Решение от 15 декабря 2023 г. по делу № А05-6248/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-6248/2023
г. Архангельск
15 декабря 2023 года


Резолютивная часть решения объявлена 14 декабря 2023 года

Полный текст решения изготовлен 15 декабря 2023 года

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Кашиной Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 07, 14 декабря 2023 года (с объявлением перерыва) дело

по иску ФИО2, действующей в качестве законного представителя общества с ограниченной ответственностью "Шеговары" (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 164500, Архангельская область, с. Шеговары Шенкурского района, тер. Фермы), на основании пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации,

к акционерному обществу "Северодвинск-Молоко" (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 164521, <...>)

третьи лица:

1. ФИО3 в лице законного представителя ФИО2

2. ФИО8

3. ФИО9

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от истца до и после перерыва – ФИО6 (доверенность от 01.02.2022),

от ООО "Шеговары" до и после перерыва – не явился (извещен),

от ответчика до и после перерыва – ФИО7 (доверенность от 21.06.2023),

от третьих лиц до и после перерыва – не явились (извещены);

установил следующее:

ФИО2, действующая в качестве законного представителя общества с ограниченной ответственностью "Шеговары" (далее – Общество), обратилась в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением к акционерному обществу "Северодвинск-Молоко" (далее – ответчик) о признании недействительным договора хранения от 08.02.2021 и применении последствий недействительности в виде двусторонней реституции.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, по ходатайству ответчика привлечены ФИО3 в лице законного представителя ФИО2, ФИО8 и ФИО9.

В ходе рассмотрения дела истцом заявлено ходатайство об уточнении основания иска. На основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение основания иска принято судом.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал, на иске настаивал.

Представитель ответчика пояснил, что сторонами достигнуты определенные договоренности относительно деятельности Общества, и в рамках настоящего дела имеется намерение заявить о признании иска.

Третьи лица своих представителей в заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. От ФИО8 и ФИО9 в процессе рассмотрения дела поступили письменные отзывы на иск (том 2, л.д. 100, 137).

В судебном заседании 07.12.2023 в порядке статьи 163 АПК РФ по ходатайству сторон был объявлен перерыв до 14.12.2023, о чем размещено публичное извещение в сети Интернет в информационной системе "Картотека арбитражных дел".

После перерыва судебное заседание продолжено 14.12.2023 в том же составе суда при участии тех же представителей сторон.

Истец исковые требования поддержал, указав, что просит признать сделку недействительной и применить последствия недействительности в виде возврата переданного по договору хранения имущества, поскольку стороны установили, что имущество имеется в натуре.

Ответчиком представлено письменное заявление от 14.12.2023 о признании исковых требований. Ответчиком указано, что поскольку оспариваемый договор хранения от 08.02.2021 – это сделка с заинтересованностью, которая не была одобрена участниками Общества в установленном законом порядке, то требования ФИО2 признаются ответчиком, при этом последствия признания иска ответчику известны и понятны.

Дело рассмотрено в соответствии с частью 3, 5 статьи 156 АПК РФ в отсутствие Общества и третьих лиц.

Изучив письменные материалы дела, заслушав стороны, суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью "Шеговары" 09.12.2011 зарегистрировано в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером <***>.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 30.05.2023, участниками Общества являются акционерное общество "Северодвинск-Молоко" с долей участия 51 %, ФИО10 с долей участия 24,5 %, и ФИО2 с долей участия 24,5 %.

Из материалов дел №А05-4837/2021, №А05-5268/2022 усматривается, что 09.03.2019 ФИО10 умер. Согласно Свидетельству о праве на наследство по закону от 09 декабря 2019 года, наследниками доли ФИО10 в Обществе в размере 24,5 % являются по ? доле каждая – ФИО11 и ФИО3.

Летом 2019 года ФИО11 изменила фамилию на ФИО2.

08.02.2021 между Обществом в лице директора ФИО9 (поклажедатель) и АО "Северодвинск-Молоко" (хранитель) заключен договор хранения (далее – договор), по условиям которого хранитель обязался принять от поклажедателя на хранение имущество, перечисленное в Приложении №1 к договору, обеспечить его хранение в течение установленного срока, и возвратить по истечении срока действия договора либо по первому требованию поклажедателя.

