Решение от 28 июня 2021 г. по делу № А59-3531/2020

Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, дом 28, Южно-Сахалинск, 693024,

www.sakhalin.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А59-3531/2020
28 июня 2021 года
город Южно-Сахалинск



Резолютивная часть объявлена 21 июня 2021 года, в полном объеме решение постановлено 28 июня 2021 года


Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Кучкина С. В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Биоэкопром» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по договорам в сумме 13 743 970 рублей 00 копеек,


встречного иска общества с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» к

к обществу с ограниченной ответственностью «Биоэкопром»

о расторжении договоров № 2204119/0575Д от 26.08.2019 года и №2204119/0571Д от 26.08.2019


при участии:

от истца: ФИО2 доверенности от 04.06.2020, диплом (в режиме он-лайн),

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 20.12.2019 (на 3 года), диплом,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Биоэкопром» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» (далее – ответчик) о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по договорам в сумме 13 743 970 рублей 00 копеек, судебных расходов по оплате государственной пошлины в сумме 91 720 рублей.

Иск обоснован нарушениями со стороны ответчика как заказчика по договорам № 2204119/0571Д от 26.08.2019 «Услуги по сбору, транспортированию, утилизации нефтесодержащих отходов, грунтов в Ногликском районе Сахалинской области» и № 2204119/0575Д от 26.08.2019 «Услуги по сбору, транспортированию, утилизации нефтесодержащих отходов, грунтов в Охинском районе Сахалинской области», своих обязательств по передаче исполнителю объектов (шламонакопителей) в работу исполнителя в срок, необходимый для надлежащего исполнения обязательств, чем затягивает исполнение договоров, не передал объекты сразу же после заключения договоров, а передал только спустя 3 месяца, передает объекты в зимний период, не предоставляет по их требованию графики производства работ, что не позволяет им исполнить их обязательства исходя из климатических особенностей данных районов, что повлекло причинение им реальных убытков в виде:

- несения расходов на аренду земельного участка, используемого для целей обращения с отходами, в период с сентября 2019 по июнь 2020 в сумме 850 000 рублей,

- выплату заработной платы работникам, привлекаемым для осуществления комплекса работ по исполнению данных договоров в этот же период в размере 260 600 рублей,

- расходы по ежемесячной арендной плате спецтехники в размере 9 200 000 рублей.

Также полагают, что по вине ответчика у них образовались убытки в виде упущенной выгоды в связи с неполучением доходов, которые могли бы получить при обычных условиях исполнения договоров, в размере 5%, определенных в договорах в качестве размера рентабельности исполнителя (то есть возможное вознаграждение исполнителя услуг при надлежащем исполнении договорных обязательств), что составило: по договору № 0571Д - 2 140 498 руб. и по договору № 0575Д – 1 292 872 рубля.

Иск принят к производству суда, возбуждено дело № 59-3531/2020.

Также в суд обратилось ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» с исками к ООО «Биоэкопром» о расторжении договора № 2204119/0575Д от 26.08.2019 года (дело А59-3737/2020) и о расторжении договора №2204119/0571Д от 26.08.201 (дело № А59-3738/2020), в которых ссылается на ненадлежащее исполнение ООО «Биоэкопром» взятых на себя обязательств по утилизации нефтесодержащих отходов.

Определением суда от 14.09.2020 все данные дела объединены в одно производство, объединенному делу присвоен номер А59-3531/2020.

Рассмотрение дела неоднократно откладывалось, назначено на 21.06.2021.

В заседании стороны настаивали на своих доводах, истец просил их иск удовлетворить, в удовлетворении встречного отказать, ссылаясь на фактическое прекращение действия данных договоров в связи с истечением сроков их действия.

Ответчик против удовлетворения первоначальных требований возражал, указывая на вину истца по неисполнению его обязанностей по договорам в виде отказа в принятии переданных им в работу отходов, непредоставление для маркшейдерской проверки земельного участка № 65:23:0000015:269 , неуведомления их об изменении спец.техники, которую ответчик намерен был использовать для исполнения договоров, и непредоставление ее для обмеров и проверки, тогда как при заключении договоров им была предъявлена иная техника, отсутствие причинно-следственной связи между произведенными истцом выплатами его работнику и неисполнение сторонами спорных договоров.

Настаивал на встречных требованиях, указывая, что ответчик по встречному иску безосновательно неоднократно отказывался принимать у них в работу отходы, длительное время к работам не приступил, тогда как договоры продолжают действовать и по настоящее время, поскольку обязательства по ним не исполнены.

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам ст.70 АПК РФ, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, по итогам закупочной процедуры между ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» (далее - ООО «СМНГ», Заказчик) и ООО «БИОЭКОПРОМ» (Исполнитель) 02.09.2019 года заключены 2 договора:

1) № 2204119/0571Д от 26.08.2019 «Услуги по сбору, транспортированию, утилизации нефтесодержащих отходов, грунтов в Охинском районе Сахалинской области» (Договор № 0571Д);

2) № 2204119/0575Д от 26.08.2019 «Услуги по сбору, транспортированию, утилизации нефтесодержащих отходов, грунтов в Ногликском районе Сахалинской области» (Договор № 0575Д).

Согласно п.1.1 Договора № 0575Д, Исполнитель принимает на себя обязательства оказывать Заказчику в течение срока действия Договора с момента заключения по 31.12.2020 услуги в соответствии с Графиком оказания услуг (приложение № 7) по сбору, транспортированию и обезвреживанию/утилизации нефтесодержащих отходов ориентировочным объемом 6397 м3 с территории шламонакопителя м-р Мирзоева Ногликского района Сахалинской области в 2019 году и легитимному конечному размещению/реализации продукта утилизации, в т.ч.: в 2019 году - 2 500 м3; в 2020 году - 3 897 м3.

