Решение № 2-1427/2020 2-1427/2020~М-1032/2020 М-1032/2020 от 17 ноября 2020 г. по делу № 2-1427/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2020 года Центральный районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Панина С.А.,

при секретаре Зароченцевой Е.В.,

с участием:

прокурора Лемешевой А.Г.,

представителя истца ФИО9 Ц.Е.Ц. на основании ордера и по доверенности адвоката Степанова Д.В.,

представителя ответчика Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения Филиала ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге по доверенности в порядке передоверия ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 Цыден-Еши-Цыреновича к Воронежскому отряду Ведомственной охраны – структурному подразделению филиала Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании суммы среднего заработка за период вынужденного прогула в сумме 183 493,57 руб., денежной компенсации морального вреда в размере 50000 руб.,

установил:

Истец ФИО9 Ц.Е.Ц. обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 17 февраля 2013 года между ним и ответчиком был заключен трудовой договор №, согласно условиям которого истец был принят на работу в Воронежский отряд Ведомственной охраны – структурное подразделение Филиала федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге в стрелковую команду <адрес> по профессии стрелок; 04.02.2020 после учебных стрельб у истца появились симптомы похожие на <данные изъяты> 05.02.2020 после явки истца на место работы, воспользовавшись беспомощным болезненным состоянием и тем, что он не отдавал отчет своим действиям, у истца было отобрано заявление об увольнении и подписан некий пакет документов, на основании которого трудовой договор был расторгнут; согласно листку нетрудоспособности, истец был госпитализирован в стационар БУЗ ВО <адрес> больница 06.02.2020, согласно эпикризу у истца во время стационарного лечения в указанном учреждении было выявлено <данные изъяты>, установлено, что у истца состояние средней тяжести; истец полагает, что с учетом данных обстоятельств его увольнение было незаконным (л.д. 4 – 6).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания 27 мая 2020 года, к производству суда принято уточненное исковое заявление истца об увеличении исковых требований, в котором он просил признать незаконным увольнение, восстановить его на работе, взыскать с ответчика в его пользу сумму среднего заработка за период вынужденного прогула в сумме 68526,70 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., всего 118526,70 руб. (л.д. 129 – 130).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания 18 ноября 2020 года, к производству суда принято уточненное исковое заявление истца об увеличении исковых требований, в котором он просит признать незаконным увольнение, восстановить его на работе, взыскать с ответчика в его пользу сумму среднего заработка за период вынужденного прогула в сумме 183493,57 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., а всего 233493,57 руб. (л.д. 211 -212).

В судебном заседании представитель истца ФИО9 Ц.Е.Ц. на основании ордера и по доверенности адвоката Степанов Д.В. уточненные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении; ходатайство о восстановлении срока обращения за разрешением индивидуального трудового спора не поддерживал, поскольку срок обращения в суд не попущен, так как до настоящего момента трудовая книжка истцом не получена.

В судебном заседании представитель ответчика Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» в лице Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения филиала Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге по доверенности в порядке передоверия ФИО10 возражала против удовлетворения искового заявления по основаниям, изложенным в возражениях на иск и дополнительных возражениях на иск (л.д. 44 – 48, 138 – 139).

В заключении прокурор Лемешева А.Г. считала исковые требования ФИО9 Ц.Е.Ц. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Истец ФИО9 Ц.Е.Ц. в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, о причине его неявки суду неизвестно.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы настоящего дела, суд считает исковые требования ФИО9 Ц.Е.Ц. подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 ТК РФ).

Положением ч. 1 ст. 15 ТК РФ определено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (ст. 78 настоящего Кодекса).

Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ" при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Расторжение трудового договора по инициативе работника допустима в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным волеизъявлением (п. 22 указанного Постановления).

