Решение № 2-4308/2019 2-4308/2019~М-3537/2019 М-3537/2019 от 29 декабря 2019 г. по делу № 2-4308/2019

Дело № 2- 4308/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

30 декабря 2019 года город Новосибирск

Ленинский районный суд города Новосибирска

в лице судьи Кишенской Н.А.,

при секретаре судебного заседания Лебзак Е.В., Сериковой Е.И.,

с участием истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО2,

прокурора Александровой Н.А.

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО3 к Западно -Сибирскому следственному Управлению на транспорте Следственного комитета РФ о признании незаконными приказов, восстановлении на работе, выплате денежных средств,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился с иском, в котором просил признать незаконными действия, приказы работодателя.

Истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ принят на должность инспектора отдела процессуального контроля, приказом от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность старшего следователя Новосибирского следственного отдела на транспорте следственного управления. С ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность следователя – криминалиста Новосибирского следственного отдела. ДД.ММ.ГГГГ истец назначен на должность следователя по особо - важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с заявлениями о предоставлении ему неиспользованного отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 233 календарных дня, а также за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 60 календарных дней с последующим увольнением в связи с выходом на пенсию за выслугу лет с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истцу дан ответ, согласно которому ему предоставлен отпуск продолжительностью 67 календарных дней за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – продолжительностью 6 календарных дней. В удовлетворении заявления о предоставлении остальной части отпуска отказано.

В тот же день издан приказ №-к, которым предоставлен отпуск, выплачена компенсация за остальную часть неиспользованного отпуска, истец уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию за выслугу лет.

По мнению истца, приказ работодателя от ДД.ММ.ГГГГ №-к является незаконным, так как он согласия на выплату компенсации не давал, работодатель необоснованно лишил его права на отпуск, соглашения между работником и работодателем по данному вопросу не достигнуто.

В приказе не учтено, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему также положен отпуск, продолжительностью 20 дней.

Работодатель по своему усмотрению, без согласия работника, изменил дату увольнения, указанную им в заявлении, с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ.

По мнению истца, нарушено его право в части продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за ненормированный рабочий день в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – всего 10 календарных дней (по 5 дней за каждый), при нормативно установленных 12 днях в год.

При определении продолжительности неиспользованного отпуска работодатель не учел право истца дополнительные дни к ежегодным оплачиваемым отпускам для следования к месту проведения отпуска и обратно, продолжительность которых составляет в 2013 году – 2 суток; в 2014 – 2 суток; в 2015 – 2 суток; в 2016 – 2 суток; в 2017 – 2 суток (итого – 10 суток). Применительно к требованию о предоставлении названных дополнительных дней истец указал, что считает срок на обращение с иском непропущенным ввиду длящегося характера правоотношений, а в случае признания судом пропущенным, восстановить его, так как о нарушении своего права узнал лишь из приказа от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указано определенное работодателем число дней неиспользованного отпуска.

Истец также указывает, что нарушено его право на выплату заработной платы в полном размере, в части получения надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну. С ДД.ММ.ГГГГ истец назначен на должность следователя по особо важным делам, ДД.ММ.ГГГГ с ним заключено соглашение № к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому работодатель принял на себя обязанность выплачивать истцу надбавку к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну – 30 %. С июля по сентябрь 2018 доплата произведена в меньшем размере – 10 %, сумма недоплаты составила с учетом районного коэффициента – 11 294 рубля 64 копейки. Проценты за нарушение срока выплаты данной суммы – 1 404 рубля 38 копеек.

Истец ссылается на нарушение срока выплаты ему компенсации за неиспользованный отпуск, в связи с чем, просит взыскать проценты – 3 764 рубля 88 копеек и 7 529рублей 76 копеек.

