Постановление от 28 августа 2025 г. по делу № А41-19115/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва 29.08.2025 Дело № А41-19115/23

Резолютивная часть постановления оглашена 27 августа 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 29 августа 2025 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего – судьи Тарасова Н.Н., судей Зверевой Е.А., Кручининой Н.А., при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО1 – явился лично, предъявил паспорт;

от ФИО2– ФИО3 по доверенности от 26.01.2025;

от акционерного общества «Технологическая компания «Центр» – ФИО4 по доверенности от 01.01.2025;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Московской области от 02.04.2025, на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025

о признании недействительными сделками договора дарения от 10.11.2018, заключенного между должником и ФИО5, а также договора дарения от 26.03.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО2

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 21.11.2023 ФИО6 (далее – должник) был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО1

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительными сделками договора дарения от 10.11.2018, заключенного между должником (дарителем) и ФИО5 (одаряемым лицом), а также договора дарения от 26.03.2020, заключенного последней (дарителем) с ФИО2 (одаряемым лицом), которое обжалуемым определением Арбитражного суда Московской области от 02.04.2025, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025, было удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 и ФИО5 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержал, а финансовый управляющий должника и представитель акционерного общества «Технологическая компания «Центр» (далее – общества) просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей

в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От представителя заявителей 19.08.2025 через канцелярию суда поступили письменные дополнения к кассационной жалобе, а 26.08.2025, соответственно, их письменные объяснения в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, поступившие за пределами срока кассационного обжалования письменные дополнения и пояснения, заблаговременно лицам, участвующим в деле, и суду округа не направленные, не подлежат учету.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – постановление от 30.06.2020 № 13), при решении вопроса о принятии дополнений, письменных пояснений к кассационной жалобе либо отзыва на кассационную жалобу судам кассационной инстанции необходимо иметь в виду, что сугубо правовое обоснование доводов и возражений стороны вправе приводить на всех стадиях рассмотрения дела, если они основаны на доказательствах, имеющихся в материалах дела, и если такие дополнения, пояснения к кассационной жалобе не содержат ни новых требований, ни новых доказательств, которые в силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться и исследоваться судом кассационной инстанции.

Вместе с тем при получении отзыва, дополнений, письменных пояснений к кассационной жалобе, суд проверяет соблюдение лицом, их направившим, положений пунктов 3 и 4 части 4 статьи 277 названного Кодекса.

В случае несоблюдения указанных требований представленные документы судом кассационной инстанции не принимаются.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой финансовый управляющий должника указывал, что оспариваемая им цепочка сделок, на основании которых из конкурсной массы должника безвозмездно выбыло в пользу заинтересованного лица ликвидное имущество (квартира общей площадью 44,5 кв.м. с кадастровым номером 50:22:0050102:7271, расположенная по адресу: <...>) , является недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, поскольку является мнимой сделкой, направленной на вывод ликвидного актива должника в пользу аффилированного

с ним лица с целью воспрепятствования обращения взыскания на указанное имущество.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные финансовым управляющим должника требования, и суд апелляционной инстанции, оставляя обжалуемое определение суда первой инстанции без изменения, руководствовались положениями статей 2, 19 и 61.2 Закона о банкротстве, а также пунктах 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63), исходили из представления финансовым управляющим должника достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пунктом 5 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных

абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов, следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 7 постановления от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судами также принято во внимание что абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий.

Вместе с тем, в целях признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить признаки злоупотребления правом со стороны, как самого должника, так и лица, в пользу которого совершена сделка.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и

законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 и пунктом 2 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного требования закона суд может отказать лицу в защите прав.

В настоящем случае, судами установлено, что поскольку ФИО5 является сестрой должника, а ФИО2, соответственно, его матерью, то они являются заинтересованным лицами по отношению к должнику.

Судами также принято во внимание, что первая из обжалуемых сделок (от 10.11.2018) совершена в течении непродолжительного времени после инициирования конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Промальянс» в деле о банкротстве последнего обособленного спора о привлечении должника к субсидиарной ответственности по обязательствам этого общества, единственным участником которого и его руководителем являлся должник.

Кроме того, на момент заключения спорного договора дарения, в рамках дела № А41-51095/16 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Промальянс» конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении должника к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Впоследствии, определением Арбитражного суда Московской области от 02.12.2019 по делу № А41-51095/16 должник был привлечен к субсидиарной ответственности, а определением суда от 13.06.2022 был установлен размер субсидиарной ответственности должника в сумме 122 550 646,46 руб.

Требования на основании указанного судебного акта впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

В рассматриваемом случае, констатировали суды, факт заключения оспариваемых сделок в условиях наличия значительных обязательств перед

кредиторами, отчуждение ликвидного актива в пользу аффилированного лица в отсутствие встречного предоставления, в своей совокупности, являются обстоятельствами, достаточными для определения наличия у сторон таковой противоправной цели.