Согласно трудовому договору № от 17 декабря 2013 года, заключенному между Федеральным государственным предприятием «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» и ФИО9 Ц.Е.Ц. (л.д. 11 – 14), копии трудовой книжки истца (л.д. 64 – 68), копии приказа о приеме на работу ФИО9 Ц.Е.Ц. от 17.12.2013 (л.д. 49), последний с 17 декабря 2013 года работал в в должности стрелка в Воронежском отряде ведомственной охраны – структурном подразделении филиала ФГП ВО ЖДТ России на Юго-Восточной железной дороге в стрелковой команде <адрес> по адресу: <адрес>

Как следует из трудового договора № от 17 декабря 2013 года, работнику устанавливается 4 разряд труда по тарифной сетке.

Заработная плата работника определяется 4 разрядом оплаты труда с часовой тарифной ставкой 38,759 руб. В соответствии с коллективным договором производится индексация заработной платы (л.д. 11 – 14).

Как следует из должностной инструкции стрелка стрелковой команды <адрес> от 25.08.2015 № 72, утвержденной начальником отряда ФИО1 25 августа 2015 года, стрелок относится к категории рабочих, принимается на должность и увольняется с должности приказом начальника отряда; стрелок подчиняется начальнику (заместителю начальника) подразделения, начальнику караула (помощнику начальника караула), диспетчеру (оперативному дежурному) филиала (л.д. 58 – 62)

Согласно уставу Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации», утвержденному приказом Федерального агентства железнодорожного транспорта от 26 сентября 2018 года № 339, организация создана в целях осуществления деятельности, предусмотренной Федеральными законами от 14.04.1990 № 77-ФЗ «О ведомственной охране», от 10.01.2003 № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации», от 09.02.2007 № 16-ФЗ «О транспортной безопасности», от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» и постановлением Правительства Российской Федерации от 27.06.2009 № 540 «Об утверждении Положения о ведомственной охране Федерального агентства железнодорожного транспорта», по защите от противоправных посягательств охраняемых объектов, являющихся государственной собственностью и (или) находящихся в сфере ведения соответствующих федеральных государственных органов, а также объектов иных форм собственности, в том числе объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется; по охране грузов в пути следования и на железнодорожных станциях в соответствии с законодательством Российской Федерации, специальных грузов и наиболее важных объектов железнодорожного транспорта общего пользования, для участия в обеспечении транспортной безопасности, в осуществлении в установленном порядке контроля за соблюдением противопожарного режима, в тушении пожаров, в ликвидации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера на охраняемых объектах и подвижном составе железнодорожного транспорта, а также для получения прибыли (л.д. 68 – 85).

Воронежский отряд ВО филиала ФГП «ВО ЖДТ России на ЮВЖД» является обособленным структурным подразделением филиала ФГП «ВО ЖДТ России на ЮВЖД» (л.д. 96 – 97, 98).

Согласно заявлению от 05.02.2020 ФИО9 Ц.Е.Ц. просил уволить его по соглашению сторон с указанной даты (л.д. 50).

Так же, 05.02.2020 просил выслать трудовую книжку по адресу, указанному в заявлении (л.д. 53).

Из соглашения № о расторжении трудового договора от 17 декабря 2013 года № от 05 февраля 2020 года (л.д. 51), приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 05 февраля 2020 года (л.д. 52), следует, что ФИО9 Ц.Е.Ц. уволен из ФГП ВО ЖДТ России по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч.1 ст. 77 ТК РФ. При этом ФИО9 Ц.Е.Ц. не подписал соглашение и не ознакомился с приказом о расторжении трудового договора в связи с его неявкой в сектор по управлению персоналом и социальными вопросами, что следует из объяснений представителя ответчика.

05.02.2020 трудовая книжка ФИО9 Ц.Е.Ц. серии №, а также приказ об увольнении №-Л от 05.02.2020, соглашение № от 05.02.2020 были направлены истцу по месту жительства последнего почтой (л.д. 54).

В ходе рассмотрения дела истец ссылался на то, что заявление об увольнении по собственному желанию, являющееся основанием для увольнения, он подписывал, не осознавая своих действий в силу своего тяжелого болезненного состояния.