В окончательной, уточненной редакции требований, поданной в суд ДД.ММ.ГГГГ, истец просил:

признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-к «О предоставлении отпуска, освобождении от должности и увольнения ФИО3»;

восстановить его в должности следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного Управления с ДД.ММ.ГГГГ;

обязать ответчика выплатить истцу средний заработок за время вынужденного прогула, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до дня вынесения решения суда – по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ – 316 400 рублей 65 копеек;

восстановить срок на подачу заявления о предоставлении дополнительных дней к ежегодному оплачиваемому отпуску для следования к месту проведения отпуска и обратно в период с 2013 по 2017 годы;

признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении перечня должностей в Западно-Сибирском следственном управлении на транспорте Следственного комитета Российской Федерации с ненормированным рабочим днем»;

признать незаконным непредоставление отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 20 дней;

обязать следственное управление предоставить истцу с даты восстановления в должности следователя по особо важным делам:

оставшуюся часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 37 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 12 календарных дней;

оставшуюся часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 55 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 12 календарных дней;

оставшуюся часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 55 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 12 календарный день;

ежегодный оплачиваемый отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (период нахождения в ежегодном оплачиваемом отпуске перед увольнением – 20 календарных дней;

ежегодный оплачиваемый отпуск за период с учетом даты восстановления в должности по дату окончания неиспользованных отпусков, с выплатой материальной помощи в размере одного оклада с доплатой за специальное звание за период в первом полугодии 2020 года, денежного содержания (довольствия) с учетом повышающих коэффициентов с ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ, оплатой проезда к месту проведения отпуска и обратно в 2020 году;

увеличить отпуск на срок проезда в отпуск и обратно в период с 2013 по 2019 годы – 12 календарных дней, а в случае удовлетворения требований на срок проезда в отпуск и обратно в 2020 году, исходя из фактически затраченного времени – всего 215 календарных дней, после чего уволить, изменив дату увольнения;

взыскать с ответчика ежемесячную процентную надбавку к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 11 294 рубля 64 копейки;

взыскать проценты за нарушение сроков выплаты за задержку выплаты:

денежных средств в сумме 580 489 рублей 39 копеек – 299 рублей 91 рубль;

денежных средств в сумме 202 077 рублей 80 копеек – 313 рублей 22 рубль;

выходного пособия 236 025 рублей 70 копеек – 2 682 рубля 83 копеек;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 56 рублей 41 рубль;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 84 рубля 05 копеек;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 2 312 рублей 38 копеек;

взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В судебном заседании истец требования иска в окончательной редакции иска с учетом уточнения поддержал.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, признала требования истца о взыскании недоплаченной ежемесячной надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, заявила о пропуске срока на предъявление требований об оспаривании приказа, восстановлении на работе.

В суд представлен отзыв, в котором ответчик просил в иске отказать, указал, что истцом пропущен срок для обращения с требованием о восстановлении на работе. Предоставление работнику отпуска с последующим увольнением на основании его письменного заявления является правом, а не обязанностью работодателя. Трудовые отношения с истцом прекращены, согласно приказу ему выплачена компенсация за неиспользованные дни отпуска. Поскольку с момента ухода в отпуск с последующим увольнением место работы (должность) за работником не сохраняется, то период отпуска с последующим увольнением не подлежит включению в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск. Истец, ознакомившись ДД.ММ.ГГГГ с приказом об увольнении, согласился с увольнением, получил трудовую книжку. Ответчик считает, что истец пропустил срок исковой давности по требованию о предоставлении ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за ненормированный рабочий день. Поскольку проездные документы истец не предъявлял в кадровое подразделение, приказ о предоставлении дополнительных дней отдыха не издавался. С заявлением о предоставлении дополнительных дней отдыха истец не обращался. Также пропущен срок применительно к требованиям об оспаривании приказа.

Прокурор в заключении полагал, что иск подлежит удовлетворению в части, признанной ответчиком: о взыскании доплаты за секретность, имеются основания для взыскания компенсации морального вреда, обусловленного нарушением права на получение доплаты в полном объеме, и взыскания процентов за задержку выплаты средств.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-к ФИО1 принят на должность инспектора отдела процессуального контроля.

ДД.ММ.ГГГГ между Западно-Сибирским следственным управлением на транспорте Следственного комитета РФ и ФИО1 заключён трудовой договор №.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ, истец с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность старшего следователя Новосибирского следственного отдела на транспорте следственного управления.

С ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом №-к ФИО1 назначен на должность следователя – криминалиста Новосибирского следственного отдела.

Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7.И. назначен на должность следователя по особо - важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с заявлением о предоставлении ему неиспользованного отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 233 календарных дня, а также за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 60 календарных дней с последующим увольнением в связи с выходом на пенсию за выслугу лет (л.д. 180).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с заявлением о предоставлении ему ежегодного оплачиваемого отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истцу дан ответ, в котором разъяснено, что ему предоставлен отпуск продолжительностью 67 календарных дней за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – продолжительностью 6 календарных дней. В удовлетворении заявления о предоставлении остальной части отпуска отказано.

ДД.ММ.ГГГГ издан приказ №-к, которым предоставлен отпуск, выплачена компенсация за неиспользованный отпуск, истец уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию за выслугу лет с ДД.ММ.ГГГГ.

Истец просит признать незаконным приказ «О предоставлении отпуска, освобождении от должности и увольнении ФИО1» от ДД.ММ.ГГГГ №-к, указывая, что не давал согласия на выплату компенсации за неиспользованный отпуск.

Приказом ФИО1 предоставлен отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 67 календарных дней (ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 55 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день продолжительностью 12 календарных дней), часть ежегодного оплачиваемого отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 6 календарных дней (ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 5 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день продолжительностью 1 календарный день) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с выплатой материальной помощи; выплачена денежная компенсация; он освобождён от занимаемой должности следователя по особо-важным делам отдела, уволен из следственного комитета в связи с выходом на пенсию за выслугу лет (л.д.20).

В качестве оснований для признания приказа об увольнении незаконным, истец ссылается на неправомерность отказа работодателя предоставить ему отпуск в натуре, недопустимость замены его денежной компенсацией, и как следствие неверное определение работодателем даты, с которой он подлежал увольнению. Истец полагает, что работодатель обязан был предоставить ему все дни неиспользованного отпуска, в том числе, право на предоставление которых возникло в течение самого отпуска, и только после его окончания произвести увольнение.

Оценивая доводы иска о неправомерности замены отпуска его компенсацией при увольнении истца, суд исходит из следующего.

Механизм реализации конституционного права на отдых, в том числе условия и порядок предоставления оплачиваемого ежегодного отпуска, закреплен в Трудовом кодексе РФ. Согласно его статьям 114, 122 и 123 ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка предоставляются работнику ежегодно в соответствии с утверждаемым работодателем, с учетом мнения выборного профсоюзного органа данной организации, графиком отпусков, являющимся обязательным как для работодателя, так и для работника. Такой порядок выступает дополнительной гарантией реализации названного конституционного права.

Особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника, установленный частью первой статьи 127 Трудового кодекса РФ, является исключением из данного общего правила. Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами, содержащимися в указанных статьях Трудового кодекса РФ, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск.

Согласно части первой статьи 127 Трудового кодекса РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. По письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска.

Как ранее отмечал Конституционный Суд РФ, выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска служит специальной гарантией, обеспечивающей реализацию особым способом конституционного права на отдых теми работниками, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по инициативе работодателя или по иным основаниям и в силу различных причин не воспользовались ранее своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск (определения от 5.02.2004 № 29-О, от 29.09.2015 № 1834-О и др.). При этом часть первая статьи 127 Трудового кодекса РФ не устанавливает ни максимальное количество неиспользованных увольняемым работником дней отпуска, взамен которых ему должна быть выплачена денежная компенсация, ни ее предельные размеры, ни какие-либо обстоятельства, исключающие саму выплату, ни иные подобные ограничения. Напротив, прямо и недвусмысленно указывая на необходимость выплаты денежной компенсации за все неиспользованные отпуска, данная норма тем самым предполагает безусловную реализацию работником права на отпуск в полном объеме, что согласуется как с предписаниями статьи 37 (часть 5) Конституции РФ, так и со статьей 11 Конвенции МОТ № 132, в силу которой работнику, проработавшему минимальный период, дающий ему право на ежегодный оплачиваемый отпуск, после прекращения трудовых отношений с работодателем предоставляется оплачиваемый отпуск, пропорциональный продолжительности периода его работы, за который отпуск ему не был предоставлен, либо выплачивается денежная компенсация или предоставляется эквивалентное право на отпуск в дальнейшем.

