Постановление от 17 января 2022 г. по делу № А50-32700/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8914/20

Екатеринбург

17 января 2022 г.


Дело № А50-32700/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2022 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Шершон Н.В., Сушковой С.А.,

при ведении протокола помощником судьи Песковой Ю.В. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Грузовые АвтоШины» ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.07.2021 по делу № А50-32700/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании через систему веб-конференции принял участие конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Грузовые АвтоШины» ФИО1 на основании решения от 17.04.2019 (предъявлен паспорт).


Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.04.2019 общество с ограниченной ответственностью «Грузовые АвтоШины» (далее – общество «Грузовые автошины», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий ФИО1, управляющий).

В арбитражный суд 03.03.2021 поступило заявление управляющего о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2021 заявление конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворено частично. Суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, приостановил производство по данному заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требований к ФИО3 отказал.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 определение суда первой инстанции от 23.06.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, конкурсный управляющий ФИО1 просит отменить определение суда первой инстанции от 23.07.2021 и постановление апелляционного суда от 11.10.2021 и принять по обособленному спору новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что в рамках рассмотрения обособленного спора по настоящему делу судами первой и апелляционной инстанций в определении от 07.09.2020 и постановлении от 20.02.2020 соответственно установлен факт заинтересованности ФИО3 и ФИО2 через участие в управлении обществом «Грузовые Автошины», а также одновременное отчуждение двух транспортных средств, являющихся единственным имуществом должника при наличии у последнего признаков неплатежеспособности на дату заключения сделок с целью недопущения обращения на него взыскания, что повлекло причинение вреда кредиторам, лишившимся возможности получить удовлетворение своих требований за счет реализованного имущества. По мнению управляющего, данные обстоятельства в силу положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение для рассматриваемого заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности. Между тем судами обеих инстанций вышеупомянутым фактам не дана правовая оценка.

Конкурсный управляющий ФИО1 в качестве основания привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности указал, что в период 24.10.2017 по 18.12.2017 она являлась участником общества «Грузовые автошины» с долей участия 50 %; равнозначная доля участия принадлежала ФИО2, и поскольку решение об одобрении крупных сделок принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, ФИО3, будучи участником должника, оказывала влияние на финансовое состояние общества «Грузовые автошины» при ее осведомленности о наличии признаках неплатежеспособности и непогашенной задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «Мишлен» (далее – общество «Мишлен»). Со ссылками на сложившуюся судебную практику податель жалобы считает, что неправомерные действия контролирующих лиц должника выражаются в принятии ими ключевых деловых решений – одобрение сделок, направленных на недопущение обращения взыскания на единственное ликвидное имущество общества «Грузовые автошины». Кроме того, судами в качестве доказательства приняты по внимание пояснения ФИО3 о порядке исполнения ею полномочий главного бухгалтера должника без учета наличия конфликта между ФИО2 и ФИО3

Заявитель жалобы также ссылается на нарушение норм процессуального права, выразившиеся в необоснованном приостановлении производства по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, в связи с тем, что управляющий такого ходатайства не заявлял.

Отзыв на кассационную жалобу, поступивший от ФИО3 10.01.2022, судом округа к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют доказательства направления их лицам, участвующим в деле. Фактическому возврату на бумажном носителе не подлежит, поскольку подан в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр».

Окружным судом отказано в приобщении к материалам кассационного производства копии приказа общества «Грузовые автошины» от 23.01.2012 № ПР2/12, поскольку новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Поскольку конкурсным управляющим ФИО1 не оспариваются выводы судов относительно требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и кассационная жалоба не содержит каких-либо доводов в данной части, судом округа судебные акты в отношении указанных требований не проверяются.

Законность и обоснованность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество «Грузовые автошины» зарегистрировано в качестве юридического лица 09.02.2011.

Учредителями (участниками) общества «Грузовые автошины» в период его деятельности являлись:

– с 09.02.2011 по 26.01.2012 – ФИО4 (доля 100%);

– с 27.01.2012 по 23.10.2017 – ФИО5 (50 % доли) и ФИО2 (50 % доли);

– с 24.10.2017 по 18.12.2017 – ФИО3 (50 % доли) и ФИО2 (50 % доли);

– с 19.12.2017 по 29.01.2018 – ФИО2 (100 % доли);

– с 30.01.2018 по настоящее время – ФИО6 (100 % доли).