Согласно п.1.1. Договора № 0571Д, Исполнитель принимает на себя обязательства оказывать Заказчику аналогичные услуги в тот же период и в соответствии с Графиком оказания услуг, являющемуся приложением № 7 к оговору, ориентировочным объемом 10.645 м3 с территории шламонакопителей м-р Одопту Охинского района Сахалинской области и легитимному конечному размещению продукта утилизации, в т.ч.: в 2019 году - 4 800 м3; в 2020 году - 5 845 м3.

Пунктами 1.2 данных договоров предусмотрено, что Заказчик передает, а Исполнитель принимает нефтесодержащие отходы в собственность с момента подписании обеими сторонами Акта приема-передачи отходов на утилизацию (приложение № 12). После принятия промышленных отходов в собственность, Исполнитель осуществляет их вывоз (транспортирование) и дальнейшее обращение с отходами на производственных площадках Исполнителя, расположенных по адресу:

по договору № 0571/Д: Сахалинская область, район Охинский, в 500 метрах юго-восточнее с. Тунгор (кадастровый номер участка: 65:23:0000015:269);

по договору № 0575Д: Сахалинская область, Ногликский район, в трёх километрах западнее 696 км автодороги Южно- Сахалинск-Оха-Москальво, западнее с. Вал (кадастровый номер участка: 65:22:0000002:447).

Дополнительным соглашением № 1 от 11.11.2019 к договору № 0575Д изменено месторасположение производственной площадки исполнителя на площадку, расположенную на земельном участке с кадастровым номером 65:22:0000002:445 по аналогичному адресу (рядом расположенный земельный участок).

Этим же пунктом договоров (1.2) установлено, что после утилизации каждой партии отходов (т.е. объем, утилизированный и представляемый к оплате в отчетном месяце) в адрес Заказчика предоставляется пакет подтверждающих документов, согласно перечню (Приложение № 11). Исполнитель размещает продукт утилизации вне территории Заказчика, в соответствии с законодательством РФ.

Исполнитель осуществляет сбор нефтесодержащих отходов, производит вывоз с территории Заказчика собственными силами для дальнейшего утилизации, в соответствии с лицензией на деятельность по обращению с отходами I-IV классов опасности (в части сбора, транспортирования, обезвреживания/ утилизации нефтезагрязненных отходов III-IV классов опасности) выданной Управлением Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Сахалинской области 065 №00108/П от 12 июля 2019 года.

Утилизация нефтесодержащих отходов осуществляется силами Исполнителя по технологии: «Получение материалов рекультивационных из нефтесодержащих отходов и отходов бурения» (Технологический регламент ТР-001-17989831-2016 от 07.06.2016г.) в соответствии с положительным заключением государственной экологической экспертизы от 31.08.2016г., утверждённым приказом Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 06.09.2016г. №605.

В результате утилизации нефтесодержащих отходов образуется:

1) из нефтесодержащих отходов с содержанием нефтепродуктов >15% - материал рекультивационный «Технорекультивант», соответствующий ТУ-5717-001-17989831-2016,

2) из нефтесодержащих отходов с содержанием нефтепродуктов <15% - материал рекультивационный «Грунторекультивант», соответствующий ТУ-5717-004-17989831-2016.

Для определения технологической линии и получаемого продукта (Технорекультивант либо Грунторекультивант), в соответствии с ТР (п. 2.1.), перед началом работ по утилизации Исполнителем в присутствии Заказчика осуществляется параллельный отбор проб с целью определения содержания нефтепродуктов в передаваемых нефтесодержащих отходах с предоставлением соответствующих Актов отбора проб и результатов (протоколов) лабораторных исследований.

Согласно пункту 1.3 договоров, в рамках данных Договоров Заказчик передает Исполнителю следующие виды нефтесодержащих отходов, указанных в пункте 1.1:

- Грунт (песок), загрязненный нефтью (образованный в результате некатегорийных отказов трубопроводов),

- Шлам очистки емкостей и трубопроводов от нефти и нефтепродуктов.

Согласно пунктам 2.1, 2.2 договоров стоимость услуг определяется в соответствии с Протоколом согласования договорной цены на услуги по сбору, транспортированию утилизации отходов, грунтов (Приложении № 1) и объёмом фактически оказанных услуг.

Предельная стоимость услуг составляет:

по договору № 0571/Д - 53 940 550 рублей, 07 коп., в т.ч. НДС- 20% - 8 990 091 рублей 68 коп., из которых: на 2019 год - 24 322 652 рублей, 92 коп., в т.ч. НДС-20% - 4 053 775 рублей 49 коп.; на 2020 год - 29 617 897 рублей, 15 коп., в т.ч. НДС-20% - 4 936 316 рублей 19 коп.;

по договору № 0575Д - 32 580 384 рублей 90 коп., в т.ч. НДС-20% - 5 430 064 рублей 15 коп., из которых: на 2019 год - 12 732 681 рублей 30 коп., в т.ч. НДС-20% - 2 122 113 рублей 55 коп., на 2020 год - 19 847 703 рублей 60 коп., в т.ч. НДС-20% - 3 307 950 рублей 60 коп.

Пунктом 2.3 договоров предусмотрено, что стоимость услуг по договору включает в себя все затраты Исполнителя, связанные с исполнением обязательств, взятых на себя в рамках настоящего Договора, а также налог на добавленную стоимость (НДС 20%). В случае изменения ставки налога на добавленную стоимость, стоимость договора будет изменена (уменьшена или увеличена) соответственно.

Передача отходов на утилизацию производится на основании Актов приема-передачи отходов по форме, предусмотренной приложением № 12 к данным договоров, и в соответствии с пунктами 1.5 договоров фактический объем услуг определяется на основании документа, подтверждающего фактический объем переданных на утилизацию отходов - Акта приема-передачи отходов на утилизацию (приложение № 12).

