Постановление от 8 января 2025 г. по делу № А19-20998/2022

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-20998/2022
г. Чита
9 января 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 9 января 2025 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гречаниченко А.В.,

судей Кайдаш Н.И., Подшиваловой Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Соколовой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО4, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8, ФИО9 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 мая 2024 года по делу № А19-20998/2022

по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

по делу по заявлению ФИО10 (г. Ангарск Иркутской области) о признании ФИО1 (ранее – ФИО11) (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Ангарск, ИНН <***>, СНИЛС - отсутствует, адрес: 665806, <...>) банкротом,

лица, участвующие в деле, в судебном заседании отсутствуют, уведомлены,

установил:

определением Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2023 в отношении ФИО1 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО1 – ФИО2 19.09.2023 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и применения последствия недействительности сделки, в котором просила:

1. Признать договор дарения от 22.04.2020, заключенный между ФИО1 и ФИО5, договор купли-продажи квартиры от 05.06.2020, заключенный между ФИО5 и ФИО9 и договор купли-продажи квартиры от 22.03.2023, заключенный между ФИО9 и ФИО4, ФИО6, действующих в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8 - недействительными.

2. Применить последствия недействительности сделок в виде: обязания ФИО4, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 возвратить в конкурсную массу должника квартиру, расположенную по адресу: Иркутская область, город Ангарск, квартира 72, дом 3, квартира 24.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 13.05.2024 заявление финансового управляющего гражданина ФИО1 - ФИО2 удовлетворено в части. Признаны недействительными сделками: договор дарения от 22.04.2020 жилого помещения - квартиры с кадастровым номером 38:26:040105:8045, расположенной по адресу: <...>, заключенный между ФИО12 и ФИО5; договор купли-продажи квартиры от 05.06.2020, расположенной по адресу: <...>, заключенный между ФИО5 и ФИО9; договор купли-продажи квартиры от 22.03.2023, расположенной по адресу: <...>, заключенный между ФИО9 и ФИО4, ФИО6, действующим в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8

В удовлетворении заявления в части применения последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8 возврата в конкурсную массу должника квартиры, расположенной по адресу: <...>, отказано.

Также с ФИО5 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. С ФИО9 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. С ФИО4 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. С ФИО6 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. С ФИО7 в лице ФИО6 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. С ФИО8 в лице ФИО6 взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО4, действующая в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8, ФИО9 обжаловали его в апелляционном порядке.

Финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на то, что ситуация, когда суд, отказывая в удовлетворении финансового управляющего о применении последствий недействительности сделки, привела к правовой коллизии и невозможности исполнения определения суда, отсутствию законного собственника у спорного объекта недвижимости. Также финансовый управляющий полагает, что указание суда о необходимости подачи индикационного иска выходит за рамки компетенции суда в части определения финансовым управляющим возможности реального исполнения определения суда с целью пополнения конкурсной массы в интересах заявленных кредиторов.

ФИО3 в апелляционной жалобе указывает на неосведомленность о том, что ее бывший супруг занимал денежные средства у ФИО10, на то, что своего согласия на залог совместно нажитого имущества она не давала. Полагает, что на это имущество не может быть обращено взыскание в счет погашения долга должника перед ФИО10 Также указывает, что квартира, являлась единственным пригодным для проживания помещением, находящимся в собственности у должника и соответственно у нее. В связи с тем, что в 2020 году в отношении нее возбудили уголовное дело, было принято решение о передаче квартиры матери ФИО3 - ФИО5 по договору дарения.

ФИО4 в апелляционной жалобе указывает, что является добросовестным приобретателем квратиры, что цена квартиры составлена путем указания стоимости квартиры и стоимости ремонта по причине стремления к неуплате НДФЛ. Также ФИО4 указывает, что подбор квартиры К-вы осуществляли через ООО «Агентство недвижимости «Наш город», которое занималось продажей квартиры, принадлежащей ФИО13 ранее. В судебном заседании апелляционного суда ФИО4 поддержала доводы жалобы и указала, что квартира приобреталась ими добросовестно, семье была необходима квартира н первом этаже в связи с инвалидностью ребенка, впоследствии квартира, ранее использовавшаяся не для проживания, а для осуществления коммерческой деятельности, была отремонтирована, переоборудована ванная комната, исходя из потребностей семьи и ребенка.