Руководство обществом «Грузовые автошины» осуществляли следующие лица (руководители должника):

– с 09.02.2011 по 26.01.2012 – ФИО7;

– с 27.01.2012 по 30.01.2018 – ФИО2;

– с 31.01.2018 на дату открытия конкурсного производства – ФИО6.

Судами обеих инстанций установлено, что ФИО3 руководителем общества «Грузовые автошины» не являлась, обладала статусом участника общества с размером доли в уставном капитале 50 % непродолжительный период времени – с 24.10.2017 по 18.12.2017 (менее двух месяцев). Доля в обществе «Грузовые автошины» к ФИО3 перешла от ФИО5 в порядке наследования.

В качестве правового обоснования привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника со ссылками на положения статьей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) управляющий указал на неисполнение ими обязанности по передаче документов в нарушение положений статьи 126 Закона о банкротстве и действия (бездействия), повлекшие невозможность расчетов с кредиторами.

Ссылаясь на то, что имеются основания для привлечения вышеназванных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Рассматривая обособленный спор, суды пришли к выводу о подверженности материалами дела наличия правовых и фактических оснований для возложения субсидиарной ответственности на ФИО2 (непередача документов должника управляющему, реализация транспортных средств должника в период его неплатежеспособности – в октябре 2017 года, что впоследствии явилось предметом судебного оспаривания с применением последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника и его реализации в процедуре конкурсного производства; итоговая стоимость реализованных транспортных средств составила 1 416 850 руб., что существенно ниже стоимости, по которой его возможно было реализовать до совершения оспариваемых сделок), выводы о чем подателем жалобы не оспариваются и предметом проверки со стороны суда округа не являются.

Разрешая спор в остальной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам указанной (новой) редакции Закона о банкротстве.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также вышеприведенных правовых норм, при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника следует применять нормы материального права, действующие в период, когда имели место обстоятельства или были совершены действия, которые выступают основанием для привлечения к субсидиарной ответственности; иные обстоятельства, в том числе дата возбуждения дела о банкротстве, правового значения для определения подлежащего применению закона не имеют. Вместе с тем процессуальный порядок рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности определяется нормами, действующими в момент рассмотрения соответствующего заявления.

Установив, что обстоятельства, в связи с которыми управляющим заявлены требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу Закона № 266-ФЗ (в октябре 2017 года), суды первой и апелляционной инстанций обоснованно в соответствии с вышеприведенными разъяснениями заключили, что настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, действующих в соответствующий период, то есть положениями статьей 61.10, 61.11 Закона о банкротстве.

Отказывая в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям доведения должника до банкротства, суды обеих инстанций руководствовались положениями пункта 1 статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.11, подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и исходили из следующего.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).



Применительно к критерию № 1 необходимо отметить, что ФИО3, будучи участником общества «Грузовые Автошины» в период с 24.10.2017 по 18.12.2017, в силу незначительного периода времени нахождения в статусе участника общества, приобретения прав на долю в порядке наследования не приобрела статус контролирующего лица должника в том смысле, который придается данному понятию в статье 61.10 Закона о банкротстве и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Определению наличия критерия № 2 способствуют закрепленные в Законе о банкротстве презумпции существования причинно-следственной связи между поведением контролирующего лица и невозможностью погашения требований кредиторов.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций установили степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должника, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности общества «Грузовые автошины», отметив, что применительно к фактическим обстоятельствам, связанным с признанием сделки по предоставлению ФИО3 крупного займа под низкий процент на длительный срок, а также безвозмездное пользование автомобилем, какие-либо документально подкрепленные основания для вывода о принятии ФИО3 управленческих решений, дачи указаний по осуществлению хозяйственной деятельности либо иным образом оказания влияния на должника отсутствуют.

Судами обеих инстанций установлено, что в период нахождения ФИО3 в составе участников должника, а также после её выхода из состава правом на распоряжение счетами должника обладал руководитель общества «Грузовые Автошины» ФИО8 Доказательств наличия у ответчика доступа к счетам должника отсутствуют, лицо, наделенное правом второй подписи, отсутствовало.

Относительно ответчика ФИО3 суды отметили, что, несмотря на ее формально контролирующий статус, достаточных и веских доказательств в пользу того, что со стороны ответчика имели место конкретные действия (бездействия) или принятие решений, которые находились в причинно-следственной связи с введения должника в стадию объективного банкротства, материалы рассматриваемого обособленного спора не содержат; из неопровергнутых пояснений ФИО3 данных в рамках рассматриваемого заявления и иных обособленных споров следовало, что ею оказывались должнику услуги по сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности через дистанционную систему ТКС. Первичные документы со стороны руководителя ей не передавались, отчетность сдавалась посредством удаленного доступа к программе 1С на основании сведений, имеющихся в программе, в связи с тем, что ФИО3 осуществляла на постоянной основе трудовую деятельность в обществе с ограниченной ответственностью «Уралинойл» с режимом работы с 09:00 до 18:00 часов; документы на запросы по проверкам ИФНС ей предоставлялись в виде скан-копии. Исполнять обязанности по сдаче отчетности ФИО3 прекратила 30.04.2017.