В дальнейшем в данный пункт внесены изменения дополнительными соглашениями и определено, что фактический объем услуг определяется после фактической передачи отходов по результатам маркшейдерской съемки с оформлением итогового Акта приема - передачи отходов на утилизацию (Приложение № 12) на каждую партию переданных отходов (дополнительное соглашение № 1 от 22.11.2019 по договору № 0571Д и дополнительное соглашение № 1 от 11.11.2019 по договору № 0575Д).

Также приложениями № 7 к данным договорам установлены графики оказания услуг, согласно которым период начала работ по выемке и обезвреживанию/утилизации отходов – август 2019 года, окончание – октябрь 2020 г., с установлением ежемесячного объема отходов, подлежащего передаче на утилизацию, а также подлежащего утилизации:

по договору № 0571Д:

в 2019 г. – 4800 куб.м., в т.ч. август – 800 куб.м, сентябрь – 1500 куб.м, октябрь -1600 куб.м., ноябрь – 600 куб.м., декабрь – 300 куб.м.;

2020 год – 5845 куб.м, в т.ч.: январь – 300 кубм., февраль -300 куб.м., март – 400 куб.м., апрель – 500 куб.м., май – 500 куб.м., июнь 800 куб.м., июль 945 куб.м., август800- куб.м., сентябрь 700 куб.м., октябрь 600 куб.м. (т.3 л.д.80);

по договору № 0575Д:

в 2019 г. 2500 куб.м, в т.ч.: август – 600 куб.м, сентябрь –700 куб.м, октябрь -800 куб.м., ноябрь –5600 куб.м., декабрь– 200 куб.м.;

2020 год – всего 38978 куб.м., в т.ч.:: январь – 200 кубм., февраль - 200 куб.м., март – 300 куб.м., апрель – 400 куб.м., май – 400 куб.м., июнь - 500 куб.м., июль - 600 куб.м., август - 697 куб.м., сентябрь 400 куб.м., октябрь 200 куб.м. (т.4 л.д.125).

Однако в августе, сентябре и октябре 2019 года ответчик отходы подрядчику для осуществления работ не передал, а только в ноябре 2019 г. предпринял попытки по их передаче.

Так, по договору № 0571Д ответчик представил истцу на подписание Акт приема-передачи отходов на утилизацию 19.11.2019 (письмо № 41-01/15630), а по договору № 0575Д – 14.11.2019 (письмо № 41-01/15169).

26.11.2019 ответчик письмом № 41-01/15872 повторно направил истцу для подписания акт приема-передачи отходов в рамках договора №0575Д.

Также ответчик повторно направил истцу для подписания и принятия объектов в работу в рамках договора № 0571Д письмами от 19.11.2019 № 41-01/15629 и от 26.11.2019 № 41-01/15873.

Однако истцом Акты приема-передачи отходов для утилизации не были подписаны, тем самым отходы в работу не приняты.

В дальнейшем между сторонами велась длительная переписка, истец в своих письмах неоднократно предлагал ответчику установить им новый график выполнения работ (письма от 15.11.2019 № 77/376-БЭП65, 22.11.2019 № 77/394-БЭП65, 06.12.2019 № 77/437-БЭП, 15.01.2020 № 77/005-БЭП, 22.01.2020 № 77/008-БЭП65, 09.01.2020 № 77/011-БЭП, 23.03.2020 № 77/50-БЭП65, и прочее).

В свою очередь ответчик письмом от 27.12.2019 № 41-01/07629 указал о готовности перераспределить объемы, заложенные в 2019 году по договорам №№ 0571Д и 0575Д, на 2020 год, и предложил истцу подписать ранее направленные акты приема-передачи отходов, считать датой передачи участков –даты составления актов приема-передачи отходов с объектов, сообщить корректную дату начала оказания услуг подговорам с учетом мобилизации техники и персонала в 2020, направить им скорректированный график оказания услуг с учетом мобилизации техники и персонала, с указанием корректной даты начала оказания услуг, подготовить производственную площадку «Тунгор» к натурному осмотру и сообщить статус переоформления Лицензии с включением площадки «Одопту».

Письмом от 04.02.2020 № 41-01/01301 ООО «РН-СМНГ» направил истцу измененные графики оказания услуг, указав месяц начала работ – февраль 2020 года, а также предложено провести дополнительный совместный осмотр участков для составления дополнительных актов приема-передачи объектов в работу и проведением дополнительной маркшейдерской съемки.

Истец письмом от 07.02.2020 № 77/042-БЭП65 (направленном в ответ на письма ответчика от 04.02.2020 № 41-01/01301 и от 07.02.2020 № 41-01/01301-2) сообщил о предварительном согласовании ими представленных им уточненных графиков работ, указав, что они будут подписаны только после заключения дополнительного соглашения к договорам, тогда как заказчик до настоящего времени не инициировал вопрос заключения такого соглашения. А также уведомил заказчика о том, что лицензия на данный момент переоформлена, производственная площадка «Одопту» внесена в лицензию.

Письмом от 17.02.2020 № 41-01/01798 ответчик сообщил о готовности актов приема-передачи отходов по обоим объектам, пригласив представителя истца на подписание данных актов, однако в их подписании последним отказано со ссылкой на условия покрытия шламонакопителей снежным покровом.

В этой связи ответчик письмом от 21.02.2020 № 41-01/02079 сообщил о намерении провести расчистку шламонакопителя № 8 м/о «Одопту-море» к 28.02.2020, указав, что шламонакопитель «им.Р.С.Мирзоева» подготовлен к работам. Предложил согласовать и подписать приложенные к этому письму проекты графиков оказания услуг, а 28.02.2020 направить представителей для комиссионного выезда в целях урегулирования проблемных вопросов. Также предложил обновить данные по персоналу и автотранспорту для оформления пропусков на объекты, включая копии ПТС, паспортов сотрудников, их водительских удостоверений.

Данные графики также не были подписаны со стороны истца с указанием на неактуальность периодов работ, предложенных в этих графиках.