Согласно пункту 1.3 договора хранение имущества осуществляется по адресу: Архангельская область, Шенкурский район, село Шеговары.

Срок хранения имущества установлен с даты фактической передачи имущества до 31.12.2021 (пункт 1.5 договора).

Срок действия договора также установлен до 31.12.2021 (пункт 5.2 договора). При этом договор может быть пролонгирован по соглашению сторон (пункт 5.4 договора).

Дополнительным соглашением от 30.12.2021 (том 1, л.д. 103) срок действия договора хранения продлен сторонами до 31.12.2022.

Пунктом 2.1 договора установлено вознаграждение хранителя за выполнение обязанностей по договору в размере 90 000 руб. в месяц (в том числе НДС).

В Приложении №1 стороны согласовали перечень имущества, передаваемого на хранение, куда вошли: здание фермы; здание фермы; земельный участок площадью 20 000 кв.м; корпус модульного молочного цеха КОЛАКС с пристройкой и холодильным оборудованием; сеялка СПУ-4д; сеялка СПУ-4л; трактор Беларус-2022.3-51.55; цистерна Г6-ОПА-5336; кормосмеситель АКМ-7; система видеонаблюдения; водонагреватель Термекс ER300V.

На основании подписанного сторонами акта приема-передачи от 15.02.2021 имущество, указанное в приложении №1, передано на хранение от поклажедателя хранителю.

Согласно пункту 1.4 договора обязанность по обеспечению сохранности имущества при его хранении возлагается на хранителя.

11.11.2022 между сторонами подписано Дополнительное соглашение, в соответствии с которым стороны договорились переместить трактор Беларус-2022.3-51.55 на хранение по адресу <...>. Перемещение осуществляется собственными силами поклажедержателя. При этом поклажедатель обязуется выплатить поклажедержателю за перемещение трактора из с.Шеговары Шенкурского района Архангельской области в г.Северодвинск единоразово сверх суммы ежемесячного платежа по договору 100 000 руб.

В период с февраля 2021 года по декабрь 2022 года АО "Северодвинск-Молоко" оказывало Обществу услуги хранения имущества, о чем между данными сторонами оформлены акты оказанных услуг (том 1, л.д. 105-125). Со стороны Общества акты оказанных услуг, за исключением актов за октябрь и ноябрь 2022 года, подписаны директором без замечаний и возражений.

Письмом от 26.01.2023 №71 (том 1, л.д. 161) АО "Северодвинск-Молоко" уведомило Общество в лице директора о том, что срок действия договора хранения истек, в связи с чем услуги хранения не оказываются. Этим же письмом ответчик предложил Обществу подписать акт возврата имущества.

Указанное письмо 27.01.2023 направлено в адрес Общества посредством почтовой связи заказным письмом с уведомлением, и согласно сведениям с сайта Почты России не получено получателем, зафиксирована неудачная попытка вручения.

Общество мер по принятию имущества от поклажедержателя не приняло, акт возврата имущества между сторонами не подписан.

Истец, полагая договор хранения недействительным как сделку, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку АО "Северодвинск-Молоко" являлось на момент совершения сделки участником ООО "Шеговары", обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Основанием для оспаривания сделки указана статья 45 Федерального закона от 08.02.98 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон №14-ФЗ, Закон об ООО), пункт 2 статьи 174 ГК РФ. По мнению истца, предоставление, полученное ответчиком по оспариваемой сделке, в несколько раз выше действительной стоимости соответствующих услуг, т.е. совершение сделки имело место на заведомо и значительно невыгодных условиях, что свидетельствует о наличии явного ущерба для Общества.

В процессе рассмотрения дела истец уточнил основание иска, указав, что сделка, по его мнению, также является ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (мнимая сделка). В обоснование своей позиции истец указал, что здание фермы, переданное на хранение, является заброшенным, со свободным доступом. Часть имущества, переданного на хранение (сеялки, трактор, кормосмеситель и т.п.) в здании фермы отсутствуют. В подтверждение истец представил акты осмотра от 08.06.2023 с фотографиями. Заброшенное состояние фермы, по мнению истца, свидетельствует о том, что услуги хранения фактически не оказывались, должное хранение не обеспечивалось.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Лицо, полагающее свои права нарушенными, может избрать любой из перечисленных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) способов защиты права, а также использовать иной способ защиты права.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на момент совершения сделки) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки обе стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, то есть порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" формальное исполнение мнимой сделки (например, заключение договора купли-продажи и составление акта о передаче имущества с сохранением контроля за ним продавца во избежание обращения взыскания на имущество) не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной.