Документального подтверждения наличия у ФИО3 документации в отношении должника, с помощью которой возможно пополнение конкурсной массы общества «Грузовые автошины» материалы дела не содержат.

Таким образом, проанализировав в совокупности материалы дела и установленные на их основании фактические обстоятельства, суды сделали обоснованные и мотивированные выводы о том, что в действиях/бездействиях ФИО3 отсутствует причинно-следственная связь с наступившими последствиями в виде невозможности расчетов с кредиторами, то есть наступления признаков объективного банкротства должника, вследствие чего правомерно отказали в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает, полагает, что выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя жалобы о заинтересованности ФИО3 и ФИО2 и осведомленности ответчика о невозможности общества «Грузовые автошины» исполнять обязательства перед кредиторами на дату заключения оспоренных сделок по отчуждению транспортных средств, установленная в определении от 07.09.2020 и постановлении 20.02.2020, судом округа отклонены, поскольку восстановление нарушенного права осуществлено путем применения последствий признания сделки недействительной (реституции); из приведенных пояснений управляющего в судебном заседании суда округа определение от 07.09.2020 исполнено, спорные транспортные средства возвращены в конкурсную массу должника и реализованы на стадии конкурсного производства.

Доводы управляющего о том, что исполнение реституционных требований в рамках конкурсного производства привело к негативным последствиям для конкурсной массы должника в результате действий ответчика по недопущению реализации транспортных средств до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), судом кассационной инстанции отклонены.

Привлекая контролирующее должника лицо, заявителю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) и возникновением у должника признаков объективного банкротства. Субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Судами обеих инстанций установлено, что подписание на общем собрании участников протокола об одобрении сделки по отчуждению имущества состоялось на следующий день после перехода к ФИО3 доли в уставном капитале общества в порядке наследования. Ответчик в рассматриваемых обстоятельствах фактически лишен возможности прибегнуть к средствам проверки сделки, имеющимся в арсенале корпоративного регулирования, в частности, соотнести финансовых рисков должника по заключаемой сделке с экономическим положением должника на дату ее совершения.

Предусмотренное пунктом 1 статьи 8 Федерального закона Российской Федерации № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) право на получение информации о деятельности общества, возникает с момента приобретения статус участника общества. Исходя из презумпции добросовестного поведения ответчика, нахождение ответчика в отношениях близкого родства с участником общества не свидетельствует об его осведомленности о хозяйственном положении должника до приобретения статуса участника. Данная презумпция управляющим не опровергнута. Последующие действия руководителя должника связанные с реализацией транспортных средств не могут быть вменены в вину участнику.

Вопреки позиции управляющего, действия ФИО3 по скорому выходу из состава участников общества «Грузовые автошины» обусловлены объективными причинами – приобретение доли в порядке наследования и наличие установленного судом конфликта между ФИО2 и ФИО3

При этом суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что действия по выходу из состава участников общества в период возникновения задолженности перед кредиторами нельзя характеризовать как недобросовестные или совершенные со злоупотреблением права, направленные на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника и повлекшие невозможность исполнения должником принятых на себя обязательств.

Возражения управляющего относительно допущенных судами процессуальных нарушений, выразившихся в необоснованном приостановлении производства по заявлению в отсутствие соответствующего ходатайства, окружным судом не принимаются во внимание, так как они заявлены без учета положений пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Исходя из вышеизложенного доводы, приведенные в кассационной жалобе, отклоняются судом округа как не нашедшие подтверждения в материалах дела, по существу сводящиеся к переоценке доказательств, исследованных судом первой и апелляционной инстанций. Однако к тому правовые основания отсутствуют, так как согласно статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, переоценка доказательств не входит в компетенцию суда округа.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являющихся основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые определение Арбитражного суда Пермского края от 23.07.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по делу № А50-32700/2018 подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 23.07.2021 по делу № А50-32700/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Грузовые АвтоШины» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий С.Н. Соловцов


Судьи Н.В. Шершон


С.А. Сушкова