Согласно листку нетрудоспособности № ФИО9 Ц.Е.Ц. был госпитализирован в БУЗ ВО <адрес> больница 06.02.2020, то есть на следующий день после написания заявления (л.д. 15).

Как следует из эпикриза № БУЗ ВО ВОКБ № у истца во время стационарного лечения в БУЗ ВО <адрес> больница при проведении МРТ 10.02.2020 выявлено <данные изъяты> (л.д. 17).

26 февраля 2020 года истец в заявлении, адресованному директору филиала ФГП «ВО ЖДТ России на ЮВЖД» указал, что 05.02.2020 он находился в неадекватном состоянии, ввиду <данные изъяты>, под диктовку ФИО2 написал заявление об увольнении; просил приказ об увольнении отменить, поскольку в момент написания заявления об увольнении не отдавал отчет своим действиям (л.д. 143).

25 марта 2020 года ФИО9 Ц.Е.Ц. обратился к ответчику с заявлением об оплате пособия по временной нетрудоспособности по листкам нетрудоспособности от 06.02.2020, 22.02.2020, 17.03.2020 (л.д. 57).

Проверяя указанные доводы истца, определением суда от 08 июля 2020 года по делу была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

В соответствии с заключением комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов КУЗ ВО «ВОКПД» № 2372 от 10 сентября 2020 года ФИО9 Ц.Е.Ц. ранее каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишавшим его способности понимать значение своих действий и руководить ими не страдал. На интересующий суд период – 05 февраля 2020 года – ФИО9 Ц.Е.Ц. находился во временном болезненном состоянии <данные изъяты>. Об этом свидетельствуют анамнестические сведения и данные медицинской документации, указывающие на то, что ФИО9 Ц.Е.Ц. на протяжении последних лет страдал <данные изъяты> усилившиеся за 2-3 недели до юридически значимого периода, 06 февраля 2020 года он был госпитализирован в <адрес>ную больницу, где он находился на стационарном лечении с диагнозом: <данные изъяты> а с 21 февраля по 03 марта 2020 года ФИО9 Ц.Е.Ц. находился на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении <адрес> клинической больницы с диагнозом: «<данные изъяты>». Описываемое ФИО9 Ц.Е.Ц. своего состояния на период с 04 по 05 февраля 2020 года укладывается в клиническую картину <данные изъяты>. С наибольшей долей вероятности ФИО9 Ц.Е.Ц. в юридически значимый период в результате перенесенного <данные изъяты> находился в состоянии <данные изъяты>. Больной находился в состоянии растерянности, безучастности, не проявлял внимание к окружающему, не мог сосредоточиться, осмыслить и дать ответ на несложный вопрос. Следовательно, ФИО9 Ц.Е.Ц. на 05 февраля 2020 года по своему психическому состоянию не мог осознавать свои действия и руководить ими (л.д. 198 – 201).

Суд считает, что при принятии решения по настоящему делу, следует руководствоваться заключением эксперта КУЗ ВО «ВОКПД» № 2372 от 10 сентября 2020 года. Заключение является мотивированным в своих выводах и объективным. Эксперт, составивший данное заключение, был предупрежден об уголовной ответственности за составление заведомо ложного заключения. Также суд учитывает, что ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы сторонами так же не заявлялось, выводы заключения эксперта не оспаривались.

В соответствии с положениями ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Допрошенный в судебном заседании 17 июня 2020 года в качестве свидетеля ФИО3 пояснил, что он знаком с истцом, работает непосредственно со стрелками, у ФИО9 Ц.Е.Ц. принимал зачеты; 05 февраля 2020 года он направлялся на работу, в ходе движения ему позвонил начальник отряда с просьбой забрать заявление на увольнение ФИО9 Ц.Е.Ц.; видел как ФИО9 Ц.Е.Ц. сидел за столом у начальника и писал заявление собственноручно; при общении с ним он не заметил неадекватности, нестандартного поведения; во время стрельб истец не говорил, что ему стало плохо и не просил вызвать врача.