Для установления воли сторон в соответствии с положениями ст. 160, 421, 431, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе обстоятельства, при которых заключалась сделка, а также действия сторон по ее исполнению.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания признаков мнимости сделки возлагается на истца.

Согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Как пояснил директор Общества ФИО9, принимавший участие в судебных заседаниях по настоящему делу, целью заключения оспариваемого договора было обеспечение сохранности принадлежащего Обществу имущества, поскольку на момент совершения данной сделки Общество хозяйственную деятельность по месту нахождения имущества в с.Шеговары фактически не вело, штат сотрудников отсутствовал.

Суд, проанализировав условия договора хранения, а также представленные в материалы дела документы, касающиеся его исполнения, пришел к выводу, что между Обществом и ответчиком фактически сложились отношения, которые регулируются не нормами о хранении, а нормами о возмездном оказании услуг (гл. 39 ГК РФ). Как договор хранения, так и договор на охрану имущества имеют одну цель – обеспечение сохранности имущества. Однако эта цель достигается разными способами. В данном случае с учетом специфики имущества, являющегося объектом по договору (земельный участок, здания, система видеонаблюдения, расположенная в здании), оно не могло быть передано во владение хранителя. Фактически имущество не выбывало из сферы контроля Общества, ответчик лишь осуществлял охранные услуги силами привлеченного соисполнителя ФИО8

В материалы дела представлены договоры возмездного оказания услуг, заключенные между ответчиком и гр.ФИО8, по которым ФИО8, как исполнитель, обязался оказывать услуги по обеспечению сохранности имущества в месте его нахождения в с.Шеговары путем принятия мер по исключению доступа к имуществу посторонних лиц, в том числе проверять целостность замков, исправность электрических сетей и электрооборудования, устранять неисправности запорных устройств, оперативно реагировать на риски уничтожения имущества, повреждения, хищения имущества путем обращения в правоохранительные органы, органы пожарной охраны, аварийные службы и пр.

Кроме того на основании договоров возмездного оказания услуг ФИО8 обязался оказывать ответчику услуги по уборке снега (в летний период – скошенной травы), расчистке территории, разравниванию подъездных путей, противопожарному опахиванию территории механизированным способом, сезонному обслуживанию окон, дверей, смазке петель и запорных устройств.

Документами по исполнению этих договоров (акты оказанных услуг, платежные документы (том 2, л.д. 1-73) подтверждается, что ФИО8 соответствующие услуги оказывал, а АО "Северодвинск-Молоко" их оплачивало.

Третье лицо ФИО8 в ходе рассмотрения настоящего дела факт оказания услуг для АО "Северодвинск-Молоко" подтвердил.

Совокупность представленных в дело доказательств не дает оснований полагать договор хранения мнимой сделкой. Наличие со стороны истца отдельных замечаний к качеству оказанных услуг (проникновение на территорию посторонних лиц, ненадлежащее состояние отдельных элементов имущества и т.п.), само по себе не свидетельствует о мнимости оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах оснований для признания договора хранения недействительным на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ не имеется.

Еще одним основанием для оспаривания сделки истец называет статью 45 Закона №14-ФЗ.

Статьей 45 Закона №14-ФЗ в редакции, действующей на момент заключения оспариваемой сделки, предусмотрено, что сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, по основанию, предусмотренному названной нормой, сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. Сделка не может быть признана недействительной по данному основанию, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о признании недействительной сделки по указанному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, входит причинение явного ущерба стороне.

Как установил суд и подтверждается материалами дела, договор хранения от 08.02.2021 заключен между Обществом и его участником АО "Северодвинск-Молока", обладающим 51% в уставном капитале Общества.

С учетом изложенного, оспариваемый договор хранения является сделкой, в которой имеется заинтересованность.