В дело представлены три проекта графиков, с отражением в них периодов начала работ – с декабря 2019 по октябрь 2020 г., с февраля по октябрь 2020, с марта по октябрь 2020 года, на те же общие объемы работ, в отношении которых между сторонами заключены договоры №№ 0571Д и 0575Д, с изменением объемов работ, приходящиеся на соответствующие месяцы работ.

Однако данные графики стороной истца не были согласованы и приняты к работе, дополнительные соглашения к договорам оказания услуг по изменению графиков работ сторонами также заключены не были.

До настоящего времени стороны к исполнению данных договоров не приступили, письмом от 13.05.2020 № 41-01/04910 ООО «РН-СМНГ» направил в адрес истца подписанные с их стороны Соглашения о расторжении договоров №№ 0571Д и 0575Д, предложив рассмотреть данные Соглашения и подписать и в 30-ти дневный срок, которые последним подписаны не были.

Ссылаясь на нарушение ответчиком сроков передачи объемов работ (ноябрь 2019 года вместо августа 2019 года) и невозможность выполнения данных работ по ранее согласованному договором графику работ, истец претензией от 11.06.2020 № 77/0906-БЭП65 потребовал от ответчика возмещения ему убытков в виде расходов по аренде земельных участков, по выплате заработной плате работнику, привлеченного для комплекса работ по исполнению данных договоров, расходов по ежемесячной арендной плате спецтехники с экипажем и упущенной выгоды, в общей сумме 13 743 970 рублей.

Ответчик письмом от 29.06.2020 № СХ-05853-20 отказал в возмещении данных убытков в полном объеме, указав, что ими направлены в адрес истца дополнительные соглашения о расторжении договоров.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения ООО «Биоэкопром» в суд с настоящим иском о взыскании убытков, и обращение ООО «РН-СМНГ» с требованиями о расторжении вышеуказанных договоров в виду существенного нарушения условий договора со стороны ООО «Биоэкопром».

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно пункту 12.1 данных договоров (имеющего аналогичные условия в обоих спорных договорах), стороны предусмотрели, что договор считается заключенным с даты его подписания всеми сторонами. Датой заключения настоящего Договора является наиболее поздняя из дат подписания, указанных в настоящем Договоре. В случае если условия настоящего договора, включая приложения/дополнительные соглашения к нему, указывают на возникновение отношений сторон до даты подписания договора, то положения настоящего договора распространяются на такие отношения сторон, возникшие с даты, указанной в договоре/приложении/дополнительном соглашении. Дата подписания договора не влияет на сроки исполнения обязательств по нему. Договор действует до 31.12.2020 г., согласно графику оказания услуг (Приложение № 7), а в части оплаты, до полной оплаты оказанных услуг, принятых Заказчиком.

Пунктами 13.1, 13.1.1 договоров предусмотрено, что они могут быть расторгнуты по соглашению сторон, либо в одностороннем порядке в случаях, предусмотренных настоящим договором. Заказчик вправе расторгнуть договор в целом или в любой его части (в том числе в части конкретного Технического задания) посредством направления Уведомления о расторжении, как это предусмотрено в настоящем Договоре, в том числе случае существенного и/или неоднократного неисполнения/ненадлежащего исполнения Договора, а также в случае существенного и/или неоднократного простоя Сервисных Компаний по вине Исполнителя.

Пунктом 13.2.1 установлены последствия расторжения договоров, согласно которому с даты расторжения Договора Исполнитель незамедлительно:

- прекращает оказание услуг и удаляет свое оборудование с места оказания услуг как указано в таком Уведомлении о расторжении, но не ранее момента, когда производственный объект может быть остановлен в безопасном состоянии, позволяющем продолжить безаварийное оказание услуг;

- предоставляет Заказчику или назначенному им лицу полное право доступа для приемки оказанных услуг или соответствующей их части;

- по требованию Заказчика осуществляет в пользу Заказчика уступки прав и обязанностей по Договорам субподряда в связи с исполнением настоящего договора, при наличии согласия Субподрядчиков/субисполнителей.

Также, согласно п.13.3, в случае расторжения Договора Заказчик выплачивает Исполнителю денежные средства за услуги, фактически оказанные до даты расторжения Договора, с учетом любых взаимозачетов, предусмотренных положениями настоящего Договора.

Таким образом, с учетом условий, установленных в пункте 12.1 договора, срок действия договоров установлен до 31.12.2020 г. с учетом сроков выполнения работ, предусмотренных графиком, являющимся приложением № 7 к договорам.

Как установлено судом, с момента заключения договоров стороны к их исполнению до настоящего времени не приступили, тогда как графиками выполнения работ и пунктом 12.1 договоров установлен срок их выполнения – до 31.12.2020 года, новые графики работ с установлением иного момента окончания выполнения работ сторонами согласованы не были, дополнительное соглашение к договорам о продлении сроков его действия также сторонами не заключалось.

При таких обстоятельствах суд признает, что с 01.01.2021 года данные договоры прекратили свое действие в связи с истечением срока, на который они заключались.

Согласно позиции Верховного суда РФ, высказанной в определении от 25.06.2013 N 18-КГ13-42, изменение или расторжение договора допускается в отношении договора, являющегося действительным.

Поскольку на момент рассмотрения дела данные договоры являются не действующими, то оснований для их расторжения не имеется, в связи с чем суд в удовлетворении требований ООО «РН-СМНГ» отказывает.

Доводы истца по встречному иску о том, что условиями договоров предусмотрено продление срока их действия до момента полного окончания исполнения всех обязательств суд признает несостоятельными, поскольку данные условия могут быть применимы при условии фактического исполнения сторонами их обязательств и их незавершения в установленный договором срок по каким-либо обстоятельствам, тогда как в данном случае стороны фактически не приступили к исполнению данных договоров, так как объемы работ не были приняты исполнителем в работу, он к исполнению своих услуг не приступил, соглашений об изменении порядка выполнения работ либо иных сроках их выполнения сторонами не достигнуто.

