Постановление от 16 октября 2019 г. по делу № А43-38871/2017

Дело № А43-38871/2017
город Владимир
16 октября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 9 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 октября 2019 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А.,

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

сельскохозяйственного производственного кооператива «Лен» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2019 по делу № А43-38871/2017, принятое судьей Елисейкиным Е.П.,

по заявлению конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) «Исток» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО2

о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля ГАЗ-3307 от 28.10.2015 № 6, заключенного между сельскохозяйственным производственным кооперативом «Лен» и сельскохозяйственным производственным кооперативом (колхоз) «Исток»,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) «Исток» (далее – СПК «Исток») в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о признании договора купли-продажи от 28.10.2015 № 6, заключенного должником с сельскохозяйственным производственным кооперативом «Лен» (далее – СППК «Лен»), недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности.

Требования основаны на статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 23.08.2019 признал недействительным договор купли-продажи от 28.10.2015 № 6, заключенный между СПК «Исток» и СППК «Лен»; обязал СППК «Лен» возвратить в конкурсную массу СПК «Исток» автомобиль ГАЗ 3307 2010 года выпуска, VIN <***> цвет темно-зеленый; взыскал с СППК «Лен» в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, СППК «Лен» обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то обстоятельство, что в водной части обжалуемого определения указано, что конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании договора купли-продажи от 28.10.2015 № 5 недействительной сделкой, в то время как в резолютивной части суд первой инстанции признал недействительной сделкой договор купли-продажи от 28.10.2015 № 6. Полагает, что суд первой инстанции признал недействительным не тот договор, который просил конкурсный управляющий.

Кроме того, заявитель жалобы считает, что суд первой инстанции не выяснил причины прекращения исполнения обязательств должником.

По мнению СППК «Лен», должник на дату совершения сделки не имел признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества. Заявитель полагает, что суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание заключение эксперта АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» от 27.07.2019, согласно которому СПК «Исток» не обладал признаками неплатежеспособности; в материалах дела отсутствуют доказательства увеличения размера обязательств должника в результате совершения спорной сделки.

Заявитель жалобы также поясняет, что требование основного кредитора акционерного общества «Россельхозбанк» (далее – Банк) было обеспечено залогом, а также поручительством. Согласно оценке, проведенной в рамках процедуры конкурсного производства СПК «Исток», рыночная стоимость имущества должника составляла 11 703 000 руб.; решением Тонкинского районного суда от 30.11.2015 обращено взыскание на залоговое имущество (зерноуборочный комбайн PCM-142 «Аgros-580», зерноуборочный комбайн PCM-142 «Аgros-530», автомобиль «КАМАЗ-45143» 2011 года выпуска, прицеп САЗАП-8551-02 2011 года выпуска) в пользу АО «Россельхозбанк» с установлением начальной продажной цены в общей сумме 12 800 000 руб.; в залоге у АО «Россельхозбанк» находятся земельные участки, рыночная стоимость которых, по состоянию на 26.11.2018 составляет 6 102 000 руб. С точки зрения заявителя, суд первой инстанции обязан был приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего до реализации имущества в процедуре банкротства СПК «Исток» и гражданина ФИО3

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий отзыв на апелляционную жалобу не представил.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей сторон, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между СПК «Исток» (продавцом) и СППК «Лен» (покупателем) заключен договор купли-продажи от 28.10.2015 № 6, по условиям которого продавец продает, а покупатель принимает и оплачивает трактор ГАЗ 3307 2010 года выпуска, VIN <***> цвет темно-зеленый.

