Постановление от 30 марта 2021 г. по делу № А40-58845/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

30.03.2021Дело № А40-58845/18

Резолютивная часть постановления оглашена 23 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 марта 2021 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего акционерного общества «Астерос» – ФИО1, по доверенности от 28.12.2020;

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 11.03.2020,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2021

о признании недействительной сделкой выплаты в пользу ФИО2 денежных средств в размере 7 221 000 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Астерос»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2019 акционерное общество «Астерос» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками перечислений должником в пользу ФИО2 денежных средств в общем размере 7 221 000 руб., которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2021, было удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представители лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалоб и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Заявленное в рамках настоящего обособленного спора требование мотивировано тем, конкурсным управляющим должника в ходе исполнениявозложенных на него обязанностей выявлено, что 29.12.2017 ФИО2 выплачена премия в размере 7 221 000 руб.

Полагая, что указанная сделка, а именно выплата премии работникуподлежит признанию недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку совершена в отсутствие на то правовых оснований в условиях неплатежеспособности должника, о чем ФИО2 было известно, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.

Суды обеих инстанций, признавая оспариваемую сделкунедействительной, исходили из доказанности совокупности обстоятельств,предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указав, чтоспорные сделки совершены должником в условиях его неплатежеспособности вотношении заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенными в пунктах 8 и 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63), неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в названном пункте, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным в пунктах 5 и 6 постановления от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Принимая во внимание время возбуждения дела (30.03.2018), суд первой инстанции правомерной отнес сделку, совершенную 29.12.2017, к подозрительной, поскольку она была совершена чуть более чем за три месяца и в пределах трехлетнего срока с даты возбуждения дела о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 работал в обществе-должнике в период с 14.03.2005 по 28.03.2018 в должности руководителя дирекции инфраструктурных и телекоммуникационных решений, а также, согласно протоколу от 20.09.2017 № 119 внеочередного общего собрания акционеров должника, входил в совет директоров должника.

Размер оплаты труда ФИО2 с 22.01.2018 составлял 542 500 руб. (до вычета налогов), трудовой договор был расторгнут 28.03.2018.

Приказом от 30.10.2017 № 55 ФИО2 был назначен с 30.10.2017 исполняющим обязанности технического директора.

В силу части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 132 ТК РФ, заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

В соответствии со статьей 135 ТК РФ, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, выплата стимулирующей переменной части зарплаты является исключительным правом работодателя, но не его обязанностью, и зависит от определенных критериев, установленных коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами работодателя.

Премии в отличие от окладов, постоянно действующих надбавок и доплат не являются гарантированными выплатами и зависят от многих факторов, например, достижения работником определенных производственных результатов.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС16-1744, начисление и выплата ответчику денежных средств, не являющихся компенсационными за проделанную работу, приводят к уменьшению размера имущества должника и причиняют вред имущественным правам кредиторов и самому должнику.

Судами установлено, что 29.12.2017 ФИО2 выплачена премия в размере 7 221 000 руб., в подтверждение чего в материалы дела представлены расчетные листы за декабрь 2017, а также реестр и платежное поручение.

В обоснование правомерности оспариваемой выплаты, ФИО2 ссылался на положение о премировании сотрудников от 14.04.2014 № 16/1.,согласно пунктам 1.1.5 и 1.1.6. которого премирование работников осуществляется на основе оценки результатов работы сотрудников.

Между тем, согласно указанному положению, премирование по результатам труда - право, а не обязанность компании и зависит от качества труда работников, финансового состояния и иных факторов, которые могут оказывать влияние на факт и размер премирования.

Премирование высшего руководства рассчитывается как процентноеотношение от суммы выручки за период квартал/год.

Размер премиального вознаграждения определяется индивидуально в трудовом соглашении (пункт 3.1.1 Положения о премировании).

Аналогичные положения содержатся в пункте 4.2.1 названного положения.

Суд первой инстанции, проанализировав приведенные пункты положения, пришел к выводу о том, что для выплаты данного вида премии необходимо соблюдение таких условий как, устойчивое финансовое состояние организации, наличие выручки в соответствующем периоде и качество труда работника, тогда как ответчику произведена выплата премии без равноценного встречного предоставления.

При этом важным является то, что ответчику произведена выплатапремии без равноценного встречного предоставления.

Как посчитал суд первой инстанции, доказательств устойчивогофинансового состояния организации, наличия выручки в соответствующемпериоде и качества труда ответчика выше обычного, материалы дела несодержат.

Выводы суда первой инстанции поддержал апелляционный суд, указав,что, достоверных и достаточных доказательств того, что имелись безусловныеоснования к выплате премии ответчику в указанном размере, материалы дела несодержат.

Судами также отмечено, что подтверждения того, что результатдеятельности ответчика был настолько значительным, что выплата ответчикупремии в указанном размере могла рассматриваться в качестве разумной иэкономически обоснованной, материалы дела не содержат.

К тому же, подтверждения того, что результат деятельности ответчика был настолько значительным, что выплата ответчику премии в указанном размере могла рассматриваться в качестве разумной и экономически обоснованной, в материалы дела не представлено.