Допрошенный в судебном заседании 02 июля 2020 года в качестве свидетеля ФИО4 пояснил, что он знаком с истцом, 05 февраля 2020 года он прибыл на работу в 6 часов 45 минут, по адресу, <адрес>, ему доложили, что ФИО9 Ц.Е.Ц. не сел на электричку (дорога до места работы занимает около 2 часов), сотрудники 60 лет и старше находятся под особым вниманием. Истец находился на <адрес>, за ним съездил ФИО2 и доставил в караульное помещение; 5 февраля 2020 года истца он больше видел; он не допустил его к работе, по той причине, что со слов истца, он не спал ночь и находился на улице, в тоже время работа связана с использованием оружиям; свидетель увидел, что истец был уставший; ФИО5 он сообщил про увольнение, но с истцом не вел разговоров про увольнение, он оставил его с ФИО2, сам ушел исполнять свои служебные обязанности по вооружению, которое длится до 08 часов 30 минут; ФИО9 Ц.Е.Ц. ему не сообщал про желание уволиться; когда он задал вопрос истцу о самочувствие, тот сказал, что чувствует себя нормально; на здоровье он никогда не жаловался, речь была внятной; 05 февраля 2020 года ФИО9 Ц.Е.Ц. сел на электричку на 09 часов 10 минут и уехал домой; свидетель не заметил отклонений 05 февраля 2020 года в поведении истца, в его внешности; тот ориентировался во времени и пространстве, отдавал отчет своим действиям, в караульном помещение был адекватен.

В судебном заседании от 02 июля 2020 года свидетель ФИО5 пояснил, что он знаком с истцом, 05 февраля 2020 года он не видел ФИО9 Ц.Е.Ц., нареканий по работе у него не имелось; его рабочий день начинается с 08 часов 00 минут, заканчивается в 17 часов 00 минут; 05 февраля 2020 года в период с 07 утра до

11 часов ему позвонил ФИО4 и сказал, что ФИО9 Ц.Е.Ц. увольняется, он попросил ФИО3 забрать заявление и отвезти его в отдел кадров, по той причине, что ФИО3 это было по пути; ФИО9 Ц.Е.Ц. написал заявление о том, чтобы документы, трудовая книжка ему были направлены по почте; заработную плату и расчетные он получил на банковскую карту.

Допрошенный в судебном заседании 08 июля 2020 года в качестве свидетеля ФИО2 пояснил, что он знаком с истцом около двух месяцев, 05 февраля 2020 года он разговаривал по телефону с ФИО9 Ц.Е.Ц., спрашивал где он находится; истец живет в <адрес> и большая часть команды там проживает, около 50 процентов смены едут вместе на работу в электричке; кто-то позвонил и сообщил, что ФИО9 Ц.Е.Ц. не сел на электричку; он ему позвонил, ФИО9 Ц.Е.Ц. сказал, что идет; он попросил подойти к ближайшему дому и сообщить улицу и дом, что истец сделал; он и ФИО7 поехали к адресу, который указал ФИО9 Ц.Е.Ц. и обнаружили его; ФИО9 Ц.Е.Ц. выглядел как человек, не спавший всю ночь, он выглядит всегда примерно одинаково; запаха алкоголя не было; когда он и ФИО7 привезли его на работу, истец находился в кабинете у начальника, ему был предложен чай; о том, что ФИО9 Ц.Е.Ц. пишет заявление на увольнение ему сообщил ФИО4, после того, как заявление было написано ФИО9 Ц.Е.Ц. его отдали, он положил заявление на стол ФИО4; ФИО9 Ц.Е.Ц. сказал, что устал и хочет спать; свидетелю на состояние здоровья истец не жаловался; почему ночью ФИО9 Ц.Е.Ц. находился в городе и как провел эту ночь ему неизвестно; на состояние здоровья истец не жаловался, внешне он выглядел, также как и всегда; он человек восточной внешности, заподозрить его в больном состоянии у меня не было оснований.