ФИО6, ФИО4, действующая в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8 в апелляционной жалобе указали на добросовестность приобретения квартиры.

ФИО5 в апелляционной жалобе указала, что информации о финансовом состоянии должника, на дату совершения договора дарения, не обладала, спорное имущество передано должником в дар. Также указано на то, что денежные средства от последующей продажи квартиры были израсходованы на нужды семьи ФИО14 (оплату юридических услуг).

Суд первой инстанции усмотрел необычность поведения ответчиков при приобретении имущества, сославшись на краткосрочность периода владения спорным имуществом ФИО5, а также тот факт, что стоимость квартиры, указанную в основном договоре купли-продажи составила сумму 1 000 000 рублей. Фактически квартиры была продана за 2 500 000 рублей. ФИО9 рассчитался с ней наличными денежными средствами, о чем собственноручно она написала расписку, подлинность которой никем не оспаривалась в суде первой инстанции.

ФИО9 в апелляционной жалобе указал, что суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы о наличии финансовой возможности у ФИО9 на приобретение квартиры, также указал на добросовестность приобретения квартиры.

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Определением заместителя председателя Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 в составе суда, рассматривающего настоящее дело, произведена замена судьи Луценко О.А. на судью Подшивалову Н.С.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора, 22.04.2020 между ФИО1 и ФИО5 был заключен договор дарения помещения, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 38:26:040105:8045 ФИО5.

Позднее, на основании договора купли-продажи от 05.06.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО9, спорная квартира перешла в собственность последнего.

Далее спорное помещение перешло в долевую собственность ФИО4, ФИО6, ФИО8, ФИО7 на основании договора купли продажи квартиры от 22.03.2023.

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительными сделок,  финансовый управляющий ФИО2  указала, что оспариваемые сделки совершены в период, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, сделки совершены до возбуждения производства по делу о банкротстве.

Правовым основанием для признания оспариваемых сделок недействительными финансовый управляющий указала пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что оспариваемые сделки совершены в период с 22.04.2020 по 22.03.2023.

Заявление о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением Арбитражного суда Иркутской области от 02.11.2022.

Оспариваемая сделка (договор дарения от 22.04.2020) совершена должником в пределах трехлетнего срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования, руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пунктами 5,6,9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые сделки являются последовательными цепочками взаимосвязанных сделок, целью которых являлось отчуждение ликвидного имущества из собственности должника, не получившего взамен равноценного встречного предоставления, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет этого имущества.

Выводы  суда первой инстанции основаны на том, что:

- в момент совершения должником договора дарения от 20.04.2020 у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед ФИО10 в размере 3 000 000 руб.; спорный договор дарения от 20.04.2020 квартиры совершен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО1 и повлек за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов, Оспариваемая безвозмездная сделка совершена должником в отношении заинтересованного лица ФИО5  (матери супруги), осведомленной о материальном положении зятя. При этом в указанной квартире должник и его супруга не проживали, а  проживали в период с 2011 года  по март 2020 года на территории СНТ «Нефтехимик» (письмо от 13.01.2024); по адресу спорной квартиры находилось агентство недвижимости «Единое».

-  период владения спорным имуществом ФИО5 краткосрочен, на протяжении всей цепочки сделок стоимость квартиры составляла одинаковую сумму 1 000 000 рублей, то есть отчуждение спорного объекта не имело экономической целесообразности, носило формальный характер.

- ФИО9 не подтверждена финансовая возможность приобретения квартиры за сумму наличными 2 500 000 руб., как указано в представленной в материалы обособленного спора расписке от 31.07.2020. Из выписки о движении денежных средств от 28.03.2024 АО «Тинькофф» не усматривается снятие к дате заключения договора как суммы 1 000 000 руб., так и  суммы 2500000 руб.

- необычность поведения ответчика ФИО15 суд усмотрел в том, что он узнал о продаже спорной квартиры из объявления о продаже, размещенном на баннере на отдельном входе в спорное помещение, что может свидетельствовать о его осведомленности в отношении необходимости быстрой продажи квартиры.

- К-выми представлены документы о продаже 13.02.2023 квартиры площадью 45, 4 кв.м за 3 051 972 руб. и приобретении спорной квартиры площадью 58.6 кв.м. за 1 000 000 руб. с оформлением дополнительной суммы 1 775 000 руб. договором купли-продажи неотделимых улучшений.