В условиях функционирования должника, связанных с отсутствием прибыли и при наличии многомиллиардной задолженности перед кредиторами, выплата сотрудникам должника премий являлась экономически необоснованной и правомерно судом первой инстанции квалифицирована как злоупотреблением правом в силу статьи 10 ГК РФ, поскольку выплата премий сотруднику в размере, определяемом положением для высшего руководства компании, произведена за счет активов должника, в результате чего произошло уменьшение конкурсной массы, за счет которой возможен был расчет с кредиторами.

Суд первой инстанции, признавая сделку недействительной, исходил из того, что на момент ее совершения у должника имелась задолженность перед бюджетными учреждениями (вторая очередь) и иными кредиторами (третья очередь), требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

Как следует из анализа финансового состояния должника, на 31.12.2016 показатель текущих обязательств резко увеличился и на протяжении 2017 года также продолжал увеличиваться.

Коэффициент абсолютной ликвидности на 31.12.2016 находился ниже значения 0,2, что позволяло сделать вывод о том, что предприятие не в состоянии оплатить немедленно долговые обязательства, на 31.12.2017 коэффициент сохранял значение, не соответствующее нормальному, а на 31.12.2018 значение равно 0,06.

Также, судя по снижению коэффициента текущей ликвидности по состоянию на 31.12.2016 это свидетельствовало о том, что предприятие было не в состоянии оплачивать свои текущие обязательства и существовал высокий финансовый риск.

Коэффициент автономии (финансовой независимости) на 31.12.2016 позволял сделать вывод о том, что предприятие финансово неустойчиво и зависимо от сторонних кредиторов.

Доля просроченной кредиторской задолженности подтверждала тот факт, что в период с 2016-2018 наблюдалось ухудшение состояния задолженности перед кредиторами и увеличивались сторонние источники пополнения оборотных активов.

Рентабельность активов в период с 31.12.2016 по 31.12.2018 имела отрицательное значение, предприятие использовало активы с убытками.

Норма чистой прибыли составляла менее 10 % -доходность предприятия была достаточно низкой.

Кроме того, начиная с 2016 года, у должника появилась негативная тенденция финансово-хозяйственной деятельности.

Все значимые показатели: выручка от реализации, прибыль, рентабельности, имели ярко выраженную отрицательную динамику.

Вплоть до 2016 года должник успешно функционировал, являясь одним из лидеров в сфере создания инженерной инфраструктуры и систем физической безопасности зданий и сооружений.

В конце 2017 года экономическое положение должника стало критическим, фактически полученный финансовый результат значимо отличался от результатов, фиксируемых еще в начале 2017 года, исходя из которых были рассчитаны авансовые платежи по налогу на прибыль.

В период с 24.05.2018 по 12.05.2019 в отношении должника налоговым органом проводилась выездная налоговая проверка, по итогам которой, должник был привлечен к налоговой ответственности.

На момент совершения сделки, у должника было недостаточно денежных средств для исполнения своих текущих обязательств.

Принимая во внимание положения статьи 19 Закона о банкротстве, занимаемую ответчиком должность, суд пришел к выводу об осведомленности ответчика об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки, а равно о цели причинения вреда иным кредиторам, поскольку имеет место фактическая аффилированность.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что налоговые проверкипроведены после совершения спариваемых выплат, суд апелляционнойинстанции справедливо указал на то, что в данном случае имеет место периодналоговых доначислений, и осведомленность ответчика с учетом занимаемойдолжности (входил в Совет директоров) об обстоятельствах, которые позволяютсделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточностиимущества.

Принимая во внимание положения ст. 19 Закона о банкротстве,занимаемую должность ответчиком (входил в Совет директоров), суды сделалиобоснованный вывод об осведомленности ответчика об обстоятельствах,которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности илинедостаточности имущества на момент совершения сделки, а равно о целипричинения вреда иным кредиторам, поскольку имеет место фактическаяаффилированность.

Доводы о том, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности являлись предметом исследования суда первой инстанции и правомерно отклонены, поскольку выплата премий в предыдущие годы на основании указанного положения, не свидетельствует об аналогичности как выполненных ответчиком для должника работ, в условиях, отклоняющихся от нормальных, так и аналогичности финансовых показателей.

Согласно пункту 4 постановления от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе, не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Само по себе издание приказов о выплате премий при формальном наличии такой возможности во внутренних документах, не презюмирует и не подтверждает равноценность встречного предоставления со стороны ответчика, которое должно выражаться в виде количества и качества затраченного труда (сверх обычно выполняемой трудовой функции) эквивалентного размеру выплаченной премии.

Установление факта наличия (отсутствия) встречного предоставления со стороны ответчиков эквивалентного размеру выплаченных им премий, равно как и объяснений оснований премирования, является обстоятельством, подлежащим доказыванию ответчиком.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания спорных перечислений денежных средств недействительными сделками.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Поскольку кассационная жалоба рассмотрена по существу, введенное приостановление исполнения обжалуемых судебных актов подлежит отмене в силу статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2021 по делу № А40-58845/18 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Отменить введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 16.02.2021 приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020 и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2021 по делу № А40-58845/18.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.Л. Зенькова

Е.Н. Короткова