свидетельств о государственной регистрации (далее - СГР) на следующий перечень БАД: Спорт Магнокс, Релиф Магнокс, Прегна Магнокс, ОСТЕО Магнокс, Кардио Магнокс, а Сторона-2 принимает указанные права держателя СГР.

Согласно п. 1.2 договора, сторона-1 является заявителем/держателем следующих СГР на БАД:

- RU.77.99.88.003.Е.005250.12.17, дата регистрации 08.12.2017 БАД «Кардио Магнокс»;

- RU.77.99.88.003.E.005633.12.17, дата регистрации 27.12.2017 БАД «ОСТЕО Магнокс»;

- RU.77.99.88.003.E.005251.12.17, дата регистрации 08.12.2017 БАД «Прегна Магнокс»;

- RU.77.99.88.003.E.005249.12.17, дата регистрации 08.12.2017 БАД «Релиф Магнокс»;

- RU.77.99.88.003.Е.005252.12.17, дата регистрации 08.12.2017 БАД «Спорт Магнокс».

В соответствии с п. 1.3 договора, под регистрационной документацией понимается комплект научно-технической и информационной документации, указанный в приложении № 3 договора, содержащей все соответствующие аналитические, технические и исследовательские данные, входящее в состав документации, право распоряжения на которые принадлежит Стороне-1, включая: технологические инструкции, технические условия, макеты упаковок (если есть), составы средств, декларации, протоколы испытаний, акты отбора проб (если есть).

Согласно п. 1.4 договора, Сторона-1 передает Стороне-2 все необходимые документы и материалы в объеме, указанном в приложениях № 1 и № 3, в том числе обеспечивает получение от производителя доверенности для осуществления процедуры получения СТР на имя Стороны-2, в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации, а также обязуется оказывать Стороне-2 содействие в вопросах, связанных с получением новых СГР на БАД.

В силу п. 1.5 договора, стороны гарантируют, что передача Стороной-1 прав на указанные СГР по договору не явится причиной введения потребителя в заблуждение относительно соответствующих БАД или их изготовителя.

В соответствии с п. 2.1 договора, в день заключения договора Сторона-1 обязана передать Стороне-2 комплекты документов на БАД, согласно Приложениям № 1 и № 3 к договору.

При передаче документации Сторона-2 обязана проверить наличие и комплектность документации и материалов, передаваемой по указанным в п. 1.4. приложениям (п. 2.2 договора).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что заблуждался в предмете сделки и в отношении природы сделки.

В частности, истец указывает, что договор был заключен истцом с ответчиком с целью получения эксклюзивных прав на досье БАДов, на оптовую продажу БАДов на территории Российской Федерации и перехода прав на товарный знак.

В соответствии с условиями договора, истец на основании выставленных ответчиком счетов на оплату № 34 от 30.11.2021, № 35 от 13.12.2021 перечислил ответчику предоплату в сумме 2 070 000 руб. платежными поручениями: № 158 от 30.11.2021 в размере 300 000 руб.; № 173 от 14.12.2021 в размере 1 770 000 руб.

После заключения договора и произведенной предоплаты по договору, истцом была получена информация о том, что на указанную продукцию исключительные права принадлежат юридическому лицу «Наверх-Фарма» ЛТД, зарегистрированному в Израиле.

По условиям дистрибьюторского соглашения, заключенному между ООО «СЛК» и «Наверх-Фарма» ЛТД, ООО «СЛК» не имеет права передавать права по договору без согласия «Навех Фарма» ЛТД.

Генеральный директор «Навех Фарма» ЛТД. Ницан Примор в электронной переписке с истом также подтвердил, что не давал согласия на продажу товарных знаков, свидетельств о регистрации.

Как указывает истец, договоренности о предоставлении эксклюзива недостижимы, поскольку права на реализацию продукции необходимо согласовывать именно с «Навех Фармой» ЛТД, а не с ООО «СЛК».

Учитывая изложенное, по утверждению истца, ООО «Кадуцей» было введено в заблуждение, поскольку ООО «СЛК» заключало договор о распоряжении имущественными и обязательственным правами, которыми распоряжаться не вправе.

Кроме того, как указывает истец, вместо прав, ответчик, по сути, продал комплект документов, который не является объектом гражданского оборота и не имеет какой-либо ценности.

ООО «Кадуцей», в свою очередь, ошибочно посчитало, что передача прав на СГР равнозначно передаче прав на досье продуктов, товарный знак, в перспективе на данные БАДы, а также на их эксклюзивный сбыт на территории Российской Федерации.

05.12.2022 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием возвратить ранее оплаченные по договору денежные средства в размере 2 070 000 руб., содержащая, в том числе уведомление о расторжении договора. Претензионные требования истца оставлены ответчиком без удовлетворения.

Мотивируя заявленные требования истец также ссылается на п. 10.1 договора, которым установлено, что при подписании договора стороны подтверждают, что ознакомлены с положениями ст. 431.2 ГК РФ, согласно которой, если сторона при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), такая сторона обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Как считает истец, при указанных обстоятельствах договор является ничтожной сделкой, нарушает права и законные интересы истца и влечет неблагоприятные для него последствия.