- с учетом площадей проданной и приобретенной квартир реальная стоимость спорной квартиры занижена в договоре с К-выми; в договоре купли-продажи неотделимых улучшений не раскрыты неотделимые улучшения, расчет их стоимости и  их фактической необходимости.

- с учётом того, что согласно сведениям, размещенным на сайте Федресурс,  сообщением №10775331 от 14.02.2023 финансовый управляющий ФИО2 информировала третьих лиц о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении ФИО1, К-вы не являются  разумными участниками гражданского оборота;  обстоятельства, каким образом К-вы узнали о продаже квартиры также не раскрыты.

- финансовый управляющий вправе обратиться к ФИО13 с виндикационным иском.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции относительно сделки, совершенной между ФИО1 и ФИО5 у апелляционного суда не имеется.

Доводы ФИО5 и ФИО3 изложенные в апелляционных жалобах, не принимаются в качестве оснований для отмены или изменения обжалуемого определения в названной части, поскольку при установленных судом обстоятельствах в материалы обособленного спора не представлены убедительные аргументы, опровергающие суждения суда о выводе должником спорного имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. Согласие ФИО3 на дарение квартиры также имеется в деле (л.д.29,т.1).

Между тем суд первой инстанции, оценивая договор купли-продажи от 05.06.2020, заключенный между ФИО5 и ФИО9, на предмет недействительности во взаимосвязи с предыдущим договором купли-продажи квартиры, не учел, что ФИО9 не является лицом, заинтересованным по отношению к другим участникам рассматриваемых правоотношений, не находился с ними в доверительных отношениях, по крайней мере доказательств обратного в материалы спора не представлено. Тем самым договор купли-продажи, заключенный ФИО1 и ФИО5, являлся единственным договором по выводу квартиры, и наличия цепочки взаимосвязанных сделок, направленных на вывод имущества, не усматривается.

В такой ситуации сделку купли-продажи между ФИО5 и ФИО9 следовало расценить как самостоятельную, совершенную между конкретными участниками гражданского оборота по согласованной между ними стоимости, а не в составе единой сделки, направленной на вывод имущества должника через ФИО5 и ФИО9 в пользу К-вых.

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В абзаце четвертом пункта 13 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 6 ГК РФ (аналогия закона) правило абзаца второго пункта 2 статьи 223 ГК РФ подлежит применению при рассмотрении споров о правах на движимое имущество (право собственности на движимое имущество у добросовестного приобретателя возникает с момента возмездного приобретения имущества, за исключением предусмотренных статьей 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя).

Согласно условиям договора купли-продажи от 05.06.2020 между ФИО5 и ФИО9,  учетом представленной расписки, денежные средства в сумме 2 500 000 руб. получены продавцом ФИО5 от покупателя ФИО9 в полном объеме. Кроме того, непосредственно ФИО5 в апелляционной жалобе указывает на то, что квартира фактически была продана за 2500000 руб., ФИО16 рассчитался наличными денежными средствами, о чем составлена расписка, подлинность которой не оспаривается, вырученные денежные средства были потрачены на оплату услуг адвоката и иные бытовые нужды.

Таким образом, факт оплаты ФИО9 приобретенной квартиры по цене 2 500 000 руб. считается доказанным.

Тот факт, что ФИО9 узнал о продаже квартиры из размещенного на баннере объявления, не является значимым обстоятельством.

ФИО9 являлся собственником квартиры около трех лет.

22.03.2023 между ФИО9 и семьей К-вых заключен договор купли-продажи спорной квартиры. Также представлен предварительный договор от 20.01.2023, заключенный между ФИО6 и ФИО9 Стоимость квартиры определена в размере 2 775 000 рублей.

Цена квартиры определена сторонами следующим образом: в соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи от 16.03.2023- 1 000 000 рублей (оплачена покупателями до подписания договора); согласно п. 3 договора купли-продажи неотделимых улучшений, произведенных в квартире, от 16.03.2023, стоимость улучшений 1 775 000 руб. (оплачены покупателями и приняты продавцом в день подписания договора полностью). Переход права собственности зарегистрирован 22.03.2023. ФИО4 приведены доводы о том, что подобное установление цены квартиры было связано со стремлением не уплачивать НДФЛ.  Кроме того, К-выми представлены документы о продаже 13.02.2023 ранее принадлежавшей им квартиры площадью 45,4 кв.м за 3 051 972 руб. с целью приобретения спорной квартиры, что подтверждает наличие у них средств и способность приобрести квартиру за указанную цену. К-выми представлены пояснения о том, что квартира приобреталась ими добросовестно, семье была необходима квартира н первом этаже в связи с инвалидностью ребенка, впоследствии квартира, ранее использовавшаяся не для проживания, а для осуществления коммерческой деятельности, была отремонтирована, переоборудована ванная комната, исходя из потребностей семьи и ребенка.