Основаны на неверном понимании закона доводы истца о наличии у работодателя обязанности при наличии заявления работника предоставить отпуск в натуре и недопустимость выплаты компенсации.

Напротив, названные нормы Трудового кодекса РФ устанавливают, в качестве приоритетного (основного) способа реализации права работника на отпуск при увольнении в виде выплаты компенсации за неиспользованные отпуска. В качестве дополнительной меры в части 2 статьи 127 Трудового кодекса РФ установлено право работодателя, при наличии заявления работника, предоставить ему неиспользованную часть отпуска в натуре.

Трудовое законодательство, регулируя право работника на отпуск, закрепляет принцип его реализации по соглашению работника с работодателем. Так, статья 123 Трудового кодекса РФ определяет, что отпуск предоставляется работнику на основании его заявления в соответствии с графиком, утвержденным работодателем.

Названным положениям корреспондирует Федеральный закон «О следственном комитете Российской Федерации», Инструкция о порядке предоставления отпусков сотрудникам, федеральным государственным гражданским служащим и работникам Следственного комитета РФ, утв.Приказом Следственного комитета РФ №79 от 15.08.2016, в пункте 1.5 которой определено, что ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется в течение календарного года по заявлению сотрудника, гражданского служащего и работника (приложение № 1) в соответствии с утвержденным графиком очередности предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков сотрудникам, гражданским служащим и работникам Следственного комитета (далее - график отпусков) (приложение № 2).

Ни указанные нормы права, регулирующие труд сотрудников следственного комитета, ни статья 127 Трудового кодекса РФ не допускают возможности произвольного (вне зависимости от мнения работодателя) определения работником момента использования работником своего права на отпуск.

Не отменяют установленной законом обязанности согласования с работодателем срока и порядка предоставления отпуска нормы Федерального закона «О следственном комитете РФ», как это ошибочно указывает истец.

Действительно, пункт 7 статьи 25 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-Федерального закона «О следственном комитете РФ» (далее Закон) определяет, что сотрудникам, увольняемым со службы в Следственном комитете на пенсию, по их желанию предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск пропорционально фактически отработанному времени. Сотрудникам, не использовавшим свое право на ежегодный оплачиваемый отпуск, при увольнении выплачивается денежная компенсация пропорционально фактически отработанному времени.

Вместе с тем, в данном законе отсутствует указание, что работодатель обязан, вне зависимости от наличия у него возможности, предоставить увольняемому сотруднику следственного комитета все дни неиспользованного отпуска.

Статья 25 названного закона не противоречит Трудовому кодексу РФ в части порядка предоставления неиспользованного отпуска увольняемому работнику, не предоставляет ему дополнительных гарантий, как это ошибочно указывает истец, и не возлагает на работодателя обязанностей в большем объеме, чем это определено в статье 127 Трудового кодекса РФ.

Необходимо учитывать, что отпуск предоставляется работнику при увольнении лишь при наличии у работодателя такой возможности. На данное обстоятельство неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, в том числе в части 2 пункта 2 Определения от 25.01.2007 № 131-О-О, в Определении от 17.11.2009 № 1385-О-О.

Ответчик, оспаривая доводы истца, ссылался на отсутствие такой возможности. Доказательств обратному, не представлено. Очевидным является тот факт, что при длительном отсутствии работника увеличивается нагрузка на иных работников, которым перераспределяются его трудовые функции. Органы государственной власти, к которым относится следственный комитет, с учетом специфики выполняемых функций лишены возможности принимать на должности оперативных сотрудников без соблюдения установленной процедуры, что затрудняет процесс занятия высвобождающихся должностей.

При таких обстоятельствах, подлежат отклонению, как не основанные на законе, доводы иска о незаконности приказа от ДД.ММ.ГГГГ в части выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, изменения даты увольнения.