По мнению истца, указанные выше обстоятельства являются основанием для признания договора недействительным и требования возврата перечисленных денежных средств, на основании пункта 10.1 договора и положений статьи 178 ГК РФ о недействительности сделок.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Возражая доводам истца, ответчик указывал на то, что из содержания искового заявления и письменных пояснений не усматривается, какие права и законные интересы истца нарушены, каким образом признание недействительным договора восстановит какие-либо нарушенные права истца; ссылался на то, что истец в нарушение положений ст. 65 АПК РФ документально не подтвердил и не обосновал как ничтожность оспариваемого договора, так и факт нарушения договором его прав и законных интересов.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд, оценив представленные истцом в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что истцом не представило достаточных и достоверных доказательств в подтверждение своей правовой позиции.

Обстоятельства, на которые истец основывает свои требования, оценены судом, признаны необоснованными и не подтвержденными документально, отклоняются судом.

Судом не установлено оснований для признания недействительным оспариваемого истцом договора.

По смыслу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что между истцом и ответчиком заключен договор передачи прав заявителя/держателя СГР, по условиям которого, ответчик передает в полном объеме истцу право быть новым заявителем (держателем) свидетельств о государственной регистрации на соответствующий перечень БАД.

Во исполнение условий договора передачи прав заявителя/держателя СГР истцом произведена предварительная оплата в размере сумме 2 070 000 руб.

Согласно положениям ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно положений статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 3 ст. 166 ГК РФ установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с абз. 2 п.3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

При этом под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Сделка не может быть признана недействительной по иску лица, чьи имущественные права и интересы не затрагиваются данными нарушениями, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса.

Отсутствие нарушенных прав и законных интересов истца является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной.

Таким образом, бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав истца и причинения ему неблагоприятных последствий, возложено на истца, обратившегося в суд с требованием о признании сделки недействительной.

В соответствии с п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 74 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 применительно к ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Таким образом, в бремя доказывания истца по данной категории дел входит подтверждение наличия охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной (ничтожной). При этом данный интерес должен носить явно очевидный характер.

Между тем, в данном случае, оспариваемый истцом договор не посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, то есть является оспоримой сделкой.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно пп. 2-3, 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

- сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

- сторона заблуждается в отношении природы сделки;

- сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно п. 6 ст. 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Истцом не доказан факт введения его в заблуждение (обмана).

Как указано выше, в п 1.1 договора указано, что учитывая, что Сторона-1 является держателем (заявителем/получателем) свидетельств о государственной регистрации биологически активных добавок к пище (далее также - СГР на БАД), перечень которых указан в приложении № 1 к договору, а также несет ответственность за качество БАД, стороны пришли к соглашению что Сторона-1 передает в полном объеме Стороне-2 право быть новым заявителем (держателем) свидетельств о государственной регистрации (далее - СГР) на следующий перечень БАД: Спорт Магнокс, Релиф Магнокс, Прегна Магнокс, ОСТЕО Магнокс, Кардио Магнокс, а Сторона-2 принимает указанные права держателя СГР.

То есть стороны четко определили, что ответчик - держатель (заявителем/получателем) свидетельств о государственной регистрации биологически активных добавок к пище, а предметом договора является передача в полном объеме Стороне-2 права быть новым заявителем (держателем) свидетельств о государственной регистрации.

При этом, Свидетельство о государственной регистрации продукции (СГР) — это официальный документ, выдаваемый территориальными отделениями Роспотребнадзора на изделия, подлежащие обязательной экспертизе по единым правилам и санитарным нормам Евразийского Экономического Союза (Таможенного Союза).

Свидетельства о государственной регистрации выдаются на готовую продукцию после проведения гигиенических испытаний в аккредитованной лаборатории.

Свидетельство о гос. регистрации можно оформить как на получателя (компанию импортера), так и на производителя. При оформлении на компанию импортера, заявитель должен предоставить следующие документы: копия контракта на поставку; копии учредительных документов (свидетельства ИНН и ОГРН); файл с подробной информацией о продукте (область применения и состав); карта реквизитов российской компании; заявка на получение СГР.

В свою очередь, п. 1.4., п. 2.4. спорного договора предусматривает самостоятельное получение Стороной 2 указанного Свидетельства на имя ООО «Кадуций».

Документов, подтверждающих невозможность оформления истцом СГР на имя ООО «Кадуций», не представлено.

При подписании договора у истца не возникло возражений или вопросов относительно его содержания, истец не направлял протокол разногласий к договору.

Само по себе то обстоятельство, что истец считал, что держатель свидетельств о государственной регистрации биологически активных добавок к пище является правообладателем товарных знаков, и данные понятия тождественны, не свидетельствует о введении его в заблуждение.