Разрешая требования истца о причинении ему убытков со стороны заказчика услуг и их возмещения, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства

Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В силу положений статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Следовательно, для привлечения контрагента к ответственности в виде возмещения убытков необходимо доказать совокупность следующих фактов: противоправное поведение контрагента, повлекшее причинение вреда, наличие убытков и их размер, причинную связь между противоправностью поведения и наступившими убытками.

В качестве убытков истцом указано на несение им расходов:

- по аренде земельного участка № 65:23:0000015:269 для обеспечения исполнения обязательств по договору № 0571Д в сумме 850 000 рублей (85 000 в месяц х10 месяцев – с сентября 2019 по июнь 2020);

- по аренде спецтехники: грузовой самосвал SCANIA P8X440 (25 000 рублей в месяц), грузовой самосвал SHAANXI SX325550R (250 000 рублей в месяц), бульдозер KOMATSU D65PX (370 000 рублей в месяц), экскаватор HITACHI ZX-330 (280 000 рублей в месяц), всего 1 150 000 рублей в месяц, за период с октября 2019 помай 2020 в сумме 9 200 000 рублей, с указанием на планирование использование данной техники для выполнения работ по обоим договорам в зависимости от часов использования;

- по оплате заработной платы работнику ФИО4, переведенного для исполнения условий спорных договоров на производственную площадку исполнителя с кадастровым номером 65:23:0000016:269 (в рамках договора № 0571Д), за период с сентября 2019 по июнь 2020 в сумме 260 600 рублей.

Факт несения истцом данных расходов подтверждается материалами дела:

- договором субаренды земельного участка № АР/1-2019 от 01.09.2019, заключенным между ООО «Декантер-Е» (арендодатель) и ООО «Биоэкопром» (арендатор), по условиям которого ежемесячная арендная плата определена в размере 85 000 рублей; актом приема-передачи данного земельного участка от 01.09.2019, ежемесячными актами оказанных услуг и платежными поручениями по внесения арендных платежей от 24.10.2019 на сумму 156 000 рублей, от 03.12.2019 на сумму 155 000 рублей, от 13.03.2020 на сумму 155 000 рублей, от 02.06.2020 на сумму 155 000 рублей, Актом сверки взаиморасчетов, согласно которому данные платежи приняты арендодателем, и определена задолженность арендатора в сумме 229 000 рублей;

- трудовым договором, заключенным 01.08.2019 между ООО «Биоэкопром» (работодатель) и ФИО4 (работник), согласно которому ФИО4 принят на работу в должности подсобного рабочего с обязательством приступить к работе с 01.08.2019 на неопределенный срок, установлением должностного оклада 20 000 рублей, приказом № 1/09-19 от 01.09.2019 о переводе ФИО4 для осуществления трудовых обязанностей на объект: полигон ТБО поселка Тунгор, расположенного по адресу: Сахалинска область, р-н Охинский, в 500 метрах юго-восточнее с.Тунгор, а также табелями учета рабочего времени за период с сентября 2019 по июнь 2020, справкой по форме 2-НДФЛ по начисленным и выплаченным работнику суммам и удержанным налогам, за 2019 год и за 2020 год;

- договором аренды техники № 20/О7Т от 01.10.2019, заключенного истцом с ООО «Биоэкоспас», приложением № 1 к которому предусмотрена передача в аренду истцу спецтехники для эксплуатации на территории Охинского района Сахалинской области: грузовой самосвал SCANIA P8X440 стоимостью ежемесячной арендной платы 25 000 рублей в месяц, грузовой самосвал SHAANXI SX325550R стоимостью ежемесячной арендной платы 250 000 рублей, бульдозер KOMATSU D65PX стоимостью ежемесячной арендной платы 370 000 рублей в месяц, экскаватор HITACHI ZX-330 стоимостью ежемесячной арендной платы 280 000 рублей (всего 1 150 000 рублей в месяц); Актом приема-передачи техники в аренду от 01.10.2019, ежемесячными актами оказанных услуг и платежными поручения по внесению арендных платежей от 23.06.2020 в размере 500 000 рублей, от 09.06.2020 в размере 230 000 рублей, от 18.06.2020 в размере 1 000 000 рублей, от 19.06.2020 в размере 150 000 рублей, от 02.07.2020 в размере 2 720 000 рублей, Актом сверки взаиморасчетов, согласно которому арендодатель принял данные платежи и сторонами определена задолженность арендатора в сумме 4 600 000 рублей.

Ответчик факт несения истцом данных расходов не оспаривался, а заявлено о несогласии с несением этих расходов именно в целях исполнения договоров №№ 0571Д и 0575Д и отнесение их к убыткам, возникшим по их вине, указывая на то обстоятельство, что земельный участок № 65:23:0000015:269 истец им для осмотра и маркшейдерской съемки не предъявлялся, в связи с чем он не мог использоваться для работ по договору № 0571Д, тогда как истцом им был предъявлен для осмотра иной земельный участок - № 65:23:0000012:1442, в отношении которого и проводилась маркшейдерская съемка;

- при заключении договора истец им предъявил иную технику, которая ими была проверена, в отношении заявленной в иске техники истец документы на нее им не предъявлял, о замене техники их не предупреждал, данная техника к осмотру не предъявлялась, в связи с чем она не могла быть допущена к работам;

- оплата труда работнику является обязательной для истца, и не находится в причинно-следственной связи с невозможностью исполнения им договора оказания услуг № 0571Д.

Истцом причинение ему убытков связывается с действиями ответчика по непередаче ему объемов работ в установленные договором сроки, неизменение графиков выполнения работ впоследующем, что, по мнению истца, повлекло невозможным принятием им данных объемов работ в иные сроки, не согласованные договором, и исполнение обязательств по оказанию услуг.