Согласно пункту 3.1 договора цена техники составила 200 000 руб. Указанная сумма перечисляется в адрес продавца в срок до 31.12.2015.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.11.2017 принято к производству заявление Банка о признании СПК «Исток» несостоятельным.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2018 заявление Банка признано обоснованным, в отношении СПК «Исток» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 16.08.2018 СПК «Исток» признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введено конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2. Одновременно в отношении должника применены правила о банкротстве сельскохозяйственных организаций, предусмотренные параграфом 3 главы IX Закона о банкротстве.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании договора купли-продажи от 28.10.2015 № 6 недействительной сделкой.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 Постановления № 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассмотренном случае договор купли-продажи квартиры заключен 28.10.2015, то есть в течение двух лет до возбуждения производства по делу о признании должника банкротом (13.11.2017), соответственно, спорная сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки СПК «Исток» являлось учредителем СППК «Лен». Также учредителями являлись ФИО5, ФИО6; членами СПК «Исток» являются: ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО9. Собрание членов СПК «Исток», которым одобрено совершение оспариваемой сделки подписано ФИО9, ФИО5, ФИО10; Председателем СПК «Исток» являлся ФИО11.

Согласно представленной Главным управлением записи гражданского состояния Нижегородской области следует, что супругой руководителя СПК «Исток» является ФИО12. Родители ФИО13 – ФИО9, ФИО14. Родители ФИО5 – ФИО7, ФИО8.

Рассмотрев обстоятельства дела применительно к названной норме Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно признал должника и СППК «Лен» заинтересованными лицами.

Соответственно, именно СППК «Лен» как другая сторона сделки и заинтересованное по отношению к должнику лицо должен представить доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации СППК «Лен» не представил в материалы дела доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, СППК «Лен», являясь заинтересованным лицом, не мог не знать о финансовом положении должника.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед Банком по кредитным договорам от 28.03.2014 № 143905/0005, 143905/0004, от 29.08.2011 № 113905/0010, от 05.09.2011 № 113905/0012, от 14.09.2010 № 103905/0016 в общем размере 9 790 892 руб. 91 коп., которые подтверждаются вступившими в законную силу решениями Тонкинского районного суда Нижегородской области от 14.12.2015 № 2-457/2015, от 14.12.2015 по делу № 2-458/2015, от 23.10.2015 по делу № 2-454/2015, от 23.10.2015 по делу № 2-456/2015 и от 23.10.2015 по делу № 2-455/2015. Впоследствии требование Банка в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) СПК «Исток» включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества должника (определение от 28.02.2018).

Согласно представленному конкурсным управляющим экспертному заключению от 20.05.2019 № 12/2019, выполненному экспертом ФИО15 ориентировочная рыночная стоимость трактора на дату заключения оспариваемого договора составила 198 000 руб., то есть фактически совпадает со стоимостью спорного имущества, определенной сторонами.

Вместе с тем, доказательств оплаты по заключенному договору в материалах дела отсутствует.

СППК «Лен» в обоснование исполнения условий спорного договора по оплате трактора представил в материалы дела акт зачета взаимных требований от 28.10.2018, по условиям которого задолженность СППК «Лен» перед СПК «Исток» по оплате 200 000 руб. по договору купли-продажи от 28.10.2015 № 6 прекращена зачетом имеющейся у должника перед ответчиком задолженности по товарной накладной от 30.09.2014 № 3. Из указанной товарной накладной следует, что должник получил от СППК «Лен» сенаж на сумму 464 000 руб.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

В рассматриваемом случае СППК «Лен» судом первой инстанции предлагалось представить доказательства реальности поставки должнику сенажа на сумму 464 000 руб.

СППК «Лен», доказывая на наличие у него сенажа в значительном объеме, указанном в товарной накладной (580 000 кг.) ссылается на сведения о сборе урожая сельскохозяйственных культур по состоянию на 20.11.2014 СППК «Лен» (форма № 2 фермер).

Между тем в строке 1502 (сведения о естественных сенокосах на зеленый корм, сенаж, силос) указанной формы имеется информация о том, что фактических посевные площади под сенаж СППК «Лен» не использовались, урожай сенажа не собирался.