Доказательств того, что переговоры между сторонами велись именно в отношении заключения договора об отчуждении исключительных прав на товарные знаки, истцом в материалы дела не представлено.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вопреки доводам истца, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец и ответчик имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступали к исполнению своих обязательств по договору, то есть, совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого договора, в связи с чем, спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

В рассматриваемом случае договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (пункт 1 статьи 1028 ГК РФ); все существенные условия такого договора, а именно: предоставление прав держателя СГР, способы их использования, размер вознаграждения, сторонами согласованы.

Заключенный между сторонами договор исполнялся обеими сторонами (ответчиком представлено право держателя СГР (передача СГР истцу по УПД), истцом произведена предоплата вознаграждения).

Ответчик исполнил принятые на себя обязательства по передаче прав в установленные сроки, о чем свидетельствуют подписанные между истцом и ответчиком УПД.

Истец при приемке прав и впоследствии, на протяжении длительного времени не предъявлял каких-либо претензий относительно объема переданных ответчиком прав.

Таким образом, довод истца о том, что ООО «Кадуцей» было введено в заблуждение, поскольку ООО «СЛК» заключало договор о распоряжении имущественными и обязательственным правами, которыми распоряжаться не вправе, подлежит отклонению, как не основанный на материалах дела, сделанный при неверном толковании норм материального права.

Из представленной в материалы дела переписки и самой позиции истца, судом усматривается, что истец имел намерение владеть эксклюзивными правами на БАДы, указанные в спорном договоре, на территории РФ.

При этом, о передаче каких-либо эксклюзивных прав на БАД и прав на товарный знак по перечню БАД (Спорт Магнокс, Релиф Магнокс, Прегна Магнокс, ОСТЕО Магнокс, Кардио магнокс) условия договора не содержат, что с очевидностью усматривается из текста договора, в том числе его буквального толкования и о чем истец не мог не знать при заключении договора.

Более того, в приложении № 1 к договору указано, что производителем БАД является иностранная компания Naveh Pharma (1996) Ltd, а не ООО «СЛК», в связи с чем, ответчик не мог ввести в заблуждение ООО «Кадуцей» относительно производителя БАД и эксклюзивных правах на них.

Учитывая изложенное, доводы истца о том, что он узнал про компанию Naveh Pharma (1996) Ltd и о существующих основных его правах на БАД после заключения оспариваемого договора, противоречит обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, а также не соответствует должной осмотрительности стороны при заключении сделки.

Как пояснил ответчик, ООО «СЛК» не имело намерение передать эксклюзивные права на вышеуказанные БАД и товарные знаки на них, принадлежащие производителю Naveh Pharma (1996) Ltd, поскольку ООО «СЛК» такими правами не обладает, что прямо следует из текста договора.

Следует также отметить, что при наличии у истца каких-либо сомнений или недопонимания предмета договора, последний, при заключении договора, с разъяснениями либо уточнениями к ответчику не обращался, в том числе к производителю БАДов.

Подписывая спорный договор, истец был осведомлен и согласился с его условиями.

Впоследствии, длительное время, каких либо разногласий, претензий, переписки по поводу несогласования существенных условий договора между сторонами не возникало. При таких обстоятельствах неопределенность в отношении содержания договоренностей у сторон отсутствовала.

Суд также отмечает, что риски предпринимательской деятельности относятся на истца (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2007 N 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

Учитывая вышеизложенное, у суда не имеется оснований для признания договора, заключенным под влиянием заблуждения и соответственно требований о взыскании с ответчика оплаты по договору.

Кроме того, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В пункте 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований, законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Так, в обоснование заявленных требований истец указывает, что он был введен в заблуждение относительно предмета заключенного договора (договор № 7 от 29.11.2021) и, руководствуясь ст. 178 ГК РФ, просит признать данную сделку недействительной.

В соответствии с ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Тем самым сделка, совершенная под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ), является оспоримой.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной составляет один год. Течение этого срока начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 102 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истец, как сторона сделки, узнал или должен был узнать о нарушении своих прав спорным договором не позднее даты его заключения, то есть не позднее 29.11.2021, поскольку вся информация в отношении СГР на БАД (в том числе и о производителе БАД, который обладает эксклюзивными правами на них) указана в договоре и приложениях к нему.

Следовательно, срок исковой давности по заявленным требованиям истек 29.11.2022.

Исковое заявление поступило в Арбитражный суд города Москвы 06.03.2023, то есть по истечении годичного срока исковой давности.

Следует также отметить, что в случае, если истцу стало известно об обстоятельствах для признания сделки недействительной из переписки по электронной почты с производителем Naveh Pharma (1996) Ltd (09.02.2022), то и в этом случае истцом пропущен срок исковой давности, который истек 09.02.2023.

Каких-либо уважительных причин пропуска срока исковой давности истцом не приведено.

Также, истец представленными в материалы дела доказательствами не подтвердил наличие перерыва в течении срока исковой давности.

В силу статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

При изложенных обстоятельствах, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Судебные расходы по оплате государственной пошлине, распределяются по правилам ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 64, 65, 67, 68, 71, 75,82, 87, 110, 123, 124,156,167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с даты его принятия.

СудьяЕ.Н. Киселева