Постановление от 2 декабря 2019 г. ФАС ПО (ФАС Поволжского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-42333/2018

Дело № А65-11502/2017
г. Казань
03 декабря 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

в отсутствие:

лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Адгезив»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2019

по делу № А65-11502/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Адгезив» о включении требований в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука», г. Казань (ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2017 принято заявление открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука» (далее – должник, ОАО «КЗСК») о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.04.2018 заявление ОАО «КЗСК» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.09.2018 в отношении ОАО «КЗСК» введена процедура внешнего управления, исполнение обязанностей внешнего управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО1

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.04.2019 внешним управляющим утверждена ФИО2.

Общество с ограниченной ответственностью «Адгезив» (далее – ООО «Адгезив») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении требований в размере 96 589 415 руб. 96 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2019 в удовлетворении заявления ООО «Адгезив» отказано.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Адгезив» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2019 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных ООО «Адгезив» требований.

В обоснование жалобы приведены доводы о неправильном применении судами норм материального и процессуального права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующих обстоятельств.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, ООО «Адгезив» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования, указав в обоснование, что между должником (поставщик) и кредитором (покупатель) заключен:

1. Договор поставки № 12-А от 14.01.2016 на сумму 35 000 000 руб., в соответствии с условиями которого поставщик (должник) обязался поставить покупателю (заявителю) товар, наименование и количество которого определяются в приложении (спецификации), которое является его неотъемлемой частью, такие условия могут быть согласованы также путем выставления поставщиком счета на основании заявки покупателя, в этом случае счет имеет силу спецификации (пункт 1.1, 1.2 договора).

Согласно пунктам 2.3, 3.1 договора покупателем производится 100% предоплата товара, поставщик обязуется поставить товар в течение 10 дней с момента поступления денежных средств от покупателя.

Покупателем перечислены поставщику денежные средства в размере 35 000 000 руб. (платежные поручения от 15.01.2016 № 2 на 20 000 000 руб. и от 05.02.2016 № 12 на 15 000 000 руб.).

Соглашением от 29.07.2016 стороны расторгли данный договор ввиду неисполнения поставщиком обязательств по поставке товара, согласовав обязанность поставщика возвратить покупателю денежные средства в размере 35 000 000 руб., а также выплатить покупателю неустойку, рассчитываемую в виде процентов по ставке 20,5% годовых за фактический срок пользования денежными средствами.

В материалы дела представлены платежные поручения должника с назначением платежей «частичный возврат аванса по договору поставки 12 от 14.01.2016 за тиокол», а также платежные поручения с назначением платежей «частичный возврат» и «оплата неустойки» по указанному договору.

2. Договор поставки № 558 от 28.05.2015, заключенный сторонами на условиях, аналогичных вышеприведенным условиям договора поставки № 12 от 14.01.2016 (с учетом дополнительного соглашения от 11.01.2016).

Платежными поручениями покупатель в период с 29.05.2015 по 05.09.2015 произвел предоплату в общем размере 63 300 000 руб.

Согласно требованию заявителя поставщик поставил товар на общую сумму 24 891 982 руб. (по товарным накладным) и платежным поручением от 26.12.2016 произвел перечисление покупателю в сумме 3 360 000 руб.

3) Договоры займа:

– от 30.06.2016 № 1-А на сумму 4 255 000 руб. под 21% годовых на срок до 29.06.2017,

– от 11.11.2016 № 24-А на сумму 4 000 000 руб. под 20,5% годовых на срок до 10.11.2017,

– от 28.09.2016 № 21-А на сумму 4 000 000 руб. под 20,5% годовых на срок до 27.09.2017,

– от 04.08.2016 № 17-А на сумму 6 750 000 руб. под 20,5% годовых на срок до 03.08.2017,

– от 20.04.2016 № 10-А на сумму 1 870 000 руб. под 18% годовых на срок до 19.04.2017,

– от 20.04.2016 № 14-А на сумму 8 700 000 руб. под 21% годовых на срок до 10.07.2017.

Факт перечисления кредитором должнику денежных средств подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Ненадлежащее исполнение должником обязательств по вышеуказанным договорам послужило основанием для обращения кредитора (ООО «Адгезив») в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции и согласившийся с ним апелляционный суд руководствовались положениями статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума от 22.06.2012 № 35), пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), а также позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) (2).

Судами установлено, что денежные средства, перечисленные кредитором, получены им от АКБ «СПУРТ» (ПАО), являющегося аффилированным по отношению к должнику лицом, поскольку они входят в одну группу лиц, находящуюся под контролем конечного бенефициара ФИО4: акционерами должника являются ФИО4 и ООО «Газ-маркет», которые являются также акционерами АКБ «СПУРТ» (ПАО), ФИО4 является членом совета директоров должника и председателем правления АКБ «СПУРТ» (ПАО).