Не могут служить основанием для удовлетворения требования о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ доводы истца о том, что перенос отпусков производился на протяжении 4-х лет, в 2018 году отпуск не предоставлялся. Названные доводы могли бы служить основанием для оспаривания истцом отказа работодателя предоставить работнику отпуск в соответствующем периоде, согласно утвержденному графику. В рассматриваемом деле такие требования не заявлены, не представлено доказательств того, что в 2015, 2016, 2017, 2018 годах истец обращался к работодателю за предоставлением отпуска, но ему было отказано. Напротив, в суд представлены копии приказов о предоставлении ФИО4 отпусков в указанный период.

Более того, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, в том числе в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска служит специальной гарантией, обеспечивающей реализацию особым способом конституционного права, на отдых увольняющимся работникам.

Соответственно, доводы ФИО3 о нарушении его права на отдых несостоятельны.

Более того, необходимо отметить, что в соответствии с утвержденным графиком отпусков на 2019 год ФИО3 определен отпуск в марте (55 дней), в сентябре (55 дней), ноябре (59 дней). В марте 2019 года ФИО3 к работодателю с заявлением о предоставлении отпуска не обращался. При увольнении ФИО3 предоставлен отпуск за рабочий период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 67 календарных дней, а также часть отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Продолжительность предоставленного ФИО3 отпуска превышает минимально установленную - 28 календарных дней.

Не основаны на законе ссылки истца на недопустимость выплаты денежной компенсации взамен отпуска при отсутствии его заявления.

Действительно, части 1 и 2 статьи 126 Трудового кодекса РФ предусматривают возможность выплаты компенсации взамен отпуска только при наличии заявления работника. Однако данная норма не подлежит применению в рассматриваемом деле, поскольку определяет порядок замены отпуска компенсацией в период осуществления трудовой деятельности работником. ФИО3 компенсация выплачена в связи с увольнением. Соответственно, подлежит применению специальная норма – статья 127 Трудового кодекса РФ, которая не требует заявления работника для выплаты компенсации.

Оценивая требования ФИО3 о признании незаконным увольнения и восстановлении его на работе, суд исходит из следующего.

Основанием для увольнения ФИО3 послужило его заявление от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пункта 3 статьи 77 Трудового РФ общими основаниями прекращения трудового договора является, в том числе, расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Кодекса), в силу положений которой расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

Подлежат отклонению, как несостоятельные, доводы истца о том, что работодатель произвольно изменил дату увольнения, указанную им.

В заявлении об увольнении ФИО3 отсутствует конкретная дата, с которой он просит его уволить, указано лишь на желание работника прекратить с работодателем трудовые отношения после окончания отпуска (л.д. 178). Соответственно, работодатель исполнил просьбу работника в части увольнения, требования статьи 80 Трудового кодекса РФ соблюдены.

Более того, с приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ истец ознакомился в тот же день, из него ему было достоверно очевидно, что заявление о предоставлении отпуска удовлетворено частично, отпуск предоставлен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, известна дата увольнения, определенная работодателем, исходя из продолжительности предоставленного отпуска.

В случае несогласия с названной датой увольнения, истец имел право отозвать свое заявление об увольнении, но таким правом не воспользовался.

Напротив, приказ о предоставлении отпуска и законность увольнения обжаловал лишь после истечения срока отпуска и увольнения.

Следовательно, доводы иска подлежат отклонению, как несостоятельные.

Процедура увольнения соблюдена, права истца не нарушено, трудовой оговор с ним расторгнут по его инициативе.

С учетом изложенного, надлежит отказать в удовлетворении требований о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе.

Требования истца о предоставлении ему оставшейся части ежегодных оплачиваемых отпусков, в том числе с учетом времени проезда в отпуск и обратно по ранее использованным отпускам, дней отпуска, право на получение которых возникнет в связи с восстановлением на работе, дополнительных отпусков за ненормированный рабочий день, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, признании незаконным отказа в предоставлении отпуска, являются производными от требования о восстановлении на работе. Поскольку в удовлетворении основного требования отказано, то и производные требования удовлетворению не подлежат.