На основании пункта 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 названного кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 1 статьи 708 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу - приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывалось выше, графиками выполнения работ предусмотрено распределение всего объема работ, в отношении которых заключены данные договоры, на ежемесячные объемы, с августа 2019 по октябрь 2020 года, при этом на зимние месяцы работ (с ноября 2019 по март 2020) предусмотрено значительное уменьшение объемов работ, тогда как большая часть объемов работ предусмотрен к выполнению в период с августа по октябрь 2019 года.

Согласно пункту 1.2 договора, обязанность исполнителя по переработке нефтесодержащих отходов возникает с момента передачи их ему заказчиком и подписания сторонами Акта приема-передачи отходов на утилизацию.

По договору № 0571Д ответчик впервые представил к передаче отходы по Акту приема-передачи отходов на утилизацию 19.11.2019 (письмо № 41-01/15630), а по договору № 0575д – 14.11.2019 (письмо № 41-01/15169).

При этом, до этого момента со стороны ответчика каких-либо обоснований невозможности передачи отходов на утилизацию в момент заключения договоров в адрес истца не указывалось, суду доказательств невозможности передачи отходов не представлено.

Доводы ответчика о невозможности передачи отходов по причине непредоставления истцом для осмотра и маркшейдерской проверки земельного участка № 65:23:0000015:269 как обстоятельства, препятствовавшего передаче отходов в работу, суд отклоняет, поскольку условиями договора не предусмотрена обязанность исполнителя услуг по предоставлению земельного участка для осмотра и маркшейдерской проверки до момента передачи отходов в работу.

При этом, судом установлено, что данный земельный участок определен в договоре как участок, на котором осуществляются данные работы, сведения об этом участке были заявлены истцом при проведении торгов и подаче заявки на участие в них, в связи с чем ответчик знал о том, на каком участке должны производиться работ, имел возможность его осмотреть и составить все необходимые ему акты, что им сделано не было.

Кроме того, договором не установлены сроки передачи отходов в работы как зависящие от каких-либо обстоятельств (передача участка на осмотра, техники, иное), тогда как договором установлен момент начала выполнения работ – момент заключения договора, и установлены объемы работ в графике, являющемся приложением к договорам, в связи с чем заказчик, действуя разумно и добросовестно, обязан был принять все меры к тому, чтобы незамедлительно после заключения договора передать все объемы, предусмотренные договорами, исполнителю в работу, что им сделано не было.

При таких обстоятельствах, суд признает, что в период с момента заключения договоров до предъявления ответчиком объемов работ к передаче (по договору № 0571Д – 19.11.2019, по договору № 575Д – 14.11.2019) истец не имел возможности выполнять работы по вине ответчика, и, соответственно, понесенные им расходы для выполнения данных работ, являются его убытками по вине ответчика, не обеспечившего возможность исполнителю приступить к работам.

В дальнейшем, после предъявления заказчиком работ к их исполнению истец отказался от их принятия, ссылаясь на невозможность выполнения работ по имеющемуся графику работ и возможность выполнения таких работ только после его изменения и заключения дополнительного соглашения к договору, определяющего иные сроки выполнения работ.

Данные доводы истца суд признает несостоятельными, поскольку сам по себе факт нарушения сроков передачи объемов отходов в работу не препятствовал истцу выполнять работы после передачи ему этих объектов, в том числе как в объемах, установленных на каждый месяц работ, так и в иных объемах, определяемых с учетом фактической ситуации, поскольку к работе передается не единые (неделимый) объект, а отходы в определенном количестве, переработка которых возможно как в объема, предусмотренных графиками работ, так и в иных объемах (в том числе в большем количестве, чем предусмотрено графиками, так и в меньшем количестве, исходя из конкретных обстоятельств, препятствующих их выполнению).

Ссылка истца на то обстоятельство, что они не могли принять и выполнить объемы работ в объемах, предусмотренных на 2019 год в течение этого года, сама по себе не свидетельствует о невозможности выполнения работ в объема, предусмотренных на каждый месяц.

Также несостоятельны доводы истца со ссылкой на ранее возникшую у них с ответчиком аналогичную ситуации (в 2017 году), когда они приняли работы с нарушением сроков их передачи, а в дальнейшем ответчик предъявил им требования о неустойки, и иной ответственности за нарушение сроков выполнения работ, поскольку само по себе право заказчика на предъявление требований об ответственности к исполнителю услуг не свидетельствует об их безусловном характере, тогда как истец вправе был предъявлять к ответчику взаимные требования, основанные на нормах права, в том числе абзаца 2 п.1 ст.401 ГК РФ, устанавливающей основания невиновности стороны обязательства.

Кроме того, обстоятельства нарушения сторонами обязательств, возникших в 2017 году, не имеют преюдициального значения для разрешения данного спора, поскольку они возникли в рамках иных договорных отношений и по иным основаниям, а также судебный спор по данным отношениям (дело А59-5247/2019) до настоящего времени не разрешен.

Также истцом указано на то обстоятельство, что ответчик, с учетом допущенных им нарушений сроков передачи объектов в работу, не представил им актуальных графиков работ, с учетом которых они могли бы приступить к выполнению работ.

Между тем, как установлено судом, ответчиком неоднократно предпринимались попытки согласовать с истцом новые графики работ, однако ответчик данные графики также не принимал, ссылаясь на позднее их представление им, тогда как в них отражены работы за предыдущий месяц до даты передачи им данных графиков.

При этом истец, как добросовестный участник данных договорных отношений, со своей стороны своих предложений по графику выполнения работ в отношении тех объемов, которые им должны были быть выполнены в рамках данных договоров, ответчику не предъявлялись, с инициативой по заключению дополнительных соглашений к договорам по изменению сроков работ к ответчику не обращался, указывая в суде на то обстоятельство, что данная инициатива должна исходить только от ответчика.