В судебном заседании от 08 июля 2020 года свидетель ФИО6 пояснил, что он знаком с истцом, 05 февраля 2020 года около 06 часов 00 минут утра ему позвонил начальник отделения ФИО8, сообщил о том, что ФИО9 Ц.Е.Ц. не сел в электричку, которая следует до рабочего места, попросил связаться с истцом; когда он связался, ФИО9 Ц.Е.Ц. сообщил, что находится в городе, идет пешком на работу; 05 февраля 2020 года он видел истца только через видеокамеру; он занимался своими делами; он звонил истцу с рабочего телефона, при разговоре по телефону голос у истца был нормальный; он доложил о содержании разговора начальнику; в его должностные обязанности не входит розыск коллег; речь ФИО9 Ц.Е.Ц. была нормальная, без особенностей; в тот день он впервые слышал голос истца по телефону.

Допрошенный в судебном заседании 08 июля 2020 года в качестве свидетеля ФИО7. пояснил, что с ФИО9 Ц.Е.Ц. знаком около полутора лет; 05 февраля 2020 года утром он совместно с заместителем начальника ФИО2 разыскивал ФИО9 Ц.Е.Ц., который пояснил, что идет в сторону <адрес>, они попросили прочить вывеску на ближайшем доме, он находился на левом берегу <адрес>; когда они обнаружили ФИО9 Ц.Е.Ц., он выглядел растерянным, взволнованным, речь была невнятной; они его доставили на рабочее место; свидетель не может сказать нужна ли была истцу медицинская помощь на тот момент; по словам истца, она ему не требовалась; на здоровье с его стороны жалоб не было.

Согласно ст.56 ГПК РФкаждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

Применительно к спорным правоотношениям бремя доказывания законности увольнения возлагается на ответчика (работодателя).

Добровольность и волеизъявления работника выступает обязательным условием признания увольнения по собственному желанию законным. Как следует из правовой позиции, выраженной в пп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

При оценке показаний свидетелей суд учитывает, что опрошенные свидетели не обладают специальными познания в области медицины, не проводили медицинскую диагностику истца, не располагали сведениями о его медицинском состоянии.

При таких обстоятельствах оснований для увольнения ФИО9 Ц.Е.Ц. по собственному желанию не имелось, ввиду отсутствия добровольного осознанного волеизъявления последнего на прекращение трудовых отношений, принимая во внимание тот факт, что указанное заявление было написано им в момент, когда он по своему психическому состоянию не мог осознавать свои действия и руководить ими, что подтверждается заключением экспертизы и не оспорено работодателем.

Исследованные судом доказательства в совокупности не подтверждают достижение сторонами такой договоренности, которая могла являться основанием для увольнения работника по пункту 1 части 1 статьи 77 ТК РФ, то есть по соглашению сторон.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости признания незаконным приказа об увольнении истца с занимаемой должности и в силу ст. 394 ТК РФ восстановления работника на работе в прежней должности со взысканием в пользу последнего среднего заработка за период вынужденного прогула.

В соответствии с частями 1, 2 и 7 ст. ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. В силу ст. 382 ТК РФ индивидуальные трудовые споры рассматриваются, в том числе, судами.

Статья 395 ТК РФ предусматривает полное удовлетворение денежных требований работника, если они будут признаны органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, обоснованными.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями.

Компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации устанавливаются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

По данному гражданскому делу судом установлено, что истец был уволен незаконно, в результате чего, работодателем причинены ему нравственные страдания.

Исходя из обстоятельств данного дела, учитывая объем причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, суд находит возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 6 000 рублей.

Истец с учетом уточнения требований в ходе рассмотрения дела в окончательной редакции просил взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с 05 февраля 2020 года по 18 ноября 2020 года в размере 183493,57 рублей.

Согласно ч. 1, 2 ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии с ч. 1, 2, 3 и 4 ст. 139 ТК РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Принимая во внимание, что увольнение истца является незаконным, у работодателя в соответствии с положениями статьи 394 ТК РФ возникла обязанность возместить работнику неполученный им заработок за время вынужденного прогула, который в данном случае продолжался с 05 февраля 2020 года по 18 ноября 2020 года.