С учетом отказа в удовлетворении иска в части возложения обязанности на работодателя предоставить истцу дни неиспользованного отпуска, превышающие определенные в приказе, не подлежат оценке доводы истца о неверном подсчете продолжительности неиспользованных истцом отпусков. Если истец полагает, что работодатель при расчете компенсации неверно определил продолжительность неиспользованного им отпуска (не учел право на дополнительный отпуск в связи с ненормированным рабочим днем, дни пути к месту отдыха и обратно и пр.), он вправе обратиться с иском о взыскании недоплаченной компенсации. В рамках настоящего дела такие требования истцом не заявлены, а с учетом принципа недопустимости навязывания судебной защиты, суд не вправе выйти за рамки заявленного иска.

Истец просит признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении перечня должностей в Западно-Сибирском следственном управлении на транспорте Следственного комитета Российской Федерации с ненормированным рабочим днем», поскольку им установлена продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за ненормированный рабочий день для должности, которую занимал истец (следователь по особо важным делам) 5 дней, что менее продолжительности, установленной приказом Следственного комитета РФ (л.д. 71, 72).

Оценивая требования иска, суд исходит из следующего.

Как пояснил истец в иске, приказ отменен, его действие прекращено с ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, отсутствуют правовые основания для признания его недействительным на момент рассмотрения дела.

Вопрос о допустимости применения данного приказа при исчислении продолжительности отпуска подлежит разрешению в каждом конкретном случае при заявлении соответствующего спора. Как указано, вопрос о продолжительности дополнительного отпуска, право на который не использовал истец, не входит в предмет заявленного спора, поскольку размер выплаченной компенсации истец не оспаривает.

Кроме того, представитель ответчика заявил о пропуске срока на обжалование данного приказа.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В силу положений статьи статьей 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

С названным приказом ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 73).

Первоначально иск предъявлен в суд ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается штампом входящей корреспонденции.

Таким образом, требование о признании приказа недействительным заявлено за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении.

Истец просит взыскать с ответчика ежемесячную процентную надбавку к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 11 294 рубля 64 копейки;

Требования иска в указанной части признаны ответчиком, в связи с чем, подлежат удовлетворению.

Истец просит взыскать с ответчика проценты за нарушение сроков выплаты за задержку выплаты:

денежных средств в сумме 580 489 рублей 39 копеек – 299 рублей 91 рубль;

денежных средств в сумме 202 077 рублей 80 копеек – 313 рублей 22 рубль;

выходного пособия 236 025 рублей 70 копеек – 2 682 рубля 83 копеек;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 56 рублей 41 рубль;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 84 рубля 05 копеек;

ежемесячной процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 2 312 рублей 38 копеек.

Согласно статье 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Ответчик не оспаривал факт выплаты истцу окончательного расчета в более поздние сроки, период просрочки.

В силу положений статьи 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Возражая против требований о взыскании компенсации, ответчик ссылался на отсутствие необходимого финансирования, существующую процедуру получения денежных средств из бюджета (л.д. 69,70). Вместе с тем, названные обстоятельства не освобождают работодателя от обязанности исполнять требования трудового законодательства в части сроков выплаты работникам заработной платы, в состав которой входит выходное пособие, компенсация за неиспользованный отпуск, в связи с увольнением.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения сроков выплаты, то требования истца о взыскании компенсации обоснованы и подлежат удовлетворению.

Расчет размера процентов, произведенный истцом, ответчик не оспорил, он соответствует обстоятельствам дела, требованиям закона, в связи с чем, суд признает его верным, а требования о взыскании подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца, то есть, в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса РФ, имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Учитывая характер нарушенного права истца, существо допущенного работодателем нарушения, его поведение, иные установленные по делу обстоятельства, суд считает разумным и справедливым взыскать компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

р е ш и л:

Обязать Западно-Сибирское следственное управление на транспорте Следственного комитета Российской Федерации выплатить ФИО3 ежемесячную процентную надбавку за работу со сведениями, составляющими государственную тайну в размере 11 294 рубля 64 копейки.

Взыскать с Западно-Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации в пользу ФИО3 проценты за нарушение сроков выплаты денежных средств – 5 748 рублей 80 копеек, компенсацию морального вреда – 3 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 30.01.2020.

Судья (подпись) Н.А. Кишенская

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-4308/2019 Ленинского районного суда города Новосибирска.