Однако, ни нормами Гражданского кодекса РФ, ни нормами Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц", в рамках которого заключались спорные договоры, не устанавливает ограничений по кругу участников договорных отношений, которые могут выходить с инициативой о заключении дополнительных соглашений по изменению условий договора.

Не выходил истец и в суд с иском об урегулирования разногласий, связанных с изменением сроков выполнения работ.

При этом из представленной в дело переписки сторон следует, что истец фактически отказался от исполнения условий договора на тех условиях, которых он был заключен, заявляя перед ответчиком не только о несогласии с графиками выполнения работ, но и с иными условиями договора, определяющих, в том числе, порядок определения объемов выполненных работ, тогда как ответчик в своих письмах указывал на возможность урегулирования данных вопросов в ходе фактического выполнения работ и предлагал пути урегулирования данных вопросов.

С учетом изложенного, суд признает, что после предъявления ответчиком объектов для работы с их стороны препятствий по неисполнению договоров не имелось, в связи с чем вины ответчика в несении истцом расходов для организацию выполнения его обязательств по данным договорам не имеется, поскольку ответчик не препятствовал истцу в выполнении его обязательств.

В этой связи с удовлетворении требований о возмещении расходов, связанных с периодом после 14.11.2019 (по договору № 0575Д) и 19.11.2019 (по договору № 0571Д) суд отказывает, тогда как требования истца за период с 01.09.2019 по день предъявления ему объектов в работу являются обоснованными.

Рассматривая требования истца о размерах убытков, суд приходит к следующему.

Суд признает, что по вине ответчика истец понес убытки в виде несения арендных платежей за земельный участок № 65:23:0000015:269 за период с сентября 2019 по 19.11.2019 в размере 222 096,77 рублей (по 85 000 рублей за сентябрь, октябрь и 525 096,77 рублей за 19 дней ноября), поскольку именно этот участок указан сторонами в договоре как участок, на котором подлежали выполнению работы по договору № 0571Д, в связи с чем расходы истца по аренде этого участка суд признает относимыми к выполнению работ по договору № 0571Д, и подлежащими возмещению со стороны ответчика.

В отношении убытков в виде оплаты труда рабочему ФИО4 суд признает их не подлежащими возмещению истцу, поскольку данные расходы истца не находятся в причинно-следственной связи с неисполнением ответчиком его обязательств по договору оказания услуг.

В силу статей 2, 22, 136 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) выплата заработной платы является обязанностью работодателя, возникающей в результате заключения трудового договора между работником и работодателем.

Как следует из трудового договора, заключенного с ФИО4, он был принят истцом для выполнения трудовой функции по должности подсобного рабочего, и с 01.09.2019 его местом работы определен объект, взятый истцом в аренду – земельный участок № 65:23:0000015:269 .

Из пояснений истца следует, что в период спорных правоотношений истец данный земельный участок использовался под стоянку спецтехники, а ФИО4 осуществлял функции по обеспечению сохранности участка и расположенных на нем объектов.

Тем самым ФИО4 осуществлял свои трудовые функции, за выполнение которых истцом и была произведена оплата его труда. Сведений о том, что истец не мог обеспечить работника работой, предусмотренной его трудовым договором, и было вынуждено нести расходы в виду невозможности использования арендованного земельного участка по его целевому назначению истцом не указано и доказательств этому в дело не представлено.

Доводы истца о том, что произведенные работнику выплаты являлись оплатой времени простоя, опровергаются материалами дела.

Понятие «простоя» дано в статье 72.2 Трудового кодекса РФ, согласно которому простой – это временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.

В соответствии со статьей 157 ТК РФ время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника.

Время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Время простоя по вине работника не оплачивается.

Таким образом, период простоя определяется работодателем его внутренним актом (приказом, распоряжением), с указанием его периода и оснований его возникновения, а также определяется система оплаты труда, о чем работник в установленном порядке предупреждается.

Из материалов дела следует, что ответчиком простой работнику по каким-либо основаниям не объявлялся, заработная плата выплачивалась в полном объеме исходя из фактического выполнения работником его трудовых функций, трудовые функции работника ФИО4 не связаны с выполнением истцом работ по утилизации отходов.

При таких обстоятельствах, суд признает, что понесенные истцом расходы на оплату труда ФИО4 не находятся в причинно-следственной связи с непередачей ответчиком своевременно отходов для утилизации, в связи с чем не подлежат возмещению последним.

Расходы истца на уплату арендных платежей за аренду спецтехники суд также признает не относящимся к расходам, находящиеся в причинно-следственной связи с непередачей ответчиком истцу отходов, в связи с чем не подлежат ему возмещению, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 5.1.15 Договоров, исполнитель обязан предоставить на каждого своего работника или работника субподрядной организации, а также на технику и транспортные средства на период оказания услуг на объекте Заказчика необходимые сведения для оформления пропусков, обосновывающих нахождение данного работника/техники, транспортного средства на производственном объекте Заказчика: сведения по форме Приложения №17, копии ПТС, копии паспортов сотрудников с пропиской, копии водительских удостоверений/документов на право управления транспортным средством, ФИО лица, ответственного за соблюдение трудовой и производственной дисциплины подрядного и субподрядного предприятии, при оказании услуг на объекте Заказчика.

Пунктом 5.1.30 договоров предусмотрено, что транспортирование отходов осуществляется транспортными средствами, оснащенными навигационной спутниковой системой, позволяющей осуществлять мониторинг транспортных средств. Исполнитель обязан произвести оснащение системой GPS/TJIOHACC навигации, транспорт, осуществляющий транспортирование нефтесодержащих отходов с места сбора, до места утилизации, а также, транспортирования продукта с места утилизации до места конечного легитимного размещения /реализации с предоставлением в адрес Заказчика данных объективного контроля (трекеров) в комплекте документов, предусмотренных к предоставлению Приложением № 11 к Договору.

