Постановление от 16 октября 2024 г. по делу № А50-10018/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6023/24

Екатеринбург

16 октября 2024 г.


Дело № А50-10018/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 г.


Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Тихоновского Ф.И., Савицкой К.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Песковой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании посредством веб-конференции совместную кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 14.05.2024 по делу № А50-10018/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие:

финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО3 (предъявлен паспорт);

представитель ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 27.10.2023 № 59АА4506290).


Общество с ограниченной ответственностью «МАК» (далее – общество «МАК») 19.04.2023 обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ФИО1 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 19.06.2023 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО3, управляющий).

Финансовый управляющий ФИО3 26.06.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой, выразившуюся в действиях ФИО1 и ФИО2, по оформлению на ФИО2 права собственности на автотранспортное средство марки Volvo XC90 VIN <***> за счет средств должника и применении последствия недействительности сделки в виде признания покупателем по договору купли-продажи от 25.01.2014 ФИО1; обязать ФИО2 вернуть в конкурсную массу ФИО1 автотранспортное средство марки Volvo XC90 VIN <***> в течение трех дней; осуществить передачу автотранспортного средства марки Volvo XC90 VIN <***> в месте нахождения должника. В случае неисполнения решения суда взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебную неустойку в следующем размере: 6 500 руб. – за каждый день неисполнения судебного акта, начиная с 3 дня вступления решения в законную силу по день его фактического исполнения, 13 000 руб. – за каждый день неисполнения судебного акта, по истечении месяца со дня вступления решения в законную силу по день его фактического исполнения (с учетом уточнения от 23.11.2023).

Определением арбитражного суда от 27.06.2023 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению ГИБДД ГУ МВД России по Пермскому краю совершать регистрационные действия в отношении вышеуказанного автомобиля.

Определением того же арбитражного суда от 27.09.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Обухов-Урал», ФИО5.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.05.2024 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено.

Суд первой инстанции признал недействительной сделкой действия ФИО1 и ФИО2 по оформлению на ФИО2 легкового автомобиля Volvo XC90 VIN <***>, 2013 г.в., гос.номер Е629ОК159, цвет: жемчужно-белый металлик; применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 передать в конкурсную массу ФИО1 легковой автомобиль Volvo XC90 VIN <***>, 2013 г.в., гос.номер Е629ОК159, цвет: жемчужно-белый металлик; обязал осуществить передачу указанного автомобиля в г. Перми.

Помимо этого судом удовлетворено требования финансового управляющего о присуждении судебной неустойки в размере 100 руб. за каждый день просрочки, начиная с 31 календарного дня, следующего за днем вступления в силу настоящего определения, до момента фактического передачи вышеуказанного автомобиля. Взыскано с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 9 000 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 определение суда первой инстанции от 14.05.2024 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, ФИО1 и ФИО2 просят отменить определение суда первой инстанции от 14.05.2024 и постановление апелляционного суда от 25.07.2024 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявители кассационной жалобы поясняют, что первоначальным владельцем автомобиля являлось общество с ограниченной ответственностью «Вольво Карс», затем общество «Обухов –Урал» (заказан инвойсом 23.09.2013) который продан покупателю. ФИО1 не заказывал автомобиль за себя и не указывался в документах в качестве заказчика. Кроме того, судами обеих инстанций не учтено, что автомобиль приобретался за собственные средства ФИО2, доказательств передачи денежных средств должником материалы дела не содержат; финансовый управляющий не представил убедительных доказательств передачи ФИО1 денежных средств своей дочери для приобретения автомобиля. При этом заявители жалобы отмечают, что по причине ухудшения состояния здоровья ФИО1 и его супруги ФИО6, должник не мог пользоваться автомобилем, транспортное средство приобреталось для семейного использования, том числе для поездок в медицинские учреждения. При этом ФИО1 с 10.12.2014 по 08.06.2017 проживал в г. Ижевск, что подтверждается договором между должником и ФИО7, что также указывается на невозможность эксплуатации транспортного средства должником. Заявители жалобы полагают, что представленный в материалы спора протокол допроса ФИО8 подлежит критической оценки, так как ФИО8 не обеспечила явку в судебное заседание в качестве свидетеля. Податели жалобы отрицают факт наличия у должника финансовой возможности приобрести дорогостоящий автомобиль.

В уточнениях кассационной жалобы податели кассационной жалобы указали, что суды обеих инстанций не приняли во внимание, что на дату совершения сделки у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед обществом «МАК», то обстоятельство, что его действия (бездействия) признаны незаконными не определяет его финансовые обязательства перед кредитором. Заявители кассационной жалобы настаивают на отсутствии у ФИО1 финансовой возможности приобрести дорогостоящий автомобиль. Иные доводы, приведенные в уточнениях жалобы, аналогичны доводам кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как уже ранее указывалось, определением Арбитражного суда Пермского края от 19.06.2023 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО3

В ходе процедуры банкротства управляющим выявлено, что легковой автомобиль Volvo XC90, находящийся в фактическом владении должника, приобретен по договору купли-продажи от 25.01.2014 на имя дочери должника – ФИО2

Из материалов дела следует, между ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 25.01.2014 заключен договор купли-продажи легкового автомобиля Volvo XC90 VIN <***>, 2013 г.в., гос.номер Е629ОК159, цвет: жемчужно-белый металлик (далее – автомобиль).