Согласно справке Воронежского отряда ВО филиала ФГП «ВО ЖДТ РФ на ЮВЖД» за период с февраля 2019 года по январь 2020 года всего ФИО9 Ц.Е.Ц. было начислено 229008,23 руб., средний часовой заработок составляет 116,86 руб., среднемесячная заработная плата составляет 19184,91 руб. (л.д. 56).

Согласно данным Воронежского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в рамках реализации пилотного проекта «Прямые выплаты», предусматривающие порядок выплаты пособий застрахованным лицам напрямую из средств Фонда социального страхования Российской Федерации на основании сведений, представляемых страхователями, ФИО9 Ц.Е.Ц. в 2020 году произведены следующие выплаты пособия по временной нетрудоспособности: 01.04.2020 за период с 09.02.2020 по 21.02.2020 в сумме 6362,15 руб., 01.04.2020 за период с 22.02.2020 по 06.03.2020 в сумме 6851,70 руб., 14.05.2020 за период с 07.03.2020 по 01.04.2020 в сумме 12725,30 руб., 23.06.2020 за период с 02.04.2020 по 24.04.2020 в сумме 11256,65 руб., 23.06.2020 за период с 25.04.2020 по 06.05.2020 в сумме 5872,60 руб. (л.д. 182).

Согласно позиции, изложенной в абз. 4 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Изучив уточненный расчет суммы заработной платы за время вынужденного прогула ФИО9 Ц.Е.Ц. (л.д. 211), размер которой составляет 183493,57 рублей, суд находит, что он произведен в соответствии с законом, является арифметически правильным. Контррасчет суммы заработной платы за время вынужденного прогула ответчиком не представлен, данный расчет представителем ответчика в судебном заседании не оспаривался.

В соответствии со ст. 211 ГПК РФ немедленному исполнению подлежит решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев; о восстановлении на работе.

Соответственно, немедленному исполнению подлежит взыскание с работодателя заработной платы за время вынужденного прогула в размере 54512,06 рублей (февраль 2020 года: 125,8 часов (норма рабочего времени) * 116,86 руб. (средний часовой заработок) = 14700,86 руб.; март 2020 года: 168 * 116,86 руб. = 19632,48 руб.; апрель 2020 года: 175 * 116,86 руб. = 20450,50 руб.; 14700,86 + 19632,48 + 20450,50 = 54512,06).

В силу пп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ истец от уплаты государственной пошлины по настоящему делу был освобожден.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход муниципального бюджета подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины с учетом положений ст. 333.19 НК РФ и размера удовлетворенных требований в размере 5769,85 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Признать увольнение ФИО9 Цыден-Еши-Цыреновича с должности стрелка 4 разряда стрелковой команды станция Придача Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения филиала ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге в соответствии с приказом №-л от 05 февраля 2020 года незаконным.

Восстановить ФИО9 Цыден-Еши-Цыреновича на работе в должности стрелка 4 разряда стрелковой команды <адрес> Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения филиала ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге, с 05 февраля 2020 года.

Взыскать с Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» в лице Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения филиала Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге в пользу ФИО9 Цыден-Еши-Цыреновича заработную плату за время вынужденного прогула за период с 05 февраля 2020 года по 18 ноября 2020 года в размере 183 493,57 рублей, компенсацию морального вреда в размере 6 000 рублей, всего 189493,57 рублей.

Взыскать с Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» в лице Воронежского отряда Ведомственной охраны – структурного подразделения филиала Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» на Юго-Восточной железной дороге в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 5 769,85 рублей.

Решение суда в части восстановления ФИО9 Цыден-Еши-Цыреновича на работе, выплаты ему заработной платы за время вынужденного прогула в размере 54 512,06 рублей подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба и принесено апелляционное представление в Воронежский областной суд через Центральный районный суд в течении одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья Панин С.А.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 25 ноября 2020 года.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

1версия для печати