При таких обстоятельствах апелляционный суд  соглашается с доводами, как ФИО9, так и К-вых, о том, что указанные лица соответствуют критериям добросовестного приобретателя квартиры.

В этом случае цена сделки, совершенной с ФИО9 и сделки с К-выми, не имела существенного значения, поскольку квалифицирующие признаки для признания договоров купли-продажи от 05.06.2020 и от 16.03.2023 сделками, совершенными со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ), в том числе в составе предшествующей сделки купли-продажи квартиры, не доказаны.

Превышение же рыночной стоимости отчужденного имущества над договорной ценой само по себе не свидетельствует об осведомленности контрагента должника-банкрота о противоправной цели сделки для ее оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 12 раздела "Судебная коллегия по экономическим спорам. Практика применения законодательства о банкротстве" Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022).

Таким образом, требования финансового управляющего о признании недействительным договоров купли-продажи от 05.06.2020 и от 16.03.2023, заключенными между ФИО5 и ФИО9, а также между ФИО9 и К-выми, и соответственно, о применении последствий недействительности единой сделки купли-продажи в виде возложения на К-вых обязанности вернуть квартиру в конкурсную массу должника, не подлежат удовлетворению. И соответственно, в такой ситуации необоснованным является вывод суда первой инстанции о возможности предъявления виндикационного иска к ФИО13.

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ признана только сделка дарения квартиры, оформленная договором от 22.04.2020 между ФИО1 и ФИО5, последствия недействительности сделки в виде взыскания рыночной стоимости названной квартиры подлежат применению в отношении ФИО5

С учетом изложенного в удовлетворении требований в части признания недействительными договоров от 05.06.2020 и от 16.03.2023 купли-продажи квартиры , заключенных между ФИО5 и ФИО9, а также между ФИО9 и К-выми, следует отказать, и применить последствия недействительности сделки, оформленной договором дарения от 22.04.2020 между ФИО1 и ФИО5, в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника рыночной стоимости квартиры в сумме 2 500 000 руб.

Указанная стоимость определена судом, исходя из стоимости, по которой квартира была реализована  ФИО5 ФИО9, поскольку договор купли-продажи с ФИО9 был заключен в тот же период, что и договор дарения (спустя 2 месяца с момента дарения) и цена такого договора определяется как рыночная на момент заключения договора дарения.

В остальной части обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения.

Поскольку требования к ФИО9 и ФИО13  признаны необоснованными, обжалуемое определение в части распределения судебных расходов, отнесенных на указанных лиц (по уплате госпошлины) также следует отменить.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, с учётом итога рассмотрения апелляционных жалоб и заявления, с ФИО5 следует взыскать государственную пошлину в сумме 3000 руб. в пользу ФИО9 и в сумме 3000 руб. в пользу ФИО4 за подачу апелляционной жалобы.

Исходя из того, что ФИО3 была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины и того, что требования ее апелляционной жалобы не удовлетворены, с нее в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 3000 руб.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 мая 2024 года по делу №А19-20998/2022 отменить в части признания недействительными договоров купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>: 1) от 05.06.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО9; 2) от 22.03.2023, заключенного между ФИО9 и ФИО4, ФИО6, действующим в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО7 и ФИО8. В удовлетворении требований в отмененной части отказать.

В порядке применения последствий недействительности сделки - договора дарения от 22.04.2020 квартиры, расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО11 и ФИО5, - взыскать с ФИО5 в конкурсную массу должника ФИО1 (ранее – ФИО11) 2 500 000 руб.

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 мая 2024 года по делу №А19-20998/2022 отменить в части взыскания с ФИО9, ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8 государственной пошлины в доход федерального бюджета в сумме 300 руб. с каждого.

В остальной части определение оставить без изменения.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО9 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий                                                                 А.В. Гречаниченко


Судьи                                                                                               Н.И. Кайдаш


Н.С. Подшивалова