Ссылаясь на то, что сделка по приобретению автомобиля совершена за счет денежных средств ФИО1, который является фактическим собственником автомобиля, а ФИО2 является мнимым собственником транспортного средства, финансовый управляющий ФИО3 обратилась в суд с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном подпунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Установив, что оспариваемая сделка совершена 25.01.2014, то есть до внесения изменений в Закон о банкротстве, должник не является индивидуальным предпринимателем, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что сделка может быть оспорена только по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. Притворная сделка характеризуется тем, что стороны умышленно искажают свое волеизъявление таким образом, чтобы вместо той сделки, которую они на самом деле хотят совершить, внешне это выглядело как иная сделка. Воля совершающих сделку лиц направлена не на те правовые последствия, которые отражены в волеизъявлении.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678).

В пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021) сформулирована правовая позиция, согласно которой при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов; имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества; таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица; такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании специальных положений главы III.1 Закона о банкротстве или по общегражданским основаниям.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленного спора, исходя из заявленных оснований оспаривания, имеют обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над передаваемым имуществом конечному покупателю.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами обеих инстанций установлена следующая хронология событий.

Между ФИО1 и обществом «Обухов-Урал» 13.01.2014 заключен договор купли-продажи № 1401р на приобретение автомобиля, покупатель внес предоплату 10 000 руб.

Впоследствии по соглашению сторон 21.01.2014 договор купли-продажи № 1401р расторгнут.

В тот же день (21.01.2014) между обществом «Обухов-Урал» и ФИО5 заключен договор купли-продажи автомобиля, что подтверждается справкой и пояснениями общества «Обухов-Урал». Акт приема-передачи транспортного средства подписан между сторонами 24.01.2014.

На следующий день после передачи автомобиля по акту (25.01.2014) ФИО5 заключил договора купли-продажи транспортного средства с ФИО2

Проанализировав представленные в материалы обособленного спора доказательства и заслушав пояснения участвующих в споре лиц, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае сторонами искусственно создана видимость вовлечения спорного транспортного средства в оборот с участием множества лиц (ФИО5, ФИО2), оформленные договора купли-продажи направлены только на смену титульного собственника с оставлением автомобиля под контролем ФИО1 (с даты заключения первоначального договора купли-продажи и до подачи управляющим заявления спорный автомобиль остался во владении должника; ФИО1 осуществлял правомочия по пользованию и содержанию транспортного средства; до даты обращения с заявлением о передачи автомобиля в конкурсную массу должника ФИО2 в качестве водителя в полисах страхования автогражданской ответственности не указывалась) и необоснованное оформление права собственности на автомобиль на фиктивного (мнимого) собственника ФИО2 с целью исключения обращения взыскания на указанное имущество по обязательствам должника, поскольку на дату приобретения спорного автомобиля на рассмотрении арбитражного суда по делу № А50-18092/2011 находилось заявление по причинению ФИО1 как конкурсного управляющего к возмещению имущественного вреда обществу «МАК» на сумму 24 553 292 руб.

Судами обеих инстанций также учтено, что до рассмотрения заявления о взыскании с бывшего конкурсного управляющего ФИО1 убытков в размере 23 229 538 руб. 25 коп. в рамках дела № А50-18092/2011 рассмотрена и удовлетворена жалоба на действия (бездействие) конкурсного управляющего (определение Арбитражного суда Пермского края от 16.09.2013), из чего суды заключили, что ФИО1 очевидно осознавал реальную возможность взыскания с него убытков за причиненный имущественный вред обществу «МАК».

Более того, в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 и ФИО2 (дочь должника) являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу в соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве. Допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами факт наличия у ФИО2 дохода, позволяющего произвести оплату спорного автомобиля, с учетом необходимых расходов на обеспечение жизнедеятельности, не подтвержден.

Исходя из вышеуказанного, суды обеих инстанций верно признали, что оспариваемый договор купли-продажи от 25.01.2014 заключен за счет средств должника, его условие в части указания на сторон продавца ФИО2 вместо ФИО1 также являются притворным.

В рассматриваемом случае сделка по приобретению автомобиля, заключенная между обществом «Обухов-Урал» и ФИО5, изначально исключительно направлена на получение скидки (около 100 000 руб.) без намерения приобрести автомобиль в собственность. Данные обстоятельства также подтверждены пояснениями ФИО5 и ФИО2, а также тем, что ФИО5 собственных денежных средств на оплату автомобиля не вносил.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях ответчика или должника осуществить спорную сделку.