Судом установлено, что в период действия Договоров, ООО «БЭП» неоднократно направляло сведения по форме приложения №17 с указанием привлекаемых ТС, номеров технических паспортов, номеров ТС, что подтверждается письмами от 05.09.2019 № 651711, 05.03.2020 № 77/92-БЭП и проведенными аудитами.

При этом, из представленных в дело актов проверки транспортных средств, представленных истцом ответчику для осмотра в целях подтверждения возможности их использования для оказания услуг по спорным договорам, после заключения договоров ООО «БЭП» предъявило к осмотру КАМАЗ 6520-73 гос.номер М671AM 750, КАМАЗ 6520-73 гос.номер М672AM 750 и КАМАЗ 6520-73 гос.номер М673AM 750, результаты проверки которых ответчик сообщил истцу письмом от 17.09.2019 № 41-01, что истцом не опровергалось.

В дальнейшем, письмом от 19.03.2020 № 66/1903.20 ООО «БЭП» уведомило ответчика о замене ранее привлеченной техники, представив обновленные сведения по персоналу и техники планируемых к задействованию в рамках оказания услуг, в которых указало на задействование 3-х грузовых самосвалов с гос.номерами Н445АС65, Н533АС65, М292УК65, что также истцом не опровергалось.

Сведений о том, что истец заменил в рамках договорных отношений в спорном периоде (с октября 2019 года) спецтехнику на иную технику, в отношении которой истцом представлен в дело договор аренды № 20/Т от 01.10.2019, с уведомлением об этом заказчика и предъявлением ему документов на новую технику, а также предъявлением техники на аудит, истцом в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд находит, что истцом не представлено доказательств заключения договоров аренды на вышеуказанную технику именно в целях оказания истцом услуг по договорам №№ 0571Д и 0575Д.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что в спорный период времени между сторонами имелись отношения по иным договорам, в рамках которых истец также имел возможность использовать данную технику, что им фактически и было подтверждено в письме от 22.11.2019 № 77-394-БЭП65, указывая заказчику, что по причине срыва сроков передачи объектов в работу, техника и персонал производственной площадки Тунгор демобилизован и задействован на других объектах (по договору № 0571Д), а также указано на аналогичную ситуацию и по договору № 0575Д.

Об этом же истцом было указано ответчику и в письме № 77/437-БЭП от 06.12.2019 с указанием на то обстоятельство, что о мобилизации техники они уведомляли ответчика письмом от 15.11.2019 № 77/276-БЭП.

Из данных писем истца следует, что фактически в период нарушения ответчиком сроков передачи объектов в работу и в отношении которого заявлены убытки на уплату аренды техники и признанного судом в качестве периода, в отношении которого истец вправе претендовать на возмещение убытков (с октября по 19 ноября 2019), истец всю ранее запланированную для данной работы технику направил для работы на иные объекты, при этом сведений о наличии у него 4-х видов техники, арендованной по договору № 20/Т от 01.10.2019 (грузовой самосвал SCANIA P8X440, грузовой самосвал SHAANXI SX325550R, бульдозер KOMATSU D65PX, экскаватор HITACHI ZX-330), истец ответчику не передавал, данную технику как планируемую для использования в рамках договоров №№ 0571Д и 0575Д не заявлял и заказчику к осмотру не предъявлял.

С учетом изложенного, суд признает заявленные истцом расходы на оплату аренды указанной техники не подлежащими возмещению ответчиком в качестве убытков, поскольку доказательств несения данных расходов именно в целях обеспечения исполнения обязательств по договорам №№ 0571Д и 0575Д истцом не представил.

Истцом также заявлено о возмещении ему убытков в виде упущенной выгоды, размер которой им определен исходя из предусмотренной сметой по данным договором рентабельности этих договоров (то есть размера получаемого истцом вознаграждения) в размере 5%.

По смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При этом необходимо представить доказательства реальности получения такого дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и пр.) (Определение Верховного суда РФ от 23.01.2018 по делу N А34-5796/2016).

Обосновывая требование об упущенной выгоде, истцом указано на планируемое им получение доходов в размере сумм, определенных в сметах в качестве сумм рентабельности, тогда как по вине ответчика они не смоги приступить к работам и, соответственно, получить данные суммы.

Вместе с тем, как уже указывалось судом, суд не усмотрел наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика по несвоевременной передачи объектов в работу (для утилизации) и фактическим неисполнением договоров в период их действия, тогда как выплата сумм рентабельности связано с оплатой истцу вознаграждения за фактически выполненную им работу.

Учитывая выводы суда о том, что истцом не доказано невозможности принятия работ с нарушением начальных сроков передачи объекта и невозможности выполнения работ по договорам, суд находит, что неполучение истцом денежных средств в виде сумм рентабельности не находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением ответчиком начальных сроков передачи объектов работу, а связано с отказом истца в принятии данных объектов от истца с ноября 2019 года, тогда как до окончания срока действия договора у истца имелась реальная возможность выполнить условия договора и получить все причитающиеся по данному договору выплаты, в том числе, суммы рентабельности.

В этой связи суд отказывает истцу в удовлетворении требования о взыскании с ответчика сумм убытков в виде упущенной выгоды.

На основании ст.110 АПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы пропорционально удовлетворенной части иска, что составляет 1,62% от цены иска.

Судебные расходы истца по встречному иску возмещению ему не подлежат в виду отказа судом во встречных исковых требованиях в полном объеме.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Иск общества с ограниченной ответственностью «Биоэкопром» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» убытки в виде расходов на аренду земельного участка в размере 222 096 рублей 77 копеек, судебные расходы по уплате государственной пошлин в размере 1 485,87 рублей, всего 223 582 рубля 64 копейки.

В остальной части иска – отказать.

Иск общества с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Сахалинской области.


Судья

С.В. Кучкина