В заявлении от 14.12.2023 ответчик признал, что договор хранения от 08.02.2021 является сделкой с заинтересованностью и заключен в отсутствие одобрения участников Общества.

При рассмотрении требования о признании сделки с заинтересованностью недействительной, суд обязан исследовать не только наличие или отсутствие одобрения оспариваемых сделок, но и насколько заключение и исполнение сделок было разумным и экономически оправданным для Общества.

В данном случае исполнение договора хранения осуществлялось ответчиком путем привлечения единственного соисполнителя ФИО8 Доказательства того, что для оказания охранных услуг ответчик привлекал иных лиц, или обеспечивал выполнение отдельных охранных мероприятий собственными силами и средствами, в материалы дела не представлены. Стоимость услуг ФИО8 составляла 32 500 руб. в месяц, в то время, как плата по оспариваемому договору хранения составляла 90 000 руб. в месяц, что свидетельствует о явном убыточном характере сделки для Общества.

В заседании 14.12.2023 ответчик заявил о признании иска по этому основанию. Признание подписано генеральным директором АО "Северодвинск-Молоко" ФИО12, полномочия которого подтверждаются выпиской из ЕГРЮЛ.

В соответствии с частью 3 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик вправе признать иск полностью или частично.

Признание иска (полное или частичное) рассматривается судом как презумпция согласия ответчика с материально-правовыми требованиями истца. Частью 5 статьи 49 АПК РФ установлено, что арбитражный суд не принимает признание ответчиком иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

В данном случае признание ответчиком иска принимается судом, поскольку оно не противоречит закону и не нарушает права других лиц, в том числе права корпорации.

Учитывая, что оспариваемый договор хранения является сделкой с заинтересованностью, заключен в отсутствие согласия истца, как участника Общества, его заключение и исполнение не было направлено к выгоде Общества, а напротив, повлекло для Общества убытки в размере необоснованного завышения стоимости фактически оказанных услуг, принимая во внимание заявленное ответчиком ходатайство о признании иска в этой части, требования истца подлежат удовлетворению, в связи с чем договор хранения от 08.02.2021 признается судом недействительным.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку в материалы дела не представлено доказательств невозможности возврата имущества, а сами стороны в заседании 14.12.2023 подтвердили наличие спорного имущества в натуре, суд считает, что требование истца о применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ответчика обязанности по возврату имущества, указанного в приложении №1 к договору, подлежит удовлетворению.

Поскольку при рассмотрении дела суд установил, что услуги по спорному договору ответчиком оказывались, то возврат сторон в первоначальное положение производится только в пользу Общества, которое передало по договору имущество. Спор о размере встречного предоставления (стоимости оказанных услуг) рассматривается в рамках дела №А05-2784/2023.

Расходы по государственной пошлине в силу статьи 110 АПК РФ и подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации относятся на ответчика в размере 30% от уплаченной государственной пошлины, а 70% госпошлины возвращается истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 106, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор хранения от 08.02.2021, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью "Шеговары" (ОГРН <***>; ИНН <***>) и акционерным обществом "Северодвинск-Молоко" (ОГРН <***>; ИНН <***>).

Применить последствия недействительности сделки путем обязания акционерного общества "Северодвинск-Молоко" (ОГРН <***>; ИНН <***>) возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Шеговары" (ОГРН <***>; ИНН <***>) имущество: здание фермы; здание фермы; земельный участок площадью 20 000 кв.м; корпус модульного молочного цеха КОЛАКС с пристройкой и холодильным оборудованием; сеялка СПУ-4д; сеялка СПУ-4л; трактор Беларус-2022.3-51.55; цистерна Г6-ОПА-5336; кормосмеситель АКМ-7; система видеонаблюдения; водонагреватель Термекс ER300V.

Взыскать с акционерного общества "Северодвинск-Молоко" (ОГРН <***>; ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) 1800 руб. расходов по государственной пошлине.

Возвратить ФИО2 (ИНН <***>) из федерального бюджета 4200 руб. государственной пошлины, перечисленной по чеку-ордеру от 30.05.2023 (операция 29).

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Судья


Е.Ю. Кашина