Помимо вышеуказанного, суды первой и апелляционной инстанции акцентировали внимание на том, что ФИО2 на дату заключения спорной сделки не проживала в г. Перми, обучалась на очном отделении высшего учебного заведения и постоянно проживала в г. Москве. С даты приобретения автомобиля в полисах страхования автогражданской ответственности в качестве водителя указан ФИО1 (до даты обращения с заявлением о передаче автомобиля в конкурсную массу, что подтверждается ответом РССА от 29.08.2023), регионом использования транспортного средства является Пермский край (г. Пермь).

Указанные обстоятельства исключают предположение о добросовестности ФИО2 в приобретении спорного автомобиля для личного использования.

Отклоняя довод об отсутствии у ФИО1 финансовой возможности на приобретение дорогостоящего автомобиля, суд апелляционной инстанции установил, что материалы обособленного спора не содержат доказательств наличия финансовой возможности у ФИО2 приобрести автомобиль за собственные средства либо за счет средств, предоставленных ФИО9 (бабушка ФИО2), в том числе вырученных от реализации объектов недвижимости. Апелляционным судом также отмечено, что ФИО9 последовательно имела в собственности незначительные жилые помещения, в период совершения сделки по приобретению автомобиля ею не совершались сделки по отчуждению объектов недвижимости, наличие у нее свободных денежных средств какими-либо документами не подтверждено.

Между тем материалы обособленного спора содержат исчерпывающие доказательства наличия финансовой возможности у ФИО1 на приобретение автомобиля. Так, непосредственно перед рассматриваемой сделкой ФИО1 вывел из конкурсной массы ИП ФИО10 денежные средства на сумму 24 553 292 руб., что подтверждено материалами дела № А50-18092/2011. При этом в рамках названного дела о банкротстве ФИО1 получено вознаграждения в качестве временного и конкурсного управляющего на общую сумму 2 511 628 руб.; ФИО1 получено агентское вознаграждение по договору купли-продажи помещения от 16.01.2014 со ФИО11, также была возвращена сумма задатка в размере 374 080 руб.; в период с 27.03.2014 по 24.07.2014 ФИО1 в качестве заимодавца заключались договоры займа, по которым он передал ФИО12 в наличной форме 2 380 000 руб., что подтверждается представленными материалами дела Индустриального районного суда г. Перми № 2-5483/16.

Учитывая вышеизложенные фактические обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о наличии у ФИО1 реальной финансовой возможности приобрести спорный автомобиль по цене 1 859 900 руб.

С учетом вышеприведенных обстоятельств суды первой и апелляционной инстанции пришли к верному выводу о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной на основании статьи 10, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации как притворной, совершенной за счет должника.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделок, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 согласно которой при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым и последним контрагентом возврат имущества от конечного приобретателя к первоначальному осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

Поскольку в настоящее время транспортное средство зарегистрировано на имя ФИО2, доказательств оплаты по договору материалы обособленного спора не содержат, суды обеих инстанций применили в качестве последствия недействительности сделки обязанность ФИО2 передать в конкурсную массу должника спорное транспортное средство.

Таким образом, удовлетворяя требования управляющего о признании оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела этих требований в соответствующей части, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в рамках настоящего дела удовлетворены требования о понуждении к исполнению обязательства в натуре, суды, руководствуясь положениями статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, признали обоснованными требования управляющего в части присуждения судебной неустойки за неисполнение судебного акта и, исходя из обстоятельств настоящего дела, с учетом того, что взыскание судебной неустойки является мерой побуждения ответчика к своевременному исполнению судебного акта, признали подлежащей присуждению судебную неустойку в твердой денежной сумме в размере 100 руб. за каждый день просрочки исполнения, начиная с 31 календарного дня, следующего за днем вступления в силу настоящего определения, до момента фактического передачи вышеуказанного автомобиля.

Доводы заявителей кассационной жалобы, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Оснований для переоценки доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, у суда кассационной инстанции не имеется (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

В просительной части уточнений кассационной жалобы заявлено ходатайство о предоставлении заявителям жалобы отсрочки до рассмотрения кассационной жалобы по существу, но не более чем на шесть месяцев.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины, окружной суд, руководствуясь статьями 64, 333.22, 333.37, 333.41 Налогового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что заявителями не представлены документы, позволяющие сделать однозначный вывод о том, что их текущее имущественное положение не позволяет ему уплатить государственную пошлину в установленном порядке и размере.

Поскольку в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в пункте 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и исходил из того, что кассационная жалоба, поданная на судебные акты, принятые по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки в деле о банкротстве, оплачивается государственной пошлиной в сумме 3 000 руб. Поскольку ФИО1 и ФИО2 подана единая кассационная жалоба, государственная пошлина не была оплачена в установленном порядке и размере, в удовлетворении ходатайства об отсрочки уплаты государственной пошлины отказано, учитывая разъяснения пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», с ФИО1 и ФИО2 в доход федерального бюджета подлежит взысканию по 1 500 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 14.05.2024 по делу № А50-10018/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 1 500 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 1 500 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий С.Н. Соловцов


Судьи Ф.И. Тихоновский


К.А. Савицкая