Более того, отметили суды, поведение сторон в настоящем случае является очевидным злоупотреблением правом, преследующим своей целью избежание неотвратимого обращения взыскания на ликвидное имущество.

Приведенные судам возражения о направленности сделки на обеспечении жильем пожилой матери должника судами оценены критически и отклонены, поскольку она зарегистрирована в спорном жилом помещении по месту жительства лишь 26.03.2020 (в жалобе указано на факт переезда матери должника в Московскую область из Республики Беларусь в 2018 году), а также опровергаются тем обстоятельством, что расходы по содержанию спорного жилого помещения ФИО2 никогда не несла (единственная квитанция от 19.08.2024 с учетом поступивших от финансового управляющего возражений оценена судом критически), а ФИО5 оплачивала коммунальные услуги за счет средств, поступающих непосредственно от должника.

Данные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции, косвенно подтверждают формальную передачу титула.

Судами также принято во внимание, что в тот же период (10.11.2018) должником и его супругой было произведено отчуждение объектов недвижимого имущества с кадастровыми номерами 50:22:0050102:7271, 50:22:0050101:7021 и 50:22:0050101:8807, а впоследствии (20.04.2019) должником также было произведено отчуждение в пользу третьего лица земельного участка с кадастровым номером 50:23:0050373:2949.

Разумные экономические мотивы действий по единовременному отчуждению принадлежащего должнику имущества суду не раскрыты.

Доводы о выходе даты совершения договора дарения от 10.11.2018 за пределы трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве, также отклонены судами, как противоречащие выводу

суда о наличии признаков цепочки подозрительных сделок, а также правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации относительно оспаривания цепочки сделок должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2022 № 305-ЭС20-16615(2), от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 и от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6)), согласно которым правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду - именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.

В данном случае, такой сделкой, с очевидностью, является вывод имущества в пользу конечного приобретателя – матери, государственная регистрация которой произведена 26.03.2020, что согласуется с правой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 относительно определения периода подозрительности в отношении подлежащих государственной регистрации сделок.

Ссылка на распространение на спорное жилое помещение (квартиру) исполнительского иммунитета в силу статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия у самой ФИО2 в собственности иного недвижимого имущества, также оценена критически и отклонена судами, сославшимися на правовую позицию высшей судебной инстанции, приведенную в определении Верховного Суда Российской Федерации, от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025, поскольку в рассматриваемом случае спорный объект, вопреки доводам заявителя кассационной жалобы об обратном, не является единственно пригодным для постоянного проживания должника и членов его семьи жилым помещением, а сама ФИО2, ФИО5 совместно с должником не проживают.

В данном отношении судами, в том числе, принято во внимание, что представленные суду доверенности, выданные от имени ФИО2 ее судебным представителям, содержат сведения о месте регистрации самой ФИО2 в Республике Беларусь (г. Орша Витебской области, ул. Якова Свердлова дом 21 (доверенность от 17.08.2024 (том 4 лист дела 157).

Те же сведения о месте регистрации ФИО2 приведены в нотариальной доверенности серии 50 АВ № 1938326, выданной на имя того же судебного представителя и приобщенной к настоящей кассационной жалобе.

Указанное обстоятельство квалифицировано судом апелляционной инстанции как имеющее цель создания ситуации, когда объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что не допустимо в силу положений статьи 10 ГК РФ.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных договоров недействительными сделками.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Вместе с тем судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу части 4 названной нормы права обращение в арбитражный суд осуществляется в форме: искового заявления - по экономическим спорам и иным делам, возникающим из гражданских правоотношений; заявления - по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, по делам о несостоятельности (банкротстве), по делам особого производства, при обращении о пересмотре судебных актов в порядке надзора и в иных случаях, предусмотренных указанным Кодексом; представления - при обращении Генерального прокурора Российской Федерации и его заместителей о пересмотре судебных актов в порядке надзора, а также жалобы - при обращении в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций и в иных случаях, предусмотренных этим Кодексом и иными федеральными законами.

Следовательно, в соответствии с частью 4 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обращение общества с настоящей кассационной жалобой является одной из форм реализации защиты нарушенного права.

Вместе с тем общество не указало, за защитой какого нарушенного права оно обратилось в арбитражный суд путем подачи кассационной жалобы, каким образом обжалуемым судебным актом были нарушены его права и законные

интересы, какие неблагоприятные последствия претерпевает заявитель, обращаясь за судебной защитой, поскольку наличии на то соответствующего материально-правового интереса, заинтересованные лица не лишены возможности самостоятельно распорядиться своими процессуальными правами, в том числе обратиться в суд первой инстанции с самостоятельным заявлением об исключении спорной квартиры из конкурсной массы по мотивам наличия у нее исполнительского иммунитета.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции норм материального права и норм процессуального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 02.04.2025 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 по делу № А41-19115/23 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов

Судьи: Е.А. Зверева

Н.А. Кручинина