Установив, что денежные средства предоставлялись должнику путем оформления договоров поставки, которые стороны спустя непродолжительный период времени после предоставления денежных средств систематически расторгали с установлением платы за пользование денежными средствами, суды пришли к выводу о не типичности сложившихся между сторонами правоотношений, несоответствии их истинной воли совершению сделок по поставке товара и направленности сделок на создание опосредованных заемных правоотношений, фактической стороной которых являлось ПАО АКБ «СПУРТ».

Проанализировав представленные в материалы документы, суды установили, что в день получения займа заявителя по договору № 11-А денежные средства в размере 10 000 216, 80 руб. перечислены должником ООО «Арендные технологии» по соглашению о расторжении договора поставки № 1 от 08.02.2016.

В день предоставления средств по договору займа № 12-А (15.01.2016) денежные средства перечислены должником в размере 10 000 018, 56 руб. ООО «Арту» по соглашению к договору поставки № 6 от 21.11.2015, в размере 5 901 000 руб. ООО «Торговый дом КЗСК+» в счет погашения процентов по договору займа № 1-З от 24.06.2013, 2 700 000 руб. ему же в счет погашения процентов по договору займа № 13-З от 30.06.016, в размере 4 956 000 руб. ООО «Индория» по соглашению к договору поставки № 46 от 07.12.2015, 2 500 000 руб. ему же по соглашению к договору поставки № 12 от 06.04.2015.

В день перечисления средств по договору поставки № 558 (25.03.2016) денежные средства перечислены должником в размере 3 900 000 руб. ООО «Сагал» по соглашению к договору поставки № 1 от 27.01.2016; (11.04.2016) денежные средства в размере 14 157 000 руб. перечислены должником ООО «Торговый дом «Ирис» по соглашению к договору поставки № 1 от 25.02.2016.

Кроме того, из выписок по расчетным счетам ООО «Адгезив», ООО «Эктохим» следует, что денежные средства по договору займа № 17-А получены ООО «Адгезив» от ООО «Эктохим» по договору займа № 3-ЭК под 15,5% годовых и переданы должнику под 20,5% годовых.

В свою очередь, ООО «Эктохим» денежные средства в размере 9 000 000 руб. предварительно получены от должника по соглашению о расторжении договора поставки № 602 от 22.06.2016.

Денежные средства по договору займа № 21-А также получены ООО «Адгезив» от ООО «Химснаб» по договору займа № 25-ХБ под 16% годовых и переданы должнику под 20,5% годовых.

Суды отметили отсутствие разумных экономических мотивов участия аффилированных лиц в построенной указанным образом системе правоотношений; отсутствие доказательств целесообразности и экономической обоснованности заключения договоров внутри одной группы лиц, необходимости данного имущества должнику и реального использования при осуществлении хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, суды пришли к выводу о том, что поведение кредитора на протяжении длительного периода времени не осуществлявшего действия, направленные на взыскание задолженности, также свидетельствует о нестандартном характере отношений сторон и о том, что действительной целью сторон являлось не заключение договоров поставки и их исполнение, а осуществление транзита денежных средств между аффилированными лицами и искусственное наращивание задолженности в целях участия в распределении конкурсной массы.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума от 22.06.2012 № 35 разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71, пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны специальные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных формально и направленных на искусственное формирование задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оценив представленные сторонами доказательства с позиции статьи 71 АПК РФ, и установив, что сторонами с использованием группы подконтрольных лиц осуществлялись не имеющие экономического смысла сделки, основанные на факте участия в ОАО «КЗСК», не характерные для обычного делового оборота интереса и не отвечающие нормальной цели предпринимательской деятельности, которую в сравнимых обстоятельствах преследует любой участник хозяйственного оборота, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления кредитора.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ООО «Адгезив» не может признаваться лицом, предъявляющим требование с целью получения влияния на неправомерное распределение конкурсной массы в пользу группы лиц, в которую входит должник, ввиду нахождения Общества в процедуре несостоятельности отклоняются судебной коллегией.

Как усматривается из материалов дела, на момент предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов ООО «Адгезив» находилось в процедуре ликвидации, руководителем ликвидационной комиссии (ликвидатором) общества являлся ФИО5, являющийся единственным участником ООО «Адгезив».

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителей жалоб с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции, проверяющий, в соответствии со статьей 286 АПК РФ только законность обжалованных судебных актов, то есть соответствие выводов судов о примененной норме права установленным судами обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не вправе переоценивать выводы судов первой и апелляционной инстанций об установленных ими фактических обстоятельствах дела.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2019 по делу № А65-11502/2017 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья А.Р. Кашапов


Судьи А.Г. Иванова


В.А. Самсонов