Кроме того, ответчик не представил суду сведений о работниках и техники, которая была использована им для заготовки сенажа в столь значительном объеме и отсутствия работников и специальной техники у должника.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации СППК «Лен» не представил в материалы дела доказательств реальности поставки должнику сенажа на сумму 464 000 руб.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание заинтересованность СППК «Лен» по отношению к должнику, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что представленный СППК «Лен» акт зачета встречных требований является мнимой сделкой, составлен сторонами исключительно с противоправной целью вывода имущества должника с целью недопущения за счет этого имущества удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств не усматривается оплата СППК «Лен» должнику по договору за переданный трактор.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в дело доказательства по правилам упомянутых норм процессуального права, суд установил, что предусмотренная оспоренным договором купли-продажи цена трактора фактически совпадает с ее рыночной стоимостью; на момент совершения оспоренной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, у СПК «Исток» имелись неисполненные денежные обязательства перед Банком, сделки совершены заинтересованными лицами, отсутствуют доказательства оплаты СППК «Лен» должнику за приобретенный по договору трактор, СППК «Лен» был осведомлен о причинении в результате совершения оспоренной сделки вреда имущественным правам кредиторов. При наличии у должника значительной кредиторской задолженности, в отсутствие какого-либо встречного исполнения, заключение спорной сделки привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно установил все юридически значимые обстоятельства для признания договора купли-продажи трактора от 28.10.2015 № 6 недействительным по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы жалобы об отсутствии доказательств неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки, а также доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов, не основаны на материалах дела, в связи с чем отклоняются судом апелляционной инстанции.

Ссылка заявителя жалобы о том, что имеющегося у должника имущества, находящегося в залоге у Банка достаточно для погашения требований кредиторов, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку данное утверждение носит предположительный характер. Кроме того, процедура банкротства СПК «Исток» происходит по специальному порядку, предусмотренному параграфом 3 главы IX Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 179 Закона о банкротстве при продаже имущества и имущественных прав должника – сельскохозяйственной организации арбитражный управляющий должен выставить на продажу на первых торгах предприятие должника.

Для целей Закона о банкротстве под предприятием должника понимается имущественный комплекс, предназначенный для осуществления предпринимательской деятельности (пункт 1 статьи 110 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 132 Гражданского кодекса Российской Федерации предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. В состав предприятия, как имущественного комплекса, входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (фирменное наименование, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 22.04.2014 № 12278/13, при оспаривании сделки по специальным основаниям (глава III.1 Закона о банкротстве) важное значение имеет установление факта наличия либо отсутствия в реестре кредиторов непогашенных требований и их размера. Суд не может признать сделку недействительной, если отсутствуют указанные требования, а также должен учитывать необходимость соразмерности цены реституционного иска величине таких требований.

Между тем, из представленных в материалы дела доказательств не следует, что в ходе дела о банкротстве СПК (колхоз) «Исток» залоговое имущество будет реализовано и в конкурсную массу поступят денежные средства достаточные для удовлетворения требований кредиторов и текущих платежей.

Доводы заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции обязан был приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки до завершения процедуры реализации имущества основного должника, а также то, что при наличии у заемщика достаточного для удовлетворения требований Банка имущества обращение последнего за исполнением к поручителю является злоупотреблением правом со стороны Банка, не принимается судом апелляционной инстанции, в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено право, а не обязанность залогодержателя на удовлетворение денежных требований к должнику за счет заложенного имущества.

Следовательно, залогодержатель по собственному усмотрению имеет право получить удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества или за счет основного должника или поручителей, то есть право выбора лица, к которому предъявляется требование, принадлежит кредитору.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде обязания СППК «Лен» возвратить в конкурсную массу СПК «Исток» автомобиль ГАЗ 3307 2010, переданный по договору купли-продажи от 28.10.2015 № 6.

Утверждение заявителя о том, что суд первой инстанции признал недействительным не тот договор, который просил конкурсный управляющий, опровергается имеющимся в материалах дела заявлением конкурсного управляющего, согласно которому конкурсный управляющий просит признать недействительным договор купли-продажи от 28.10.2015 № 6. Кроме того, сторонами не заключался иной договор по продаже аналогичного имущества.

Ссылка суда первой инстанции в водной части обжалуемого определения на договор от 28.10.2015 № 5 свидетельствует о допущенной технической ошибке, которая не привела к принятию незаконного судебного акта. При этом заявитель не лишен права обратиться в суд первой инстанции с заявлением по правилам статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2019 по делу № А43-38871/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу сельскохозяйственного производственного кооператива «Лен» – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Ю.В. Протасов

Е.А. Рубис